Сергей подошел к столу. Повертел в руках яркую бумажную упаковку и криво усмехнулся. Собственный план неожиданно начал Ильину нравиться. Он казался дерзким и в то же время – забавным. Сергей уже явственно видел, как ему сделать свой розыгрыш убедительнее. К тому же подсказок – тьма! Книги, фильмы, эти забавные картинки… Точно, пора хоть раз проучить Лапшина! «Гришка еще покрутится как уж на раскаленной сковородке, – мстительно размышлял Сергей. – В следующий раз хорошенько подумает, гад рыжий, прежде чем рот раскрывать!»
Сергей опасался передумать, струсить в последний момент – с ним такое уже случалось. Действительно – лучше ковать железо, пока оно горячо! Он молниеносным движением вскрыл принесенный Гришкой пакетик и высыпал мерзко пахнущую смесь в свой стакан с апельсиновым соком. Ехидно посмотрел на ошеломленную, застывшую от изумления физиономию ближайшего друга и, почти не морщась, залпом выпил жидкость до дна. Ласково улыбнулся испуганной его поступком Дине. Перевернул стакан, продемонстрировав таким образом потрясенному Гришке, что в нем не осталось даже осадка, и хрипло рассмеялся. Дело сделано!
Глава 6
Осталось одно – ждать
Впрочем, смеялся только Сергей. Остальные пораженно молчали. И завороженно смотрели на друга, явно не веря собственным глазам. В библиотеке стало удивительно тихо. Лишь еле слышно гудел компьютер, и забытый всеми Тимка, тоненько поскуливая, залез под огромный письменный стол и там затих. На него никто не обращал внимания.
Дина двумя пальчиками подняла пустую упаковку и, рассматривая ее, с ужасом пробормотала:
– З‑зачем т‑ты это с‑сделал?!
Сергей пожал плечами:
– Нужно же проверить очередную Гришкину идею. Он ТАК в ней уверен…
Светлана протяжно вздохнула: у нее просто не было слов. Не ожидавший ничего подобного Гришка невнятно выругался. Лена зло буркнула:
– Не на себе же!
Светлана обеспокоенно сказала:
– Мало ли какой дряни могли напихать в этот пакет! А если ты отравишься?!
Сергей приподнял брови и преувеличенно‑возмущенно воскликнул:
– Ты что, не веришь Гришке?! – Чуть помолчал и насмешливо добавил: – Не забывай – его дикие идеи все равно в итоге проверяются на ком‑нибудь из нас. Так почему бы и не на мне?
– Зря, – сердито бросила Светлана, – не ожидала от тебя!
– Чего не ожидала? – усмехнулся Сергей.
– Такого легкомыслия! – отрезала Лукьяненко.
Лена язвительно заметила:
– Да ты что, Светка, забыла, с кем дело имеешь? С людьми творческими! С гениями почти. С мазилками, елки! То есть художничками. Куда нам, простым смертным, за их творческой мыслью поспеть! – Она стукнула кулаком по стене. – Один приволок какую‑то дрянь, другой – ее выпил, а мы теперь волнуйся. Как всегда!
Лена говорила с искренней злостью, и Гришка наконец начал приходить в себя. Громко икнул, почесал в затылке и озадаченно уставился на друга:
– Ну, ты даешь, Серый! Не ожидал, честное слово.
– Да? – ехидно хмыкнул Сергей. – А для чего ты притащил эту дрянь ко мне в дом? Или собирался напоить кого‑нибудь из девчонок?
– Почему – из девчонок? – растерялся Лапшин.
– Ну, – насмешливо посмотрел на него Сергей, – на себе‑то ты обычно не экспериментируешь. Все на нас, бедных!
Гришка насупился. Дина нервно хихикнула. Сергей сухо продолжил:
– И потом, если это выпил бы ты, кто бы проследил за чистотой эксперимента? – Он криво усмехнулся. – Нет, я только тебе и доверяю. Не девчонкам же!
Замороченный Гришка гулко сглотнул. Неожиданный поворот событий совершенно выбил его из колеи. Гришка даже забыл, что же на самом деле он собирался делать с этим дьявольским пакетиком. Не сомневался в одном – только не пить! Он оценивающе посмотрел на друга и пожал плечами. «В конце концов, главное, чтоб Серега не траванулся, – озабоченно подумал он. – И не попал в больницу. А то воплей будет, если Карповна узнает…» С другой стороны, не могли же в магазине продавать яд? Ведь там все подобрано для обычнейших розыгрышей к Хеллоуину. Так что это «зелье» наверняка вполне безобидное. Ну, травка какая‑нибудь. Из тех, что добавляют в чай. Секундой позже в Гришкину неугомонную голову пришла еще одна мысль. И неплохая. Ведь розыгрыш‑то можно продолжить! Подумаешь – актерский состав сменился! Нужно лишь Серого как следует подготовить к роли. Как‑нибудь поосторожнее, чтобы он не разозлился. Когда девчонки домой убегут. Нет, и почему Ильин такой скучный, а?! Не раскачаешь его! «Ничего, обломаем!»
Гришка мысленно потер руки и оживленно заявил:
– Ну и ладно! Что случилось, то случилось. Теперь будем ждать.
Дина, превратившая от волнения свою длинную каштановую косу в настоящее облако пушистых волос, испуганно пролепетала:
– Ч‑чего ж‑ждать?
– Как – чего? – довольно хохотнул Гришка. – Превращения Сереги в вампира! Зубастенького и с красными глазками! Так, Серый?
Дина потрясенно ахнула. Светлана посмотрела на Гришку с явным возмущением: выходка Ильина вовсе не казалась ей предметом для шуток. А пакетик со странными рисунками совсем ей не понравился. Нет, Светлана абсолютно не верила в то, что Гришкина байка – правдива. Однако глотать незнакомые порошки – глупо и опасно!
Злющая, как оса, Лена оттащила Гришку в сторону и потихоньку от всех сунула ему под нос небольшой, но крепкий кулак. И даже пару раз довольно больно стукнула Лапшина. Гришка смолчал. Только крякнул и скривился, будто касторки хлебнул.
– Ну смотри, Рыжий, – прорычала Лена, – если ты нас опять во что‑нибудь эдакое втравил – прибью!!!
Гришка энергично растер ладонью занывшие ребра и невинно захлопал светлыми ресницами:
– Ты о чем, Ленок? – прошептал он. – Не веришь же ты всерьез во всю эту чушь?! Клянусь, в худшем случае Серегу просто пронесет!
Лена, прекрасно помнившая свое первое впечатление от жуткой лавчонки, так вовсе не считала. А уж невероятные картинки на проклятом пакетике заставили бы, по ее мнению, задуматься даже дебила. Исключая Гришку Лапшина, конечно! Или Серегу Ильина. Нет, ну и повезло же ей с друзьями! С пеленок нервы ей треплют, никакой жизни! Лена прошипела сквозь зубы:
– Я тебя предупредила, учти!
И еще разок – весьма ощутимо! – заехала охнувшему Гришке по ребрам.
Сергей внимательно наблюдал за друзьями, шептавшимися у окна. Растерянное лицо Гришки и злющее – Лены окончательно убедили его, что своей неожиданной выходкой он сорвал этой сладкой парочке очередную каверзу. Наверняка они планировали какой‑нибудь невероятный розыгрыш! Сергей ядовито ухмыльнулся – теперь совещаются, виноватых ищут. Пакетик‑то с травами накрылся! Вряд ли они еще что‑нибудь заранее припасли. Привыкли, что все им с рук сходит. Авантюристы! Вечно они действуют единой командой. Сергей еще раз клятвенно пообещал себе, что проучит друзей раз и навсегда. Заставит наконец именно их понервничать! Пусть сами окажутся на месте других, Гришке с Ленкой это полезно.
Глава 7
Утренние тревоги
Утром Гришке пришлось гулять с Тимкой. Вообще‑то папа недавно обещал, что все утренние прогулки он возьмет на себя, но… Он в очередной раз прособирался и теперь опаздывал на работу. Так что сына поднял на целые полчаса раньше положенного, Гришка еле‑еле заставил себя проснуться. Один Тимка был откровенно счастлив и, по своему обыкновению, полез лизаться. Полусонный Гришка даже от завтрака отказался. Взял Тимку на поводок и нехотя поплелся на улицу.
Гришка открыл дверь подъезда и недовольно нахмурился: шел дождь. И не обычная осенняя морось, которая сыпалась с неба всю неделю, а почти ливень. Крупные капли то и дело срывались с козырька над подъездом и звучно шлепались на крыльцо. Весь двор был в лужах! Тимка весело вылетел на улицу и озадаченно сморщил нос. Звонко чихнул и дал задний ход. Оказавшись вновь на крыльце, он поднял голову и вопросительно уставился на хозяина.
– Скажите‑ка, кисейная барышня какая! – возмутился Гришка и длинно зевнул.
Тимка протестующе тявкнул и встряхнулся, во все стороны полетели брызги. Щенок недовольно заскулил: идти под дождь ему совсем не хотелось. Гришка насмешливо покосился на пса:
– Можешь тут не пристраиваться, все равно придется в сквер бежать! На горшок‑то тебе надо, так?
Тимке тон хозяина не понравился, и он тоненько взвизгнул. Гришка пожал плечами:
– Думаешь, мне хочется туда идти? Вот уж нет!
Гришка бесцеремонно столкнул упиравшегося Тимку со ступенек. Натянул на голову капюшон и с тяжелым вздохом перепрыгнул через ближайшую лужу. Поняв, что от прогулки ему не отвертеться, щенок неохотно потрусил к ближайшему газону. Он не любил дождь. Тем более с ветром. Хмурый Гришка болтался на другом конце поводка – уже частично пожеванного! – и размышлял о вчерашнем. Он до сих пор не мог понять поступка Сергея. Вот если бы Ленка назло ему выхлебала зелье – это другое дело, а Ильин… Этот дурацкий жест совершенно не в его духе. Ведь Серега довольно осторожен. И брезглив. Гришка хмыкнул – Ильин не во всякое кафе‑то заходит! Особенно если ему попадались на глаза мутный стакан или плохо отмытая ложечка для мороженого… А тут – на тебе! Какую‑то незнакомую травку – да еще с таким отвратительным запахом! – проглотил не задумываясь. Должна же быть хоть какая‑то причина для этого?
Жаль, вчера остаться у Серого не получилось. Ну ничего, еще есть время уговорить его мне подыграть.
Гришка оттащил Тимку от валявшегося на асфальте размокшего куска булки и свернул к скверу. И недоверчиво ухмыльнулся: не мог же Серый действительно купиться на те басни, которые он, Гришка, вчера наплел друзьям? Вообще‑то он больше рассчитывал на девчонок, не на Ильина. «Или… – Гришка застыл посреди дороги, пораженный неожиданной мыслью. Смахнул с носа назойливо повисшую дождевую каплю. – Или он САМ решился меня разыграть?!» А что – запросто! Будет теперь косить под вампира – стащил, гад, чужую идею…
Тимка закончил свой утренний моцион. Гулять под дождем он больше не желал и мощным рывком потянул хозяина к дому. Едва поспевая за щенком, Гришка озабоченно подумал: «Во, блин, вляпался! Девки‑то запросто что угодно проглотят. А уж если они поверят Серому… Тушите свет!» Расстроенный Гришка машинально перепрыгнул через следующую лужу и убитым тоном пробормотал:
– Да‑а… Вот тогда‑то Ленка точно меня на мыло пустит! У нее давно руки чешутся.
И отчего Парамонову понесло на это мерзкое карате?! Лучше бы… вышивать научилась! Крестиком.
Внеплановой утренней прогулкой Гришкины неприятности на сегодня не исчерпались. К его искреннему изумлению, он пришел в школу раньше Сергея. Впервые! Ведь Ильин – с его‑то обязательностью! – вечно являлся минут за пятнадцать до звонка. Гришка раз десять посмотрел на часы, но они шли нормально. Получалось, что именно Серый задерживался. Или… Да нет, глупости! Оставшееся до первого урока время Гришка буквально не находил себе места. Он несколько раз выбегал в холл и стоял там камень камнем, нетерпеливо поедая взглядом входную дверь. Это помогало мало – обычно пунктуального Сергея все не было.
Встревоженные Дина и Светлана тоже не смогли усидеть в классе. Топтались у окна в коридоре и караулили подходы к школе. А злющая донельзя Лена, проходя мимо Гришки, вновь сунула ему под нос кулак. Еще и прошипела, не хуже иной змеюки:
– Ну, Рыжий, готовься! Если с Серым что‑то случилось…
На Гришкино счастье, Лена ошиблась – Ильин все‑таки пришел в школу. Правда, на урок он опоздал. Пораженная математичка пропустила его в класс молча. Даже не спросила причины опоздания. Лишь посмотрела сочувственно. Наверняка она не сомневалась – что‑то случилось у Ильина дома.
Гришка пропустил Сергея на его место и с деланным безразличием шепнул:
– Ну как ты? После травки? Не пронесло?
– Отстань, – буркнул Сергей, роясь в сумке. – Всю ночь из‑за тебя голова трещала! Не выспался, глаза слипаются.
– Что, и это все? – разочарованно протянул Гришка.
И с усмешкой подумал, что насчет розыгрыша он, скорее всего, немного поспешил. Сереге Ильину до ТАКОГО в жизни не додуматься! А жаль, классная была идея. Похоронил ее Серый. Кретин!
На перемене ребята привычно собрались у своего любимого окна в коридоре. Другие восьмиклассники на это место давно уже не претендовали. Как‑то так повелось, что здесь собирались лишь они четверо. Ну, и Светлана Лукьяненко в последнее время к ним присоединилась, так что теперь это уютное местечко закрепилось за пятерыми друзьями.
Дина с трудом избавилась от Игоря Сушкова по кличке Пахан, самого «крутого» поклонника – он ухаживал за ней, не в пример Ильину, вполне откровенно! – и подошла к окну последней. Подлетев к Сергею, она перебросила на грудь косу и радостно улыбнулась:
– К‑как х‑хорошо, что все обошлось!
– Да уж, – буркнула Лена, – поволновались мы!
– Почему ты опоздал? – спросила Светлана.
Сергей пожал плечами:
– Так. Не выспался толком, еле встал.
Сергей смотрел на друзей как‑то угрюмо, и Светлана неожиданно забеспокоилась. Не обращая внимания на щебетавшую о предстоящей контрольной по химии Дину, она осторожно присмотрелась к Ильину. И невольно отметила: Сергей казался сегодня каким‑то на удивление бледным. И странно щурил глаза: его веки как – то болезненно подергивались. А волосы… ну, точно! Потемнели! Почти черными выглядят. А вчера еще они были светло‑русыми, Светлана отлично это помнила. «Чушь какая‑то, – рассеянно подумала девочка. – Не могут же волосы за одну ночь изменить цвет? А что он бледный… Мало ли! Наверное, действительно не выспался. Гришка болтал – у Ильина голова болела. Ну, после этого дурацкого порошка…»
В это время низкие тучи за окном разошлись, и школьный коридор мгновенно залило яркими солнечными лучами. Свет электрических ламп потускнел, сделался едва различимым. Дина радостно рассмеялась и открыла форточку. А Сергей нервно вздрогнул. Прикрыл глаза ладонью и торопливо отошел от окна. Встревоженная Светлана проводила его настороженным взглядом. Ей было не по себе. Она чувствовала себя ужасно глупо, но никак не могла выбросить из головы вчерашний пакетик с жуткими картинками. И Сергей сегодня ей совсем не нравился! Светлане почему‑то казалось, что за эту ночь он сильно изменился. И не только внешне. Всегда такой коммуникабельный, он сегодня друзьям и двух слов не сказал. И ни разу не улыбнулся… Светлана тяжело вздохнула. И осторожно потянула глазевшую в окно Лену за рукав ее любимого свитера.
– Слушай, – еле слышно прошептала Светлана, – а вампиры дневного света боятся?
Лена изумленно вытаращила на подругу голубые глаза и выразительно покрутила пальцем у виска.
– Что, Гришкины лавры тебе покоя не дают?
– При чем тут Гришка? – растерялась Светлана.
– Притом, – отрезала Лена. – Всю прошлую неделю он доставал нас всей этой мерзопакостью, а теперь ты решила его сменить?
– Да нет, я серьезно…
– И я серьезно!
И Лена вновь отвернулась к окну.
Светлана пожала плечами и подошла к Гришке Лапшину. На этот раз она решила быть дипломатичнее. Улыбнулась и небрежно бросила:
– Гриш, а ты о Хеллоуине много прочел?
Гришка оживился. Во‑первых, ему всегда нравилась Светлана Лукьяненко; а во‑вторых, это классная тема! И потом – сколько можно молчать? Серый нахохлился, словно сыч. Ленка принципиально с ним не разговаривает после вчерашнего. Динка сегодня таращится только на Ильина, на радостях, наверное, что все обошлось… Да ну их всех к черту!
Гришка поудобнее устроился на подоконнике и заявил:
– Много! Специально по городским библиотекам лазил. А где на дом книг не давали, там я в читальном зале с ними устраивался. Знаешь, какие интересные вещицы встречаются? И старинные книги есть…
Света слушала его внимательно, с неподдельным интересом. Гришка воодушевленно воскликнул:
– Да, еще я в Сети пару вечеров покопался, тоже кое‑что нарыл! По мелочи, правда.
– А не страшно? – с невольным любопытством спросила Светлана. – Все‑таки вампиры, привидения, еще банши, кажется… Брр!
Гришка снисходительно посмотрел на девочку:
– Скажешь тоже – страшно! Интересно – это да, но не больше. И потом – я раньше как‑то ни о чем таком не задумывался, понимаешь?
– Ну и чем это плохо? – удивилась Светлана.
Гришка хмыкнул:
– Конечно, плохо. Обедняет!
Светлана с трудом сдержала улыбку: уж очень серьезно Гришка это сказал! Впрочем, спустя секунду Лапшин уже явно подумал о другом. Соскочил с подоконника и весело заявил:
– Кстати, знаешь, какие обалденные образы все это чтиво мне навеяло?
Светлана демонстративно поморщилась:
– Ты что, еще и рисовать эти кошмарики собрался?
Гришка ухмыльнулся и поправил ее:
– Во‑первых, не рисовать, а писать! А во‑вторых, какие такие кошмарики? Ты же знаешь, как я пишу – никакой конкретики.
– Да уж, – невольно рассмеялась девочка, – одни эмоции!
Уроки рисования у них вел старый художник, Иван Петрович Карамзин. Довольно известная личность в городе и области. То ли скучновато Карамзину стало, то ли действительно, как смеялись в школе, он на старости лет решил нести искусство в массы, но Иван Петрович вдруг выпросил у дирекции школы класс и занимался им вот уже восьмой год. Карамзину повезло: он обрел в классе не только учеников, но и единомышленников. «Фанатов‑художничков, мазилок», – как презрительно называла их Лена. Ими оказались Сергей и Гришка. Правда, Гришкину манеру рисования Карандаш – так звали учителя между собой ребята – всерьез начал воспринимать лишь с недавних пор. До этого он просто пренебрежительно пожимал плечами. Даже не пытался разобраться в том буйстве красок, которые устраивал на своих полотнах Гришка. А уж угадать в них заданную тему!.. Это было очень непросто. Пейзаж, натюрморт или портрет на Гришкиной картине для большинства непосвященных смотрелись абсолютно одинаково. И все‑таки многие зрители замирали возле Гришкиных работ надолго, часто – против своей воли. Глазели завороженно – и отходили, как‑то странно притихнув.
Светлане, например, Гришкины полотна всегда нравились. И она никогда не ошибалась и не путала лесное озеро с румяным яблоком. И не считала абстракционизм завесой для сокрытия бездарности, как думал суровый Гришкин отец. Впечатлительную девочку полотна Лапшина буквально околдовывали. В них всегда столько экспрессии, столько жизни и настроения!
Наконец Светлана решила, что Гришка к разговору подготовлен в достаточной степени, и осторожно перешла к волнующей теме:
– Слушай, а банши солнечного света боятся, нет? Или вампиры, скажем?
Гришку этот странный вопрос не удивил. Он оживленно воскликнул:
– Насчет банши – не скажу. Они вообще‑то лишь концерты по ночам дают, а вот вампиры… – Гришка немного помолчал и пожал плечами: – Тут, знаешь, авторы несколько путаются. Кто что гудит. Но большинство сходится на одном: они его не то чтобы боятся, но не любят. Глаза их плохо его переносят, что ли? Сумрак для них предпочтительнее. И потом, опять‑таки, смотря какие вампиры…
Светлана ждала продолжения. Гришка замолчал, словно забыв на время о девочке, потом задумчиво пробормотал:
– А что? Интересная тема. Вампир ярким солнечным днем! Должно прозвучать…
Гришкины губы продолжали шевелиться. Глаза слепо смотрели на обитую деревянными панелями стену. Длинные пальцы нервно вздрагивали: мальчик уже мысленно взял в руки кисть. Светлана грустно вздохнула. Она поняла, что от Гришки ей больше ничего не добиться, он уже в отключке. И надолго, как она знала по опыту. Светлана обернулась к Сергею, но так ничего и не спросила. Ильина рядом не оказалось. По‑прежнему щурясь, он торопливо возвращался в класс. И вошел в него как раз тогда, когда прозвенел звонок.
Глава 8
Светлана встревожена
После уроков друзья неожиданно обнаружили, что Сергей Ильин исчез. Вроде бы только что он сидел на своем стуле, собирая учебники, и вдруг – там пусто! Такого еще не случалось: ребята все семь с половиной лет учебы выходили из школы вместе. Дина побежала к раздевалке, но через пару минут вернулась и жалобно протянула:
– Его т‑там нет! И его к‑куртки тоже. К‑куда же он делся?
Гришка, отлучавшийся сразу после звонка наверх, в мастерскую Карандаша, удивился:
– В мастерской Серого тоже нет. Да и не заходил он туда. Иначе б я его на лестнице встретил. Домой, что ли, без нас умотал? Ну, дает, Серый!
Лена пожала плечами:
– Да ладно вам! Он весь день сегодня какой‑то квелый. Не выспался, я думаю.
– В точку! – воскликнул Гришка. – Сам говорил – у него всю ночь голова трещала, потому он и опоздал.
– А все т‑травка твоя, – сердито заметила Дина.
Друзья нехотя побрели в раздевалку. Неожиданный уход Сергея их как‑то встревожил, хотя ни один из них не отдавал себе в этом отчета. Ребята просто чувствовали себя немного не в своей тарелке. Они лениво разобрали куртки, а потом долго препирались, куда бы им двинуться: по домам или в любимое кафе? Но так ни до чего и не договорились. Вышли на крыльцо и замерли, очарованные. Дождь, ливший практически весь день, наконец закончился. Нависшие над городом тяжелые рыхлые тучи, как по волшебству, исчезли. На пронзительно‑голубом, чисто промытом небе победно сияло солнце. Расцвечивало яркими красками не опавшую еще полностью листву и купалось в многочисленных лужицах, поблескивающих на асфальте. Изумительно свежий воздух пах прелыми листьями и почему‑то грибами.
Друзья невольно оживились. О возвращении домой никто больше и не заикнулся, все дружно повернули к кафе. Даже Лена, посмотрев на часы, пожала плечами и пошла вместе со всеми. Она решила отправиться после кафе на тренировку, не забегая домой. Подумаешь, проблема! Динка или Светка позвонят и предупредят ее маму.
Дина отодвинула свою порцию мороженого и грустно вздохнула:
– Не идет с‑сегодня что‑то. Л‑лучше я п‑пепси возьму. П‑пить хочется.
– Лучше сок, – подняла на нее глаза Светлана. – Тебе полезно. Бледная – жуть! И круги вон под глазами. Тоже не спала, что ли?
– Почему не с‑спала? – удивилась Дина. – Спала!
Лена ехидно улыбнулась и пояснила:
– Она из солидарности с Ильиным побледнела, непонятно, что ли? Тот сегодня прямо как простыня белым был, вот и Динка расстаралась.
Надувшаяся Дина промолчала, а Светлана изумленно воскликнула:
– Ты тоже это заметила, да?!
– Что заметила? – не поняла Лена.
Она с удовольствием облизнулась и быстро поставила перед собой практически нетронутое Динкино мороженное. Гришка громко фыркнул:
– Ну, что Сергей сегодня какой‑то не такой, как обычно?
– Если бы ты сама той бурды вчера хлебнула, тоже выглядела бы необычно, – угрюмо проворчала Лена. – Вспомни, какая от нее вонища шла!
– Тоже, нашла вонищу, – хмыкнул Гришка. – Нормальное зелье. Травой какой‑то пахло, всего делов‑то…
– М‑мне т‑тоже С‑сережа сегодня не п‑понравился, – неожиданно для всех громко сказала Дина.
Ее тонкое личико вспыхнуло, большие карие глаза подозрительно заблестели, и она быстро опустила голову.
Пораженные ребята переглянулись. Динкино заявление удивило их. Причем по нескольким причинам. Во‑первых, они отлично знали: Сергей Ильин Динке нравился – ВСЕГДА. Она едва ли не с детского садика посматривала на него с нескрываемым восхищением, а уж последние год‑два… Во‑вторых, Динка практически всегда молчала. То ли стеснялась того, что она немного заикается, то ли она просто сдержанная такая – по природе. Услышать от нее критическое замечание в адрес кого‑либо из друзей – это было практически невозможно. Наоборот, Дина постоянно защищала от нападок ребят того же Гришку. Или сорвавшуюся в очередной раз Лену. Сергей же в ее представлении был просто совершенством.
А тут – заявить ТАКОЕ…
Лена несколько долгих секунд рассматривала покрасневшую подругу. Потом недоверчиво воскликнула:
– Тебе?! Не понравился? С чего это вдруг?
Дина покраснела еще сильнее и зачем‑то обеими руками вцепилась в свой пустой стакан. Лена с ехидством заметила:
– Вы же чуть ли не с садика друг на друга не надышитесь! Прямо два голубка, смотреть тошно, клянусь.
– Слушай, давай без дурацких шуточек, – сердито одернула ее Светлана. Развернулась к Динке и осторожно поинтересовалась: – Почему он тебе не понравился, можешь сказать?
– Н‑не з‑знаю, – не поднимая головы, прошептала Дина. – Он… он… – Она запнулась и нерешительно повторила: – Н‑не знаю!
– Зато я знаю! – заявила Светлана.
Лена от неожиданности подавилась мороженым и закашлялась. Гришка с легкой тревогой посмотрел на нее. А Дина уткнулась в стакан апельсинового сока, наконец‑то принесенный официанткой. Она до сих пор переживала внезапный уход Сергея и уныло думала: может, она уже не нравится ему? Все‑таки она заикается, это же в какой‑то мере уродство. А рядом полно симпатичных девчонок, говорящих нормально…
– Что ты знаешь?! – с трудом отдышавшись, закричала Лена. – Блин, так и концы отдать недолго!
Светлана вызывающе откликнулась:
– Перечисляю по пунктам! Во‑первых, Сергей сегодня действительно выглядел бледным. И не просто бледным, а ОЧЕНЬ бледным! Во‑вторых, мне показалось, что у него сильно потемнели волосы.
Гришка открыл было рот, но, наткнувшись на сердитый взгляд необычных, почти фиолетовых глаз девочки, почему‑то промолчал. Он вообще редко спорил со Светланой Лукьяненко. С любым другим – запросто, и даже с удовольствим, а с этой девчонкой…
– Повторяю: мне его волосы сегодня показались чуть ли не черными!
Светлана немного помолчала, что‑то лихорадочно обдумывая, и резко развернулась к Лене:
– Помнишь, я утром спрашивала: боятся ли вампиры солнечного света? А потом – тебя спросила о том же! – Она ткнула пальцем в Гришку. Мягко улыбнулась испуганной Дине и язвительно поинтересовалась: – Как вы думаете, зачем мне понадобилось задавать этот дурацкий вопрос? Из желания лишний раз порезвиться? Или, как выдала мне Ленка, заменить на время Лапшина? Испугать вас, привлечь к себе ваше внимание, ну?!
Все заинтересованно молчали. Гришка, прекрасно понявший, откуда ветер дует, тоскливо подумал: «Началось!»
– Так вот, – решительно закончила Светлана, – в‑третьих, мне показалось, что у Сергея сегодня болели глаза! От дневного света. Он даже у окна стоять не смог. Едва лишь солнце выглянуло, как он сразу сбежал. А теперь – думайте! Я все сказала.
Светлана облегченно вздохнула. С ее плеч будто тяжеленный рюкзак сняли. Она наконец высказала друзьям все, что ее сегодня ТАК встревожило. Самое главное, что никто не поднял ее на смех. Даже Гришка.
Глава 9
Все‑таки заболел
Над столиком повисла напряженная тишина. Светлана нечаянно сказала то, что каждая из девочек подсознательно не хотела принимать. Даже думать об этом казалось страшно! Дина вновь, как утопающий за соломинку, ухватилась за свой стакан и, постукивая о его тонкое стекло зубами, попыталась глотнуть сока. Лена машинально вытерла рукавом мгновенно увлажнившийся лоб и почти шепотом спросила:
– Что ты имеешь в виду?!
– Будто ты не поняла, – криво улыбнулась Светлана.
Дина отставила в сторону так и не тронутый стакан с апельсиновым соком и прямым текстом выдала витавшую в воздухе мысль:
– А что, г‑глаза от солнца б‑болят т‑только у в‑вампиров?
Восьмиклассники растерянно переглянулись. Лена что‑то невнятно пробормотала и грозно уставилась на Гришку. Лапшин нервно рассмеялся:
– Девчонки, вы чего? Решили пополнить состав районного желтого домика? Какие вампиры?! Их же не существует!
– А твой пакет с травами? – сердито воскликнула Светлана. – А рассказ старухи, у которой ты его приобрел? А страшные картинки, наконец? Нам все это приснилось?!
– Это же шутка, клянусь! Я просто хотел разыграть вас!
– Что, – недоверчиво посмотрела на него Светлана, – ты и пакетик сам разрисовал?
– И т‑ту смесь в него с‑сам насыпал? – поддержала ее Дина.
Обе девочки смотрели на Гришку с таким возмущением, что и Лена Парамонова вдруг почувствовала себя виноватой. Она внезапно вспомнила, что хоть и косвенно, но она и сама приняла участие в этом розыгрыше. Хотя бы тем, что позволила Гришке все это беспрепятственно провернуть. Тем, что промолчала. Лена тяжело вздохнула. Помассировала занывшие виски и хмуро буркнула Гришке:
– Колись, что уж тут!
Гришка открыл рот и изумленно уставился на нее. Лена смотрела на него угрюмо, но глаз не отводила. Лапшин понял: не расскажет все он сам – расскажет Ленка. А при желании напакостить ему эту историйку можно преподнести ТАК… Над ним вся школа полгода смеяться будет! А Серый вообще ему жизни не даст. Гришка понуро вздохнул и неохотно выложил потрясенным девочкам подлинную историю приобретения им злосчастного зелья. Вредная Ленка на этот раз не дала ему ничего пропустить, ни единой детали. Даже не пропустить – смягчить, и то не позволила! Следила за ним, как удав за несчастным воробышком. Так и ела его своими злющими глазами! Пришлось ему рассказать все до конца. Всю правду. Выложив друзьям эту историю, Гришка с трудом улыбнулся:
