Светке пришло в голову, что хорошо бы осмотреть окрестности сверху. Ребята нашли дерево повыше и с достаточным количеством сучьев, за которые можно было цепляться, и Света, как более ловкая и легкая, полезла наверх. Валерка переживал за нее внизу. Он поминутно спрашивал, не видит ли она чего‑нибудь необычного, и давал советы, как не упасть. В конце концов девочке это надоело, и она сказала ему лезть наверх самому. Валерка прекратил советовать, а вскоре его уже не было видно сквозь густую растительную крышу. Света карабкалась вверх с большой осторожностью. Мало того что приходилось смотреть в оба, чтобы не грохнуться вниз, так еще вдобавок у нее не проходило ощущение, будто кто‑то за ней внимательно наблюдает.
По пути к вершине произошла небольшая задержка. На небольшом участке дерево выглядело так, словно его обрабатывал неумелый плотник. Кора с частью древесины была содрана. Древесина дерева была какого‑то странного, красноватого цвета, а из самой глубокой ранки капал рубиновый древесный сок, очень похожий на кровь. Все это настолько напоминало рану живого существа, что девочке стало сильно не по себе. Ей даже почудилось, будто она слышит какие‑то стоны. Около этой древесной раны примостилась какая‑то крупная черная птица. Она с наслаждением глотала кровавого цвета сок. Время от времени крепкий клюв ударял по самому глубокому месту раны, видимо, чтобы жидкость текла обильнее. После каждого удара Света ощущала странную, тревожную вибрацию растения, напоминавшую ей тяжелые вздохи.
Птица, равнодушно взглянув на девочку, продолжала свою трапезу. Похоже, она не видела в ней конкурента. Несколько секунд Света как завороженная наблюдала за этой картиной. Но после очередного «вздоха» дерева она не выдержала. Поддавшись внезапному порыву, девочка замахнулась на птицу одной рукой (вторая крепко держала ствол дерева) и закричала:
– Кыш!!! Брысь отсюда!
Черная птица от неожиданности чуть не свалилась с ветки. Она злобно посмотрела своими желтыми недобрыми глазами на девочку. Несколько секунд Свете казалось, что разъяренное пернатое сейчас на нее нападет. У птицы, видимо, первоначально были именно такие намерения, но после, оценив величину и силу противника, она все‑таки решила отступить. Тяжело поднявшись в воздух и издав напоследок звук, напоминавший злобное карканье, только более резкий и неприятный, птица улетела прочь. В этот момент девочке показалось, что она опять слышит вздох, но на этот раз облегчения.
Света внимательно осмотрела древесную рану. Она настолько походила на ранение живого существа, что у девочки появилось непреодолимое желание ее перевязать, оказать первую помощь. Но, увы, под рукой у нее не было аптечки или чего‑либо, более‑менее подходящего для медицинских целей. А древесная «кровь» все продолжала капать. Вот если бы справиться хотя бы с этой ранкой…
Девочка рассеянно ощупала карманы. Казалось бы, там не было ничего подходящего: какая‑то мелочь, жвачка, носовой платок. Был бы платок побольше, тогда можно было бы чего‑нибудь придумать. А таким разве что перевяжешь тоненькую веточку. И тут ее осенило. Жвачка! Ею, по крайней мере, можно будет заткнуть ранку, пробитую черной птицей. Света быстро и энергично разжевала несколько подушечек и приложила их к отверстию. Может, такой метод был и не слишком надежным, но древесный сок течь перестал. Во время всей этой операции девочку не покидало ощущение, что она останавливает кровь у живого существа. Решив, что больше сделать ничего нельзя, Света продолжила подъем.
Увы, даже с высоты птичьего полета не было видно ничего особенного. Кругом, насколько хватало глаз, зеленел лес с небольшими опушками и озерцами, а дальше стеной стояла стена из елей. Света попыталась подняться еще чуть повыше, чтобы долезть до самой верхушки, но почувствовала, как уперлась в невидимую стену. Ведьмин лес не отпускал от себя. Даже вверх.
Раздосадованная, она стала спускаться вниз. И тут, к своему удивлению и ужасу, заметила, что ей некуда поставить ногу. Все подходящие ветки оказались далеко внизу. Словно все вдруг внезапно удлинилось, и расстояния резко увеличились. «Как же так?! Ведь я как‑то сюда залезла! Спуск должен быть! Иначе не бывает!» – подбадривала себя девочка. Она живо представила себе, как будет вынуждена сидеть на дереве до тех пор, пока хватит сил держаться. А потом… Света представила себе падение с такой огромной высоты, и от этого у нее даже закружилась голова. Ей захотелось закричать и позвать на помощь Валерку, но в последний момент она отказалась от этой затеи. Что толку, если он залезет сюда и так же, как она, не сможет слезть? Нет, надо сначала попытаться справиться самой.
Света осмотрелась. О том, чтобы перебраться на ближайшие деревья и попробовать спуститься по ним, нечего было и мечтать. Уж слишком высоко она оказалась, и кроны соседних деревьев остались далеко внизу. Ствол был чересчур шершавый, чтобы попытаться соскользнуть по нему. Тут и десяти сантиметров не проедешь, как все руки и ноги будут в крови.
Неожиданно подул сильный ветер. Он словно хотел оторвать девочку от дерева, сдуть ее. Она вынуждена была покрепче обнять ствол, прижаться к нему. В этот момент ей почудилось, что дерево ей что‑то шепчет.
– Не бойся, – послышался еле различимый голос. – Прыгай вниз, и у тебя все получится. Я поймаю тебя.
Света с опаской посмотрела вниз. Прыгать было бы чистым безумием. К тому же последние события научили ее, что в Ведьмином лесу ничему доверять не следует, даже собственным глазам и ушам. Да и кто здесь может давать ей совет? Неужели само дерево заговорило? Или у нее уже начинаются глюки?
Пока девочка колебалась, на горизонте появилось черное пятно, которое стало быстро увеличиваться в размерах. Вскоре Света разглядела, что это стая птиц. Они были похожи на ворон, только гораздо крупнее. Ей показалось, что они принадлежат к тому же виду, что и та, которую она недавно прогнала с дерева. Девочке даже показалось, что она узнала ее во главе стаи. Птицы издавали низкие звуки, только отдаленно похожие на карканье. Они явно разглядели на дереве добычу и теперь стремились к ней.
Перспектива быть сожранной хищными птицами Свету никак не прельщала. Уж лучше разбиться при падении. К тому же в этом случае имеется хоть какой‑то шанс ухватиться за что‑нибудь и уцелеть. Когда птицы, злобно каркая, подлетели совсем близко и их вожак, летящий впереди, уже открыл желтоватый клюв, собираясь вырвать кусочек мяса, девочка с криком разжала руки и рухнула вниз.
Света всегда хотела попробовать прыгнуть с парашютом. Она даже несколько раз делала такие попытки на воздушных праздниках, но ей неизменно отказывали из‑за возраста. Теперь же девочка могла на себе испытать свободное падение. Это оказалось совсем не так страшно, как можно было бы предположить. Света даже не успела толком испугаться, как ощутила под собой мягкую листву. Дерево не обмануло ее. Ветки пружинили и аккуратно принимали ее, передавая следующим. Это напомнило катание по водяной горке. Птицы сверху разочарованно каркали, но пробиться сквозь листву им было почти невозможно. К тому же ветви дерева пришли в движение, словно готовясь сбить непрошеных гостей, как вражеские самолеты. Пришлось смириться с потерей добычи и отправляться на поиски новой, оглашая воздух разочарованным карканьем.
Наконец падение Светы настолько замедлилось, что она смогла ухватиться рукой за ближайший сук и теперь уже без проблем спустилась вниз. Девочка не забыла шепотом поблагодарить дерево. Конечно, это казалось немного смешным. Теперь уже Света сама не была уверена, что беседа с деревом ей не почудилась. Быть может, оно ей и не помогало, и это было просто удачным падением, но девочка не хотела оказаться неблагодарной.
– Я ничего не разглядела. Даже по воздуху отсюда не выбраться, – заявила Света не подозревавшему о ее приключениях Валерке, присевшему рядом с небольшим, но раскидистым то ли деревцем, то ли кустарником. – Пошли искать! Хватит бездельничать! – Ей даже стало обидно, что в то время, когда она подвергалась опасности, он спокойно отдыхал внизу.
– Пошли! – отозвался он без особого энтузиазма, но не сдвинулся с места.
– Ну, что же ты?! – Света уже ушла на несколько шагов вперед. Ей не терпелось рассказать о своих злоключениях.
– Подожди! Я не могу встать! – испуганно ответил мальчик. Он дергался изо всех сил, но нечто еще более сильное не давало ему пошевелиться.
Света обернулась и увидела страшную картину. Ветви странного кустарника стали расти с неимоверной быстротой. При этом они оплетали руки, ноги, туловище сидящего под ним Валерки. Они буквально спеленывали мальчика. Казалось, что через несколько минут на его месте окажется зеленый кокон. Валерка молча пытался высвободиться, но у него ничего не выходило.
– Пусти! Пусти, тебе говорят! – Света подбежала и не нашла ничего лучшего, как колотить по стволу.
Вредное растение на какое‑то время как будто задумалось, а потом одна из веток едва не зацепила девочку, которая успела отскочить. Зеленый хищник не возражал против того, чтобы захватить сразу двух пленников.
– Эх, жалко топор не взяли! – подал голос Валерка. – А ножом ему, наверное, ничего не сделаешь.
Света, тем не менее, достав Валеркин перочинный ножик, попыталась перерезать те ветки, которые держали мальчика. Увы, и это оказалось безрезультатным. Дерево было для этого слишком прочным. Более того, девочка опять едва избежала плена, когда растение попробовало обхватить ее запястье.
Ветки уже обвивали Валерку так плотно, что он даже не мог говорить, только хрипло дышал. Он смотрел на Свету расширенными от ужаса глазами, в которых читалась мольба о помощи. Девочка прикинула, что вернуться в избушку и позвать на помощь бородача она не успеет. Уж слишком быстро действовало злобное существо. Подумать только: ведь это она сама его привела в Ведьмин лес. Он же не хотел идти! Неужели друг теперь погибнет из‑за нее?
Света осмотрела оставшиеся у них предметы, и тут ее осенило. Надо было использовать последний шанс. С победным криком, которого она даже сама немного испугалась, девочка подняла над головой коробок со спичками.
– Ах так! Мерзкая, зеленая тварь! – закричала она, обращаясь к кустарнику. Почему‑то у нее возникло убеждение, что это существо обладает сознанием и способно ее понять. – Ну так сгори! Если ты его не отпустишь, вы погибнете вместе!
Выкрикнув это предупреждение, Света стала бросать к подножию кустарника мелкие сухие веточки и листья, явно собираясь разводить костер. Ветви‑щупальца настороженно застыли. Они перестали дальше пеленать Валерку, но и не отпускали его. Растение словно обдумывало реальность угрозы и наблюдало за действиями противника. Мальчик же чувствовал себя хуже некуда. Перед ним вырисовывались очень неприятные перспективы: то ли быть сожранным коварным зеленым монстром, как муха, попавшая в паутину, то ли сгореть вместе с ним. Пот градом катился по его бледному лицу.
Между Светой и зеленым хищником шла война нервов. Наступал решающий момент. Отступит ли страшное существо? Испугается ли? Девочка, конечно, никогда не решилась бы поджечь его, пока был хоть какой‑то шанс, что Валерка выберется живым и невредимым. Но она поклялась себе, что если случится непоправимое, то она обязательно уничтожит зловредный кустарник, чего бы это ни стоило.
Дрожащими, непослушными пальцами Света зажгла спичку. Это получилось у нее только с третьей попытки. Затем она медленно стала подносить ее к сухим веткам и листьям, которые, казалось, только и ждали случая, чтобы загореться.
– Гори, гори ясно! Чтобы не погасло! – громко запела она, стараясь придать голосу бесшабашное звучание.
Спичка уже догорала, и огонь подбирался к пальцам, когда, наконец, произошло долгожданное событие. Ветви, державшие Валерку, моментально, со свистом распрямились, и он, неожиданно для себя, оказался свободен.
– Валерка, скорее! – крикнула Света опешившему от такого счастья мальчику.
Его ноги так затекли, что попытка подняться на них не увенчалась успехом. Поэтому Валерка просто откатился в сторону, подальше от страшного растения. Он лежал на спине, смотрел на чистое, голубое небо и дышал полной грудью, так еще до конца и не поверив в свое спасение.
– Есть! Получилось! – весело закричала Света, подпрыгнув от радости. – Что, съел? – И она показала хищному кустарнику язык.
– Хорошо бы его действительно уничтожить! – мстительно заявил Валерка. – А то разросся тут. Даже присесть рядом нельзя.
– Нет, уничтожать его нельзя, – сказала Света после небольшой паузы. – Ведь он же выполнил мои условия, отпустил тебя. Это было бы нечестно.
– Что верно, то верно, – вздохнул Валерка, поглядывая на своего врага, который теперь весь съежился и выглядел вполне безобидно, даже робко, как будто понимал, что сейчас решается его судьба. – Ты вот только скажи: неужели ты действительно бы его подожгла вместе со мной, если бы он меня не освободил?
– Я бы еще подумала! – улыбнулась Света.
После такого опасного приключения отдых был просто необходим. Особенно Валерке, который после смертельных объятий хищного растения до того ослаб, что даже передвигался с трудом, словно маленький ребенок, который только‑только научился ходить. Поэтому ребята добрели до какого‑то родника, бившего из‑под земли неподалеку и слишком маленького для русалок и других опасных тварей, и расположились на привал рядом с ним. Место было очень тихое. Оно словно само звало отдохнуть здесь. Будто подтверждая это, рядом безмятежно спал зайчонок, очевидно, пришедший сюда попить.
Вода в роднике оказалась на вкус просто изумительной. Она напоминала хорошую минералку и прекрасно утоляла жажду. От источника трудно было оторваться. Хотелось сидеть рядом с ним и слушать его успокаивающее журчание. Ребята понимали, что им пора идти, что времени очень мало, но говорили себе: «Сейчас! Еще только одну минутку!» – словно рано утром, перед походом в школу. Глаза понемногу стали закрываться сами. По всему телу пошла приятная истома. Они уже находились в состоянии приятной полудремы.
Вдруг Валерка почувствовал, как среди приятных грез в мозгу настойчиво зазвонил какой‑то колокольчик, который должен был вывести его из состояния оцепенения. Он не давал погрузиться в сон окончательно. От этого сигнала хотелось отделаться, как от трезвонящего будильника рано утром, но это было не так‑то просто. Он требовал вставать, причем немедленно и без разговоров.
И тут Валерка очнулся. Ведь в этом месте нельзя спать! Бородач говорил, что, кто хоть раз здесь уснет, тот забудет сам себя. Он стал расталкивать Свету, которая прошла по пути засыпания дальше его. «Мама! Еще минутку!» – бормотала она сквозь дрему.
– Вставай, Светка! – Валерка тряс ее за плечи.
Голова девочки сначала безвольно болталась. Но потом сигнал прозвучал и для нее. Она с трудом разлепила веки. Первые несколько секунд в ее взоре отражалось глубокое непонимание. Света не соображала, где она находится и что это за мальчишка склонился над ней. Потом ее глаза наполнились ужасом. Она вспомнила слова чернобородого, но никак не могла припомнить свое имя. Все‑таки, на ее счастье, сон еще не успел полностью сковать сознание. Какие‑то связи в мозгу, пусть медленно и неохотно, восстановились, и память вернулась к ней.
– Ты Валерка! – радостно сообщила она. – А я Света!
– Ну наконец‑то! – с облегчением выдохнул мальчик. – Не забыла!
В другой ситуации такой диалог прозвучал бы очень комично, но сейчас ребятам, естественно, было не до смеха и шуток. Спать по‑прежнему хотелось очень сильно. Чтобы хоть как‑то разогнать сон, они умылись холодной водой из родника. И тут же сон повел наступление с еще большим напором. Ребята чувствовали, как из памяти понемногу исчезают какие‑то детали, а на их месте возникает пустота. Валерка испытывал ощущения, похожие на те, когда в их домашнем компьютере оказался зловредный вирус, только гораздо более страшные. Тогда стирались какие‑то очень важные или просто нужные файлы, и это невозможно было остановить.
– Я поняла, это все вода! – догадалась Света, изо всех сил пытавшаяся держать глаза открытыми. Она понимала, что если поддастся желанию их прикрыть, то со сном уже не справится ни за что.
– Это она нас усыпляет! – согласился Валерка, который был в точно таком же положении. И в этот момент ему показалось, что он слышит над ухом шамканье старушки из леса: «Эта трава, чтобы сон не сморил».
– Жуй скорей траву! – крикнул он Свете.
Дрожащими от волнения руками ребята достали пучок заветной травы, которая с виду казалась совсем обычной, и стали ее жевать, как какие‑нибудь оголодавшие коровы или лошади. На вкус эта трава была как сильно переперченное кушанье. Казалось, что во рту начался пожар. Хотелось немедленно припасть к воде и пить, пить, пить. До тех пор, пока хоть немного не полегчает. Но эту воду ребята теперь не попробовали бы ни за что на свете. Так что приходилось терпеть.
– Сонная вода, – пробормотал Валерка. – Тут ловушки на каждом шагу.
– Хорошо еще, если сонная, – покачала головой Света. – А то, может быть, и мертвая, как в сказках. Интересно, почему это на меня она сильнее подействовала?
– Может, ты просто больше выпила, – пожал плечами Валерка. – Или потому, что у меня масса побольше.
– Наверное, – согласилась Света. – Поодиночке мы бы тут уже пропали. А так: то ты, то я вовремя опасности видим.
– Это нам опять бабушка помогла, – сказал Валерка. – Без ее травы так бы сейчас и лежали здесь. Как будто она знала, что нам пригодится.
– Да уж! – Свете стало не по себе при мысли, что она отказывалась от помощи этой старушки. Страшно подумать, что бы было, если б Валерка не оказался таким вежливым и предусмотрительным. – Не зря я говорила, что она как ведьма.
– Еще чего придумала! – Валерка даже обиделся за старушку.
– Ничего обидного тут нет, – пояснила Света. – Ведьма от слова «ведать», то есть знать. Получается, что ведьма – это та, кто много знает. Она как раз добрая ведьма. Но тех, кто много знает и умеет, всегда побаиваются. Вот и придумывают всякое колдовство, дьявольские козни и тому подобную чушь.
– Помочь она нам сможет еще только один раз, – вздохнул Валерка. – А дальше уж как сами справимся. Если справимся.
– Справимся! Никуда не денемся! – Света сказала это уверенным голосом, стараясь заодно убедить в этом и саму себя. Конечно, она тоже прекрасно понимала, что шансов на успех у них совсем немного. Но если опустить руки, то их не останется вовсе. А сейчас надо спешить. Ведь даже эти маленькие шансы тают с каждой минутой.
Глава 8
В плену у камня
После старушкиной травы ребята почувствовали прилив бодрости. Усталость как рукой сняло. Этим надо было пользоваться. Поэтому они шагали очень быстро, едва не переходя на бег, но в то же время внимательно глядя по сторонам. Что ребята надеялись найти, они и сами не знали. Но должно же что‑то было подсказать, как выбраться отсюда! И потом, не следовало забывать и о бдительности. Опыт показывал, что даже самые безобидные на первый взгляд вещи могли здесь таить угрозу.
Впереди замаячил небольшой пригорок со стоящим на нем серым валуном. Это заставляло вспомнить о картине «Витязь на распутье». Тем более что неровная поверхность камня казалась испещренной письменами. Ребята устремились туда. Кто знает, вдруг там найдется ответ на главный вопрос: как отсюда выбраться? Сейчас они были бы рады любой подсказке, любой информации.
– Не спеши так! – сказал осторожный Валерка. – Вдруг там тоже какая‑нибудь ловушка. Не верится мне, что кто‑то поставил здесь указатель просто так.
– У нас уже нет времени, чтобы не спешить, – досадливо ответила Света. – Здесь все одна сплошная ловушка.
Чем ближе они подходили к камню, тем обильнее становилась растительность. Ягод и грибов здесь было столько, что невозможно было сделать и шагу, чтобы не наступить на них. Проголодавшаяся Света сорвала несколько штук и хотела уже отправить их в рот, но Валерка ее остановил.
– Мало тебе воды! – сердито сказал он. – Пока у нас есть еще немного своих припасов, не стоит тут ничего пробовать! – И Света, вздохнув, согласилась с ним.
Наконец, они дошли до камня. Размером он превосходил их, вместе взятых. Казалось странным, что кому‑то могло понадобиться тащить эту махину на пригорок. Для этого понадобились бы усилия нескольких десятков человек. На камне действительно оказались выбитые надписи. Сделаны они, по‑видимому, были очень давно и частично заросли мхом, так что камень пришлось немного очистить. Буквы были замысловатыми, как в старинных рукописных книгах, но, к счастью, русскими, и их, хотя и с трудом, прочитать было можно. Надпись гласила:
«Приветствую путника, посетившего меня! Добро пожаловать! В моем обществе ты будешь наслаждаться безопасностью. Никто и ничто тебя не тронет! Остаток твоих дней протечет в мире и спокойствии!»
– Ерунда какая‑то! – с раздражением сказала Света. – Дальше очищать камень нет смысла.
– Хорошо, конечно, что здесь безопасно, – заметил Валерка. – Но мы не собираемся проводить здесь остаток дней.
– Еще чего не хватает! – поддержала Света. – Пошли!
Она первая обогнула камень, но тут же застыла на месте, даже слегка вскрикнув. На другом склоне холма располагалось небольшое кладбище. Несколько десятков холмиков не давали усомниться в своем предназначении.
– Похоже, кое‑кто все же решил провести остаток дней в безопасности, – задумчиво произнес Валерка.
Ребята стали молча спускаться мимо холмиков, и тут они увидели то, от чего не по себе стало уже обоим. С краю были вырыты две свежие могилы. Судя по размерам, они предназначались кому‑то, кто по росту был, как они. Проверять это ребята, естественно, не стали. На ум сразу приходил дурной пример Святогора, для которого подобное любопытство завершилось очень печально.
– Как для нас сделано, – прошептала Света, на которую увиденное произвело тягостное впечатление.
– Совпадение. – Валерка попытался придать голосу ироничный оттенок, но тот предательски дрогнул, выдав неуверенность мальчика. – Но все равно, что‑то мне не хочется такой безопасности. Пойдем‑ка отсюда скорей.
Ребята ускорили шаг. Они поминутно оглядывались, но сзади все было спокойно и безмятежно. Камень нависал над маленьким кладбищем, словно охраняя его. Более тихое место трудно было себе представить. Но все равно ребята вздохнули с облегчением только тогда, когда эта умиротворяющая картина скрылась за деревьями.
Они уже должны были отойти от холма на несколько сотен метров, как вдруг он неожиданно снова оказался прямо на их пути. Валерка удивленно стал тереть глаза, словно отгоняя наваждение, а Света даже ущипнула себя, чтобы проверить, не сон ли это. Но холм с камнем никуда не исчезал.
– Может, таких камней здесь несколько? – неуверенно предположил Валерка.
– Вряд ли, – покачала головой Света. Она обладала прекрасной зрительной памятью и отлично видела, что все совпадает до мельчайших деталей. – Это люди или животные бывают близнецами. Но не валуны же?
– Надо бы все‑таки посмотреть, – предложил Валерка, но Света не стала его слушать. Это место ей слишком не нравилось.
– Нечего! Посмотрели, и хватит! – заявила она. – Делать нам больше нечего, как всякую грязь с камней снимать и каракули разбирать! – И девочка решительно зашагала прочь, увлекая друга за собой. Ей очень хотелось уйти отсюда подальше.
Но не прошло и нескольких минут, как картина повторилась. Света с досады топнула ногой, а Валерка даже тихо выругался. Благодаря бабушкиному воспитанию, он делал это крайне редко и только в исключительных случаях. Этот случай как раз был из такого разряда. Это же надо: кружить вокруг какого‑то дурацкого камня. И это в то время, когда на счету каждая секунда!
– Не могли же здесь наставить одинаковых камней! – развел он руками. – Выходит, мы плутаем вокруг и все время оказываемся на одном месте.
– Пошли отсюда! – Упрямая Света хотела вновь скрыться в лесу, только бы поменьше видеть проклятый камень, к которому еще недавно сама так стремилась, но Валерка удержал ее.
– Это ничего не даст! Ты снова придешь сюда же! – объяснял он. – Пойми, что нужно успокоиться и попытаться во всем разобраться.
– Пусти! – Света и не думала успокаиваться. Она сердито вырвала руку. – Если тебе так нравится, то сиди здесь. В безопасности, – с горечью добавила она. – А я найду выход. – С этими словами девочка бегом бросилась в лес, даже не дожидаясь друга.
Валерка хотел было отправиться за ней, но оступился и едва не подвернул ногу. Из‑за этой заминки Света успела уже скрыться за деревьями. «Ну и пусть! – подумал мальчик, обиженный такой стремительностью. – Все равно сейчас выйдет сюда же!»
Но через минуту он уже не был так уверен в возвращении Светы. А что, если он ошибся? Если они возвращаются к одному месту случайно? Или здесь действительно понаставили одинаковых камней? В этом Ведьмином лесу любые чудеса возможны. Вдруг они со Светой потеряют друг друга? Вдвоем все‑таки проще. А поодиночке они бы уже пропали. И потом, даже если кто‑то один и отыщет путь из Ведьминого леса, то каково ему будет оставить другого в беде? Мальчик беспокойно заходил взад‑вперед, что делал только в состоянии крайнего волнения. Что предпринять? Отправиться в лес на поиски? Нет, все‑таки лучше ждать здесь. Ведь Света должна вернуться. Совсем недавно он был так уверен, что она не может не вернуться, даже против воли. Но как же тяжело ждать в вынужденном бездействии!
Света тем временем пробиралась через лес. Она твердила себе, что обязательно найдет выход, а потом вернется, чтобы вывести Валерку и доказать ему, как он был не прав. Больше всего ее возмутило то, что он даже не пошел за ней, оставшись у этого чертова камня. А еще друг называется! Когда нужно думать, рассуждать, ему цены нет, но как только наступает время действовать, его с места не сдвинуть. Вечно приходится тянуть и подталкивать. Девочка хотела сосредоточиться на поисках пути, но словно что‑то мешало ей это сделать, и мысли витали далеко. Все деревья вокруг казались одинаковыми, и невозможно было вспомнить, мимо каких она уже проходила, а мимо каких еще нет. Даже если бы ей и удалось найти путь, вернуться за Валеркой было бы почти невозможно.
Наконец, раздвинув очередные кусты, Света вновь увидела пригорок с камнем. На этот раз сомнений, тот это камень или не тот, у нее не оставалось. Потому что неподалеку нервно бродил Валерка, то и дело с тревогой поглядывая на лес. Значит, они действительно бродят по кругу. Обессиленная от разочарования, Света вышла на поляну и не смогла удержать брызнувших из глаз слез.
– Нашлась! – обрадовался ее появлению Валерка. – А я уж боялся, что так и потеряем друг друга. Что это с тобой? – Он заметил слезы.
– Ничего! Ерунда! – отрывисто сказала Света и быстро вытерла глаза. Она гордилась своей силой воли. А тут вдруг так расклеиться. Да еще перед мальчишкой! – Надо искать дальше! – упрямо добавила она и уже повернулась в сторону леса, но на этот раз позволила Валерке себя удержать.
– Не глупи! – веско произнес он. – Просто так нам все равно не выйти. Придем сюда же. Только больше устанем и быстрее уснем. Сначала надо все обдумать. По‑моему, неплохо будет почитать другие надписи на камне. Не зря же там столько всего понаписали! Думаю, это может нам помочь.
– Придется, – без энтузиазма согласилась Света. Больше им все равно ничего не оставалось, а долго бездействовать она бы не смогла.
Ребята поднялись на холм, причем не сговариваясь сделали небольшой крюк. Проходить мимо маленького кладбища со свежевырытыми могилами у них не было никакого желания. Зачем лишний раз портить настроение, когда и без того тошно, а присутствие духа так необходимо.
Другая сторона валуна вся заросла мхом. То ли так произошло от того, что она была обращена на север, то ли никто никогда его не счищал, но у ребят почему‑то зародилось подозрение, что мох оказался здесь не случайно, как будто кто‑то специально не хотел, чтобы эту часть камня осматривали. Они принялись осторожно счищать темно‑зеленые наросты. На ощупь они были очень неприятные: какие‑то скользкие и влажные. Так и хотелось бросить это занятие. Но ребята пересилили себя. Чем труднее было работать, тем больше возрастала их уверенность, что здесь скрыто что‑то важное.
Наконец, работа подошла к концу. Когда‑то валун был весь покрыт надписями. Об этом говорило множество линий, оставшихся от букв, но почти все они были настолько стерты, что удавалось разглядеть только отдельные знаки. Это напоминало ситуацию из «Детей капитана Гранта». Там документы были так изъедены водой, что можно было прочесть лишь отдельные слова, а об остальном приходилось догадываться. Но здесь дело обстояло еще хуже: разобрать удавалось лишь отдельные буквы.
– Похоже, мы ничего не найдем. Пора бросить это дело, – проговорил уставший Валерка, разочарованный в собственной затее. – Как будто кто‑то специально все здесь уничтожил. Мы же не археологи!
– Нет, надо посмотреть все. Должно же здесь что‑то быть. – Света увлеклась работой. Она снимала мох энергично, со злостью, расчищая последний скрытый участок. Девочка как будто вела заочную борьбу с той силой, которая испортила записи.
– Черт! – вскрикнула Света. Сделав неосторожное движение, она зацепилась за шершавую поверхность камня и поранила руку. На валун упало несколько капель крови. И тут перед глазами у нее стало проясняться. Полустертые линии окрасились в красный цвет. Между ними постепенно стали прорисовываться недостающие детали, и вскоре уже можно было прочесть буквы и слова.
– Ты видишь! – воскликнула девочка, победоносно глядя на Валерку.
– Что я должен видеть? – удивился тот. – Что ты поранилась? Давай помогу перевязать руку. Или хоть подорожник приложи.
– Да ты не на меня смотри, а на буквы! – Света не могла понять его сдержанной реакции.
– Какие буквы? – недоумевал он. – Разве здесь что‑нибудь прочтешь!
– Неужели ты ничего не видишь?! – в свою очередь удивилась девочка.
– Ничего. – Он посмотрел на нее с некоторой опаской. От этого Ведьминого леса всего можно ожидать. Вдруг у Светки начались глюки? – Ты хорошо себя чувствуешь?
– Разуй глаза! – Намек на галлюцинации рассердил ее. – Ты что, серьезно ничего не видишь?
Валерка кивнул. Он был озадачен и растерян. А что если это не со Светкой, а с ним не все в порядке? Не может же быть так, что два нормальных человека с нормальным зрением стоят рядом и видят при этом совершенно разные вещи?! Еще не хватает, чтобы кто‑то из них свихнулся!
– И что же там написано? – произнес, наконец, он.
– Ладно, буду читать вслух, – согласилась Света. Загадочный феномен со зрением можно было обсудить потом. Пока же надо было понять, как уйти сначала от камня, а потом и вообще из Ведьминого леса.
Надпись была сделана корявым почерком. Трудно было отыскать более‑менее прямую линию, а буквы «плясали», как хотели. Можно было предположить, что руки писавшего дрожали. Или он был пьян, или же совсем ослаб. К концу же текста разобрать что‑либо было и вовсе почти невозможно.
– «Когда ты прочтешь эти слова, я уже буду лежать в приготовленной могиле, – начала дрожащим голосом читать Света, всматриваясь в красные каракули. – Я пишу их собственной кровью, ибо все остальное исчезает через день, не оставляя следа. Проклятый камень не отпускает от себя. Я здесь в полной безопасности. От всего, кроме него. Он уже приготовил мне могилу и ждет момента, когда можно будет положить меня в нее. Не знаю, как он это делает, но все оказываются там. Ни в коем случае не ешьте ничего, растущего рядом с ним! Это привязывает к нему все сильнее, и отойти удается на все меньшее расстояние. Более того, каждая порция еды отнимает силы. Как будто он взамен поедает тебя, твою жизнь. Дальше писать нет сил. Надеюсь, мои слова хоть как‑то тебе помогут. Я истекаю кровью, но не стану ее останавливать. Лучше такой конец, чем медленное умирание. Да поможет мне…» – Дальше надпись переходила в совсем уж неразборчивую волнистую линию и обрывалась.
Несколько минут ребята стояли молча, потрясенные этой записью. Им казалось, будто описанную трагедию они видят воочию. Валерке даже чудилось, будто это не Света читает страшные слова, а какой‑то хрипловатый, тихий голос истощенного человека, который, наверное, умер давным‑давно на этом самом месте. Самое ужасное, что перед ними стояла такая же перспектива. Бродить вокруг этого проклятого камня и постепенно терять силы, глядя на приготовленную могилу. От таких мыслей мороз продирал по коже.
– Какая же я дура, что чуть не съела те ягоды, – опомнилась Света. – Тогда бы я стала терять силы и уже точно бы не ушла отсюда. Какой же ты все‑таки предусмотрительный!
– Мы и безо всяких ягод пока что не можем уйти, – невесело отозвался Валерка. В этот момент его не радовала даже похвала Светы, которая гораздо чаще подвергала его критике. – Почему же я все‑таки ничего не увидел?
– Наверное, это кровь подействовала, – предположила Света. – Текст написан кровью, и я руку порезала. Вот на камне что‑то и смешалось. Попробуй капнуть туда немного своей крови. Может, ты тоже все прочитаешь.
– Еще чего не хватает! – сердито ответил Валерка, которому это предложение пришлось явно не по душе. Он даже анализы в поликлинике терпеть не мог сдавать, а тут добровольно колоть себе палец! Еще какую‑нибудь заразу подхватишь! Да и просто неприятно, в конце концов. – Нам некогда эксперименты ставить. Надо думать, как отсюда выбраться. А то этот гад уже и могилки приготовил! – И он зло плюнул на камень. Ему даже послышалось, что при этом раздалось какое‑то шипение.
– Почему‑то мне кажется, что теперь я смогу найти дорогу отсюда, – задумчиво сказала Света.
– Хочешь повторить попытку? – Валерке не верилось, что после нескольких неудач путь вдруг отыщется сам собой. Он считал, что нужно придумать что‑нибудь новое. А идти опять наудачу значило только терять время и силы. А ведь и того, и другого оставалось совсем немного. – Давай сначала хорошенько подумаем. Может, попробовать ориентироваться по солнцу?
– Ничего не выйдет, – возразила Света. – Чуть подальше лес такой густой, что никакого солнца не увидишь. И потом. – Она широким жестом обвела могилы. – Ты думаешь, что здесь лежат исключительно круглые идиоты? Неужели они не пытались сориентироваться по солнцу, по звездам?
– Это вряд ли, – вынужден был согласиться Валерка. – Но попробовать все равно стоит. Можно, в конце концов, ставить метки на деревьях.
– Слишком просто, – покачала головой Света. – К тому же ты знаешь, какие тут деревья встречаются. Такие сами на ком угодно метку поставят. Нет, все‑таки я чувствую, что что‑то изменилось. Я должна найти дорогу. Мне это интуиция подсказывает.
Валерке ничего не оставалось, как согласиться с ней. Про себя он все равно решил попытаться ориентироваться по солнцу и ставить метки. Ему казалось, что такой простой и испытанный метод не должен подвести. Светкиной же интуиции он совсем не доверял. Не далее как несколько дней назад, когда они ходили за грибами, Света настояла на том, чтобы не спрашивать дорогу до дачного поселка и положиться на интуицию. В результате они забрели совершенно не в ту сторону и добирались потом на попутной машине больше получаса.
Ребята опять вошли в лес. Валерка уговорил подружку идти помедленнее, старательно замечая все приметы. Солнца, как ни странно, сквозь листву разглядеть было почти невозможно. Казалось, будто оно светит отовсюду и в то же время ниоткуда конкретно. Многочисленные ягоды то и дело попадались под ноги: невозможно было и шагу ступить, чтобы не раздавить очередную порцию. Из‑за этого под ногами все время была красная жижа, неприятно смахивающая на кровь.
Света уверенно шагала вперед. Уж на этот‑то раз она ни за что не даст себя обмануть! А вот Валерка, вначале так внимательно отмечавший дорогу, шел почти что механически. Внимание то и дело рассеивалось, и ему приходилось прилагать огромные усилия, чтобы сосредоточиться. В то же время он откуда‑то черпал уверенность, что знает верный путь не хуже Светы.
– Стой! – в какой‑то момент крикнул он. – Нам сюда! – И он показал в сторону, противоположную той, куда свернула девочка.
– Так мы придем назад! – попыталась переубедить его Света. Валерка, как будто не слыша ее, пошел своим путем.
– Ну погоди же ты! – рассердилась она. – Сейчас я попробую тебя вывести, а уж если у меня ничего не получится, то следующим попробуешь ты.
Валерка, по идее, должен был либо согласиться с этим разумным советом, либо продолжить спор, но он не сделал ни того ни другого. Речь подружки подействовала на него не больше, чем пение птицы или жужжание жука. Он упрямо продолжал уходить от нее, как будто она ничего и не говорила.
– Да вернись же ты! – Света догнала его и схватила за руку. Она поразилась, какое у Валерки было отрешенное лицо. Словно у лунатика или какого‑нибудь робота, тупо следующего заложенной в него программе. Он молча принялся высвобождать руку. На его лице невозможно было прочесть совершенно никаких эмоций.
– Да проснись ты! Хотя бы скажи хоть слово! – убеждала его девочка, но ее слова как будто разбивались о какую‑то стену.
Наконец в его глазах промелькнуло осмысленное выражение. Он сам схватил Свету за руку и потянул за собой.
– Я выведу тебя, – бесстрастно произнес он при этом.
Каждый из ребят тянул другого в свою сторону, как будто они занимались перетягиванием каната. Но у более массивного Валерки в этом состязании имелось несомненное преимущество. Так что Света была вынуждена двигаться за ним. Конечно, она могла вырвать руку и убежать, но нельзя же оставить друга, да еще в таком странном состоянии! Он как будто загипнотизирован и действует во сне. А его пустой, ничего не выражающий взгляд просто пугал ее. Она решила не тратить зря силы и идти за ним, ожидая, когда к нему все‑таки вернется способность рассуждать.
Наконец, впереди вновь замаячил пригорок с валуном. Сейчас он показался Свете кем‑то вроде паука, который спокойно наблюдает из центра своей паутины за трепыханиями мух, уверенный, что они никуда от него не денутся. Дойдя то того места, откуда был виден камень, Валерка резко остановился и выпустил Светкину руку. Он обернулся, взгляд его стал осмысленным, и он посмотрел на нее с некоторым недоумением, даже с укором.
– Ну что, убедилась, что ничего не вышло? – немного грустно спросил он.
– Это я убедилась?! – Света даже задохнулась от возбуждения. – Да я уже почти выбралась отсюда, когда ты потащил меня обратно. Идешь, как зомби, и глаза такие же!
– Я тебя потащил? – Валерка был искренне удивлен. – Я, правда, не очень хорошо помню, как мы шли… – признался он.
– Оно и неудивительно, – продолжала возмущаться Света. – Если б я тебя так долго не знала, подумала бы, что наркоман какой‑нибудь. Или маньяк.
Смущенный Валерка попросил ее подробно рассказать, что с ними случилось и как он себя вел. Во время рассказа он только горестно кивал головой, как будто совсем не верил, что способен так себя вести.
– Что же теперь делать? – расстроенно спросил мальчик. – Может, попробуем еще раз?
– А смысл? – хмыкнула Света. – Опять меня назад утащишь!
– Тогда, может, стоит связать мне руки? – предложил Валерка.
– Меня ты тогда, конечно, не уведешь, – раздумывала над этим предложением Света. – Вот только тебя мне все равно не вывести. Уж больно ты здоровый! Вырвешься и убежишь назад.
– Ну что ж! – сказал Валерка после продолжительной паузы. – Придется тебе пока что оставить меня здесь. Если сможешь, потом вернешься и попробуешь что‑нибудь сделать.
– Ну уж нет! – запротестовала девочка. – Неужели ты подумал, что я могу тебя здесь бросить?
– А что же остается? – вздохнул он. – Не пропадать же обоим?!
– А ты сам бы меня бросил? – сердито спросила Света.
– Нет, конечно! – без раздумий ответил Валерка. – Но ты все‑таки…
– Знаю, знаю! – Она не дала ему закончить фразу. – Ты еще скажи, что благородный рыцарь не бросает прекрасную даму. Нечего делать мне скидки на пол! Вопрос закрыт!
– Ну, тогда я не знаю, что делать, – развел руками Валерка.
– Как что?! Думать! – быстро ответила Света. – Почему ты не можешь выйти, а на меня эта сила, проклятие, назови как угодно, не действует?! Что я такого сделала, чего не сделал ты? Или наоборот?
– Вроде бы мы занимались одним и тем же, – почесал затылок Валерка. – Вот только ты поранилась об этот чертов камень. – Он помолчал и немного смущенно добавил: – А я потом на него плюнул.
– Конечно! В этом все и дело! – с энтузиазмом поддержала его Света. – Я пролила на камень свою кровь. То есть принесла жертву! Поэтому он согласился меня отпустить. А ты, получается, наоборот, его оскорбил.
– Подумаешь, какой нежный! – проворчал Валерка. Версия о жертве ему не слишком понравилась. – Чем, в конце концов, слюна хуже крови? Какая ему разница? И вообще, почему же тогда не вышел тот, кто написал послание на камне?
– Может, он и вышел. Откуда мы знаем? А вернуться и переписать не решился. Мало ли чего этому камню придет в голову. – Света невольно улыбнулась, подумав, какую чушь только что сказала. Где же это, интересно, у камня голова? – Или этот человек слишком ослаб и двигаться уже не смог. Так что тебе тоже стоит попробовать пролить туда немножко крови. Не зря я тебе это предлагала.
– Я бы туда пролил. Только не кровь, – обиженно буркнул Валерка. – Что мы с тобой, дикари какие‑нибудь, чтобы жертвы идолу приносить?
– А как быть, если только это помогает? – откликнулась Света. – Так что придется тебе потерпеть. Могу одолжить булавку.
– Спасибо тебе большое! – произнес он с сарказмом. – Только этот гад от меня ничего не дождется! Крови он захотел!
– Ты что, хочешь тут остаться? – с беспокойством спросила Света. Валерка был обычно, как правило, очень мягким и уступчивым человеком, но она уже успела изучить его характер и знала, что в некоторых вопросах он непоколебим. Если Валерка начинал упрямиться, то становился похожим на своего зодиакального покровителя Тельца, и сдвинуть с места его не могло ничто. Однажды, например, она наблюдала, как Валерка препирался с самим директором школы, доказывая, что это не он опоздал, а звонок прозвенел на минуту раньше, и своей вины не признал ни тогда, ни впоследствии. И вообще известно, что спокойного человека рассердить очень трудно, но уж если это удается, то только держись!
– Я найду другой способ! – заявил Валерка.
– Нет у нас времени другой способ искать! – попыталась образумить его Света. – Надо еще и этот проверить: вдруг не подействует.
– Как бы не так! Без моей крови обойдется! – не унимался Валерка. – Еще и могилу приготовил, гад! Я его самого туда зарою!
С этими словами мальчик направился к маленькому кладбищу и стал энергично сбрасывать вниз комья земли, стараясь засыпать свежевырытые ямы.
– Жалко лопаты нет! – приговаривал он при этом. – А то я бы его самого закопал! Подкоп бы сделал.
Света, наблюдавшая за этими действиями, поняла, что друга сейчас не остановить, и, чтобы закончить все побыстрее, стала помогать ему. И тут у нее в голове мелькнула мысль, что, быть может, Валерка затеял все это не зря. Вдруг после того, как могилы будут засыпаны, неведомая сила, удерживающая их, сочтет, что дело сделано? Конечно, такая идея показалась странной, если не безумной, но что было не безумно в этом странном мире Ведьминого леса? Валерке она пока говорить ничего не стала, но взялась за дело с удвоенной энергией.
Наконец могилы были засыпаны, и Валерка, удовлетворенно обтерев пот со лба, погрозил камню кулаком.
– Вот теперь попробуем! – воинственно заявил он.
Ребята опять зашли в лес. Когда они подошли к тому месту, откуда Валерка отправился назад, Света вся напряглась. Она боялась повторения недавних событий, но на этот раз, к счастью, все прошло нормально. Он столь же уверенно шагал дальше. В какой‑то момент ребята почувствовали, что чары здесь больше не действуют. Это можно было заметить по тому, что количество грибов и ягод резко уменьшилось, став, наконец, нормальным, и шаги уже не оставляли красных следов. Но помимо этого чувствовалось и какое‑то внутреннее облегчение. Как будто вдруг сразу стало легче дышать. Тем не менее, ребята не давали себе расслабиться и продолжали идти в быстром темпе. Им хотелось оказаться от проклятого валуна как можно дальше.
– Хорошо бы туда вернуться! – вдруг остановился Валерка.
– Ты что, уже соскучился? – удивилась Света. – Сейчас ей меньше всего на свете хотелось опять подходить к нехорошему камню.
– При чем здесь соскучился! Надо оставить какое‑нибудь предупреждение, что к этому камню лучше не подходить. А уж если подошел, то описать, как выбраться, – объяснил Валерка.
– Хорошо бы, конечно, – вздохнула Света. – Но у нас остается совсем мало времени. – Она указала на солнце, которое уже преодолело большую часть ежедневного пути по небу.
– Придется вернуться в другой раз, – согласился он. И мрачно добавил: – Хорошо бы вообще взорвать его. Если мы не забудем хотя бы об этом.
– Выше голову! – отозвалась Света. Мысли о забвении она старалась гнать от себя прочь. – Мы еще обязательно успеем найти выход. Вот увидишь! Можем даже поспорить.
– Нечестный спор. Если мы выберемся, то ты выиграешь. А если ты проиграешь, то мы об этом все равно ничего не узнаем. Забудем, – невесело пошутил Валерка.
Глава 9
В тумане страха
Радость от победы над коварным камнем быстро прошла, ведь ребята всего лишь выбрались из маленькой ловушки внутри большой, которая по‑прежнему находилась на замке. Они находились в ситуации узников, которые вырвались из камеры, но все равно не могут покинуть тюремные стены. Самое худшее, что у них не было даже никакого плана. Они шли наугад, сами точно не зная, чего ищут, надеясь на счастливый случай. Нельзя же было сидеть сложа руки и ждать гибельного сна?!
– Если отсюда нельзя выбраться ни по земле, ни по воздуху, значит, остается только подземный путь, – нарушил молчание до этого сосредоточенно размышлявший Валерка.
– И как же ты его собираешься копать? Голыми руками? – спросила Света. – Может, как раз к Новому году и докопаем. Только в этом уже смысла не будет. Все равно все позабываем.
– Копать, конечно, долго. Но если ничего другого не останется, попробовать стоит. Надо бы это записать, чтобы потом не забыть. Жаль негде, – рассудительно ответил Валерка. – И потом, почему обязательно копать? Надо хорошенько поискать. Может, тут уже есть какие‑то ходы: пещеры, подземные речки или еще что‑то подобное.
– Поискать, конечно, можно, – вздохнула Света. – Но, мне кажется, если бы здесь чего‑нибудь такое было, путь уже давно бы нашли. И если кто здесь и роет ходы, то только кроты.
Тем не менее, за неимением лучшего плана, ребята стали внимательнее смотреть себе под ноги, не пропуская любые неровности почвы. Но, увы, пока что им не попадалось даже более‑менее крупных нор. Впереди оказался небольшой овражек, и они решили в него спуститься. Если какой‑нибудь ход и существовал, то здесь для его начала было самое подходящее место.
– Что‑то стало чересчур тихо, – заметила Света.
Действительно, вокруг стояла гробовая тишина. Все звуки леса остались далеко позади. Любое слово отдавалось гулким эхом.
– Не нравится мне здесь, – поежился Валерка. – С чего бы это зверям и птицам избегать этого места. Лучше пойдем наверх.
– Ну что ж, пойдем. – Света не стала возражать.
За время нахождения в Ведьмином лесу ребята уже давно поняли, что здесь обязательно стоит доверять предчувствиям. Если чувствуешь опасность, то, даже если не понимаешь, что это такое, надо обязательно бежать подальше.
Но с возвращением ребята опоздали. Пока они пытались определить, в какую же сторону лучше всего уходить, до какого склона добраться быстрее, пришла новая напасть. За какую‑то долю секунды все вокруг заволокло на редкость густым туманом. Как будто откуда‑то сверху упало огромное количество ваты. Туман был настолько густ, что даже собственную руку возможно было разглядеть, только поднеся ее едва ли не вплотную к глазам.
– Медвежоно‑ок! – Света нашла в себе силы пошутить и процитировала мультик.
– Мы, как ежики в тумане. Это уж точно, – отозвался Валерка. – Давай руку! А то сейчас потеряем друг друга.
Хорошо, что ребята шли рядом. Иначе даже найти друг друга было бы большой проблемой. Звук, казалось, доносился со всех сторон сразу, так что определить направление было почти что невозможно. Сейчас они оказались практически слепыми, а от слуха толку тоже не было. Оставалось осторожно передвигаться на ощупь. Это напоминало игру в жмурки, только ее целью было не поймать кого‑то, а суметь выбраться из этой обволакивающей белой массы.
– Никогда еще такого густого тумана не видел! – задумчиво произнес Валерка.
– Сегодня мы вообще многое видим впервые, – ответила Света. – Такой уж день содержательный.
– А я еще не хотел сюда идти! – грустно пошутил он. – Где бы я еще такое увидел?! Некоторым за всю жизнь так не везет! Как ты думаешь, куда нам теперь?
– Наверное, стоит попытаться вернуться назад, выбраться из тумана, – предположила Света.
– Если, конечно, из него вообще можно выбраться, – мрачно заметил Валерка. – Вдруг он не только в овраге, а вообще по всему Ведьминому лесу.
– Вот только как пройти назад? – задумалась Света. – Когда туман опустился, мы столько крутились, что теперь не поймешь: где тут вперед, где назад, где направо, где налево…
– Но просто стоять и ждать совершенно бессмысленно. Может, этот туман здесь неделями держится. Так что включай свою интуицию и пойдем. – Валерке уже надоело топтаться на одном месте. К тому же туман был прохладным и сырым. У мальчика уже начинало немного побаливать горло. Он был почти уверен, что завтра будет вовсю чихать и кашлять, а бабушка станет охать и поить его чаем с малиной… Тьфу ты! Он на секунду совсем забыл, где находится, и даже сплюнул от досады. Не будет никакого варенья. И бабушку он может запросто вообще больше не увидеть. Пока они тут прохлаждаются, уходит драгоценное время. Стоит только заснуть, как он не только бабушку, а самого себя забудет! – Пошли! – дернул он за руку Свету и сам, не дожидаясь очередного проявления ее интуиции, двинулся наугад.
Но не успели ребята сделать и пару шагов, как тут же замерли на месте. По туману разнесся низкий, протяжный, леденящий душу вой. Трудно было представить, что такой звук может издавать живое существо, будь то собака, волк или какой‑нибудь более крупный хищник. От одной попытки представить себе такого монстра кидало в озноб.
– Говорят, что так воет собака Баскервилей! – дрожащим голосом произнесла Света, вспомнив книгу о Шерлоке Холмсе. Именно так она представляла себе страшный вой этого существа. Несколько лет назад, посмотрев фильм, снятый по этой повести, девочка несколько ночей не могла спокойно спать. Да и позже эта собака несколько раз являлась ей в ночных кошмарах. В них Света убегала от оскаленной светящейся морды, которая все приближалась к ней. Когда страшная пасть уже открывалась для укуса, наступало пробуждение. Как правило, с криком. Позже Света сумела справиться с этим кошмаром: она даже специально купила эту кассету и несколько раз смотрела ее на ночь, пока не привыкла. И последние пару лет ее ничего не беспокоило. Но вот теперь, в этой обстановке, старые страхи не только ожили, но сделались многократно сильней.
– Не могу понять, откуда этот вой, – пробормотал Валерка. Он старался говорить как можно увереннее, но его голос прозвучал настолько тихо и одиноко среди бескрайней белой пелены, что мальчик осекся и даже проглотил окончание фразы. Он тоже был напуган, но все же не до такой степени, как Света, которая дрожала как лист на ветру. Ее страх невольно передавался ему, и он тоже стал заметно дрожать.
– Кажется, мы идем прямо на него, – всхлипнула Света. Она уже представляла, как из тумана сейчас покажется жуткая светящаяся морда. Ведь в книге и фильме в решающий момент тоже был туман. Но здесь рядом не окажется ни Шерлока Холмса, ни доктора Ватсона, ни даже инспектора Лестрейда.
В эту секунду страшный вой раздался с новой силой, на этот раз гораздо ближе. Ребята на мгновение застыли от ужаса, изо всех сил сжав друг другу руки, а потом как по команде ринулись прочь. Валерка еле поспевал за подружкой, хотя и бежал изо всех сил, но ее руки не отпускал. Если бы он это сделал, то отыскать друг друга в этом тумане было бы совершенно нереально. Долго бежать по лесу при почти что нулевой видимости невозможно. Уже через несколько шагов Света споткнулась о какой‑то корень и не удержалась на ногах. Она потянула за собой и Валерку, который к тому же при падении умудрился налететь на какое‑то дерево и больно удариться плечом.
Сердце у Светы бешено колотилось, ноги и руки так дрожали, что с трудом слушались хозяйку. Она сделала глубокий вдох, чтобы хоть чуть‑чуть успокоиться, резко вскочила и попыталась бежать дальше, но Валерка, уже более‑менее пришедший в себя (возможно, его немного отрезвил удар), ее удержал.
– Бежим! Ну, скорее же! – быстрым шепотом говорила Света.
– Не надо никуда бежать! – неожиданно ответил он.
– Тогда пусти руку! – Света, сама не своя от страха, пыталась ее высвободить, но Валерка не отпускал. Девочке на секунду показалось, что он сошел с ума, и она даже готова была ударить его, чтобы освободиться, когда Валерка заговорил опять.
– Ты что, спятила, бежать по лесу вслепую?! – крикнул мальчик. – Так мы не убежим не только от собаки, а даже от черепахи! Только разобьемся или свалимся куда‑нибудь. А куда потом деться со сломанной ногой или рукой?!
– А что, по‑твоему, лучше быть съеденными?! – Света понимала справедливость его слов, но страх перед огромным псом был сильнее. Она опять попыталась бежать, но он снова ее удержал.
– Попробуй успокоиться! – уговаривал Валерка. – Почему эта собака обязательно должна на нас нападать? Может, она тут вообще совершенно по другим делам. Может, она воет потому, что ей тоже страшно в этом тумане.
– А может, и от голода, – с дрожью в голосе заметила Света, но Валеркины аргументы потихоньку стали действовать. По крайней мере, она больше не пыталась убежать в туман.
– И потом, тебя ведь собаки любят, – продолжал Валерка, не обращая внимания на ее предположение. Он не заметил, что последнее слово можно трактовать и в гастрономическом смысле. – Ты же всегда находила с ними общий язык!
Это было правдой. Если сам Валерка относился к собакам с некоторым недоверием, то Света любила этих животных. И они отвечали ей тем же. Даже незнакомые псы почти никогда на нее не лаяли. А уж собаки друзей и знакомых уже через несколько минут после встречи с удовольствием давали себя погладить. Собака Баскервилей же произвела на девочку такое сильное впечатление, наверное, потому, что была как раз не похожа на обычных собак, столь дружелюбных с ней.
Сам Валерка, тем не менее, не слишком‑то рассчитывал на дружелюбие воющего существа. Поэтому он почувствовал себя более‑менее уверенно, лишь нащупав на земле здоровенную палку и взяв ее в руку. Теперь, по крайней мере, будет чем оказать сопротивление.
Ребята знали, что собаки, в основном, ориентируются по нюху. Так что в темноте эти животные имеют преимущество. Но они от души надеялись, что туман достаточно поглотил запахи. Чтобы не выдать себя звуками, оба теперь старались молчать. Поэтому, когда вой раздался в очередной раз, Света смогла удержаться от резких движений и только сильнее вцепилась в Валеркину руку. На этот раз звук был гораздо слабее. Животное, похоже, удалялось от них. Эта опасность миновала, но туман никуда не делся, и двигаться сквозь него было почти что невозможно.
– Поднимите мне веки! – раздался вдалеке глухой бас.
На этот раз попытку к бегству предпринял Валерка. Это оживали его старые страхи. Гоголевский Вий был для него тем же, чем для Светы собака Баскервилей. Когда‑то папа прочитал ему эту страшную историю, когда он был для этого слишком мал, и мальчик по‑настоящему перепугался. Раньше, по ночам, Валерка иногда боялся открыть глаза, чтобы не встретиться взглядом с этим чудовищем. К счастью, на Свету эта повесть подействовала в свое время ненамного сильнее сказок. Она искренне не могла понять, чего же там особо страшного?
– Ты куда собрался? – Девочка с трудом удержала Валерку. – Ты что, забыл, что только что внушал мне про туман? А от нечисти, думаю, сбежать посложнее, чем от собаки.
– В‑верно. – От страха у Валерки зуб на зуб не попадал. Он больше не пытался вырваться и убежать, и только лихорадочно соображал, что же надо делать. Хома Брут вроде бы спасался тем, что рисовал вокруг себя круг, читал какие‑то молитвы и не поднимал глаз. Валерка в таком состоянии был почти готов повторить те же самые действия. Но чем и где рисовать круг в этом тумане? Да и молитв он не знал. Значит, остается только не смотреть. Мальчик крепко зажмурился. – Закрой глаза и не смотри, – посоветовал он Свете.
«Поднимите мне веки!» – завыл голос еще ближе.
– Закрывай не закрывай, все равно ничего не видно, – довольно бодро ответила девочка. После того как прекратился вой, она испытывала прилив уверенности и оптимизма. – Чего ты так дрожишь из‑за каких‑то сказок?
– Сама‑то как дрожала, – сквозь зубы процедил Валерка.
– Ну, я‑то боялась из‑за воя, – оправдывалась Света. – А тут сказки.
– Про русалок мы тоже думали, что это сказки! – ответил Валерка. – Под любой сказкой есть какие‑то реальные факты, только сильно искаженные.
– Ну, если так боишься, то можешь залезть на дерево, – вздохнула Света.
– Что же я, по‑твоему, тебя одну брошу? – спросил Валерка. – Тогда лезем вместе.
– Еще чего не хватает! – возмутилась Света. – Даже если твой Вий и существует, то он сейчас даже своего носа не увидит! Да чтобы посмотреть друг другу в глаза вам, наверное, поцеловаться придется!
Несмотря на то что страх до конца не прошел, Валерка, представив такую картину, невольно фыркнул. Начавшийся в тот же самый момент очередной призыв поднять веки прозвучал уже не так уверенно, а слово «веки» прозвучало даже немного жалобно.
– Действительно. Что это я? – Мальчик взял себя в руки. До него, наконец, дошло, что в таком тумане посмотреть друг другу в глаза крайне проблематично. И потом, испугался Вия как маленький ребенок! Конечно, миф должен описывать реальное событие. Но что может убить взглядом? Разве что какой‑нибудь лазер. В то, что лазерная установка может оказаться в Ведьмином лесу, поверить было совершенно невозможно.
– Чего нам теперь еще ждать? – задумчиво проговорила Света.
– Послушай! – Валерке пришла в голову интересная мысль. – А ты не боишься собаки Баскервилей? – спросил он немного смущенно.
– Ты думаешь, я буду бояться какой‑то книжки?! – ответила Света с некоторым возмущением, но осеклась. В такой тяжелой ситуации не время было что‑то скрывать и приукрашивать. – Ну, сейчас, конечно, нет. А вот раньше, в детстве, боялась, – нашла она силы признаться.
– Вот и я раньше боялся Вия, – с некоторым облегчением сказал Валерка. Сознаваться в детских страхах вторым было уже гораздо легче. – Я думаю, что нечто, может, даже этот туман, каким‑то образом распознает наши страхи, чтобы нас же ими пугать. Ты заметила, как только мы немного успокаиваемся, все исчезает: и жуткий вой, и «поднимите мне веки».
– Ты все‑таки немного гений! – заявила Света, обрадованная его мыслью.
– Да чего уж там! – смущенно ответил Валерка. Он так покраснел от этой похвалы, что даже был рад густому туману, скрывшему это. – Страшно подумать, что было бы, если бы мы поддались панике, – развивал он свою идею. – Тогда я бы не удивился, если бы эти объекты материализовались. – Валерка любил вставлять в речь длинные и умные слова.
– Значит, можно ожидать новых звуков. – Света задумалась. – Признавайся, чего ты там еще боялся.
– Да вроде бы ничего особенного, – почесал затылок Валерка. – Если не считать совсем уж раннего детства, то, наверное, «Погребенные заживо».
– Брр, – поежилась Света. – Еще не хватает оказаться в каком‑нибудь ящике. Впрочем, тут никаких особых звуков быть не должно. А мне очень не нравился Фредди Крюгер. Ну и еще несколько типов…
«Никогда не спите, дети!» – немедленно послышалось из тумана. Но теперь, когда ребята поняли, в чем тут дело, никакого страха это уже не вызвало.
– Спасибо, что напомнили! – язвительно сказала Света. – Спать нам, действительно, никак нельзя.
– Да, сказал очень к месту, – поддержал Валерка.
Вокруг поднялась страшная какофония. Тут были и вой, и скрежет, и какие‑то дикие вопли, и угрозы. Страхи пошли в решительное наступление. Некоторые из них ребята хотя бы узнавали, а другие не могли даже припомнить, настолько все было смутно. Сначала Света с Валеркой как‑то даже опешили. Уж слишком все это было неожиданно и странно. Но никакого ужаса звуки уже не вызывали. Скорее это было похоже на какую‑то викторину, где по характерному шуму нужно было угадать очередного персонажа.
А потом их разобрал смех. Эти попытки напугать, особенно после реально пережитых ужасов, казались до того жалкими, что удержаться от смеха было просто невозможно. «Поднимите мне веки!», «Никогда не спите!» – наперебой подражали они этим голосам. После недавнего нервного напряжения ребята дали волю эмоциям и веселились от души.
Голоса разом смолкли. Как будто кто‑то выключил проигрыватель, из которого они доносились. Ребята, посмеявшись еще несколько секунд, тоже затихли. Наступила странная, звенящая тишина. На некоторое время все словно застыло. Валерка и Света тоже не издавали ни звука. Веселье улетучилось, и теперь они снова были настороже в ожидании новых подвохов. И вдруг туман моментально рассеялся. Будто кто‑то после долгой тьмы включил электричество.
Примерно с минуту ребята только жмурились, вновь привыкая к солнечному свету, который теперь казался им таким теплым и прекрасным. Но наслаждаться хорошей погодой было некогда. За то время, пока они находились в тумане, солнце успело еще ниже спуститься к горизонту. До вечера оставалось совсем немного.
– Быть может, этот туман скрывал что‑то существенное, – задумчиво проговорил Валерка.
– Конечно, скрывал. Собаку с Вием. – Свету иногда раздражала его манера говорить с такой неторопливостью, с долгими предисловиями. Нет чтобы сказать сразу и по существу! Иногда ей казалось, что он может запросто заснуть посреди фразы. Ладно бы еще так говорил какой‑нибудь старенький профессор. А то ее ровесник! Интересно, какой же станет его речь в более солидном возрасте?
– Он был как бы завесой для тех, кто боится. – Валерка продолжал гнуть свое, не обращая внимания на Светкино замечание. – Так сказать, проверка на вшивость. Уж не знаю, что было с испугавшимися. То ли просто убегали отсюда подальше, то ли погибали здесь. Вдруг страхи взаправду оживали?
– Ничего себе проверочка! – Света даже вздрогнула, представив недавний кошмар.
– Это что‑то вроде хитроумного замка, – нашел сравнение Валерка. – Животному или необразованному человеку он был бы просто не под силу. Ведьмин лес‑то древний! На нас не рассчитан!
– Ладно, академик! – Света начала понимать
