Неопозитивистская концепция права Г. Харта
Лекции.Орг

Поиск:


Неопозитивистская концепция права Г. Харта




Правовая теория Харта развита в русле аналитической юриспруденции, которая восходит к Бентаму и Остину.

Отходя от определения права Остином как "приказа суверена",Харт вместе с тем критикует и естественноправовые теории и характеризует естественноправовое положение о том, что "несправедливое право — это неправо" как парадокс, преувеличение или "просто ошибку"2. Подобное утверждение, замечает он, равносильно такому же ошибочному утверждению, что "законы — это не право"3. В этих суждениях Харта как раз весьма отчетливо проявляется легистская сутьего неопозитивистской концепции правопо-нимания.

В своем учении о праве Харт исходит из того, что минимальной цельюсоциальной жизни людей является выживание. С этим,

1 Das Naturrecht in der politischen Theorie, S. 147.

2 Hart H. The Concept of Law. Oxford, 1961, p. 8.

3 Ibid.

Раздел V. История философии права и современность

согласно Харту, и связано наличие разумных оснований к тому, что право и моральдолжны содержать определенные нормы поведения. Под такими нормами Харт имеет в виду нормы (правила) о защите личности, собственности и взаимных обещаний (т. е. договора). Сама же разумность этих нормобусловлена необходимостью выживания людей (т. е. осуществления их минимальной цели) с учетом наличия таких "естественных фактов", как уязвимость людей, приблизительное равенство людей в физическом и духовном отношениях, ограниченность альтруизма людей, ограниченность количества благ, ограниченность благоразумия и твердости воли у людей.

Эти разумные и необходимые нормы (защита личности, собственности и обещаний) как "само собой разумеющиеся истины содержат в себе не только смысловое ядро естественноправовой доктрины, но, кроме того, они имеют также решающее значение для понимания права и морали и объясняют, почему чисто формальная дефиниция права и морали, которая не учитывает определенное содержание или социальные потребности, оказывается столь неудовлетворительной"1.

Здесь Харт стремится отмежеваться одновременно и от естественноправовой позиции (хотя право и мораль он выводит из некой разумно понятой естественной необходимости), и от Кельзена с его требованием "чистоты" правовой формальности (хотя во многом его учение находится под заметным влиянием кельзеновского нормативизма).

Но по существу в подходе Харта присутствует и использована именно естественноправовая конструкцияобоснования и понимания названных разумных норм, с одинаковой природной необходимостью присущих и праву, и морали. Иначе говоря, эти разумные и необходимые нормы являются морально-правовыми,что, кстати говоря, тоже типично для естественноправовых концепций с присущим им смешением права и морали.

Но наряду с признанием такого генетического родства права и морали и единства их фундаментальных (разумных и необходимых) норм, Харт говорит об их различии:"естественные факты" (незащищенность этих норм, их нарушения) требуют перехода от исключительно моральных к организованным, правовым формам контроля за поведением людей. Право от морали, таким образом, отличается принудительной санкцией.Эти санкции, поясняет Харт, требуются не потому, что без них вообще не было бы мотивов к правопослушанию; они нужны как гарантия того, чтобы интересы тех, кто будет добровольно соблюдать право, не были бы принесены в жертву тем, кто не будет соблюдать нормы без принуждения. Без системы принудительных санкций нормопослушание было бы свя-

1 ibid., р. 20.

Глава 5. Философия права в XX в.: основные концепции

зано с риском быть обманутым. Перед лицом такой опасности разум требует,чтобы добровольная совместная деятельность людей осуществлялась в рамках принудительного порядка.

С помощью иных (не естественноправовых) аргументов право как принудительный порядок определяет и Кельзен. Но если у Кель-зена право как принудительный порядок (правопорядок) может иметь любое произвольное содержание,то у Харта право как принудительный порядок, как минимум,включает в себя названные разумные и необходимые нормы.Это вместе с тем означает, что данные нормы являются необходимым компонентом любой системы позитивного права (закона).

Отсюда, казалось бы, следует, что без такого минимально-правового (естественноправового) компонента обосновываемое Хартом позитивное право (закон) теряет свое фундаментальное правовое (а у него одновременно и моральное) качество, становится неправом, несправедливостью. Однако, как мы видели, он возражает против такого юридического правопонимания, поскольку для него как ле-гиста фундаментальное правовое качество заключено не в этих как будто бы непременных нормах, а во властном принуждении, в принудительных санкциях. Декларируемая Хартом необходимость для права названных разумных норм оказывается мнимой, поскольку он в силу легистского правопонимания в принципе исключает различение права и закона (позитивного права) и, следовательно, саму возможностьнеправового закона. Закон для него не может не быть правом. Любой закон, в том числе и закон без тех разумных норм, которые он столь старательно (и, как оказывается, без пользы для правого дела — для правового закона и справедливости) обосновывает.

Право (позитивное право) по своей структуре,согласно Харту, состоит из правил (норм), которые он делит на первичные и вторичные.

Первичные правовые правила — это правила обязывания. Они возлагают обязанности без учета воли соответствующих лиц. Они связаны с угрозой санкции, которая как мотив должна удерживать от запрещенного поведения.

Вторичные правовые правила предоставляют частную или публичную власть. Правила, предоставляющие частную власть, дают частным лицам способность самим строить свои правовые связи с другими с помощью договоров, завещаний и т. д. Правила, предоставляющие публичную власть, определяют деятельность в сфере законодательства, правосудия, управления. Вторичные правила не требуют от адресатов вести себя определенным образом, а дают возможность отдельным лицам при определенных условиях создавать права и обязанности.

Если бы, говорит Харт в духе мыслимого эксперимента, правовая система состояла бы лишь из первичных правил, она страда-

Раздел V. История философии права и современность

ла бы такими недостатками, как неопределенность (из-за отсутствия критерия о действии или бездействии соответствующего правила), статичность (из-за отсутствия возможности приспосабливать правила к изменяющимся обстоятельствам), недейственность ее социального давления (из-за отсутствия инстанции, которая могла бы окончательно и авторитетно решить, будет или нет определенным действием нарушено какое-то правило).

Эти недостатки можно преодолеть, по Харту, с помощью вторичных правил, которые действуют как правила о правилах.Так, средством против неопределенности является введение правила признания, которое определяет, как должно быть создано правило, чтобы оно могло быть правилом системы права. Таким правилом признания в простейшем случае может быть авторитетно установленный список (реестр) первичных правил с указанием условий, при которых действуют другие нормы. Средством против статичности правовой системы служит введение правил изменения, которые управомочивают индивидов или группы вводить в правовую систему новые правила и отменять старые. Недейственность системы из первичных правил преодолевается с помощью правил решения, которые придают определенным инстанциям полномочия авторитетно устанавливать, нарушено ли какое-то первичное правило или нет.

В сложных правовых системах правило признания — это не какое-то одно правило, содержащее критерии для действия первичных правил, а целый ряд правил признания,образующих сложную иерархию(из норм Конституции и законодательства). Правило признания, которое дает критерии для действия всех других правил системы, Харт называет "последним правилом". Оно дает высший критерий для действия правил системы.

В отличие от гипотетической"основной нормы" Кельзена "последнее правило" Харта носит фактическийхарактер и само является правом (действующим правовым правилом).

Соединение (союз) первичных и вторичных норм дает право (правовую систему). Для существования правовой системы, резюмирует Харт, необходимо и достаточно два минимальных условия:"Во-первых, правила поведения, действительность которых установлена последним и высшим критерием системы, должны соблюдаться всеми, а,-во-вторых, правила признания для критериев правовой действительности, правила изменения и правила решения должны действенно восприниматься служащими в качестве всеобщего публичного стандарта официального поведения"1

В хартовском структурном толковании права отчетливо присутствует ряд неопозитивистских идей и установок кельзеновского нормативизма.

1 Ibid, p. 163.

Глава 5. Философия права в XX в.: основные концепции 639

Так, вуалируя этатистские корни неопозитивистского право-понимания, Кельзен считал характерную для старого позитивизма трактовку права как продукта, установления (приказа) государственной власти (суверена) "социологическим" подходом, от которого надо очистить правоведение. Согласно "юридическому" подходу, право как система норм долженствования у самого Кель-зена получает свою действительность не от государства, а от "основной нормы".

Подобной логики и схемы придерживается по сути дела и Харт, в концепции которого право как система правил (норм) тоже получает свою действительность не от государства, а от некой фундаментальной нормы — последнего, высшего правила.Придавая этому принципиальное значение, Харт пишет: "... Мы отказываемся от позиции, по которой основой правовой системы является привычка повиновения юридически неограниченному суверену, и заменяем ее концепцией высшего правила признания, дающего системе правил критерий действительности"1.

Однако, с точки зрения существа правопонимания, принципиальное значение имеет как раз то, что объединяет старых и новых позитивистов: и те, и другие под правом, которое они по-разному описывают, они имеют в виду одно и то же — приказ суверена.

9. "Познавательно-критическая теория права"

Эта неопозитивистская концепция философии права представлена в работе австрийских юристов О. Вайнбергера, И. Колера, И. Штрассера и М. Пришинга"Введение в философию права".

Авторы данного учебного курса, который читается в университете г. Грац, к "главным дисциплинам правовой науки"относят следующие: всеобщая теория права (философия права), догматика права, социология права, история права, сравнительное право2. "Всеобщая теория права (философия права), — поясняют авторы курса, — охватывает анализ структурных проблем права, теоретические основополагающие проблемы правовой науки, всеобщие юридические понятия и проблемы, которые относятся к различным догматическим дисциплинам, теорию справедливости и юридическое учение о методах. К юридическому учению о методах относятся не только, как это традиционно делается, учения о юридических решениях и обоснованиях мнений о праве, но также учение о законодательстве как теория политико-правовой аргументации и как учение о законодательной технике"3.

1 Ibid, р. 201.

2 Einfiihrung in die Rechtsphilosophie. Hrsg. von Prof. Weinberger O. in Zusammenarbeit mit Roller P., Strasser P., Prisching M. Graz, 1979, S. 34.

3 Ibid.

Раздел V. История философии права и современность

Соответственно "догматика права охватывает позитивное право, с тем чтобы ясно и систематически его изложить. Догматика права распадается в зависимости от данных систем права на различные дисциплины"1. "Социология права, — пишут авторы, — занимается изучением всех общественных факторов применительно к праву, как и права как общественного фактора, которое обусловливает другие общественные феномены"2. История права, в свою очередь, занимается правом в его развитии. А сравнительное право, включающее в себя догматико-правовое, социолого-правовое и политологическое сравнение, занимается различиями отдельных систем права под историческим и современным углом зрения.

Философия права (или общая теория права)в виде составной части неопозитивистской юриспруденции понимается и разрабатывается "не как составная часть мировоззренческой системы, а как рефлектирующий анализ оснований правовых наук"3.

Отмечая наличие разных версий философии права, авторы курса подчеркивают противоположность "спекулятивной философии права"(т. е., по существу, всех непозитивистских концепций философии права) и "научно-критической философии права"(т. е. различных вариантов позитивистской философии права)4.

Научный характер, согласно такой трактовке, носит лишь позитивистская философия права, тогда как "спекулятивная философия права" оказывается ненаучной, поскольку занимается "метафизическими" проблемами и "трансцендентными идеями"5. "Научно-критическая философия права, — пишут авторы курса, — ставит перед собой как философия науки задачу предложить философский базис правовых наук. Она прежде всего стремится дать философское обоснование постановок вопросов, методов и приемов работы правовой науки. В основе разработки позитивной правовой системы лежит система общих основных понятий права, которые составляют инструментарий для исследования любой правовой системы; такого рода понятиями, например, являются право, правовая норма, действие права, правовой акт, правовое отношение и т. д."6. На базе этого понятийного инструментария "научно-критическая философия права" стремится развить "всеобщую теорию строения и динамики права"7. Далее, она разрабатывает учение о методах юридической работы, т. е. руководство для практической деятельности юристов.

К "научно-критической философии права" авторы курса относят "аналитическую философию права (или аналитическую юрис-

1 Ibid.

2 Ibid.

3 Ibid., S. 35.

4 Ibid., S. 35—36.

5 Ibid, S. 35. « Ibid, S. 36. 7 Ibid.

Глава 5. Философия права в XX в.: основные концепции 541

пруденцию)" и "так называемое чистое учение о праве, разновидность аналитической философии права"1. Рассматриваемый курс, по оценке его авторов, представляет "аналитическую концепцию" и определяется ими как "познавательно-критическая теория права"2,т. е. как еще одна разновидность аналитической юриспруденции.

Поясняя смысл этих подходов, авторы курса пишут: "Как аналитическую философию права (или аналитическую юриспруденцию) обозначают те всеобщие теоретико-правовые учения, которые ставят в центре своего изыскания структурную теорию права, т. е. изучают все проблемы правовой теории прежде всего в формальном смысле и в этом аппарате структурных понятий и схем видят необходимые инструменты для всех юридических изысканий. Однако многие представители аналитической философии права не упускают из виду различные аспекты и факты, т. е. то, что право прежде всего есть общественный феномен"3.

Своеобразие "чистого учения о праве" как разновидности аналитической философии права состоит, согласно авторам курса, в следующем: это учение считает себя учением о праве, которое достигает чистоты юридических методов благодаря тому, что оно направлено лишь на постижение позитивного права, т. е. это учение считает, что оно как всеобщая структурная теория правоположе-ния, правовой системы и правовой динамики предлагает понятийный и методологический инструментарий для постижения и изложения любой мыслимой правовой системы. Чистое учение о праве (в разных его вариантах), критически замечают авторы курса, "элиминирует из правовой науки все психологические, социологические, этические и политико-правовые соображения о праве как внеюри-дические ("метаюридические"), так что его предметом являются лишь мыслимые правовые структуры и позитивные, т. е. фактически на основе юридико-догматического анализа устанавливаемые, правовые содержания"4.

Свою "познавательно-критическую правовую теорию" авторы курса характеризуют так: как "аналитическая концепция" эта теория "прежде всего пытается прояснить структурные проблемы права, юридического аргументирования и правовой динамики, с тем чтобы иметь в распоряжении понятийный аппарат для всех теоретико-правовых рассуждений"5. Хотя эта теория "признает необходимость определения характера постановки проблемы, например, необходимость отличать догматическую трактовку от социологической или от трактовки с позиций политики права, но в отличие от

Ibid.

Ibid, S. 37. Ibid, S. 36. Ibid. Ibid., S. 37.

Раздел V. История философии права и современность

чистого учения о праве она придерживается мнения, что не только "чистые", но также и комплексные трактовки права, включая и соображения de-lege-ferenda, относятся к юриспруденции"1.

Данную теорию ее авторы называют "познавательно-критической", поскольку "она исходит из теоретико-познавательной дифференцированной семантики и постоянно стремится дать ясный познавательно-критический анализ проблемной ситуации"2. Она "исходит из убеждения, что современная юридическая наука базируется на целом ряде таких дисциплин, как логика, семантика, теория коммуникации, аксиология, теория решений, кибернетика, социология, политология и т. д. При этом речь идет не только о применении результатов этих дисциплин, но, более того, о том, чтобы развить особенные основополагающие дисциплины для целей юридической науки. Так, например, нельзя просто привлекать имеющуюся логику дескриптивного языка, но сперва должна быть создана особая дисциплина, логика прескриптивного языка"3.

В своем определении понятия права авторы курса в целом придерживаются достаточно умеренного варианта позитивистского (в принципе — легистского) правопонимания. Под "правом (правопорядком)" имеется в виду "право в объективном смысле"4, т. е. позитивное право (закон). Право, согласно их трактовке, это "динамичная система", "принудительный порядок", "система долженствования, "система норм, генеральные нормы которой относятся ко всем лицам (персонам), образующим правовую общность"5. "Правопорядок, — отмечают авторы курса, — всегда выступает с притязанием быть общественно правильным долженствованием. В рамках демократического мировоззрения это включает в себя требование, что право как целое акцептировано правосознанием народа"0.

Но действительно ли позитивное право таково или нет? Рассмотрение этого и других ("метафизических") вопросов по существу остается вне рамок "познавательно-критической теории права", ограничивающейся лишь "ценностно-нейтральным понятием права"7.

"В обыденной речи и часто в философии права, — пишут авторы курса, — понятие права выступает часто в связке с атрибутом "правильное", "справедливое"... В этих формах речи выражена не только ссылка на содержание данной нормы, но также и привносящаяся извне оценка. Для целей правовых наук, для научного анализа права, напротив, нужно применять ценностно-нейтральное

1 Ibid.

2 Ibid.

3 Ibid.

4 Ibid., S. 85.

5 Ibid. " Ibid. 7 Ibid.

Глава 5. Философия права в XX в.: основные концепции 643

понятие права... Это нейтральное применение понятия "право" имеет то достоинство, что позволяет четко отличать друг от друга изложение и оценку... Имманентное моральное притязание права надо строго отличать от оценочной позиции толкователя по отношению к праву"1.

Верно, что позицию толкователя следует отличать от "моральных притязаний" самого права, от собственных претензий правопорядка на то, что он представляет "общественно адекватные, "правильные" правила"2. Но собственно философско-правовая проблема состоит в другом, в выяснении обоснованности или необоснованности подобных претензий закона (позитивного права).Причем при адекватном юридическом подходе речь должна идти не о моральности или неморальности закона(позитивного права), как это в лучшем случае допускают позитивисты, а о его правовом или неправовом характереи содержании, о его соответствии или несоответствии объективным требованиям права, независимым от воли и усмотрений законодателя, официальной власти.

При легистском же правопонимании право, отличаемое от закона (позитивного права), рассматривается как "мораль", т. е. как нечто по сути своей неправовое и внеправовое. Такова и позиция авторов "познавательно-критической" философии права. Кстати говоря, они входят во внутреннее противоречие,когда, с одной стороны, говорят о моральных притязаниях самой правовой системы и, следовательно, признают наличие этих притязаний в данности позитивного права, в его содержании, а, с другой стороны, для строго "научного" изложения этого, уже исходно ценностно не нейтрального, позитивного права требуют применения "ценностно-нейтрального понятия права". Ведь и без привнесения извне толкователем ценностных моментов сам объект такого "научного" изложения уже изначально не является, даже по признанию авторов рассматриваемой теории, нейтральным в ценностном отношении.

К тому же получается, что "моральные притязания" законодателя на то, что он создал "адекватное" и "правильное" право, вполне уместны и обоснованны, а философско-правовое сомнение в этом и исследование реального положения дел в данной сфере — нечто "трансцендентальное", "метафизическое", "ненаучное".

1 Ibid., S. 85—86.

2 Ibid, S. 86.

Указатель имен

Августин — 592

Адаме Д. — 93

Аксаков К.С. — 358

Александров И.Г. — 305

Алкидам — 408

Алмазов Б.И. — 358

Амос Ш. — 465

Антифонт — 406

Аржанов М.А. — 292

Аристотель — 23, 68, 331, 412

Ауэр А. — 621

Балдус — 447 Батиффоль А. — 566 Бельда И. — 560 Бентам И. — 67 Бергбом К. — 599 Бердяев И.А. — 26, 541 Берцинский С. — 274 Биндер Ю. — 575 Бомануар Ф. — 447 Бринкман К. — 556 Булгаков М.А. — 342 Бэкон Ф. — 455

В

Вайнбергер О. — 639 Валендорф Шварц-

Либерман Г.А. — 557 Вальдштайн В. — 620 Велькер К. — 93 Виндельбанд В. — 53 Вольтер А. — 173 Вольф Эрик — 623 Вольф Эрнст — 623 Вышинский А.Я. — 283

Гаеринг Т. — 580

Гай — 431

Галлер К.-Л. — 508

Гатинян А.А. — 319

Гегель Г.В. — 93, 327, 331,

333, 348, 498 Геллер Г. — 574

Генкин Д.М. — 295 Гераклит — 401 Гербер К. — 104 Герцен А.И. — 358 Гесиод — 399 Гессен В.М. — 93 Гизе Г. — 574 Гиппий — 406 Гирш Э. — 574 Глокнер Г. — 572 Гоббс Т. — 457, 463 Гомер — 399 Горгий — 405 Градовский А.Д. — 514 Графский ВТ. — 319 Гроций Г. — 23, 68, 448 Гуго Г. — 11, 507

Д

Дабен Ж. — 616 Дайси А. — 104 Дворкин Р. — 567 Демокрит — 68, 403 Демосфен — 436 Десниций СЕ. — 510 Джентиле Д. — 581 Джефферсон Т. — 93 Дильтей В. — 572 Диоген Лаэртский — 424 Домбоис X. — 623 Доне л л — 448 Доценко М. — 280 Дюги Л. — 298

Е

Евтихиев А.Ф. — 276 Еллинек Г. — 104

Зауэр В. — 622 Зенон — 424 Зигфрид В. — 418, 420 Золотницкий В.Т. — 510 Зорькин В.Д. — 319

И

Иеринг Р. — 104, 255 Иоффе О.С. — 306

Указатель

Ипполит Ж. — 585 Ирнерий — 445

К

Кавелин К.Д. — 358

Каганович Л.М. — 260

Калликл — 26, 407

Кант И. — 56, 93, 100, 487, 488, 499

Кассирер Э. — 400, 402, 411

Катков В.Д. — 67, 516

Кауфман А. — 555

Квинтилиан — 437

Кельзен Ганс — 56, 59, 298, 586

Керенский А.Ф. — 172

Керимов Д.А. — 310, 319

Кечекьян С.Ф. — 294, 311

Кипп Т. — 434

Кистяковский Б.А, — 93, 358, 517

Клеобул — 400

Клуксен В. — 623

Кобалевский А. — 276

Ковалевский М.М. — 516

Козловский М.Ю. — 170

Коинг Г. — 622

Колер И. — 639

Кон Г. — 628

Констан Б. — 99

Коркунов И.М. — 104, 510

Коссио К. — 629

Критий — 26

Кронер Р. — 572

Кроне Б. — 573

Крыленко И.В. — 170, 277

Куайре А. — 585

Кубеш В. — 555

Кудрявцев В.И. — 299

Кузнецов Э.В. — 510

Куницын А.И. — 510

Курский Д.И. — 165

Л

Лабанд И. — 104 Лазарев В.В. — 398 Лапаева В.В. — 315 Ларенц К. — 573 Лассон Г. — 266, 573 Ленин В.И. — 113 Либерман С. — 266 Лившиц Р.З. — 319 Ликофрон — 407 Локк Д. — 93, 466

Лорка-Наваретте Х.Ф. — 560 Лукашева Е.А. — 299, 319 Луллий Р. — 445 Луначарский А.В. — 236 Луф Г. — 558

М

Майхофер В. — 624

Малицкий А. — 257

Мальцев Г.В. — 319

Мамут Л.С. — 315, 319

Мамутов В.К. — 319

Маритен Ж. — 616

Марк Аврелий — 426

Маркс К. — 23, 113, 333, 348

Марциан — 436

Марчич Р. — 56, 629

Меркель А. — 599

Месснер Й. — 616

Миколенко Я.Ф. — 311

Михайловский И.В. — 511

Модестин — 431

Моль Р. — 93

Монтескье Ш.Л. — 93, 98, 99, 472

Муромцев С.А. — 516

Мэдисон Д. — 93

И

Науке В. — 571 Неволин К. А. — 511 Недбайло И.Е. — 310 Ницше Ф. — 26 Новгородцев И.И. — 93 Ноль Г. — 572

О

Ойзерман Т.И. — 488 Оллеро А. — 570 Остин Д. — 67, 465

И

Павел (юрист) — 431 Палиенко И.И. — 93 Панетий — 427 Папиниан Э. — 431 Пашуканис Е.Б. — 45, 198 Петражицкий Л.И. — 516 Пивоваров Ю.С. — 351 Пионтковский А.А. — 311 Пифагор — 401

Указатель имен

Платон — 68, 323, 340, 409 Пленге И. — 573 Плутарх — 424 Подволоцкий И. — 222 Покровский И.А. — 93, 443 Пол — 26 Полибий — 96 Поляков А.В. — 531 Полянский И.И. — 294 Пришинг М. — 639 Протагор — 405 Пуфендорф С. — 510 Пухта Г.— 11, 507

Радбрух Г. — 568 Разумовский И. — 231 Райнер Г. — 410, 623 Редкий И.Г. — 399, 512 Резцов Л. — 264 Рейснер М.А. — 235 Роде К. — 562 Розенберг А. — 578 Розин Э.Л. — 319 Роммен Г. — 623 Руссо Ж.-Ж. — 23, 340, 478

Савиньи К.-Ф. — 11, 507

Самощенко И.С. — 310

Сартр Ж.-И. — 624

Сенека — 425

Синайский В.И. — 435

Смид Ш. — 559

Сократ — 408

Соловьев B.C. — 56, 531

Соловьев Э.Ю. — 492, 498

Солон — 94, 400

Спиноза Барух (Бенедикт) — 439

Спирито У. — 583

Сталин И.В. — 290

Стальгевич А.К. — 265, 295, 311

Стоянов А. — 443

Строгович М.С. — 295

Стучка И.И. — 170

Сфорца В. — 584

Сырых В.М. — 320

Тадевосян B.C. — 294 Телдерс Б. — 584

Тененбаум В.О. — 319, 320 Тибо — 508 Топорнин Б.И. — 389 Трибониан — 431 Туманов В.А. — 319

Ульпиан — 29, 107, 431

Ф

Фехнер Э. — 627 Фердросс А. — 630 Фихте И.Г. — 489, 499 Фома Аквинский — 68, 438 Фрасимах — 410 Фриз Я.Ф. — 13 Фурсов А.И. — 351

X

Хайдеггер М. — 625 Харт Г. — 635 Хенкель Г. — 556 Хлебников В.В. — 24 Хорст Ф. — 623 Хрисипп — 424

Ц

Цельс — 433 Циппелиус Р. — 564 Цицерон — 68; 98, 426

Челяпов И. — 274 Чернобель Г.Т. — 320 Четвернин В.А. — 321 Чичерин Б.И. — 93, 357, 518

Ш

Шаргородский М.Д. — 306 Шебанов А.Ф. — 310 Шершеневич Г. Ф. — 465 Шёнфелд В. — 580 Шиллер Ф. — 505 Шмёльц Ф.-М. — 633 Шмидт В. — 580 Шмитт К. — 580 Шпанн О. — 574 Штаммлер Р. — 567 Штрассер И. — 639

Указатель имен 647

Э Я

Энгельс Ф. — 114 Явич Л.С. — 309, 310

Эпиктет — 426 Яволен — 32

Эпикур — 421 Ягер В. — 400

Эсмен А. — 104 Ясперс К. — 625

Ю

Юдин И.Ф. — 285 Юлиан — 437

Владик Сумбатович Нерсесянц





Дата добавления: 2015-02-12; просмотров: 420 | Нарушение авторских прав | Изречения для студентов


Читайте также:

Рекомендуемый контект:


Поиск на сайте:



© 2015-2020 lektsii.org - Контакты - Последнее добавление

Ген: 0.034 с.