Ћекции.ќрг


ѕоиск:




 атегории:

јстрономи€
Ѕиологи€
√еографи€
ƒругие €зыки
»нтернет
»нформатика
»стори€
 ультура
Ћитература
Ћогика
ћатематика
ћедицина
ћеханика
ќхрана труда
ѕедагогика
ѕолитика
ѕраво
ѕсихологи€
–елиги€
–иторика
—оциологи€
—порт
—троительство
“ехнологи€
“ранспорт
‘изика
‘илософи€
‘инансы
’ими€
Ёкологи€
Ёкономика
Ёлектроника

 

 

 

 


—общественно-политическим целым (народом) все €сно.  ак же в соотношении с этой тотальностью обсто€т дела с правами и свободами индивида?




«десь в ответах и подходе –уссо отсутствует необходима€, требуема€ правовой природой и смыслом проблемы, определенность.

— одной стороны, –уссо говорит о "полном отчуждении каждого из членов ассоциации со всеми его правами в пользу всей общины", ибо, добавл€ет он, "если бы у частных лиц оставались какие-либо права, то, поскольку теперь не было бы такого старшего над всеми, который был бы вправе разрешать споры между ними и всем народом, каждый, будучи судьей самому себе в некотором отношении, начал бы вскоре прит€зать на то, чтобы стать таковым во всех отношени€х; естественное состо€ние продолжало бы существовать, и ассоциаци€ неизбежно стала бы тиранической или бесполезной"1.

ќчевидно, что –уссо здесь отвергает идею неотчуждаемых естественных прав индивида.

другой стороны, –уссо утверждает нечто пр€мо противоположное: "ќтказатьс€ от своей свободы Ч это значит отречьс€ от своего человеческого достоинства, от прав человеческой природы, даже от ее об€занностей. Ќевозможно никакое возмещение дл€ того, кто от всего отказываетс€. ѕодобный отказ несовместим с природою человека; лишить человека свободы воли Ч это значит лишить его действи€ какой бы то ни было нравственности"2.

¬ учении –уссо данное противоречие решаетс€ следующим образом: то, что отчуждаетс€ у каждого изолированного индивида в пользу образуемого по общественному договору целого (народа, суверена, государства) в виде естественных прав и свобод, возмещаетс€ ему (но уже как неразрывной части этого целого Ч гражданину) в виде договорно установленных (позитивных) прав и свобод. ѕроисходит, говор€ словами –уссо, как бы "обмен" естественного образа жизни людей на гражданский образ жизни, причем отказ от одних прав и приобретение других происходит по "эквиваленту", в пор€дке "равноценного возмещени€"3. »наче говор€, есте-

1 “ам же. —. 161.

2 “ам же. —. 156.

1 “ам же. —. 156, 161, 174.

–аздел V. »стори€ философии права и современность

ственное право без должной санкции обмениваетс€ на эквивалентное договорное (позитивное) право с необходимой санкцией.

ѕри этом пределы государственной власти в ее взаимоотношени€х с индивидами, согласно –уссо, став€тс€ тем, что "суверен, со своей стороны, не может налагать на подданных узы, бесполезные дл€ общины; он не может даже желать этого, ибо как в силу закона разума, так и в силу закона естественного ничто не совершаетс€ без причины"1.

ќднако все эти уверени€ об идиллических отношени€х между сувереном и подданными начисто разрушаютс€ утверждением самого –уссо о том, что суверен не св€зан собственными законами. ≈сли бы суверен, подчеркивает –уссо, предписал сам себе такой закон, от которого он не мог бы себ€ освободить, это противоречило бы самой природе политического организма. ѕоэтому, заключает –уссо, "нет и не может быть никакого основного закона, об€зательного дл€ Ќарода в целом, дл€ него не об€зателен даже ќбщественный договор"2.

—уверен "стоит выше и судьи и «акона"3. ќн имеет безусловное право на жизнь и смерть подданных. "»так, Ч заключает –уссо, Ч гражданину уже не приходитс€ судить об опасности, которой «акону угодно его подвергнуть, и когда государь говорит ему: "√осударству необходимо, чтобы ты умер", Ч то он должен умереть, потому что его жизнь не только благоде€ние природы, но и дар, полученный им на определенных услови€х от √осударства"4. ѕодобного этатистского положени€ нет даже у √оббса.

ѕодлинную гарантию прав, свобод и собственности личности –уссо усматривает в том, что отдельный гражданин в услови€х господства суверенитета народа сам €вл€етс€ участником формировани€ и де€тельности общей воли, котора€ образуетс€ из индивидуальных воль всех свободных и равноправных граждан.

’арактеризу€ взаимосв€зи государства, основанного на общественном договоре и руководимого общей волей, и отдельных граждан, –уссо полагает, что долг и выгода в равной мере об€зывают обе стороны взаимно помогать другу другу, поскольку вс€кий вред целому Ч это и вред его членам и наоборот. "»так, Ч пишет он, Ч поскольку суверен образуетс€ лишь из частных лиц, у него нет и не может быть таких интересов, которые противоречили бы интересам этих лиц; следовательно, верховна€ власть суверена нисколько не нуждаетс€ в поручителе перед подданными, ибо невозможно, чтобы организм захотел вредить всем своим членам; и мы увидим далее, что он не может причин€ть вред никому из них в отдельности"5.

1 “ам же. —. 172.

2 “ам же. —. 162Ч163.

3 “ам же. —. 175.

4 “ам же. —. 175.

5 “ам же. —. 163.

√лава 3. ‘илософи€ права Ќового времени 483

Ёто, следовательно, означает, что по отношению к суверену (государственному целому) подданным (членам целого) гарантии, по концепции –уссо, не нужны. „то же касаетс€ выполнени€ подданными своих об€зательств перед сувереном, то тут, замечает –уссо, нужны гарантии и необходимы средства дл€ обеспечени€ верности подданных суверену.

"¬ самом деле, Ч пишет –уссо, Ч каждый индивидум может, как человек, иметь особую волю, противоположную общей или несходную с этой общей волей, которой он обладает как гражданин. ≈го частный интерес может внушать ему иное, чем то, чего требует интерес общий"1. ќтсюда и проистекает необходимость принудительного момента во взаимоотношени€х между государством и гражданином. "»так, Ч замечает –уссо, Ч чтобы общественное соглашение не стало пустою формальностью, оно молчаливо включает в себ€ такое об€зательство, которое одно только может дать силу другим об€зательствам: если кто-либо откажетс€ подчинитьс€ общей воле, то он будет к этому принужден всем ќрганизмом, а это означает не что иное, как то, что его силою принуд€т быть свободным. »бо таково условие, которое, подчин€€ каждого гражданина отечеству, одновременно тем самым ограждает его от вс€кой личной зависимости: условие это составл€ет секрет и двигательную силу политической машины, и оно одно только делает законными об€зательства в гражданском обществе, которые без этого были бы бессмысленными, тираническими и открывали бы путь чудовищнейшим злоупотреблени€м"2.

–уссо при этом безосновательно презюмирует, будто суверен будет действовать в полном соответствии с цел€ми и сущностью общей воли. ѕоэтому, полагает он, "верховна€ власть, какой бы неограниченной, св€щенной, неприкосновенной она ни была, не переступает и не может переступать границу общих соглашений, и каждый человек может всецело распор€жатьс€ тем, что ему эти соглашени€ предоставили из его имущества и его свободы"3.

ѕодобные суждени€ –уссо о пределах государственной власти трудно назвать реалистичными, а предусматриваемые в них гарантии в пользу индивида Ч сколь-нибудь действенными. ќн рисует некую идеальную модель политического организма, имеющую мало общего с реальной действительностью и совершенно не учитывающую факт относительной самосто€тельности государства и возможностей его отчуждени€ от общества и народа. ќбобщенно можно сказать, что в учении –уссо игнорируютс€ все те теоретические и практические резоны, которые в своей совокупности представлены в иде€х и конструкци€х правовой свободы, правового закона и пра-

1 “ам же.

2 “ам же. —. 164.

3 “ам же. —. 174.

–аздел V. »стори€ философии права и современность

вовой государственности. ѕоэтому весьма наивной выгл€дит уверенность –уссо в том, что изображенный им политический организм (без надлежащего разделени€ властей, без представительных учреждений и т. д.) вообще может функционировать в духе его идеалов всеобщего равенства, свободы и справедливости.

“акже и руссоистской демократической концепции закона и законотворчества, при всей ее оригинальности и новизне, не хватает как раз собственно правовых оснований, критериев и ориентиров, словом Ч юридического правопонимани€ и идеи правового закона.

«акон (позитивный закон, закон государства), по –уссо, Ч это акт общей воли. ѕоскольку обща€ вол€ не может (и не должна) высказыватьс€ по поводу частных дел, предмет законов всегда имеет общий характер. –азвернутое определение закона у –уссо звучит так: "...  огда весь народ выносит решение, касающеес€ всего народа, он рассматривает лишь самого себ€, и если тогда образуетс€ отношение, то это Ч отношение целого предмета, рассматриваемое с одной точки зрени€, к целому же предмету, рассматриваемому с другой точки зрени€, Ч без какого-либо разделени€ этого целого. “огда сущность того, о чем выноситс€ решение, имеет общий характер так же, как и вол€, вынос€ща€ это решение. Ётот именно акт € и называю законом"1.

¬ законе всеобщий характер воли сочетаетс€ со всеобщностью предмета, поэтому, замечает –уссо, закон рассматривает подданных как целое (а не как индивидов), а действи€ как отвлеченные (т. е. не как отдельные поступки). “ак, по€сн€ет он, закон вполне может установить определенные привилегии, но он не может предоставить их каким-то конкретным индивидам. ¬с€кое действие, объект которого носит индивидуальный характер, не относитс€ к законодательной власти. “о, что суверен приказывает по частному поводу, Ч это уже не закон, а декрет, не акт суверенитета, а акт магистратуры.

÷ель вс€кой системы законов Ч свобода и равенство. —вобода, подчеркивает –уссо, вообще не может существовать без равенства. "»менно потому, что сила вещей всегда стремитс€ уничтожить равенство, сила законов всегда и должна стремитьс€ сохран€ть его"2.

–уссо (в духе ћонтескье) говорит о необходимости учета в законах своеобрази€ географических факторов, зан€тий и нравов народа и т. д. " роме правил, общих дл€ всех, каждый народ в себе самом заключает некое начало, которое располагает их особым образом и делает его законы пригодными дл€ него одного"3. » следует

1 “ам же. —. 177. 3 “ам же. —. 189. “ам же.

√лава 3. ‘илософи€ права Ќового времени

дождатьс€ поры зрелости народа, прежде чем подчин€ть его законам: "если же ввести законы преждевременно, то весь труд пропал"1. — этих позиций он критикует ѕетра I за то, что он подверг свой народ "цивилизации чересчур рано", когда тот "еще не созрел дл€ уставов гражданского общества"; ѕетр "хотел сначала создать немцев, англичан, когда надо бы начать с того, чтобы создавать русских"2.

–уссо делит законы на политические (основные), предусматривающие отношени€ целого к целому (суверена к государству); гражданские законы, регулирующие отношени€ граждан между собой или с государством; уголовные законы, которые регулируют "отношени€ между человеком и «аконом" (преступление и наказание) и "в сущности не столько представл€ют собой особый вид законов, сколько придают силу другим законам"3.   четвертому, наиболее важному, виду законов –уссо относит "нравы, обычаи и, особенно, мнение общественное": "эти законы запечатлены не в мраморе, не в бронзе, но в сердцах граждан; они-то и составл€ют подлинную сущность √осударства; они изо дн€ в день приобретают новые силы; когда другие законы стареют или слабеют, они возвращают их к жизни или восполн€ют их, сохран€ют народу дух его первых установлений и незаметно замен€ют силою привычки силу власти"4.

–уссо подчеркивает, что предмет его исследовани€ Ч политические законы, принципы политического права, вытекающие из общественного договора.

«аконы характеризуютс€ –уссо как необходимые услови€ гражданской ассоциации и общежити€. Ќарод, творец законов, хот€ "всегда хочет блага, но сам не всегда видит, в чем оно"5. ћежду тем создание системы законов Ч дело великое и трудное, требующее больших знаний и проницательности. "„астные лица, Ч пишет он, Ч вид€т благо, которое отвергают; народ хочет блага, но не ведает, в чем оно. ¬се в равной мере нуждаютс€ в поводыр€х. Ќадо об€зать первых согласовать свою волю с их разумом; надо научить второй знать то, чего он хочет. “огда результатом просвещени€ народа €витс€ союз разума и воли в ќбщественном организме; отсюда возникает точное взаимодействие частей и, в завершение всего, наибольша€ сила целого. ¬от что порождает нужду в «аконодателе"6.

¬ данном контексте под "«аконодателем" имеютс€ в виду учредители государств, реформаторы в области политики и права. —опоставл€€ великого правител€ с великим законодателем, –уссо сравнивает второго с механиком Ч изобретателем машины и соз-

1 “ам же. —. 183.

2 “ам же. —. 183. : “ам же. —. 190.

4 “ам же. —. 190Ч191. “ам же. —. 178. " “ам же. —. 178.

–аздел V. »стори€ философии права и современность

дателем образца, а первого Ч с рабочим, который лишь собирает и пускает в ход машину. "“от, кто берет на себ€ смелость дать установлени€ какому-либо народу, Ч по€сн€ет –уссо задачи и роль великого законодател€, Ч должен чувствовать себ€ способным изменить, так сказать, человеческую природу, превратить каждого индивидума, который сам по себе есть некое замкнутое и изолированное целое, в часть более крупного целого, от которого этот инди-видум в известном смысле получает свою жизнь и свое бытие; переиначить организм человека, дабы его укрепить; должен поставить на место физического и самосто€тельного существовани€, которое нам всем дано природой, существование частичное и моральное"1.

ƒе€тельность такого необыкновенного законодател€ просвещает народ и подготавливает необходимую почву дл€ его собственного выступлени€ в качестве законодател€. ¬едь главное, по –уссо, не законы, а законодательна€ власть Ч "сердце √осударства": "Ќе законами живо √осударство, Ч пишет –уссо, Ч а законодательной властью. «акон, прин€тый вчера, не имеет об€зательной силы сегодн€; но молчание подразумевает молчаливое согласие, и считаетс€, что суверен непрестанно подтверждает законы, если он их не отмен€ет, име€ возможность это сделать. “о, что суверен единожды провозгласил как свое желание, остаетс€ его желанием, если толь-" ко он сам от него не отказываетс€"2.

≈динственна€ сила суверена Ч законодательна€ власть Ч ни- II кому не передаваема и никем, кроме самого "народа в собраньи"3,"1 не представл€ема: "¬с€кий закон, если народ не утвердил его непосредственно сам, недействителен; это вообще не закон"4.

 ак только народ дает себе представителей, он более не свободен, его более нет. Ќо народ может быть представл€ем лишь в отно- 1 шении "власти исполнительной, котора€ есть сила, приложенна€ к-] «акону"5. ќтсюда, замечает –уссо, видно, что "законы существуют " лишь у очень немногих народов"6.

ќтмеченные противоречи€ и слабости в позиции –уссо не умал€ют его выдающихс€ заслуг как большого новатора в области! социальной, политической и правовой мысли. ≈го учение пронизано" пафосом гуманизма, просветительства, защиты интересов народа, борьбы против произвола и неравенства. —воей оригинальной разработкой проблем общественного договора, народного суверените- :: та, общей воли, законодательства он существенно обогатил фило- софские представлени€ о праве и государстве и дал мощный толчок дальнейшим исследовани€м в этой сфере.

1 “ам же. —. 179.

2 “ам же. —. 217. “ам же. —. 218. 4 “ам же. И. 222. s “ам же.

" “ам же.

√лава 3. ‘илософи€ права Ќового времени 487

 ант

√лубока€ философска€ разработка проблем права, государства, закона (в контексте системно-философских учений о природе, обществе, государстве, праве, морали, религии, эстетике и т. д.) св€зана с творчеством представителей немецкой философии и прежде всего  анта (1724Ч1804) и √егел€ (1770Ч1831). »х диалектический подход (по сравнению с позицией предшественников, включа€ и материалистов XVIII в. с их недиалектическими, механистическими и метафизическими воззрени€ми) означал новый шаг вперед в познании всей социальной (в том числе и государственно-правовой) проблематики.

¬опросы должного и правильного в человеческих отношени€х и действи€х привлекали пристальное внимание  анта и находились в центре его философского интереса. "≈сли существует наука, действительно нужна€ человеку, Ч писал он, Ч то это та, которой ”1 Ч а именно подобающим образом зан€ть указанное человеку место в мире Ч и из которой можно научитьс€ тому, каким надо быть, чтобы быть человеком"1.

ѕо смыслу кантовского агностицизма (познаваемость лишь €влений и невозможность познани€ "вещи в себе", а также сущностей типа "свобода воли", "бессмертие души", "бытие бога" и т. д.), теоретический разум может достоверно ответить лишь на вопрос: "что человек может знать?", но не на вопросы: "что человек должен делать?" и "на что человек может наде€тьс€?" Ёти два последних вопроса, недоступные собственно познанию (теоретическому разуму), оказываютс€ у  анта проблемами практики, практического разума Ч сферой должного, где трансцендентальные идеи разума играют лишь регул€тивную, а не собственно познавательную роль. ѕоэтому вс€ кантовска€ метафизика (учение о морали и праве) предстает как учение о социальных регул€торах, о должном и недолжном в социальных отношени€х и вообще в человеческих действи€х, как своеобразна€ соционормативистика.

–егул€тивна€ значимость трансцендентальных идей про€вл€етс€ в том, что они дают направление, ориентир и цель де€тельности разума (и действи€м человека как разумного существа): априорные максимы разума выступают как законы и правила дл€ практической сферы в виде долженствовани€, обознача€ тем самым нормы морального и правового пор€дка.

ќсновной трансцендентальной идеей и первым постулатом кан-товской этики €вл€етс€ свобода человека, его свободна€ вол€, котора€ определ€ет смысл моральной независимости и автономии личности, ее способность и право самой устанавливать правила

1  акт ». —оч. “. 2. —. 206.

488 –аздел V. »стори€ философии права и современность

должного и следовать им без внешнего принуждени€ и давлени€1. » в этом плане акцент  анта на свободной воле и моральной автономии личности отчетливо свидетельствует о его стремлении освободить этику от теологии и возвысить мораль над религией. ќн подчеркивал, что "мораль отнюдь не нуждаетс€ в религии"2.

¬ качестве эмпирического существа человек (как часть природы, вообще мира €влений) и все его поведение, все его действи€ подчинены всеобщей каузальности и внешней необходимости, так что человек и его поступки в этой плоскости сущего, где вообще нет свободы, тоже несвободны. ѕоэтому эмпирические характеристики поведени€ человека как совокупность необходимых причинно-следственных св€зей (от генезиса до конечных результатов) можно не только вы€вить в ходе теоретического познани€, но и, замечает  ант, даже заранее точно предсказать, как лунное или солнечное затмение.

ќднако, поскольку человек не только эмпирическое €вление (феномен), но и трансцендентальна€ сущность (ноумен), ему присуща свобода, и его поступок в данной плоскости €вл€етс€ актом свободной воли, совершенно независимой от внешних (феноменальных) необходимостей, детерминаций и каузальностей. —ледовательно, один и тот же поступок, рассмотренный, как говорит  ант, в различных отношени€х (т. е. с позиций сущего или должного, эмпирического или трансцендентального), одновременно может быть охарактеризован в двух планах Ч как €вление, подчиненное законам каузальности, и как акт свободной воли. ѕодход к человеку с позиций кантовской морали продиктован стремлением возвысить "человека над самим собой (как частью чувственно постигаемого мира)"3.

—вободна€ вол€ одновременно €вл€етс€ и моральным законодателем (установителем) и добровольным исполнителем моральных правил (максим разума), причем  ант особо подчеркивает (как свое открытие в области морали), что в свободном моральном поступке личность подчинена "только своему собственному и тем не менее всеобщему законодательству"4.

Ёта мысль отчетливо присутствует в категорическом императиве, глас€щем: "ѕоступай только согласно такой максиме, руководству€сь которой ты в то же врем€ можешь пожелать, чтобы она стала всеобщим законом"5.

1 —м. подробнее: ‘илософи€  анта и современность / ѕод общей редакцией “.». ќйзермана. ћ., 1974. —. 112 и ел.

2  ант ». —оч. “. 4. „. 2. —. 7.

:1  ант ». —оч. “. 4. „. 1. —. 413.

4 “ам же. —. 274. Ёто совпадение на самом деле €вл€етс€ следствием кантовской

юридизации морали: принципом морали (дл€ всех и каждого) у  анта оказываетс€

(по смыслу его категорического императива) принцип права - принцип "всеобщего

законодательства".

s “ам же. —. 260.

√лава 3. ‘илософи€ права Ќового времени 489

¬ другой своей формулировке этот категорический императив звучит следующим образом: "ѕоступай так, чтобы ты всегда относилс€ к человечеству и в своем лице и в лице вс€кого другого так же, как к цели, и никогда не относилс€ бы к нему только как к средству"1.

ѕрименительно к праву кантовский категорический императив велит: "... ѕоступай внешне так, чтобы свободное про€вление твоего произвола было совместимо со свободой каждого, сообразной со всеобщим законом"2.

»ме€ в виду право, требуемое идеей разума,  ант определ€ет его так: "ѕраво Ч это совокупность условий, при которых произвол одного (лица) совместим с произволом другого с точки зрени€ всеобщего закона свободы"3. ѕраво, следовательно, подразумевает свободу индивидов (свободу их воли) и св€занную с этой свободой возможность (и необходимость) произвола, столкновение и коллизию различных, произвольных действий и т. д.; право и есть общее дл€ всех правило (совокупность правил) согласовани€ произвольных, коллизионных действий свободных лиц. —мысл и назначение права в том, чтобы ввести свободу и произвол всех индивидов (как властвующих, так и подвластных) в разумные и общезначимые рамки. ѕраво касаетс€ лишь действий и обозначает только внешние границы общедопустимого поведени€, т. е., иначе говор€, выступает по существу в виде запретов, подразумева€ дозволенность незапрещенного.

“акое правопонимание у  анта опираетс€ на идею моральной автономии личности, ее абсолютной самоценности, ее способности самому дать себе закон, знать свой долг и осуществл€ть его4. —ама возможность свободы и общего дл€ всех людей закона коренитс€, согласно  анту, в этой моральной автономии (т. е. самоценности, самозаконности и независимости) личности.

ѕринцип кантовского морального законапо сути дела €вл€етс€ лишь модификацией принципа формально-правового равенства(с его всеобщностью, независимостью индивидов, свободой их воли и т. д.). »наче говор€, кантовска€ концепци€ моральности права имеет правовой смысл и значима дл€ философии права именно потому и постольку, поскольку сама эта моральность по сути своей юридична.

»менно поэтому, кстати, и нельз€ согласитьс€ с гегелевскими утверждени€ми, что в кантовском моральном учении о праве "практический разум полностью лишен материи законов и способен установить в качестве наивысшего закона только форму пригодности

1 “ам же. —. 270.

2 “ам же. “. 4. „. 2. —. 140. I “ам же. —. 139.

ѕод заметным вли€нием этих идей ».√. ‘ихте определ€л право как отношение ћежду разумными, морально автономными и свободными индивидами. Ч Fichte.G. Samtliche Werke. Berlin, 1845, ¬. 3. S. 557.

–аздел V. »стори€ философии права и современность

максимы произвола"1, и будто нет ничего, что с помощью кантов-ского категорического императива не могло бы быть представлено в виде морального закона.

¬ возражение √егелю и в защиту  анта можно, напротив, сказать, что в кантовском практическом разуме как раз присутствует "матери€", а именно Ч правова€ "матери€" (принцип правового равенства), адекватным выражением чего и €вл€етс€ категорический императив. ј без такой правовой "материи" и просто невозможно (фактически и логически) сформулировать кантовский категорический императив. “ем более невозможно во всеобщей форме такого (правового по своей "материи") категорического императива выразить антиправовой произвол.

—воим моральным учением о праве  ант морально (и философски) оправдывает и возвышает "материю" и принцип права, что и определ€ет его выдающийс€ вклад в философию права. Ќо достигаетс€ это у него ценой юридизации морали, принципом и категорическим императивом которой оказываетс€ принцип права.

–егул€тивна€ сила идеи разума в некотором отношении экв. валентна силе договора, поскольку, раздел€€ некоторую идею. действу€ в направлении реализации ее требований, люди действ) ют собственно так же, как если бы они специально договорились том же самом (в форме так называемого общественного договора). [ —ущественна€ разница здесь, правда, в том, что велени€ идеи ра-; зума безусловны (отсюда и безусловный характер кантовского ка- а тегорического императива), тогда как договор по своему существу,; предмету, содержанию и т. д. условен (и, следовательно, условно об€зателен), может быть изменен, расторгнут и т. д.

“рактовка общественного договора в духе регул€тивной идеи ] разума раскрываетс€ в кантовском учении в виде требовани€ республики (т. е. того, что в дальнейшем стали называть правовым] государством) с разделением властей.

 анту принадлежит больша€ заслуга в деле последовательно-1 го философского обосновани€ и развити€ либеральной теории пра-1 вового государства.

—огласно  анту, "государство Ч это объединение множества! людей, подчиненных правовым законам"2. Ѕлаго государства состо-1 ит в высшей степени согласованности государственного устройства) с правовыми принципами.

–еализаци€ требований категорического императива в сфере! государственности предстает у  анта как правова€ организаци€! государства с разделением властей (законодательной, исполнитель-! ной и судебной). ѕо признаку наличи€ или отсутстви€ разделение

1 √егель. ѕолитические произведени€. ћ., 1978. —. 208.

2  ант ». —оч. “. 4. „. 2. —. 233. "ѕравовыми законами"  ант называет законь государства (в отличие, скажем, от моральных законов). »наче говор€, это не пра-1 вовой закон в смысле развиваемого нами юридического правопонимани€.

√лава 3. ‘илософи€ права Ќового времени

властей он различает и противопоставл€ет две формы правлени€-: республику (кантовский эквивалент правового государства) и деспотию.

’арактеризу€ различные власти,  ант подчеркивал, что правосудие должно осуществл€тьс€ избранным народом судом прис€жных. ќпредел€ющее значение в его теории, исходившей из идеи народного суверенитета, придаетс€ разграничению законодательной и исполнительной властей. "–еспубликанизм, Ч- писал он, Ч есть государственный принцип отделени€ исполнительной власти (правительства) от законодательной; деспотизм Ч принцип самовластного исполнени€ государственных законов, данных им самим; стало быть публична€ вол€ выступает в качестве частной воли правител€"1. ѕрименительно к законодателю  ант формулирует следующий ограничительный принцип его де€тельности: то, чего народ не может решить относительно самого себ€, того и законодатель не может решить относительно народа.

¬ своем учении о разделении властей  ант отвергает идею "равновеси€" различных властей, отстаивает верховенство законодательной власти как выразительницы народной воли и подчеркивает ее приоритет по отношению к другим власт€м. ќн выступает за четкое разграничение полномочий различных властей, против их смешени€. ¬ этой св€зи он подчеркивает, что управленческа€ де€тельность и акты исполнительной власти не должны нарушать верховенства закона, а судебна€ власть должна осуществл€тьс€ только судь€ми. ќбосновываютс€ независимость суда и необходимость введени€ выборного суда прис€жных.

–азличные власти, исход€ из единой воли народа, должны, по концепции  анта, действовать согласованно и в общем направлении. "¬ол€ законодател€, Ч пишет он, Ч безупречна, способность к исполнению у верховного правител€ неодолима, а приговор верховного судьи неизмен€ем"2.

¬ целом республика (кантовска€ концепци€ правового государства) выступает в трактовке  анта не как эмпирическа€ реальность, а как та идеально-теоретическа€ конструкци€ (модель), которой следует руководствоватьс€ как требованием разума и целью наших усилий в практической организации государственно-правовой жизни.

“аким образом, идеи республиканизма (в их принципиальном отличии от деспотизма) как идеи разума позвол€ют (в качестве критериев и ориентиров), с одной стороны, оценить наличное состо€ние дел, а с другой Ч содействовать (в силу регул€тивных возможностей идеи) продвижению к искомому должному состо€нию. ѕричем в принципе возможно лишь приближение (в истори-

1  ант ». —оч. “. 6. —. 269.

2  ант ». —оч. “. 4. „. 2. — 237.

–аздел V. »стори€ философии права и современность

ческом будущем) к этому состо€нию, но никак не полное ее осуществление.

ѕроблема различени€ права и закона раскрываетс€ (и подмен€етс€) у  анта в контексте соотношени€ морали и права1.

ћорально обоснованный закон у  анта Ч это разумное право, продиктованное трансцендентальной идеей. –ечь здесь у  анта идет не о сущем, а о должном (республиканизме, о моральности закона), соответствующем идее разума и подлежащем практическому осуществлению (в ходе постепенного исторического прогресса на пут€х реформ, а не революций) гражданско-правового состо€ни€.

ќбщность морали и права в их кантовской трактовке состоит в том, что они оба представл€ют правила должного, продиктованные идеей разума2. —пецифика морали состоит, по  анту, в том, что она (и ее правила) требует автономного установлени€ и исполнени€ долга ради самого долга Ч без вс€ких внешних расчетов, вмешательств, наград и присуждений.

¬ зависимости от характера мотивов, определ€ющих отношение человека к требовани€м морального закона,  ант различает моральность и легальность, моральный и легальный поступки: в первом случае де€ние продиктовано чисто моральным мотивом и совершаетс€ ради самого морального закона, во втором случае действие обусловлено иными (не моральными, возможно и аморальными) мотивами, но требовани€ морального закона (т. е. законность, легальность) не нарушаютс€. Ћишь моральное де€ние и €вл€етс€ добрым, поскольку, замечает  ант, сообразность де€ни€ с моральным законом может быть случайной и сомнительной, "так как безнравственное основание хот€ и может вызвать порой сообразные с законом поступки, но чаще будет приводить к поступкам, противным закону"3. ’арактерно в этом плане и положение  анта о том, что "не пон€тие доброго предмета определ€ет и делает возможным моральный закон, а, наоборот, только моральный закон определ€ет и делает возможным пон€тие доброго"4.

¬се, что св€зано с моральным де€нием и его последстви€ми, Ч это право моральной личности, сфера его независимости от всех и всего, область его свободы и ответственности только перед самим

1 ‘илософское учение о праве  ант относит к сфере моральной философии (так, он говорит о морали в смысле "учени€ о праве"). ¬ отличие от этого "юрист, если он в то же врем€ (в моральном отношении) не философ", расцениваетс€ им лишь как законовед, сто€щий "р€дом с властью", об€занности которого сведены к тому, чтобы "примен€ть существующие законы, а не исследовать, нуждаютс€ ли они сами в улучшении". -  ант ».   вечному миру // “рактаты о вечном мире. ћ., 1963. —. 173, 191.

2 Ёту проблематику Ё.ё. —оловьев раскрывает как "взаимодополнительность морали и права". Ч —оловьев Ё.ё.  ант: взаимодополнительность морали и права. ћ., 1992.

3  ант ». —оч. “. 4. „. 1. —. 224.

4 “ам же. —. 387.

√лава 3. ‘илософи€ права Ќового времени 493

собой за свой выбор (есть, правда, еще и гр€дущее божественное возда€ние бессмертной душе по справедливости за земные дела). ѕризнание такого автономного статуса морали и морального де€ни€, моральной свободы, независимости и автономии человека €вл€етс€, согласно  анту, принципом и предпосылкой, необходимым условием возможности и существенным составным моментом права.

ѕравовые нормы ориентированы на регул€цию внешних коллизионных ситуаций (столкновение произволов разных действующих лиц) и разрешение этих коллизий с позиций всеобщего закона свободы, т. е. с учетом также соблюдени€ принципа моральной автономии.

ƒл€ гарантировани€ велений трансцендентального разума (свободы личности, ее моральной автономии, принципа добровольного самопринуждени€ в сфере морали, правовой формы регул€ции и разрешени€ конфликтов и коллизий) необходима принудительна€ власть, котора€ тоже €вл€етс€ идеей разума, категорическим императивом. " арающий закон, Ч подчеркивает  ант, Ч есть категорический императив..: ¬едь, если исчезнет справедливость, жизнь людей на земле уже не будет иметь никакой ценности"1.

 ант развивает представлени€ так называемой абсолютной теории наказани€. ”головное наказание Ч это справедлива€ кара за преступление, причинение государством определенного страдани€ преступнику за соде€нное им зло. Ќаказание Ч это требование категорического императива, не нуждающеес€ в дополнительных утилитарных соображени€х: преступник "должен быть признан подлежащим наказанию до того, как возникает мысль о том, что из этого наказани€ можно извлечь пользу дл€ него самого или дл€ его сограждан"2.

 ант отстаивает идею равенства между преступлением и наказанием. ”бийство должно каратьс€ смертной казнью (исключение делаетс€  антом лишь дл€ двух случаев Ч убийства матерью новорожденного внебрачного ребенка и убийства на дуэли). ƒаже в ситуации роспуска гражданского общества справедливость категорически требует смертной казни последнего убийцы Ч пр€мо по его излюбленному афоризму: "Fiat iustitia, pereat mundus" ("пусть свершитс€ справедливость, если даже погибнет мир")3.

Ќо нельз€ согласитьс€ с доводами  анта в пользу допустимости смертной казни также и за иные (например, государственные) преступлени€.

“акое допущение €вно нарушает принцип права, который требует равенства между преступлением как нарушением права и наказанием как восстановлением нарушенного права. Ётот прин-

1  ант ». —оч. “. 4. „. 2. —. 256.

2 “ам же.

1  ант ». —оч. “. 6. —. 299Ч300.

494 –аздел V. »стори€ философии права и современность

цип в грубой форме представлен уже в древнем правиле талиона: "око Ч за око, зуб Ч за зуб, жизнь Ч за жизнь". “онким и точным символическим изображением правового равенства и выражаемой им справедливости стал образ ¬есов ѕравосуди€ Ч средства равного возда€ни€ за соде€нное.

÷ивилизаци€ лишь видоизменила и см€гчила грубые формы выражени€ талиона как принципа равного возда€ни€, но сам этот принцип присущ любому праву. » с точки зрени€ гуманизации наказани€ речь должна идти о поисках более точных и возможно м€гких форм выражени€ этого эквивалента Ч в соответствии с исторически достигнутым реальным уровнем развити€ общества и его правовой культуры, характером нравов и общественного сознани€, состо€нием и динамикой преступности и т. д.

„то касаетс€ смертной казни, то €сно, что она юридически эквивалентна только одному преступлению Ч умышленному убийству. ”бийство Ч абсолютное преступление, поскольку оно уничтожает абсолютную и высшую ценность Ч человеческую жизнь. » жизнь как уникальна€ ценность не имеет другой равноценной замены: одной жизни по принципу формального равенства эквивалента лишь друга€ жизнь.

 огда же смертной казнью наказываютс€ другие преступлени€, не сопровождаемые умышленным убийством1, мы имеем дело не просто с суровостью или жестокостью наказани€, а с его €вной неправомерностью, противоправностью.

ѕо своей правовой сути смертна€ казнь за умышленное убийство Ч это выражение и подтверждение силы права и правового принципа равноценной ответственности в том крайнем случае противоправных действий, когда нарушаетс€ исходный и главный запрет права Ч запрет убивать. Ќаличие такого необходимого и справедливого соответстви€ между высшей санкцией и основным запретом права имеет фундаментальное значение дл€ всей системы правовых запретов и соответствующих санкций. ќтсюда €сно, что отмена смертной казни за умышленное убийство Ч это не проста€ замена одной санкции другой, а отказ от принципа права и равноценной правовой ответственности в самом важном и напр€женном пункте правовой регул€ции вообще. Ќо если можно отказатьс€ от принципа правового равенства в этом ключевом пункте, то почему же его надо соблюдать в остальных случа€х?

” сторонников полной отмены смертной казни на эти и другие сходные вопросы нет убедительных ответов, согласующихс€ с требовани€ми и логикой права. “ак, их ссылка на абсолютную ценность человеческой жизни сама по себе правильна, но это по своей сути довод не против, а за смертную казнь, правда, только в каче-

1 »меетс€ в виду т.и. "квалифицированное убийство", т.е. убийство с от€гчающими обсто€тельствами.

√лава 3. ‘илософи€ права Ќового времени 495

стве наказани€ за умышленное убийство, поскольку абсолютно ценна и жизнь жертвы.

ѕравова€ природа смертной казни как наказани€ за умышленное т€жкое убийство и вовсе упускаетс€ из виду в тех случа€х, когда со ссылкой на естественное право каждого на жизнь вообще отрицают право общества на установление смертной казни против убийц. ѕодобные ссылки здесь ничего не мен€ют: каждый (в том числе и жертва, а не только убийца) имеет по естественному праву право только на свою, а не на чужую жизнь.  роме того, естественное право, как вс€кое право и право вообще, необходимо предполагает принцип равного возда€ни€ за равное. — этих естественноправовых позиций, кстати говор€, €сно, что смертна€ казнь за убийство Ч это не произвольна€ выдумка общества и государства, а необходимое, справедливое и равноценное наказание за преступление против основного естественного права другого человека. “ак что общество и государство, по логике естественного права, имеют право на установление в законе смертной казни за умышленное убийство, поскольку такой закон соответствует требованию права и представл€ет собой как раз официальное признание и защиту естественного права каждого на жизнь.

¬ разгоревшихс€ у нас в последние годы острых дискусси€х по этой проблеме противники смертной казни привод€т и такой аргумент, как отказ от нее во многих развитых в правовом отношении западных странах. ѕри этом забывают, что мы и они, помимо всех иных существенных различий, находимс€ на весьма разных ступен€х правового развити€. “ам отказ от смертной казни стал возможен на их собственной базе, в русле веками усто€вшегос€ господства права, правового государства, принципа формального правового равенства, стойкого юридического мировоззрени€, правовой культуры и т. д. “акой отказ от смертной казни Ч это уступка твердого и уверенного в себе правопор€дка в пользу более м€гких общественных нравов без сколько-нибудь серьезной опасности поставить под сомнение принцип и требовани€ права. ћы же пока делаем первые шаги по преодолению тоталитарной системы и ее антиправовых установлений (в том числе и в области уголовного наказани€ и смертной казни), лишь начинаем движение к праву и правовой государственности, только еще робко заговорили о доброте, милосердии и укрощении жесткости. Ќадо сперва добитьс€ утверждени€ самого принципа правового равенства и элементарного правопор€дка в нашей жизни, включа€ и сферу уголовного права и процесса. Ќам предстоит еще долгий путь к утверждению принципа правового равенства, от которого наши сторонники полной отмены смертной казни уже заранее готовы отказатьс€ в ключевом вопросе права, упова€ на окольный путь к добру и на "прыжок" в гуманизм.

496 –аздел V. »стори€ философии права и современность

ѕротив смертной казни приводитс€ и такой довод, как возможность трагической судебной ошибки. ¬ св€зи с такой опасностью мирова€ правова€ культура и практика выработали целый комплекс мер, служащих гаранти€ми против подобных ошибок. ¬ их числе Ч презумпци€ невиновности, толкование сомнений в пользу обвин€емого и подсудимого, необходимость соблюдени€ процессуальных форм и правил объективного следстви€ и суда, надлежаща€ правова€ культура и профессиональна€ квалификаци€ служителей правосуди€, обеспечение права на защиту и допуск адвоката с момента задержани€ лица, суд прис€жных, стади€ кассационного рассмотрени€ обвинительного приговора, институт помиловани€ и т. д. Ќеобходимо совершенствовать и обогащать эти гарантийные меры и формы, добиватьс€ их последовательного соблюдени€ и реализации на практике.

—ама по себе абстрактна€ возможность ошибки с трагическими последстви€ми присуща другим сферам человеческой де€тельности (например, науке, технике, медицине, политике и т. д.) отнюдь не в меньшей мере, чем правосудию. » везде прогресс осуществл€етс€ не посредством капитул€ции перед абстрактной возможностью ошибки и отказа из-за этого от общественно необходимой работы, а на пут€х поиска более надежных и совершенных средств и форм де€тельности, преп€тствующих превращению абстрактной возможности ошибок в реальность.

“ак же обстоит дело и в сфере уголовного права и правосуди€, где невозможно идти к гуманизации наказани€, мину€ право и отказыва€сь от его принципиальных требований. Ѕолее того, последовательное утверждение принципа права Ч это и есть сегодн€ реальный гуманизм. » чем быстрее мы будем идти к правовому закону и правовому государству, тем ближе мы будем к реальной постановке вопроса об отмене смертной казни, ее замене иным наказанием.

ѕравда, и там, где смертна€ казнь отменена, сам принцип правомерности смертной казни за умышленное т€жкое убийство не ликвидируетс€ и не исчезает, а лишь приостанавливаетс€ в своем действии, не примен€етс€. »наче говор€, из актуального состо€ни€ он переводитс€ в потенциальное, но всегда остаетс€ в резерве права Ч пока есть убийства и пока есть право. ѕоэтому отмена смертной казни всегда будет оставатьс€ правовым экспериментом (как бы долго он ни длилс€), в процессе которого будет провер€тьс€, может ли соответствующий правопор€док нормально функционировать при допущенном отходе от основного принципа права и требовани€ равноценной правовой ответственности. ≈сли да Ч эксперимент будет продолжатьс€, если нет Ч у общества всегда сохран€етс€ право в законном пор€дке восстановить смертную казнь за умышленное убийство.

√лава 3. ‘илософи€ права Ќового времени

“от, кто хочет права, должен всерьез считатьс€ с его принципом и вытекающими из него последстви€ми.

»менно этим во многом и продиктован ригоризм кантовского учени€ о преступлении и наказании.

“акой правовой ригоризм не мешает  анту последовательно отстаивать достоинство и права преступника как разумного существа, свободной моральной личности, котора€ не нуждаетс€ в моральной опеке государства, а за свои дела отвечает по правовой справедливости. — этим св€зано и отрицательное отношение  анта к наказанию как воспитательному средству, хот€ он и не отвергает побочного значени€ "благоразуми€ в вопросах наказаний, которое носит чисто прагматический характер.... и основываетс€ на опыте относительно того, какие средства действуют сильнее всего дл€ предотвращени€ преступлени€"1.

—ущественное достоинство кантовского философского подхода к государственно-правовым проблемам состоит, в частности, в том, что эту тему он ставит и разрабатывает во всемирно-историческом масштабе, не только применительно к отношени€м внутри отдельного народа, общества, государства, но и в плане международного и межгосударственного общени€ Ч в перспективе прогрессирующего движени€ (в соответствии с категорическими требовани€ми идей разума) к установлению всемирного гражданско-правового состо€ни€ и вечного мира между народами. —облюдение и осуществление на практике регул€тивных идей разума во всех человеческих отношени€х (в индивидуальном и коллективном поведении, в государственном устройстве, в действи€х властей, в законодательстве, во всей внутренней и внешней политике) €вл€етс€, по  анту, единственно возможным путем к осуществлению этого идеала.

ќтсюда и то большое внимание, которое  ант удел€ет проблеме преодолени€ разногласий между моралью и правом, с одной стороны, и политикой, с другой. ќн резко критикует двуличие реальной политики в отношении морали и права, ее порочные принципы и практику, которые под предлогом слабости человеческой природы и необходимости коварных и насильственных средств и методов в борьбе против зла во внутренних и внешних отношени€х на самом деле умножают и увековечивают это в своекорыстных цел€х, тормоз€т моральный и правовой прогресс. ¬ыступа€ за соединение морали и права с политикой, их совмещение в единой моральной политике,  ант обосновывает мысль о праве как "ограничительном условии"2 политики.

–еально существующа€ политика предстает в изображении  анта как по преимуществу деспотическа€ политика, неизбежно

1  ант ». —оч. “. 4. „. 2. —. 292.

2  ант ».   вечному миру. —. 176.

498 –аздел V. »стори€ философии права и современность

вызывающа€ неповиновение и сопротивление подданных произволу властей, их антиморальным и антиправовым установлени€м1. "≈сли в действи€х власти нет ничего такого, к чему разум внушает непосредственное уважение (как, например, человеческое право), Ч замечает он, Ч то никакое вли€ние на произвол людей не в силах обуздать их"2.

 антовское учение о праве, государстве, законе, сыгравшее огромную роль в философии права (в том числе и благодар€ фило-софско-правовым усили€м и трудам его многочисленных последователей Ч кантианцев и неокантианцев), сохран€ет свою значимость и в наши дни. ‘ундаментальные идеи  анта о праве и правовой политике, правовой организации государственной жизни, правовом союзе свободных государств как способе обеспечени€ международного мира и пути к вечному миру приобретают особую актуальность в современных услови€х интенсивного развити€ общеевропейского и мирового процесса в направлении к повсеместному признанию и постепенному утверждению идей господства права, принципов свободы, равенства и самосто€тельности человеческой личности. —уждени€  анта по этому кругу проблем и сегодн€ продолжают играть огромную роль в у€снении того, где мы находимс€ и куда должны двигатьс€, в поиске верного пути к будущему.

√егель

ѕроблемы философии права занимают большое место в творчестве √егел€.

”же в работе "ќ научных способах исследовани€ естественного права, его месте в практической философии и его отношении к науке о позитивном праве" (1802Ч1803) √егель различает три научных способа трактовки естественного права: эмпирический (концепции √оббса, –уссо и других мыслителей до  анта); формальный (подход  анта, ‘ихте и их последователей) и абсолютный (свой подход)3.

Ёмпирический подход к естественному праву, по оценке √егел€, соответствует лишь начальным требовани€м науки, отличающим ее от простого повествовани€ и перечислени€ признаков предмета. Ќо эмпиризму недостает прежде всего критери€ дл€ различени€ необходимого и случайного в хаосе естественного состо€ни€. ќтсюда и характерна€ дл€ эмпирического подхода непоследовательность и противоречивость суждений и определений, при помо-

1  антовскую концепцию отношени€ индивида к государству, не соответствующему правовому идеалу, Ё.ё. —оловьев характеризует как "внешнее повиновение при внутреннем неучастии", близкое тому, что позднее стали называть "ненасильственными действи€ми". Ч ‘илософи€  анта и современность. —. 222.

2  анта ». –елиги€ в пределах только разума. —ѕб., 1908. —. 98.

3 √егель. ѕолитические произведени€. ћ., 1978. —. 185Ч275.

√лава 3. ‘илософи€ права Ќового времени

щи которых те или иные абстракции и единичные свойства, лишенные сущности, возвод€тс€ в ранг абсолютности.

¬ учени€х  анта и ‘ихте о естественном праве, в отличие от эмпирического подхода, представлена формальна€ иде€ тождества идеального и реального, выражена чиста€ абстракци€, абстракци€ пон€ти€ и формы, безразличных к определенному содержанию. √егель при этом считает, что нет ничего, что с помощью кантовско-го категорического императива не могло бы быть представлено в виде морального закона.

ѕравда, он отдает должное учени€м  анта и ‘ихте о внутреннем единстве воли и сознани€. Ётот аспект их учени€, "соответственно которому сущность права и долга и сущность мысл€щего и вол€щего субъекта есть одно, составл€ет Ч как и высша€ абстракци€ бесконечности вообще Ч величие философии  анта и ‘ихте"1.

ќднако их учени€, кроме формализма, по мнению √егел€, страдают также и индивидуалистической трактовкой проблемы воли: у  анта и ‘ихте единство воли, будучи результатом соединени€ субъективных воль, не внутренне присуще всеобщей воле, а достижимо лишь внешним и насильственным способом, поскольку отдельные воли противосто€т всеобщей воле, а свобода индивидов Ч всеобщей свободе. ¬оззрени€м  анта и ‘ихте √егель противопоставл€ет свой подход Ч идею абсолютной нравственности, котора€ характеризуетс€ им как тотальна€ целостность нравственной жизни, как всеобщее и дух народа.

ћоральность и легальность, противопоставл€емые друг другу в учени€х  анта и ‘ихте, представл€ют собой, согласно √егелю, лишь абстрактные моменты целостности, которые "снимаютс€" и вместе с тем сохран€ютс€ в системе нравственности. Ёти мысли развернуто и систематически развиты в последующих произведени€х √егел€, особенно в его "‘илософии права" (1820 г.), полное наименование которой ("≈стественное право и наука о государстве в очерках. ќсновы философии права"), да и ее содержание показывают, что √егель, не отверга€ самой проблематики естественного права, настаивает на ее именно философской (в гегелевском смысле этого пон€ти€) трактовке.

¬ рамках гегелевской системы философии философи€ права представл€ет собой философию объективного духа. “рем€ основными ступен€ми диалектически развивающегос€ духа, по √егелю, €вл€ютс€: субъективный дух (антропологи€, феноменологи€, психологи€), объективный дух (право, мораль, нравственность) и абсолютный дух (искусство, религи€, философи€).

ќбъективный дух Ч это, по √егелю, та ступень развити€ духа (и всемирной истории), когда свобода впервые приобретает форму реальности, т. е. наличного быти€ в виде государственно-правовых

“ам же. —. 218.

500 –аздел V. »стори€ философии права и современность

формообразований. ƒух выходит из формы своей субъективности, познает и объективирует внешнюю реальность своей свободы: объективность духа входит в свои права.

¬ философии права √егель как раз и освещает формы обнаружени€ объективно свободного духа в виде осуществлени€ пон€ти€ права в действительности. “ак как реализаци€ пон€ти€ в действительности, по √егелю, есть иде€, предметом философии права оказываетс€ иде€ права Ч единство пон€ти€ права и его осуществлени€, наличного быти€. »де€ права, котора€ и есть свобода, развертываетс€ в гегелевском учении в мир государства и права, и сфера объективного духа предстает как идеальна€ правова€ действительность.

√осподство разума в истории, согласно √егелю, означает, что свобода представл€ет собой определ€ющее начало и конечную цель всего хода развити€ духа. ¬семирна€ истори€ Ч прогресс в сознании свободы, прогресс как в смысле познани€ объективной истины, так и объективации достигнутых ступеней свободы в правовых и государственных формах наличного быти€.

„еловеческа€ свободаЧ результат длительной работы духа. ƒуховна€ работа всемирной истории в ее движении с ¬остока на «апад состоит, по √егелю, в дисциплинировании естественной (неразумной и несвободной) воли, в возвышении ее до подлинно свободной воли Ч одновременно свободы целого и составл€ющих его членов, индивидов. Ќа ¬остоке свободенлишь один(деспот), в греческом и римском мире свободны некоторые(сохран€етс€ рабство остальных), в германском мире (под которым √егель имеет в виду р€д стран «ападной ≈вропы) все свободны.¬ соответствии с этим трем€ основными формами государства €вл€ютс€: восточна€ деспоти€, античное государствов виде демократии или аристократии, современна€ представительна€ система Ч конституционна€ монархи€.

»де€ свободы, по √егелю, достигает своей полной реализации лишь в конституционно оформленных и развитых государствах современности. Ёти государства представл€ют нечто разумное внутри себ€; они действительны, а не только существуют.

ќтношени€ права и свободы опосредуютс€ в гегелевской философии объективного духа через свободную волю, котора€ представл€ет свободу во всех перипети€х диалектики идеи права. –азум, на котором покоитс€ государство, осуществл€ет себ€ как волю Ч через диалектику свободной воли.

—вобода составл€ет субстанцию и основное определение воли: свободное и есть вол€. —вобода действительна как вол€, как субъект. ƒело обстоит таким образом, поскольку дл€ √егел€ мышление и вол€ отличаютс€ друг от друга не как две различные способности, а лишь как два аспекта Ч теоретический и практический Ч одной и той же способности мышлени€.

√лава 3. ‘илософи€ права Ќового времени

"... —вобода, Ч отмечает √егель, Ч состоит в том, чтобы хотеть определенное, но в этой определенности быть у себ€ и вновь возвращатьс€ во всеобщее"1.

ѕодлинно свободной и истинной вол€ становитс€ тогда, когда ее содержание тождественно с нею, "когда, следовательно, свобода волит свободу"2.

“рем€ основными формами конкретизации пон€ти€ свободы и права €вл€ютс€: абстрактное право, мораль, нравственность. ¬ сфере абстрактного права вол€ непосредственна и абстрактна. ¬ сфере морали выступает право субъективной воли в отношении ко всеобщему Ч к праву мира. ¬ сфере нравственности достигаетс€ синтез этих двух предшествующих абстрактных моментов.

јбстрактное право представл€ет собой первую ступень в движении пон€ти€ права от абстрактного к конкретному, в диалектике свободной воли. ѕон€тие права пока еще абстрактно. „еловек здесь выступает в качестве совершенно абстрактного и свободного "€". “ака€ единична€ вол€ есть лицо, личность. Ћичность, подчеркивает √егель, "содержит вообще правоспособность". "ќтсюда веление права гласит: будь лицом и уважай других в качестве лиц"3.

јбстрактное право выступает лишь как абстрактна€ и гола€ возможность всех последующих, более конкретных, определений права и свободы.

—вою реализацию свобода абстрактной личности находит, по √егелю, в праве частной собственности. √егель обосновывает формальное, правовое равенство людей: люди равны именно как свободные личности, равны в одинаковом праве на частную собственность, но не в размере владени€ собственностью. “ребование же имущественного равенства расцениваетс€ им как неразумна€ точка зрени€, пуста€ и поверхностна€ рассудочность.

 ак необходимый момент в осуществлении разума √егель трактует договор. ѕредметом договора может быть лишь некотора€ единична€ внешн€€ вещь, котора€ только и может быть произвольно отчуждена собственником. ѕоэтому √егель отвергает договорную теорию государства. "ѕривнесение договорного отношени€, так же как и отношений частной собственности вообще, в государственное отношение, Ч пишет он, Ч привело к величайшей путанице в государственном праве и действительности"4.

  сфере абстрактного права √егель относит и формы неправды (простодушную неправду, обман, принуждение и преступление).

ѕреступление Ч это сознательное нарушение права как права, и наказание поэтому €вл€етс€, по √егелю, не только средством восстановлени€ нарушенного права, но и правом самого пре-

1 √егель. ‘илософи€ права. ћ., 1990. —. 75.

2 “ам же. —. 85. : “ам же. —. 98.

4 “ам же. —. 129.

–аздел V. »стори€ философии права и современность

ступника, заложенным уже в его де€нии Ч поступке свободной

Ћ»„Ќќ—“».,;

ѕо логике, гегелевской трактовки, сн€тие преступлени€ через наказание приводит к морали. Ќа этой ступени, когда личность (персона) абстрактного права становитс€ моральным субъектом, впервые приобретают значение мотивы и цели поступков субъекта. “ребование субъективной свободы состоит в том, чтобы о человеке судили по его самоопределению. Ћишь в поступке субъективна€ вол€ достигает объективности и, следовательно, сферы действи€ закона; сама же по себе моральна€ вол€ ненаказуема.

јбстрактное право и мораль €вл€ютс€ двум€ односторонними моментами, которые приобретают свою действительность и конкретность в нравственности, когда пон€тие свободы объективируетс€ в наличном мире в виде семьи, гражданского общества и государства.

–азлича€ гражданское общество и политическое государство, √егель под гражданским обществом по существу имеет в виду буржуазное общество. "√ражданское общество, Ч пишет он, Ч создано, впрочем, лишь в современном мире, который всем определени€м идеи предоставл€ет их право"1. √ражданское общество Ч сфера реализации особенных, частных целей и интересов отдельной личности. — точки зрени€ развити€ пон€ти€ права Ч это необходимый этап, так как здесь демонстрируютс€ взаимосв€зь и взаимообусловленность особенного и всеобщего. –азвитость идеи предполагает, по √егелю, достижение такого единства, в рамках которого противоположности разума, в частности, моменты особенности и всеобщности, свобода частного лица и целого, признаны и развернуты в их мощи. Ётого не было ни в древности, ни при феодализме.

Ќо на ступени гражданского общества, по схеме √егел€, еще1 не достигнута подлинна€ свобода, так как стихи€ столкновений частных интересов ограничиваетс€ необходимой властью всеобщего не разумно, а внешним и случайным образом. ¬ысшие интересы гражданского общества, охран€емые законодательством, судом и полицией, ведут, по логике развити€ пон€ти€ права, за пределы этой сферы Ч в область государства.

¬ гегелевской трактовке государство как иде€ разума и действительность конкретной свободы в своем развитом виде представл€ет собой конституционную монархию, основанную на разделении властей (на законодательную, правительственную и власть государ€).

ѕри разработке своей концепции правовой государственности √егель, в целом соглаша€сь с иде€ми своих предшественников Ћок-ка и ћонтескье, считает надлежащее разделение властей в государстве гарантией публичной свободы. ¬месте с тем он считает точку зрени€ самосто€тельности властей и их взаимного ограничени€ лож-

“ам же. —. 228.

√лава 3. ‘илософи€ права Ќового времени

ной, поскольку при таком подходе как бы уже предполагаетс€ враждебность каждой из властей к другим, их взаимные опасени€ и противодействи€. √егель выступает за такое органическое единство различных властей, при котором все власти исход€т из мощи целого и €вл€ютс€ его органическими част€ми.

¬ господстве целого, в зависимости и подчиненности различных властей государственному единству и состоит, по √егелю, существо внутреннего суверенитета государства.

ѕри этом он отвергает демократическую идею народного суверенитета и обосновывает суверенитет наследственного конституционного монарха.

√осударства относ€тс€ друг к другу как самосто€тельные, свободные и независимые индивидуальности. —убстанци€ государства, его суверенитет, выступает как абсолютна€ власть идеального целого над всем единичным, особенным и конечным, над жизнью, собственностью и правами отдельных лиц и их объединений. ¬ вопросе о суверенитете речь идет о действительности государства как свободного и нравственного целого. ¬ этом, по мнению √егел€, состоит "нравственный момент войны; ее не следует рассматривать как абсолютное зло и чисто внешнюю случайность..."1.

—феру межгосударственных отношений √егель трактует как область про€влени€ внешнего государственного права. ћеждународное право Ч это, по √егелю, не действительное право, каковым €вл€етс€ внутреннее государственное право (положительное право, законодательство), а лишь долженствование.  акова же будет действительность этого долженствовани€ Ч зависит от суверенных воль различных государств, над которыми нет высшего права и судьи в обычном смысле этих пон€тий.

¬ своей характеристике межгосударственных отношений и внешнего государственного суверенитета √егель во многом исходит из доминировавших в то врем€ представлений по этим вопросам. –ечь по существу идет о неправовой (произвольной, авторитарной, силовой) концепции и модели внешнего суверенитета государства. —огласно такой концепции, монопольным субъектом права было государство, а права других субъектов (индивидов, наций, других государств, их объединений и т. д.) или игнорировались или признавались по соображени€м силы и целесообразност





ѕоделитьс€ с друзь€ми:


ƒата добавлени€: 2015-02-12; ћы поможем в написании ваших работ!; просмотров: 790 | Ќарушение авторских прав


ѕоиск на сайте:

Ћучшие изречени€:

≈сть только один способ избежать критики: ничего не делайте, ничего не говорите и будьте никем. © јристотель
==> читать все изречени€...

341 - | 300 -


© 2015-2023 lektsii.org -  онтакты - ѕоследнее добавление

√ен: 0.18 с.