Ћекции.ќрг


ѕоиск:




 атегории:

јстрономи€
Ѕиологи€
√еографи€
ƒругие €зыки
»нтернет
»нформатика
»стори€
 ультура
Ћитература
Ћогика
ћатематика
ћедицина
ћеханика
ќхрана труда
ѕедагогика
ѕолитика
ѕраво
ѕсихологи€
–елиги€
–иторика
—оциологи€
—порт
—троительство
“ехнологи€
“ранспорт
‘изика
‘илософи€
‘инансы
’ими€
Ёкологи€
Ёкономика
Ёлектроника

 

 

 

 


√лава VIII Ќачало национально-бытового театра в –оссии 1 страница




≈сли XVIII век позволительно рассматривать как век эксцессивной театральности, культ которой совершалс€ не только на подмостках театров, но и в самой толще жизни, где люди лишь ночью, впотьмах, расставались с пудреными париками, косичками, украшенными бантами у мужчин, с мушками, рум€нами, белилами, неверо€тными оде€ни€ми, преображавшими в глазах Ђсветаї анатомические пропорции человека, с чисто театральной манерой разговора и такой же манерой держать себ€, реверансами и прочим, Ч XIX век надо рассматривать как век развивающейс€ т€ги к естественности не только в жизни, но и на театральной сцене, Ч той т€ги, кака€, благодар€ нараставшим усили€м драматургов, совместно с актерами, привела, в конце века, к возникновению ћосковского ’удожественного театра, основанного не только на реалистично-бытовых данных, но отчасти Ч на натуралистических.

 онечно, така€ эволюци€ в XIX веке совершалась большей частью постепенно, лишь в определенные периоды ее принима€ революционные формы.

Ђ¬с€к кричит: должно играть естественно, и никто не дает слову сему объ€снени€ї, Ч жалуетс€ в конце уже XVIII века автор книги Ђ√аррик, или јглицкий актерї Ч первой книги о театре, напечатанной в –оссии (в 1781 году, в ћоскве).

{230} ≈сли разумеют чрез то, говорит данный автор устами переводчика, чтоб подражать природе, Ч без сомнени€, сие есть лучшее и высочайшее искусство; но многие люди основание сие полагают по своему вкусу. ЂЌекоторые  омические јктеры приемлют на удобность действительную беспечность, другие воображают себе, что с играни€ естественно “рагического должно придать »рою своему простой вид и выражение: сие значит иметь недостаток в рассудке, своего »ро€ унизить до самого себ€, вместо того чтоб себ€ до него возвышать. ѕо мнению многих, то разумеетс€ играть естественно, чтоб освободить себ€ от оков искусства; между тем, понимаемое естественным в сем смысле никогда не составит хорошего  омедианта. ѕринимать в точности вид и ухватки, по различным лицам кои представл€ешь, давать чувствовани€ особенным звукам голоса, приличного к характерам, Ч все не может быть инако, как отголосок совершеннейшего искусстваї.

Ќет ничего удивительного, если, в результате подобного взгл€да на естественность повсеместно воцарилось ложноклассическое направление, придержива€сь которого актеры говорили не своим голосом, пафосно декламиру€, выкрикива€ значительные слова не партнеру, а публике, да еще с подбеганием к рампе, причем уходили со сцены, об€зательно поднима€ правую руку, и т. п.

ѕодобна€ условность игры (школа »вана ƒмитревского) продержалась у нас, на правах естественности, добрых полвека, пока {231} ћ. —. ўепкин, зараженный игрою Ђлюбител€ї кн€з€ ѕ. ¬. ћещерского, не воспользовалс€ его примером и не создал на его основании новую школу драматической игры (Ђшкола ўепкинаї).

Ќо протесты против того, что казалось неестественным, начались (если помнит читатель) еще в XVIII в. (вспомним тех же ѕлавильщикова и Ћукина!)

Ќачало XIX века оглашаетс€ таким протестующим против неестественности, в русском укладе жизни, монологом, как монолог „ацкого, дл€ которого Ђи дым отечестваїЕ Ђсладок и при€тенї Ч

ѕускай мен€ объ€в€т старовером, Ч
Ќо хуже дл€ мен€ наш —евер во сто крат,
— тех пор как отдал все в обмен на новый лад,
» нравы, и €зык, и старину св€тую,
» величавую одежду Ч на другую,
ѕо шутовскому образцу:
’вост сзади, спереди какой-то чудный выем,
–ассудку вопреки, наперекор стихи€м;
ƒвижень€ св€заны, и не краса лицу.
—мешные, бритые, седые подбородкиЕ
 ак платье, волосы, так и умы коротки!
јх, если рождены мы все перенимать,
’оть у китайцев бы нам несколько зан€ть
ѕремудрого у них незнань€ иноземцев!

 то автор этого обличительного монолога, который мало кто из русских не знает наизусть или хот€ бы в общих чертах?

јвтор этого монолога Ч знаменитый √рибоедов (1795 Ц 1829), а пьеса, содержаща€ этот монолог, Ч Ђ√оре от умаї.

√рибоедов, однако, не сразу, а в продолжении р€да лет овладел сюжетом Ђ√ор€ от умаї и нашел дл€ этой комедии стихотворную сатирическую форму. ƒо этого, будучи молодым гусаром, он Ђпробовал перої на переводах с французского.

¬ кампанию 1812 г. √рибоедов подружилс€ с другим во€кой Ч кн€зем ј. ј. Ўаховским, знаменитым водевилистом, а переехав в ѕетербург в 1815 г., подружилс€ с соперником Ўаховского по Ђводевильной частиї Ч поэтом Ќ. ». ’мельницким, который вместе с Ўаховским ввел его в театральный мир того времени. Ѕолее того: они втроем сочинили отличную комедию в стихах Ђ—во€ семь€ї, котора€ и поныне не совсем утратила сценический интерес.

¬от как, кстати, осуществилось это сотрудничество трех властителей театральных дум в начале XIX века: Ђ∆ела€ сочинить новую комедию дл€ бенефиса г‑жи ¬альберковой, Ч пишет кн. Ўаховской в У“еатральных воспоминани€хФ, Ч € выбрал такое содержание пьесы, в котором она могла бы показать разнообразность игры своей, и старалс€, сколько можно, св€зать простой интригой эпизодические €влени€. ¬ремени до назначенного дн€ бенефиса оставалось мало и, бо€сь не сдержать моего обещани€, € просил ј. —. √рибоедова и Ќ. ». ’мельницкого помочь мне: они, по при€зни ко мне, согласилисьїЕ —одержание Ђ—воей семьиї (или Ђ«амужней невестыї) вышло у них не только занимательно, но и подлинно остроумно. ѕри этом львина€ дол€ {232} комедии выпала на долю ј. —. √рибоедова, предвосхища€ отдельными местами, типы и положени€ Ђ√оре от умаї.

„то особенно здесь важно отметить, так это чисто русский рисунок жизни Ђ—воей семьиї и подлинно живых русских людей, выведенных здесь на сцену, а не вычитанных из иностранных книжек или вз€тых напрокат из французских водевилей, вошедших в моду в Ђ√рибоедовскую эпохуї.

Ёти водевили, кстати сказать, €вились в данную эпоху Ђсущим засильемї на чересчур гостеприимной, в отношении этого жанра, русской сцене, и € пользуюсь случаем объ€снить, почему это так случилось. ƒело в том, что существовавша€ тогда система актерских бенефисов требовала все новых и новых пьес. Ћегкий, сценически из€щный водевиль давал дл€ бенефицианта свежую, сценически блест€щую роль, забавные положени€. Ёта сценическа€ безделка не требовала и особенно большой профессиональной специализации. ≈е мог легко смастерить и любитель театра, хорошо знавший французский театр.   заимствованному французскому сюжету прибавл€лс€ острый злободневный куплет, французские имена переделывались на русские, на помощь приходил композитор. ’арактер тогдашнего актерского мастерства, легкого, психологически примитивного, синтетического, объедин€вшего танец, пение и слово, также способствовал расцвету водевил€. ƒюр, ћартынов, јсенкова, ∆ивокини, ўепкин были €ркими представител€ми этого жанра сценического искусства. —амо освоение сценического образа водевил€ не требовало большого напр€жени€ и работы: все сводилось к довольно ограниченному числу повтор€ющихс€ сценических вариантов. ѕри этом оформление спектакл€, построенного на водевиле, не требовало ни больших трудов, ни значительных расходов. ќно было стандартно и примитивно.

¬от, в сущности говор€, и весь секрет успеха водевил€ в начале XIX века и позже, отлично объ€сненный ћ. ѕаушкиным в его вводной статье к книге Ђ—тарый русский водевильї (1819 Ц 1849), изданной в ћоскве в 1936 году.

{233} ѕо своему жанру и Ђ—во€ семь€ї может быть причислена, при желании, к водевилю, так как изобилует чисто водевильными ситуаци€ми. ¬ этом смысле √рибоедов, наравне с кн. Ўаховским и ’мельницким, заплатили лишь дань неумолимой моде.

Ќо от такого Ђводевил€ї до сатирической комедии нравов, какую представл€ет собой Ђ√оре от умаї, Ч дистанци€ огромного размера, и спрашиваетс€: что послужило к ее по€влению на свет из-под пера √рибоедова?

Ёто вопрос далеко не праздный, так как Ђ√оре от умаї в русской драматургии €вилось, подобно ЂЌедорослюї ‘онвизина, одной из основных вех нарождавшейс€ русской комедии, Ч тех знаменательных вех, которые и поныне пам€тны в репертуаре русского драматического театра.

ќтвет на этот вопрос сводитс€, в общем, к следующему.

—реди русских, вернувшихс€ домой после освободительной войны 1812 г. с Ќаполеоном, в особенности среди передовой части русского общества, начались мало-помалу Ч р€дом с упоением военной победой Ч суды и пересуды насчет того пор€дка вещей, какой царил тогда в крепостнической –оссии.

{234} ѕо€вились Ђвольтерь€нцыї, по€вились вольнодумные критики, которым отнюдь не по душе приходилась груба€ Ђаракчеевщинаї, развивавша€с€ под сенью царского самодержави€, с его религиозно-мистическими идеалами, никак не в€завшимис€ с потаканием жестокост€м помещичьего и полицейского произвола.

√вардейские офицеры, из числа образованных, побывавшие в либеральной ≈вропе, могли воочию сравнить пор€дки, царившие там, с пор€дками, заведенными в монархической –оссии, и эти сравнени€, конечно, были далеко не в пользу последней.

ќни стали трунить над мракобесием в –оссии, негодовать на ее политическую судьбу, спорить о лучшем государственном режиме, более достойном их родины, критику€ в то же врем€ существовавший режим, и кончили тем, что организовали тайные кружки, имевшие целью коренным образом изменить установившийс€ Ђпор€док вещейї.

—реди таких вольнодумцев одно из первых мест, по блеску своего ума и таланта, зан€л молодой офицер Ч скоро промен€вший, впрочем, шпагу на перо Ч јлександр —ергеевич √рибоедов. ћузыкант, поэт, выдающийс€ дипломат на служебном поприще, √рибоедов, несмотр€ на исключительно удачно сложившуюс€ чиновничью карьеру, имел все основани€ быть особенно недовольным как своею собственной судьбой, так и судьбою того государства, про которое друг √рибоедова Ч ѕушкин говорил в минуты досады: Ђ”гораздило же мен€ родитьс€ в такой стране, как –осси€!ї

Ђќн хотел учитьс€, а учитьс€ было некогда; он хотел заниматьс€ литературой и не мог заниматьс€ ею, сколько бы того хотелось. ќбыкновенна€ жизнь, Ч говорит биограф √рибоедова, Ч не представл€вша€ особенных даров ни ума, ни чувства, равно как и обыкновенна€ канцел€рска€ работа, без особенных политических и административных {235} действий, Ч т€готили его, сердили, вызывали сарказмыЕ ќтсюда озлобленный умЕ ќтсюда внутренний раздор с самим собою, посто€нное Уношение самого себ€Ф, Ч это тревожное кочевание духа, ищущего оседлости, но получающего оседлость только временную, и то не в привольных местах, а там, где ему не думалось и не хотелось останавливатьс€ї, Ч в ѕерсии, например, где √рибоедову пришлось сложить свою голову под ударами сабель религиозных фанатиков.

Ќет ничего удивительного, что, когда образовалось тайное общество Ђдекабристовї, поставившее себе целью уничтожение абсолютизма в –оссии, крепостного права и наметившего целый р€д реформ, в западноевропейском духе, √рибоедов примкнул к декабристам вместе с писател€ми ќдоевским, Ѕестужевым-ћарлинским, –ылеевым и  юхельбекером.

≈му, однако, не пришлось, волею судьбы, участвовать в восстании 14 декабр€ 1825 г. на —енатской площади в ѕетербурге: он должен был уехать на ¬осток в командировку, где его ждала в своем роде важна€ международна€ проблема: разрешение взаимоотношений –оссии с враждовавшею с нею ѕерсией. Ќо за год до исторического 1825 года √рибоедов окончил сатирическую комедию, в которой, с высоты декабристских идеалов, заклеймил на веки вечные деспотический строй и лицемерно-развратный образ жизни общества в бюрократической –оссии начала XIX века.

Ёта комеди€ была названа автором Ђ√оре от умаї, исход€ из того положени€, что

—удьба-проказница, шалунь€,
ќпределила так сама:
¬сем глупым Ч счастье от безумь€,
¬сем умным Ч горе от ума.

Ђ ак ни странно, Ч говорит проф. Ћ€цкий во вступительной статье к шведскому изданию У√оре от умаФ (1920), Ч но только в наши дни открываетс€ возможность оценить в полной мере историческое значение У√ор€ от умаФ. Ѕорьба двух миров, с такой €ркой художественностью изображенна€ √рибоедовым, только теперь с полной очевидностью обнаружила свои принципиальные основани€. —то лет назад пылкие речи „ацкого понимались как дерзкий призыв к отказу от {236} бытовых и общественных начал двор€нской, помещичьей и чиновничьей жизни, которые были кровно св€заны с реальнейшими интересами прав€щих классов и выражали весь катехизис их государственно-правовых убеждений и взгл€дов. “еперь стало €сно, что „ацкий был не отщепенцем фамусовского общества, но политическим борцом за иной пор€док жизни в –оссии, пор€док, основанный на принципах гражданской свободы. ќн €вилс€ поборником равенства всех граждан, одинаково труд€щихс€, люб€щих свою родину и ищущих в ее благе осуществлени€ своих идеалов личного счасть€ї.

¬месте с тем пьеса √рибоедова как нельз€ лучше вы€вила разницу между подлинно цивилизованными и культурными людьми и людьми чисто внешней цивилизации и культуры, Ч принадлежи они хот€ бы к столь заслуженным в истории объединени€м, как то же общество декабристов, в состав которого входили, как мы знаем, не только „ацкие, но иЕ –епетиловы.

 огда современники √рибоедова впервые ознакомились с его Ђ√оре от умаї, ими, как известно, овладело полное недоумение: до того эта комеди€, замечает проф. “иандер, отличалась от всего, что они привыкли видеть в этой области, начина€ с Ђинтригиї, не имевшей ничего общего с пон€тием Ђинтригиї, присущей тогдашней комедии ложноклассической школы.

¬ сущности говор€, Ђинтригаї в Ђ√оре от умаї имеетс€, казалось бы, налицо и еще сам √рибоедов, как только подн€лс€ вопрос о плане его произведени€, определил ее (в письме к  атенину) такими ироническими словами: Ђƒевушка, сама не глупа€, предпочитает дурака умному человекуї.

Ђќчень может быть, что √рибоедов первоначально и имел в виду разработать только этот сюжет, но впоследствии вздумал расширить свою комедию в сатирическую картину московского общества, и, вместо одного дурака, вывел целых 25!ї Ч отмечает проф. “иандер в своем очерке Ђ»стори€ театраї.

—реди этих Ђдураковї есть злые дураки и сравнительно добрые (как например, ѕлатон ћихайлович), есть образованные и необразованные (например, кн€гин€ “угоуховска€), {237} есть подлые и только с Ђхитринкойї, есть Ђкрупные дуракиї и Ђсебе на умеї, Ч словом, имеетс€ целый ассортимент всевозможнейших дураков. » все они или, вернее, почти все Ђсписаныї √рибоедовым, как ныне дознано, с известных лиц той пам€тной ћосквы, которую теперь называют Ђ√рибоедовскойї.

я сказал Ђсписаныї. Ёто неправда! ћы знаем, что не дело искусства, понимаемого как творчество, Ђсписыватьї что-либо, т. е. представл€ть что бы то ни было в том виде, в каком оно дано самой природой. Ђ»скусство, Ч правильно заметил ќ. ”айльд, Ч есть лишь одна из форм преувеличени€ї. » эти слова особенно приложимы к сатире; а именно сатирою, и притом жестокой сатирою, оказалась сочиненна€ √рибоедовым комеди€ Ђ√оре от умаї.

Ђ—атироюї на что? —атирой на то общество, которое окружало √рибоедова и которое поэт, благодар€ присущему ему сарказму, не мог видеть иначе, как в сильном преломлении своего насмешливого, взыскательного духа.

 то спорит! Ѕыло б чрезвычайно интересно увидеть всех этих Ђ‘амусовыхї, Ђ—калозубовї и Ђћолчалиныхї в той исторической подлинности, в какой они жили и блудили, на стогнах тогдашней ћосквы. Ќо, может быть, не менее интересно и, во вс€ком случае, художественно-поучительно увидеть этих лиц не в объективной их данности (в коей поди еще разберись: что в ней положительного, а что отрицательного), а в критической характеристике художника, у которого зоркий глаз на скрытые грешки (так сказать, тайновидение плоти!) и живописное перо, метко и умело подчеркивающее то, на что должно быть направлено наше сугубое внимание.

ћногие из литературных критиков, вернее даже Ч их подавл€ющее большинство, вид€т в Ђ√оре от умаї √рибоедова сильное вли€ние Ђћизантропаї ћольера. —ходство Ђћизантропаї с Ђ√оре от умаї Ч бесспорно €вственно. ќднако √рибоедов, поучают другие критики, не ограничилс€, в своем создании, простым лишь подражанием, а сумел так глубоко пропитать „ацкого вли€нием московской атмосферы двадцатых годов, так тесно поставить его в ближайшую св€зь с миросозерцанием своего времени, что родство „ацкого с јльцестом забываетс€ и сам „ацкий получает значение совершенно самосто€тельного образа.

¬ результате беспристрастного анализа комедии √рибоедова, позволительно придти к заключению, что Ђ√оре от умаї Ч все же перва€ русска€ комеди€, порвавша€ с трем€ главными требовани€ми ложноклассической школы: интриг ой, типичностью характеров (так как у √рибоедова типичность заменена сатирической портретностью) и моральной тенденцией (так как в Ђ√оре от умаї нет финальной прописи: Ђѕорок наказан, {238} добродетель торжествуетї). ј вместе с этим заключением и после столетнего успеха нетрудно согласитьс€ с ј. ј. Ѕестужевым, который в Ђѕол€рной звездеї за 1825 г. определил ее будущность: Ђ омеди€ У√оре от умаФ, Ч сказал ј. ј. Ѕестужев, Ч феномен, какого мы не видали со времен УЌедоросл€Ф. “олпа характеров обрисована смело и резко; жива€ картина московских нравов, душа в чувствовани€х, ум и остроумие в речах, невиданна€ доселе беглость и природа русского €зыка в стихах, все это завлекает, поражает, приковывает внимание. √овор€т, что в ней нет зав€зки, интриги, что автор не по правилам нравитс€; но пусть они говор€т, что им угодно: предрассудки рассеютс€, и будущее оценит сию комедию и поставит ее в число первых творений народныхї.

 ак € уже говорил в главе IV насто€щей Ђ»сторииї, вли€ние ћольера на русскую драматургию начало сказыватьс€ еще во времена ѕетра ¬еликого, продолжа€ крепнуть с годами по той простой причине, что все выдающиес€ мастера русской комедии и, в их числе, самый одаренный среди них Ч √рибоедов, признали в ћольере безоговорочно своего вдохновител€ и вечный образец дл€ подражани€.

ƒругим равнозначащим идеалом, как и следовало ожидать, русские драматурги, Ч подобно драматургам прочих европейских стран и стран Ќового —вета, Ч признали великого Ўекспира.

»менно Ўекспир, верней Ч прилежное знакомство с ним Ч сыграло решающую роль в крушении ложноклассического театра в –оссии, почти одновременно с крушением его Ђклассического образцаї на «ападе. ќно и не могло случитьс€ иначе, при подлинном (а не поверхностном, как например, у —умарокова) изучении трагедий великого английского гени€: в то врем€ как его произведени€ тесно св€заны с народным искусством, Ч у  орнел€, –асина и других лишь виртуозное подражание античным образцам; у Ўекспира Ч вольное развертывание таланта во всю ширь, не ограниченную никакими преградами; у представителей ложноклассического театра Ч педантичные ограничени€, распределени€ и указани€; у Ўекспира Ч земл€на€ мощь и гениальна€ удаль (столь родственные русской душе!), у французских Ђклассиковї Ч благовоспитанность, сдержанность и чисто внешнее из€щество.

Ђ ак это ни странно, Ч замечает проф. “иандер в цитированном уже мною труде, Ч но первым автором, знаком€щим русскую публику с Ўекспиром, была сама ≈катеринаї. —реди ее комедий находим и пьесу Ђ¬от каково иметь корзину и бельеї, вольное, но слабое переложение из Ўекспира. ѕо своему обыкновению, ≈катерина конечно перенесла действие из ¬индзора Ђв город —в. ѕетраї и переименовала действующих лиц на русский лад; ‘альстафа, например, в якова ¬асильевича ѕолкадова.  роме того, ≈катерина вносит и русские сценические штрихи, рису€ ѕолкадова кантемировским петиметром, который посто€нно вспоминает о своих заграничных впечатлени€х и при этом вместо Ђ≈вропыї говорит Ђ≈рлопаї, и т. д. ѕомимо этого, у ≈катерины ¬еликой, читавшей Ўекспира {239} в немецком переводе (т. е. на родном ей €зыке), Ђвозникла фантази€ї Ч по ее выражению Ч уложить в драму ее домыслы о –юрике, Ђкоторую, Ч сообщает ≈катерина, Ч € и велела напечатать в 1786 г. Ќикто не обратил внимани€, Ч добавл€ет ≈катерина, Ч на это единственное в своем роде произведение, и оно никогда не исполн€лось на сценеї.

ƒраматическое произведение, Ђникогда не исполн€вшеес€ на сценеї, где оно получает всю свою полноценность, лежит вне дос€гаемости чисто театральной критики, а потому € воздержусь от обсуждени€, поскольку Ўекспир помог ≈катерине II Ђуложить в драмуї ее Ђдомыслы о –юрикеї. —кажу лишь, что, если вли€ние Ўекспира было благотворно дл€ драматургии этой просвещенной государыни, Ч оно (как мы знаем, а не только предполагаем!) оказалось на редкость плодотворным дл€ драматургии высокопросвещенного поэта ј. —. ѕушкина (1799 Ц 1837), который, плененный чарами великого ¬иль€ма, создал свой драматический шедевр Ч ЂЅориса √одуноваї.

¬ порыве увлечени€ Ўекспиром, ѕушкин не только отвернулс€ от великих французских Ђклассиковї XVI Ц XVII веков, но еще издевательски их высме€л.

ќ –асине он пишет, что у него Ђполускифї »пполит поднимает перчатку и говорит €зыком молодого воспитанного маркизаЕ ѕлан и характер Ђ‘едрыї Ч верх глупости и ничтожества в изобретении; “езей Ч не что иное, как первый ћольеров рогач. »пполит, суровый скифский последыш, не что иное, {240} как благовоспитанный мальчик, учтивый и поучительный.

¬ысоко став€ достоинства  орнелева Ђ—идаї, ѕушкин в то же самое врем€ замечает: Ђ–имл€не  орнел€ суть если не испанские рыцари, то гасконские бароныї, и Ђстрога€ его муза напудрена и нарум€ненаї.

ƒумают, что на склад воззрений ѕушкина на драму сильно повли€л Ђ урс драматической литературыї ј. ¬. Ўлегел€, по€вившийс€ в 1814 г. по-французски, что значительно облегчило ѕушкину знакомство с этим классическим трактатом: как известно, по-немецки он разбиралс€ плохо.

Ўлегель подвергал обсто€тельной критике драматургические взгл€ды французских классиков, указывал на вред узаконенных единств места и времени и особенно превозносил достоинства английской драмы и ее главы, Ўекспира.

Ёто благоговение к Ўекспиру полностью раздел€л и ѕушкин. ¬ одном французском письме он признаетс€: Ђя не читал ни  альдерона, ни Ћопе, но что за Ўекспир!  ак Ѕайрон-трагик жалок в сравнении с нимї. Ђ„итайте Ўекспира, Ч пишет он в другом месте, Ч он никогда не боитс€ скомпрометировать своего персонажа. ќн заставл€ет говорить со всем изобилием жизни, потому что он уверен, что найдет своему персонажу €зык, сообразный услови€м и места и времениї. ѕодробно разбирает ѕушкин характеры Ўейлока и особенно ‘альстафа. ЂЋица, созданные Ўекспиром, не суть, как у ћольера, типы такой-то страсти, такого-то порока, но существа живые, исполненные многих страстей, многих пороков; обсто€тельства развивают перед зрителем их разнообразие и многосложные характеры.

” ћольера —купой Ч скуп и только. ” Ўекспира Ўейлок скуп, сметлив, мстителен, чадолюбив, остроуменї.

¬ конце концов ѕушкин приходит к выводу, что Ђнашему театру приличны народные законы драмы Ўекспировой, а не придворный обычай трагедии –асинаї.

Ёти-то Ђнародные законы драмы Ўекспировойї ѕушкин и приложил к созданию своей пьесы ЂЅорис √одуновї, где мы встречаем ту же быструю смену сцен и раст€жимость театрального вечера, какие свойственны хроникам Ўекспира, тот же художественный метод воскрешени€ прошлого, ту же прослойку стихотворного диалога прозаическим и пр.

ѕодража€ так почтительно Ўекспиру, ѕушкин упустил из виду только одно обсто€тельство: Ўекспир, рассчитыва€ на многоплановую английскую сцену XVI Ц XVII вв. (где место действи€ обозначалось сплошь и р€дом только надписью, а не декораци€ми), мог позволить себе частую перемену места действи€ без малейшего ущерба дл€ времени дл€щегос€ спектакл€; ѕушкин же, следу€ требованию {241} театра XIX века, никак не мог обойтись без декораций, что влекло за собой неизбежно длинные антракты.

¬ силу этого обсто€тельства ЂЅорис √одуновї оказалс€ пьесой Ђнеигральнойї (выража€сь театральным жаргоном) и она осталась почти вне р€дового репертуара русских театров. Ќадо было по€витьс€ на свет гениальному ћусоргскому, надо было интерпретировать весь пушкинский текст той эмоционально-русской музыкой, какой полна опера ЂЅорис √одуновї, надо было поставить это произведение ѕушкина-ћусоргского на оперной сцене, с ее Ђчистымиї (т. е. мгновенными) переменами, чтобы оно зазвучало наконец с должной театральной силой.

Ђѕо примеру Ўекспира, Ч писал ѕушкин Ќ. Ќ. –аевскому в 1829 году, Ч € ограничилс€ изображением эпохи и исторических личностей, не гон€€сь за сценическими эффектами, романическим пафосом и проч.ї ¬ этом, в добавление к сказанному, заключалась также больша€ ошибка ѕушкина, ибо Ђсценические эффектыї, в благородном их использовании, служат к в€щей выразительности драматического действи€. «наменитый критик ¬иссарион Ѕелинский правильно полагал, что ЂЅорис √одуновї едва ли бы произвел на сцене то, что называетс€ эффектом и без чего пьеса падает.

Ќе имели успеха на сцене драмы (а не оперы!) ни при жизни ѕушкина, ни после смерти великого поэта Ч ни его Ђƒон ∆уанї, ни Ђ—купой –ыцарьї, ни Ђ–усалкаї, ни Ђћоцарт и —альериї.

Ёто тем более удивительно, что, как теоретик драмы, ѕушкин высказал чрезвычайно верные мысли о драме, могущие быть прин€тыми за подлинное Ђоткрытиеї: именно в 1830 году, во введении к критическому разбору пьесы ћ. ѕогодина Ђћарфа ѕосадницаї, ѕушкин, со свойственной ему проникновенностью в суть вещей, утверждает, что драма должна показать зрител€м Ђправдивость страстей и правдоподобие чувств, в данных обсто€тельствахї. Ёта формула не подходит к идее правдоподоби€: ЂЕ сама€ сущность драматического искусства исключает правдоподобиеї. ѕушкин здесь касаетс€ внутреннего противоречи€ театрального искусства, Ч проблемы, котора€ предстает во всех системах драматургии. — одной стороны, Ђсущность драматического искусства исключает правдоподобиеї, с другой Ч природа театра требует правдивости страстей и правдоподоби€ чувств.

 аким образом ѕушкин разрешает данное противоречие? ќн признает его законность и необходимость, потому что видит здесь как раз одно из наиболее действительных средств театральной Ђубедительностиї. ѕравдивость страстей и правдоподобие чувств должны про€вл€тьс€ в Ђданных обсто€тельствахї, но вовсе не необходимо, чтоб эти обсто€тельства рабски {243} следовали законам правдоподоби€. ћожно найти Ђмаску преувеличени€ї, и Ђможет не хватать точного соблюдени€ правды в костюме, в местной окраске и в поводеї. “о, что €вл€етс€ основным, дл€ ѕушкина, в драме, это то, что управл€ет страст€ми и душой человека, и это Ђуправлениеї не может быть реализовано иначе, как посредством высшей правдивости страстей, кака€ главенствует над Ђданными обсто€тельствамиї и увлекает зрител€ Ђсвободным и широким представлением характеровї.

¬от путь, какой намечает ѕушкин, как ведущий драматическую литературу к правдивости ее внутреннего содержани€, благодар€ глубокому пониманию законов театральности и употреблению Ђмаски преувеличени€ї, каковую знал и должен знать подлинно народный театр.

ѕризнаюсь, как основоположник учени€ о театральности, в положительном значении этого пон€ти€, что редко приходилось за мой долгий век внимать таким здравым мысл€м об условности драматургии и отсюда Ч всего сценического искусства, какие высказаны ѕушкиным.

ѕравда, у гениального ѕушкина теори€ и практика прискорбно разошлись в ЂЅорисе √одуновеї, не обеспечив этой трагедии (как и другим его пьесам) длительного успеха, но, стоит только прин€тьс€ за чтение того же ЂЅориса √одуноваї, Ч Ђнаписанного дл€ чтени€ї, по мнению Ѕелинского, как мы Ђначинаем поддаватьс€ тем чарам диалога этой пьесы, тех живописных бытовых подробностей ее исторически законченных портретов ее действующих лиц, что у нас, по закрытии книги, остаетс€ впечатление, будто мы присутствовали на изысканно-художественном, поучительно-глубоком театральном представлении, по сравнению с коим пьесы  оцебу, например, имевшие во времена ѕушкина сказочный успех, должны казатьс€ неверо€тным антихудожественным вздоромї.

ћы перейдем теперь к более счастливому в своей теории и практике сподвижнику ѕушкина Ч конгениальному ему театральному реформатору Ч к √оголю (1809 Ц 1852), который получил сюжет дл€ своей бессмертной комедии Ђ–евизорї ни от кого другого, как от того же ѕушкина.

Ђ„то хуже всего, Ч писал √оголь, говор€ о петербургской сцене в 1835 Ц 1836 гг., Ч так это отсутствие национального на нашей сцене.  ого играют наши актеры?  аких-то нехристей, людей Ч не французов и не немцев, но бог знает когоЕ –усского мы просим! —воего давайте нам! „то нам французы и весь заморский люд? –азве мало у нас нашего народа? –усских характеров, своих характеров! ƒавайте нас самих! ƒавайте нам наших плутов! »зобразите нам нашего, честного, пр€мого человекаЕ Ќа сцену их! ѕусть видит их весь народ!ї

» вот вышло так, что другие только Ђрезонерствовалиї насчет Ђрусскостиї в театре, только порывались, подража€ ћольеру или Ўекспиру, насадить эту Ђрусскостьї в драматической литературе и на сцене, а √оголь, пренебрега€ вс€кими Ђконвенансамиї перед «ападом, рискнул и впр€мь сотворить в театре нечто совершенно русское, нечто оригинально-национальное, {244} нечто неслыханное ни в драматургии –оссии, ни в ее теории драматического искусства, ни особенно в его практике, коей √оголь был привержен еще со школьной скамьи.

ƒл€ того чтобы не быть голословным, приведу тут же биографические отрывки, рисующие нам как нельз€ более убедительно, с каким €рым националистом и самобытным реалистом-новатором мы встречаемс€ на театральных подмостках в лице Ќикола€ ¬асильевича √огол€.

ќднажды √оголь, учась в Ќежинском лицее, сочинил, вместе с одноклассником ѕрокоповичем, двухактную пьесу из Ђмалороссийского бытаї, в которой немалую роль др€хлого старика вз€лс€ играть сам √оголь.

ЂЌастал вечер спектакл€, Ч рассказывает “. √. ѕащенко (свидетель первого театрального успеха √огол€), Ч на который съехались многие родные лицеистов и посторонниеЕ ¬о втором действии представлена на сцене проста€ малороссийска€ хата. ¬озле хаты стоит скамеечка; на сцене никого нет. ¬от €вл€етс€ др€хлый старик в простом кожухе, в бараньей шапке и смазных сапогах. ќпира€сь на палку, он едва передвигаетс€, доходит, кр€хт€, до скамьи и садитс€. —идит, тр€сетс€, хихикает и кашл€ет, да, наконец, закашл€лс€ таким удушливым и сильным старческим кашлем, с неожиданным прибавлением, что вс€ публика грохнула и разразилась неудержимым смехом. ј старик преспокойно подн€лс€ со скамейки и поплелс€ со сцены, уморивши всех со смеху. Ѕежит за ширмы инспектор Ѕелоусов:





ѕоделитьс€ с друзь€ми:


ƒата добавлени€: 2017-03-11; ћы поможем в написании ваших работ!; просмотров: 385 | Ќарушение авторских прав


ѕоиск на сайте:

Ћучшие изречени€:

—воим успехом € об€зана тому, что никогда не оправдывалась и не принимала оправданий от других. © ‘лоренс Ќайтингейл
==> читать все изречени€...

2115 - | 1919 -


© 2015-2024 lektsii.org -  онтакты - ѕоследнее добавление

√ен: 0.036 с.