Лекции.Орг

Поиск:


Устал с поисками информации? Мы тебе поможем!

Турция на пути к демократии: формула успеха 3 страница




Вслед за отделением религии от государства была проведена широкая правовая реформа. Хотя формально ислам вплоть до 1928 года согласно первой республиканской конституции оставался государственной религией, старые законы Османской империи, основывавшиеся на шариате, были отменены еще в первые годы правления М.Кемаля. Религиозные суды были упразднены в 1924 году. Принятая в том же году конституция провозглашала независимость судебной системы и гарантировала права и свободы граждан. В течение 1920-х гг. был разработан новый судебный кодекс. В его основу были положены передовые европейские правовые кодексы. Источником права были провозглашены решения Великого национального собрания.

В течение нескольких лет в стране была создана новая законодательная база. Она охватила все стороны общественной жизни. При этом в качестве моделей для формирования турецкого национального права были использованы нормы законодательства развитых европейских стран. Так, за основу турецкого гражданского права, принятого в 1926 году, было взято швейцарское гражданское законодательство. На уголовный кодекс оказали влияние правовые нормы Италии. Коммерческий кодекс был адаптирован по германской модели.

В одной из университетских газет вышла юмористическая статья, обыгрывающая правовые заимствования тех лет. На вопрос «кто такой турецкий гражданин?» студенты дали ответ: «Турецкий гражданин – это человек, который женится по швейцарскому гражданскому праву, осуждается по итальянскому уголовному кодексу, судится по германскому процессуальному кодексу, этим человеком управляют на основе французского административного права и хоронят его по канонам ислама».

Эта шутка между тем отражала один из самых принципиальных моментов в истории модернизации Турции. Создание турецкого национального права, отвечавшего требованиям европейского законодательства, стало решительным шагом в построении современного светского государства.

С принятием нового гражданского кодекса светские власти впервые вторглись в святая святых традиционного общества: семейно-религиозную жизнь. Было запрещено многоженство, закон предоставил женщине право развода, внедрил бракоразводный процесс. Здесь проявилось некоторое своеобразие турецкого закона: так, женщинам предоставлялось право потребовать у мужа развода, если тот скрыл, что он безработный.

М.Кемаль стремился внедрить эмансипацию женщин в тех же пределах, что и в Западной Европе. Женщины были допущены на коммерческие факультеты еще во времена первой мировой войны, а в 1920-е гг. они появились и в аудиториях гуманитарного факультета Стамбульского университета. Им разрешили находиться на палубах паромов, которые пересекали Босфор, хотя раньше их не выпускали из кают, разрешали ездить в тех же отделениях трамваев и железнодорожных вагонов, что и мужчинам.

Турецкие женщины были уравнены в правах с мужчинами. Они получили возможность назначения на официальные посты, право голосовать и быть избранными в парламент. Принцип моногамии и гендерное равенство многое изменили в самом духе турецкого общества.

Конечно, установившиеся веками традиции сдерживали широкое применение новых брачно-семейных и гендерных норм на практике. Однако само создание юридического прецедента было исключительно важно.

Прежде всего секуляристский характер носила реформа образования. Светское образование стало развиваться в стране после 1923 года. До революции, осуществленной М.Кемалем, большинство образовательных учреждений было сосредоточено в городах и находилось в руках религиозных институтов.

После провозглашения республики все учебные заведения, в том числе религиозные, перешли под контроль государства. Из школьных программ убрали религиозные дисциплины. Министерство просвещения пересмотрело образовательные программы, в которые было включено преподавание основ естествознания и математики, а также всемирной истории, светской литературы и различных прикладных предметов.

Медресе, существовавшее при мечети Сулеймана в Стамбуле, которое готовило улемов высшего ранга, было передано богословскому факультету Стамбульского университета. В 1933 году на базе этого факультета был открыт Институт исламских исследований.

Кемаль верил, что просвещение народа может устранить социальное неравенство. В городах создавались образовательные центры для взрослого населения, в которых можно было получать книги и информацию по здравоохранению, в турецкой прессе популяризировались многие современные западные идеи.

Одним из результатов стремления М.Кемаля к достижению новой национальной идентичности и дистанцированию в связи с этим от исламской традиции стала языковая реформа. История знает немного примеров, когда правительство меняет язык своего народа таким решительным образом, как это было сделано в Турции. М.Кемаль рассматривал реформу языка как важную часть создания новой Турции и турецкой нации.

В пределах Османской империи турки были одной из многих этно-лингвистических групп. Арабский язык оставался главным языком религии и религиозного закона.

Персидский (фарси) был языком искусства, литературы и дипломатии. В качестве делового языка административной и военной элиты использовался турецкий язык, который содержал огромное количество арабо-персидских заимствований.

Первые принципы реформы турецкого языка восходят к реформам 1839-1878 гг. Однако только с установлением республики языковая реформа стала важнейшей частью программы национального развития. Языковая революция официально началась в 1928 году. Вскоре было принято решение о замене арабского алфавита латиницей. Многие члены Национального собрания выступали за постепенный ввод новых букв в течение пяти лет. Однако под давлением Кемаля реформа алфавита была проведена в течение трех месяцев! Национальное собрание приняло закон, вводивший новый турецкий алфавит и запретивший применение арабского с 1 января 1929 года.

Президент республики появился в новой роли - учителя. Во время одного из праздников он обратился к собравшимся: «Мои друзья! Наш богатый гармоничный язык сможет выразить себя новыми турецкими буквами. Мы должны освободиться от непонятных значков, которые в течение веков держали наши умы в железных тисках. Мы должны быстро выучить новые турецкие буквы. Мы должны обучить им наших соотечественников, женщин и мужчин, носильщиков и лодочников. Это нужно считать патриотической обязанностью. Не забывайте, что для нации позорно на 10-20% состоять из грамотных и на 80-90% из неграмотных».



Новый алфавит был более приспособлен для отражения особенностей турецкого языка. Но кроме этого прикладного аспекта введение латиницы символизировало поворот к Западу и демонстративный разрыв с миром исламской культурной традиции. Освободив новое поколение от необходимости изучать арабские буквы, реформа алфавита была призвана оторвать их от оттоманского прошлого, его культуры и системы ценностей.

Язык повергся коренной чистке от арабо-персидских заимствований и их замене тюркскими эквивалентами. С этой целью Мустафа Кемаль основал в 1932 году лингвистическое общество. Общество готовило и публиковало список чужеродных слов, изымаемых из языка. Исследователи подбирали адекватную замену из турецких диалектов, других тюркских языков, древних текстов. Когда не находили ничего подходящего, изобретали новые слова. С другой стороны, активно импортировались термины из европейских языков.

В итоге турецкий язык менее чем за два поколения существенно изменился. Для современного турка язык документов и книг дореформенной поры с многочисленными персидскими и арабскими конструкциями несут на себе печать архаики. Демократизация языка устранила культурно-лингвистический разрыв между различными социальными группами турецкого общества и способствовала его консолидации.

Одной из характерных черт кемалистской модернизации стало стремление к вестернизации всех сторон жизни турецкого общества. Оно коснулось в том числе смены гардероба и норм повседневного поведения, введения фамилий.

Наиболее показательным примером продуманности и глубины реформ стало внедрение в обиход европейской одежды, также насаждавшееся сверху. Современному европейцу может показаться странным, например, запрет на ношение фески. Однако здесь очень показателен недавний запрет на ношение школьницами-мусульманками хиджаба в такой богатой демократическими традициями стране, как Франция. Манера одеваться всегда была и остается наиболее четким знаком принадлежности человека к определенной конфессиональной, этнической или социальной группе.

Настаивая на смене гардероба, кемалисты вполне справедливо полагали, что не только содержание определяет форму, но и форма влияет на содержание.

Несколько высказываний Мустафы Кемаля наглядно выражают эту точку зрения: «Было необходимо запретить феску, которая сидела на головах нашего народа как символ невежества, небрежности, фанатизма, ненависти к прогрессу и цивилизации, и заменить ее шляпой – головным убором, которым пользуется весь цивилизованный мир. Таким образом, мы демонстрируем, что турецкая нация в своем мышлении, как и в других аспектах, ни в коей мере не уклоняется от цивилизованной общественной жизни». Или в другой речи: «Друзья! Цивилизованная международная одежда достойна и подходяща для нашей нации, и мы все будем носить ее. Ботинки или башмаки, брюки, рубашки и галстуки, пиджаки. Конечно, все завершается тем, что мы носим на голове. Этот головной убор называется «шляпа».

В одной из своих речей М.Кемаль обрушился на чадру. «Она причиняет женщине большие страдания во время жары, - говорил он. - Мужчины! Это происходит из-за нашего эгоизма. Не будем же забывать, что у женщин есть такие же моральные понятия, как и у нас». Президент требовал, чтобы «матери и сестры цивилизованного народа» вели себя подобающим образом. «Обычай закрывать лицо женщинам делает нашу нацию посмешищем», - считал он.

Был издан специальный декрет, который требовал от чиновников носить костюм, «общий для всех наций мира».

Соответствующей была и реакция на действия кемалистов со стороны ортодоксального ислама. Так, ректор университета Аль-Азхар и главный муфтий Египта писал в то время: «Ясно, что мусульманин, который хочет походить на немусульманина, принимая его одежду, кончит тем, что воспримет его верования и действия. Поэтому тот, кто носит шляпу из склонности к религии другого и из презрения к своей собственной, является неверным... Разве не сумасшествие отказаться от своей национальной одежды, чтобы принимать одежду других народов?».

Одним из первых шагов кемалистов, воплощавших разрыв с османским прошлым, стал перенос столицыгосударства из Стамбула в Анкару. Он был неразрывно связан с драматическими событиями 1920-х гг.

К тому времени Стамбул стойко ассоциировался с Османской империей. В свою очередь, османизм подразумевал растворение собственно турков в мусульманской умме - общине десятков миллионов мусульман, признававших светскую и духовную власть султана-халифа. В Стамбуле в период Анатолийской революции находилось предавшее национальные интересы правительство султана и его двор, объявившие войну своему народу.

Ко всему прочему, Стамбул имел космополитичный характер: и по сей день значительную часть его населения составляют греки, евреи, армяне. В тот период в Стамбуле были сильны позиции компрадорской буржуазии. До периода 1920-х годов знатные и богатые турки предпочитали именовать себя османами, презрительно называя турками крестьян Анатолии.

Логика национально-освободительной борьбы и последующих преобразований в социальной, политической, культурной жизни все более отдаляли страну от космополитичного Стамбула. Анкара в этих условиях быстро стала центром притяжения для турецких патриотов. Создание нового государства - Турецкой Республики - имело следствием окончательный переход центра политической и административной жизни из Стамбула в Анкару.

Изначально выбор Анкары в качестве нового политического центра молодого турецкого государства был актом сознательного противопоставления столице одряхлевшей Османской империи.

События вокруг переноса столицы развивались стремительно. С конца 1919 года главная ставка М.Кемаля переместилась в Анкару, куда последовал и Представительный комитет. Созванное комитетом Великое национальное собрание, призванное осуществить идею турецкой нации, независимость и волю народа, начало работу именно в Анкаре. Кемалисты также пригласили для участия в деятельности Великого национального собрания представителей распущенной султаном палаты депутатов. С этого времени Анкара, по существу, и стал столицей Турции, что было законодательно закреплено в 1923 году.

Близость к географическому центру страны выгодно отличала Анкару от других городов. Сюда сходились практически все транспортные артерии Анатолии.

Город имел славное историческое прошлое, знал времена расцвета. Анкара - один из древнейших городов Малой Азии и известна с VII века до н.э. как древнее поселение Ансира – торговый центр на перекрестке оживленных дорог, связывавших Европу и Азию. По преданию, город был основан легендарным царем Фригии Мидасом. Анкара около 700 года до н.э. стала главным городом Фригийского царства. В древнеримский период Анкара стала центром подвластной римлянам Галатии. В первой половине XIV века Анкара вошла в Османское государство в качестве административного центра Анкарского пашалыка. С 1864 года и вплоть до крушения Османской империи Анкара была центром вилайета (области). В средние века Анкара считалась одним из центров торговли и ремесла Востока.

Однако к началу кемалистской революции Анкара была захолустным провинциальным городком с населением менее 30 тысяч человек.

Газета «Таймc» в 1923 году писала с издевкой: «Даже самые шовинистически настроенные турки признают неудобства жизни в столице, где полдюжины мерцающих электрических лампочек представляют собой общественное освещение, где в домах почти нет воды, текущей из крана, где осел или лошадь привязаны к решетке маленького домика, который служит Министерством иностранных дел, где открытые сточные канавы бегут посреди улицы и где современные изящные искусства ограничены потреблением плохого ракы - анисовой водки и игрой духового оркестра, где парламент заседает в доме, не большем, чем помещение для игры в крикет».

Тогда Анкара не могла предложить подходящего жилья для дипломатических представителей. Они предпочитали снимать спальные вагоны на станции, сокращая пребывание в столице, чтобы поскорее уехать в Стамбул.

Все изменил статус столицы. Анкара стала кардинально меняться. Показателен рост населения столицы - в 1920 году в Анкаре было не больше 30 тыс. человек; в 1927 году - 75 тыс.; в 1940 году - 155 тыс.; в 1950 году - 286 тыс.; в 1960 году - 646 тыс.; в 1985 году - свыше 2,2 млн. человек. При этом рост числа жителей столицы происходил много быстрее, чем населения всей страны.

Перенос столицы из Стамбула в Анкару показал, что она призвана быть не только политико-административным центром, но и национальным символом. Стамбул, географически находившийся в Европе, символизировал прошлое. Анкара, находившаяся в Малой Азии, все более приближала турецкую нацию к Европе.

В 1934 году было решено отменить все титулы старого режима и заменить их принятыми в европейских странах обращениями «господин» и «госпожа». Одновременно 1 января 1935 года были введены фамилии. Большинство турков придумали себе фамилии сами. Простой народ особо не мудрствовал и брал фамилию по роду занятий, месту жительства или рождения. В ход пошли прозвища и какие-либо отличительные черты. Некоторые выбрали такие фамилии, как Вежливый, Умный, Красивый, Честный, Добрый.

Впрочем, государство и здесь не осталось в стороне - многие воспользовались официальным списком рекомендованных фамилий. Так появились «Настоящий турок», «Бесстрашный турок», «Великий турок», «Большой турок», «Суровый турок», «Настоящий солдат», «Храбрец», «Железная рука», «Быстрый молодец», «Крепкий», «Железная скала» и т.д. Эти фамилии и сегодня составляют значительную часть «фамильного фонда» нации.

Одним из первых получил фамилию и сам Мустафа Кемаль. Великое национальное собрание Турции присвоило ему фамилию Ататюрк, что в переводе означало «Отец турков». И надо признать, что он более чем кто-либо другой в истории современной Турции заслужил ее.

Мустафа Кемаль Ататюрк:

личность и легенда

 

Масштабы личности Ататюрка были под стать преобразованиям, изменившим страну. Сама его жизнь была вызовом.

Непобедимый полководец, суровый солдат, мудрый политик, блестящий организатор, смелый реформатор, патриот, отец нации. Как всякий крупный исторический деятель он был неординарным человеком. Не вписывался в круг стандартных политкорректных представлений. Он был слишком велик, чтобы быть обычным.

Часто его не понимали современники. О нем злословили враги. Уже сейчас, по прошествии времени, многие обвиняют его в авторитаризме и нарушении демократических принципов. При этом как-то забывают, что только благодаря его политической воле стало возможным повернуть отсталую страну на путь свободы и демократии. Что только благодаря силе его решений был достигнут экономический подъем. Что только мощным усилием централизованной власти можно было изменить традиционное сознание и общественный уклад. Забывают об обстоятельствах. Не замечают факты. Домысливают историю.

Он и сам стал частью истории, частью мифа.

Основатель Турецкой Республики Мустафа Кемаль (1881-1938 гг.) родился 19 мая 1881 года в Салониках, на территории Македонии, которая в то время была частью Османской империи. Отец его был среднего ранга таможенным чиновником, позже ставшим торговцем лесоматериалами, мать – крестьянкой.

После трудного детства, проведенного из-за ранней смерти отца в нищете, Мустафа поступил в государственную военную школу. Среднее военное образование получил в военном училище в Салониках и Монастире (Битоле). Высшее военное образование получил, закончив в 1905 году Академию Генерального Штаба в Стамбуле.

В годы обучения Мустафа проявил себя способным студентом. Он особо отличился в математике и литературе, в изучении французского. Там помимо воинских дисциплин Кемаль самостоятельно изучал произведения Руссо, Вольтера, Гоббса, других философов и мыслителей. С тех пор за ним закрепилось прозвище Кемаль – «совершенный».

Во время обучения Мустафа и его товарищи основали тайное общество «Ватан» (родина), которое придерживалось революционных идей. Мустафа, не сумев добиться взаимопонимания с другими членами общества, покинул Ватан и примкнул к Комитету союза и прогресса, который сотрудничал с движением младотурков. Он был лично знаком со многими ключевыми фигурами в младотурецком движении, но не участвовал в перевороте 1908 года.

М.Кемаль быстро сделал блестящую карьеру военного. Он - участник итало-турецкой войны 1911-1912 годов, Второй Балканской войны 1913 года и первой мировой войны 1914-1918 годов.

Когда разразилась первая мировая война, Кемаль искусно руководил вверенными ему войсками на каждом из фронтов, где ему приходилось воевать. Так, у Галлиполи с начала апреля 1915 года он сдерживал британские силы более полумесяца, заслужив прозвище «Спаситель Стамбула». Это была одна из редких побед турецкой армии в первой мировой войне. Именно там он произнес знаменитые слова, вдохновившие солдат на победу: «Я не приказываю вам атаковать, я вам приказываю умирать!».

М.Кемаль стал едва ли не единственным генералом османской армии, выигравшим сражение у войск Антанты: в 1916 году войска под его командованием остановили наступление русских войск в районе Эрзурума.

В 1916 году ему были присвоены чин генерала и титул паши. В 1917 году он был назначен командующим армией в Сирии. В знак протеста против засилья немецких генералов сложил полномочия и был на три месяца отправлен в запас.

В 1918 году вновь получил назначение и командовал Седьмой армией в Палестине. После заключения султанским правительством Мудросского соглашения 30 октября 1918 года М.Кемаль обратил внимание правительства на опасность этого решения для страны. Вскоре после этого он был понижен в должности.

После октября 1918 года М.Кемаль провел несколько секретных встреч со своими единомышленниками-офицерами, ставшими первыми кемалистами. 19 мая 1919 года Мустафа Кемаль-паша добился назначения инспектором Третьей армии, дислоцировавшейся в районе Самсуна, на побережье Черного моря. Отныне он был в Анатолии, ближе к своим будущим сторонникам.

Поняв, что Стамбул ориентирован на сотрудничество с оккупантами, он обратился за поддержкой к турецкому народу. После победы на реке Сакарья (23 августа - 13 сентября 1921 года) М.Кемаль стал национальным героем. Великое национальное собрание присвоило ему звание маршала с почетным титулом «Гази» (Победитель).

В августе 1922 года - наступление турецких войск на всех фронтах. Изгнание захватчиков. Заключение мира. Создание Турецкой Республики.

С 1923 года он – первый президент Турецкой Республики. Впоследствии вплоть до своей кончины он переизбирается на этот пост.

Умер 10 ноября 1938 года. 26 декабря 1938 года Великое национальное собрание Турции присвоило Ататюрку посмертное звание «Вечный Глава государства».

Такова канва его официальной биографии. За ее пределами еще при его жизни начала формироваться легенда. Это и неудивительно, учитывая неординарность личности и событий, участником и организатором которых он стал.

Его жизнь и образ ложатся в рамки некоего мифологического архетипа. Он был Освободителем, Спасителем, Воином, Созидателем нации, Основателем государства, Мудрым правителем, Борцом за светлое будущее, Отцом турков. В связи с этим говорят едва ли не об официальном культе Ататюрка. О том, что его имя в Турции окружено ореолом святости.

Современному скептически настроенному наблюдателю, после развенчания всех и всяческих культов личности прошлого века, столь богатого на сотворение кумиров, сакрализованный образ турецкого лидера может показаться очередным плодом мифологизированного сознания. Весь приведенный выше ряд он воспримет с большой долей иронии. И будет не прав.

Потому что это тот редчайший случай, когда контуры классической мифологической парадигмы совпадают с канвой истинных деяний реального человека.

Судите сами: после победы над Хаосом (разваливающаяся империя), наступает период обустройства, структуризации турецкого Космоса. Обустройство мира начинается с установления государственности. Как настоящий культурный герой он приносит людям законы и порядок общественного устройства. Изменяет систему семейных отношений, пристрастия в одежде и стереотипы поведения. Он дает людям письменность и, в определенном смысле, язык. Обустройство мира продолжается в виде тюркизации топонимики страны. Люди проходят через инициацию, обретая фамилии. Он устанавливает в центре страны новый сакральный центр турецкого Космоса – новую столицу, символ республиканской государственности.

Он и в самом деле был для Турции чем-то вроде культурного героя.

Надо сказать, что Ататюрк и сам был не чужд мифотворчества. Причем и здесь проявился его политический прагматизм и реформаторский потенциал.

Мустафа Кемаль постоянно призывал к поиску исторических аргументов славного и древнего прошлого, чтобы восстановить чувство национальной гордости турков. Задача была сформулирована с присущим ему размахом: «В первую очередь надо открыть нашему племени новые исторические горизонты, идущие в древность. Представляется невероятным, чтобы корни тюркских племен, проявивших себя в разное время в разных районах, не шли в эпоху древности».

Под этот тезис были разработаны теории, согласно которым цивилизация и государственность как таковые были принесены в мир древними тюрками, превратившимися в кочевников после высыхания гипотетического моря где-то в недрах Центральной Азии, на берегах которого они создали якобы древнейшую цивилизацию мира.

Перекликается с этой концепцией т.н. «солнечная языковая теория», популярная в период лингвистической реформы. Утверждалось, что все языки мира произошли от единого турецкого (тюркского) праязыка. На практике это означало, например, что если не находился соответствующий тюркский эквивалент для передачи иноязычного слова, считалось, что оно, как часть лексического фонда общетюркского праязыка, могло быть сохранено в современном турецком без риска нарушить его чистоту. Так в язык органично входили заимствования из европейских языков.

При всех перегибах и смехотворности обеих концепций как объектов научного анализа, в чисто прикладном аспекте система работала. Он был великим, но живым человеком, и ничто человеческое не было ему чуждо. Достоинства и слабости Ататюрка, как у всякой неординарной личности, были ярко выражены и только поддерживали тенденцию к мифологизации его образа.

Обладая острым умом и природным юмором, он часто подливал масла в огонь. Как и многие прогрессивные офицеры, Кемаль отдавал предпочтение крепким напиткам, подчеркивая тем самым свое презрение к догмам традиционной морали. Когда один французский журналист написал, что Турцией правят один единственный пьяница, один глухой (премьер-министр) и триста глухонемых (т.е. парламент), Ататюрк заметил: «Этот человек ошибается, Турцией управляет один пьяница».

Нередко Кемаля сравнивают с Петром I. Мустафа Кемаль, подобно легендарному русскому царю, внедряя новые правила поведения, всегда подавал личный пример. Судя по фотографиям тех лет и по свидетельству современников, он был очень элегантен и разборчив в одежде. Много различных историй ходило о его успехе у женщин и вкусу к хорошему застолью и светским развлечениям.

В первую же годовщину республики он устроил бал. Большинство собравшихся мужчин были офицерами. Но глава государства заметил, что они не решались приглашать дам на танец. Женщины отказывали им, стеснялись. Тогда он остановил оркестр и воскликнул: «Друзья, не могу себе представить, что в целом мире найдется хоть одна женщина, способная отказаться от танца с турецким офицером! А теперь - вперед, приглашайте дам!» И первым закружил свою даму в танце. В этом эпизоде – весь Ататюрк.

Любой поступок Ататюрка был не просто проявлением личных пристрастий, а, прежде всего свидетельством его приверженности делу всей жизни. Даже в быту и наедине с собой он оставался тем же реформатором, каким был известен всей стране. У него было восемь приемных детей – семь дочерей и сын. Одна из дочерей – Сабиха Гекчен стала первым турецким пилотом-женщиной. Такие примеры из жизни Ататюрка можно продолжать бесконечно.

Огромный интерес к личности, политике и результатам деятельности человека, с которым так или иначе связан современный облик Турции и ее роль в мире, не ослабевает. В последние десятилетия его опыт особенно актуален для новых государств на постсоветском пространстве, образовавшихся, как и некогда Турецкая Республика, на развалинах обширной многонациональной империи.

Самое поучительное в истории этого человека – его реформы продолжают приносить плоды, созданное им государство развивается, а его главное устремление – интеграция Турции в глобальное пространство европейской цивилизации – близится к своему логическому завершению.

 

Наследие Ататюрка

 

Идеи и принципы Мустафы Кемаля, его реформы изменили политическую, экономическую, социальную жизнь современной Турции. Принципы кемализма сыграли роль ключевых ориентиров в модернизации турецкого общества.

Турция представляет собой яркий пример, когда в отсталой восточной стране путем реформ «сверху» удалось осуществить масштабные преобразования, затронувшие практически все стороны жизни общества. Турецкий опыт – это яркий пример успешной модернизации восточной страны с преобладающим мусульманским населением.

Турция после Кемаля не стояла на месте. Как и всякое государство, она пережила и периоды кризиса и всплески активности. Изменился во многом уклад национальной экономики. Эпоха экономического этатизма, сыграв свою роль, отошла в прошлое. С середины 1980-х гг. после экономических реформ Тургута Озала, начался период бурного экономического роста, который сопровождался усилением влияния Турции в регионе.

Со временем отпала необходимость в жесткой однопартийной политической системе и стала более демократичной сама политическая жизнь. Развивается многопартийность и политический плюрализм. В тень отступила армия, по-прежнему стоящая на страже завоеваний кемализма. История посткемалистской Турции показывает, что можно успешно объединить светский европейский уклад и глубокую религиозность. В последнее время наблюдается своеобразный мусульманский ренессанс в общественной жизни страны. Одним из его свидетельств стала победа происламской Партии справедливости и развития Реджепа Тайипа Эрдогана в 2002 году. Причем именно эта партия добилась наиболее впечатляющих результатов в либерализации общественной и политической жизни Турции согласно требованиям Евросоюза.

Современная Анкара открыто провозглашает амбициозную цель: в течение ближайших десяти лет войти в число десяти важнейших мировых держав. Возрастает в целом значение страны в международных экономических и политических отношениях. Турция превратилась в достаточно сильную политическую, экономическую и военную региональную державу. Нельзя сбрасывать со счетов и то немаловажное обстоятельство, что Турция занимает ключевое геополитическое положение в обширном и весьма чувствительном регионе, что подкрепляется наличием у нее второй по мощи армии в составе Атлантического блока.

Очевидно, что за годы после кемалистских преобразований Турция устойчиво прогрессирует как одна из немногих демократических и экономически развитых стран Ближнего Востока.






Дата добавления: 2015-09-20; Мы поможем в написании ваших работ!; просмотров: 413 | Нарушение авторских прав | Изречения для студентов


Читайте также:

Поиск на сайте:

Рекомендуемый контект:





© 2015-2021 lektsii.org - Контакты - Последнее добавление

Ген: 0.015 с.