Лекции.Орг

Поиск:


МАССОВАЯ КОММУНИКАЦИЯ КАК СОЦИАЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ 4 страница




До сих пор в ходу множество теорий повседневной «социологии», предполагающие, например, что верное (истинное) мнение об интере­сах общества или локальной общины могут иметь только те граждане, что прожили в данном государстве или городе, поселке не менее опре­деленного количества лет (на этом обыденном знании зиждется ценз оседлости), или только те, кто обладает недвижимым имуществом на данной территории (имущественный ценз), или только принадлежа­щие к «титульной» национальности. При этом предполагается, что мне­ния лиц, не относящихся к названным категориям, в плане интересов общества ложны либо потому, что эти лица недостаточно интегрирова­ны в соответствующую социальную общность, либо потому, что они ори­ентированы на интересы другой национальной или государственной об­щности (например «русскоязычные» в нынешней Латвии).

Если эпистемологическая квалификация знаний предполагает в качестве институционального механизма разного рода цензы и ог­раничения на право выражения мнений, то морально-этическая ква­лификация требует введения моральной цензуры. В этой области кри­терии моральной оценки высказываний еще в большей степени оп­ределяются повседневными теориями, как правило, в принципе не­доступными верификации, что в конечном счете обрекает моральные суждения и осуждения на субъективизм и произвол.

Попытки введения разного рода цензов и цензур всегда были действиями, направленными на выработку системы своего рода са­мокоррекции конституционно-правового порядка знаний, подобно системе критики знаний академического порядка. Но критика зна­ний опирается на четко сформулированные эпистемологические кри-


2.4. Порядки знаний информационная основа социальных институтов

терии. Введение таких критериев в конституционно-правовой порядок, где используются не знания в научном смысле, но повседневные зна­ния, т.е. мнения, не обладающие свойствами, которые позволяют оце­нивать их истинность, ведет, как видно, к разрушению самих осново­полагающих принципов этой сферы.

Современный информационный плюрализм основан не только на развитии техники порождения и переработки знаний (о чем гово­рилось выше в этой главе), но и на демократических нормах того, что здесь именуется конституционно-правовым порядком знаний. Исто­рии формирования этих норм и анализу их современного содержания посвящена следующая глава.

Последний из выделенных Г. Шпинером порядков знания — на­циональный/международный информационный, приобретающий особое значение в условиях глобализации.

2.4.3

Глобализация и международный информационный порядок

Международный информационный порядок (МИП) является частью процесса глобализации, в ходе которого мир, как считается, превра­щается в единую всеохватывающую систему. Вопрос о глобализации приобрел особую остроту в 90-е годы XX в., видимо, под воздействи­ем распада социалистического лагеря, как, пожалуй, единственного серьезного препятствия на этом пути, хотя некоторые аспекты про­цесса всерьез обсуждались экономистами и социологами начиная с 1960-х годов. Так, уже в 1960 г. М. Мак-Люэн вводит в анализ изуче­ния процессов массовой коммуникации понятие «глобальной дерев­ни» как метафору, описывающую сжатие пространства в результате развития коммуникационных технологий. В экономике ответом на изменения в мировом масштабе — рост транснациональных компа­ний (ТНК) и международного разделения труда, расширение между­народной торговли — явилась теория мировой системы (world-system theory, или миросистемы, как иногда переводят сам термин), пред­ложенной в 1974 г. американским социологом Иммануилом Валлер-


Глава 2. Массовая коммуникация как социальный институт

стайном1, на смену которой уже в 1990-е годы и пришла теория глоба­лизации2, ставшая на какой-то период самой популярной темой не только в научных кругах, но и в масс-медиа3. Отметим, что близкий по смыслу французский термин «мондиализация» (mondialisation) воз­ник уже в начале 1950-х годов, но применялся преимущественно во Франции. В 1985 г. американский социолог Р. Робертсон предложил толкование глобализации, а несколько позже изложил свою концеп­цию в одноименной книге4, понимая под ней «двуединый процесс пре­вращения всеобщего в особенное и превращения особенного во все­общее»5, что означает «сжатие мира» и «интенсификацию осознания мира как целого»6. Понятие «сжатие мира» имеет, по крайней мере, три значения: это, во-первых, процесс усиления взаимозависимости (торгово-экономической, военной, политической) между странами, входящими в миросистему; во-вторых, возникновение на основе раз­вития новых технологий и средств коммуникации принципиально иного, по сравнению с прошлым, восприятия пространства и време­ни: «устранения» географических и социальных пространств и появ­ления так называемого реального времени (on-line) как моментальной синхронизации передатчика и реципиента, когда всякое событие ока­зывается происходящим «здесь и сейчас»; в-третьих, потенциальное

1 Wallerstein I. The Modern World-System: Capitalist Agriculture and the Origins
of the European World-Economy in the 16th Century. N. Y.: Academic Press, 1974.
Затем последовали еще две работы: Idem. The Modern World-System II:
Mercantilism and the Consolidation of the European World-Economy, 1600-1750.
N. Y: Academic Press, 1980; Idem. The Modern World-System III: The Second Era of
Great Expansion of the Capitalist World-Economy, 1730—1840. San Diego: Academic
Press, 1989.

2 От англ. Globe — земной шар.

3 Как писал в 1998 г. известный английский социолог Э. Гидденс, «еще де­
сять лет назад [т.е. году в 1988-м] слово "глобализация" почти не фигурировало в
научных дискуссиях,., раньше не встречалось почти нигде, а теперь почти повсе­
местно» (Giddens A. The Third Way/The Renewal of Social Democracy. Cambridge:
Polity Press, 1998. P. 28).

4 Robertson R. Globalization: Social Theory and Global Culture. London: Sage,
1992.

5 Ibid. P. 31.

6 Ibid. P. 8.


2.4. Порядки знаний


информационная основа социальных институтов


возрастание значения деятельности и мнения каждого индивида в ус­ловиях развития глобальных сетей коммуникации.

И в случае глобализации не будет преувеличением утверждение о решающей роли технологий в этом процессе, ибо именно на их ос­нове произошло масштабное социально-экономическое и политичес-кое изменение: не виданное ранее в истории усиление взаимозависи­мости между локальными и национальными общностями и появле­ние новых транснациональных пространств. По-видимому, именно размывание национальных границ, т.е. «детерриториальность», в наи­большей степени отражает содержание современного этапа глобали­зации, самым ярким выражением которого является Европейский Союз, воплотивший старую идею Соединенных штатов Европы.

Некоторые проявившиеся тенденции глобализации стали толч­ком к активному обсуждения ее последствий.

1. «Столкновение цивилизаций» как неизбежная фрагментация мира в силу существенных цивилизационных различий, коренящих­ся в культурной (прежде всего расовой и национальной) дифферен­циации обществ, что, как считает автор этой теории американец Са-муэл Хантингтон1, означает для западной цивилизации необходимость быть готовой к отпору со стороны возможного альянса исламских и конфуцианских государств.

2. «Макдональдизация», что, по мнению автора термина Г. Рит-цера2, означает гомогенизацию культур, осуществляемую под флагом модернизации (вестернизации, европеизации, американизации и т.д.) в ходе деятельности транснациональных корпораций.

3. «Гибридизация» как процесс широких межкультурных взаи­модействий, ведущий, по мнению голландского исследователя Я. Пи­терсе, к взаимообогащению культур и возникновению новых культур­ных традиций3.

Подобно любому масштабному процессу в человеческом обще­стве глобализация имеет две стороны — объективную и субъектив-

1 Huntington S.P. The Clash of Civilization // Foreign Affairs. 1993. Vol. 72. N 3.
P. 22-49.

2 RitzerG. The McDonaldisation of Society. L., 1993.

' Pieterse J.N. Globalization and Culture: Three Paradigms // Economical and Political Weekly, 1996. Vol. 31. N 23. P. 1389-1395.

Ill


Глава 2. Массовая коммуникация как социальный институт

ную, т.е. внешнюю, независимую от воли и желания человека, и внут­реннюю, связанную с деятельностью людей, которая в зависимости от их целей ускоряет или замедляет развитие в определенном направ­лении. Рассмотренная с таких позиций глобализация, безусловно, объективная тенденция современного мирового развития, основан­ная на международном разделении труда, обеспечивающем оптими­зацию и эффективность производства. Достигнутый в рамках капи­талистической системы хозяйствования уровень жизни делает его при­влекательным для большинства населения Земли. Если говорить о субъективной стороне дела, то глобализация выступает как сознатель­ная политика государств, направленная на усиление экономической интеграции, сплачивающей на этой основе мир, а главными «агента­ми» в этом процессе, по мнению выдающегося современного иссле­дователя М. Кастельса, являются правительства, «особенно правитель­ства большой семерки и их международные институты»1. Это свиде­тельствует о весьма значимой роли в данном процессе субъективного фактора, в том числе и политических, и идеологических мотивов. Пос­ле завершения «холодной войны» капитализм стал господствующей ми­ровой парадигмой развития, что означало, с одной стороны, практи­ческую реализацию его экспансионистских устремлений, демонстри­руемых на протяжении более 400-летней истории, а с другой — его ин­тернационализация позволяет рассматривать именно капитализм как основу глобализации. В принципе тяга к саморасширению является неотъемлемой чертой капитализма как социально-экономической и по­литической системы, основанной на идеологии либерализма, которая в современных условиях принимает форму неолиберализма.

Очевидно одно: глобализация как отражение реально происхо­дящих процессов и новой всеобъемлющей характеристики современ­ного мира задает вектор движения в сторону западной, прежде всего американской как наиболее эффективной, модели развития, основан­ной на принципах либерализма, и это обстоятельство порождает ее различные оценки. Так, в странах Азии, Африки и Латинской Амери­ки обсуждается необходимость создания собственных теорий, учиты-

' Кастельс М. Глобальный капитализм //Экономические стратегии, 2000. № 5. С. 55.


2.4. Порядки знаний информационная основа социальных институтов

вающих цивилизационные (региональные) особенности, что отражает сопротивление навязыванию через глобализацию единого, унифици­рованного подхода к развитию для всего мира (реакция на «макдо-нальдизацию»). Но негативная оценка глобализации характерна не только для стран «третьего мира». Так, многие интеллектуалы во Фран­ции считают глобализацию угрозой, исходящей со стороны США, французскому обществу, языку и культуре. Довольно сильно прояв­ляется недоверие к глобализации в странах Центральной и Восточ­ной Европы из-за опасения «американизации» национальных куль­тур и утраты суверенитета в условиях роста глобальной рыночной эко­номики. Наряду с этим растет идеологическое (политическое) проти­востояние глобализации: если левые видят в ней опасность установ­ления господства международных организаций, ориентированных на западную модель — Международного валютного фонда, Всемирного банка, Всемирной торговой организации, — то правые, прежде всего националисты разных стран, считают глобализацию проявлением ми­рового зла, лишающего традиционные формы общности людей шан­сов на их сохранение.

К настоящему времени оформилось несколько фундаменталь­ных научных подходов к анализу феномена глобализации:

• экономический, ориентирующийся на развитие мировых рын­ков товаров, услуг, труда и капитала;

• культурологический, исследующий широкий цивилизацион-ный аспект этого явления;

• экологический, связывающий глобализацию с ухудшением экологической ситуации на планете (эти взгляды служат одним из ос­нований идеологии антиглобализма);

• комплексный, в рамках которого глобализация рассматрива­ется в политическом (куда включаются проблемы международной пре­ступности, в том числе терроризма, и бедности в мировом масштабе) и информационном контексте.

В зависимости от той или иной ориентации исследователя изве­стный английский ученый Дэвид Хелд выделяет три основных оце­ночных подхода к глобализации: революционный, эволюционный и скептический (см. табл.3).

U3


Глава 2. Массовая коммуникация как социальный институт

Таблица 3

Три подхода к глобализации

 

  Революционный подход Эволюционный подход Скептический подход
Новое Наступление эры глобализации Беспрецедентный уровень глобали­зации Формирование тор­говых блоков, более слабое глобальное уп­равление, чем в пред­шествующее время
Главные черты Глобальный капи­тализм, управле­ние в глобальных масштабах Интенсивная и экстенсивная глобализация Снижение мировых взаимосвязей по сравнению с 1890-х годами
Мощь на­циональных правительств Ослабевающая и распадающаяся Пересмотренная, реконструирован­ная Укрепившаяся и преумноженная
Движущие силы глоба­лизации Свободный капитал и новая технология Движение к модернизации своего общества Государственные ме­ханизмы и рыночные структуры
Вид страти­фикации Эрозия старых иерархий Новая архитектура мирового порядка Усилившаяся маргина­лизация Юга
Доминирую­щий мотив Стандартизация: Макдональдс, Мадонна и др. Трансформация политического сообщества Реализация нацио­нальных интересов
Концепту­ализация глобализации Пересмотр приро­ды человеческих действий Пересмотр меж­региональных отношений Интернационализация и регионализация
Историческая траектория Глобальная циви­лизация Глобальная интег­рация и одновре­менная фрагмен­тация Региональные блоки, столкновение цивилизаций
Резюме Нация-государст­во утрачивает свое историческое значение Государственная мощь и мировая политика транс­формируются Интернационализация становится зависимой от согласия государств и мирового соотноше­ния сил

Источник: HeldD., McGrewA., GoldblattD., PerratonJ. Global Transformation. Politics, Economics and Culture. Cambridge: Polity Press, 1999. P. 10.


2.4. Порядки знаний — информационная основа социальных институтов

Международный (интернациональный) информационный по­рядок, как он представлен в типологии Г. Шпинера, является состав­ной частью общего процесса глобализации. Этот порядок знаний ох­ватывает все процессы межкультурных коммуникаций между государ­ствами, происходящих на основе новейших технических систем пе­редачи информации как индивидуального (PC), так и массового ха­рактера (пресса, телевидение, Интернет, спутниковые и прочие сис­темы передачи и распространения знаний). С содержательной сторо­ны мировой информационный порядок (МИП) регулируется прин­ципами либерального подхода, согласно которым основной упор де­лается на экономическую и политическую модернизацию и права чело­века. Более того, идея равного обеспечения когнитивно-информаци­онных прав личности независимо от расы, национальности, государ­ственной принадлежности составляет основу МИП. Тем самым об­наруживается полная конгруэнтность трех его основных составляю­щих: логики идеологии, содержания транслируемых знаний и его орга­низационных принципов. Одно подкрепляет и поощряет другое и на­оборот. Из неолиберальной трактовки прав человека как универсаль­ных и модернизации в направлении глобализации как основной тен­денции социальной жизни естественным образом следует необходи­мость их всеобщей и повсеместной пропаганды. Они рассматривают­ся в качестве фактически существующих, но пока не актуализирован­ных в той или иной стране, поэтому борьба за права человека оказы­вается не столько пропагандой этих прав, сколько подтверждением их существования в активных действиях против их нарушений. Не­маловажным обстоятельством является и то, что положенное в осно­ву организации МИП отнесение когнитивно-информационных прав к универсальным правам человека и, тем самым, наделение их гло­бальным характером, оказывает значимое социально-психологичес­кое воздействие на международных менеджеров, придавая их моти­вации повышенный статус «борцов за права человека».

Согласно идее, заложенной в основание МИП международны­ми культурными организациями, прежде всего ЮНЕСКО1 (о практи-

_____________________

1 Организация ООН по вопросам образования, науки и культуры.


Глава 2. Массовая коммуникация как социальный институт

ке формирования этого нового информационного порядка (см. гл. 6), содержание транслируемой в его рамках информации должно было в некой квазинаучной форме (в соответствии с требованиями объектив­ности, рациональности и обоснованности) представлять общезначи­мую информацию о культурном достоянии разных народов. Предпола­галось, что основу этой информации будут составлять сообщения, сформированные в рамках национальных информационных поряд­ков. Если рассматривать этот порядок знаний с содержательной сто­роны, то в основном его каналы наполняются обычной медийной информацией, т.е. новостями, развлекательными программами и рек­ламой, соответствующими знаниям, производимым и нормативно ре­гулируемым посредством правил как конституционно-правового по­рядка — повседневное знание, общественное мнение, так й экономи­ческого порядка знаний — реклама, коммерческая информация. При­чем эти продукты являются результатом деятельности преимуществен­но транснациональных медийных аггломераций. Именно данное об­стоятельство объясняет «перегруженность» каналов МИП коммерчес­кой и развлекательной информацией, причем последняя также носит в значительной степени коммерческий характер, обладая ощутимым рекламным потенциалом (prime time, когда идут популярные развле­кательные передачи, оказывается наиболее дорогим рекламным вре­менем).

Второй основной задачей интернационального порядка знаний было преодоления культурного и государственного изоляционизма. На практике оказалось, что новостная и политическая информация на этих каналах вступает в противоречие с принципами национального информационного порядка. Транслируемые по каналам МИП сооб­щения неизбежно оказывались контринформативными по отношению к правительственной информационной политике как в позитивном смысле (в ситуации, когда правительства дезинформировали граждан из соображений удержания власти), так и в негативном (использова­ние масс-медиа для мобилизации и интеграции общества, подъема национального духа, реализации протекционистских мер в экономи­ке и культуре). И в том, и в другом случае воздействие МИП оказыва­лось вмешательством извне во внутреннюю политическую ситуацию того или иного государства, вызывая протесты как со стороны влас-


2.4. Порядки знаний — информационная основа социальных институтов

ти, так и активное противодействие различных национальных, рели­гиозных и культурных движений.

Третьим принципом международного информационного поряд­ка является формальное равенство всех его участников. На деле «вес» той или иной страны определяется состоянием и уровнем развития других порядков знания, прежде всего экономического и технологи­ческого. Иначе говоря, решающую роль играют финансовые и техни­ческие возможности производства и трансляции знаний, которыми располагает та или иная страна. Однако в условиях «киберпростран-ства» такая роль принадлежит уже не столько странам, сколько «оли-гополиям новостей», выражающим интересы преимущественно запад­ных стран и транслирующим именно их идеологию. Отсутствие необ­ходимых технологий и относительная скудость финансов большин­ства стран — участниц МИП — приводит к тому, что через междуна­родные каналы они подвергаются информационному воздействию, се­рьезно корректирующему их политическое и социально-культурное развитие. «Цена» возможного закрытия таких каналов слишком ве­лика: ею оказывается информационная изоляция, т.е. снижение не только информационного, но и творческого потенциала развития, негативно отражающегося на экономическом развитии.

Лучшим примером подобных последствий является СССР, где политика информационной самоизоляции привела к тому, что стра­на, накопившая гигантский интеллектуальный и технологический по­тенциал, имевшая, в частности, космические системы связи как не­обходимой технологической основы равноправного включения в МИП, «проспала» информационно-технологическую, или, вернее, когнитивно-технологическую революцию, изменившую облик мира. Если попытаться проанализировать эту ситуацию с точки зрения кон­цепции порядков знания, то окажется, что виной тому были несфор-мированность конституционно-правового порядка знаний и перенос центра тяжести в применении новых технологий на военно-полицей­ский порядок знаний, регулируемый императивом секретности.

Вернувшись к рассмотрению третьего принципа МИП, фор­мально уравнивающего всех его участников, можно сказать, что для большинства стран-реципиентов международные информационные потоки оказываются улицей с односторонним движением, где ново-


Глава 2. Массовая коммуникация как социальный институт

стная, развлекательная и рекламная информация направляется от развитых индустриальных стран-«локомотивов» глобализации к стра­нам «третьего мира» либо непосредственно, либо через транснацио­нальные, по преимуществу «олигополии новостей». Наряду с этим основным потоком существуют и информационные потоки более низ­кого уровня общности — от США к Европе, от Западной Европы к Восточной. Такая направленность информационных потоков отражает глобальное распределение знания в современном мире.

Информационные взаимодействия в геополитических и «гео­стратегических» рассуждениях об институциональных тенденциях раз­вития человечества занимают одно из последних мест. Следуя уста­ревшей логике материальных критериев, основывающейся на подсчете количества авианосцев, ракет, танков и самолетов, наличии или от­сутствии ядерного оружия, безусловно, отражающих экономическую и военную мощь стран и их политическое влияние, как-то забывают об основе всех этих материально реализованных вещей — о знаниях, от распределения и форм организации которых зависит распределе­ние сил в современном мире. С данной точки зрения США оказыва­ются вне конкуренции, располагая самым значительным запасом зна­ний и, насколько можно судить по результатам, наиболее совершен­ной когнитивной политикой. Именно это отражает современная орга­низация мирового информационного порядка, ярко демонстрирую­щего однополярность сегодняшнего мира.

Если вернуться к принципам, заложенным в основание между­народного информационного порядка, то окажется, что он основан на парадоксе, требуя равного сотрудничества культур, не обладающих равными экономическими и технологическими возможностями, как и разным идеологическим потенциалом, т.е. способностью к распро­странению. Либерально-демократическая идеология «снабжена» встроенным механизмом глобализации, она — глобальная идеология по своим исходным индивидуалистическим предпосылкам. Именно эти предпосылки и лежат в основе борьбы за права человека, ставшей едва ли неосновным идеологическим стержнем МИП. Разные виды противостоящего ей «традиционализма» такого механизма не имеют, они консервативны по определению, будучи привязанными к месту, территории, культуре, а потому локальны и, как правило, замкнуты


2.5. Исследовательские перспективы

на самих себя, поскольку консолидация их приверженцев происходит на основе подчеркивания своей особости, непохожести на других, в том числе и разного видения человеческих прав и свобод. Глобализация же ориентирована на выделение и подчеркивание общего за счет созна­тельного преуменьшения различий. Таким образом, суть парадокса, на котором основывается МИП, заключается в следующем: глобализация когнитивно-индивидуальных прав индивида, преследующая своей це­лью раскрытие возможностей самовыражения для представителей раз­ных культур, ведет — в силу идеологической логики этого процесса — к редукции культурного многообразия и нивелированию национальных, культурных, религиозных и иных личностных особенностей.

2.5

Исследовательские перспективы

 

Рассмотрение современных масс-медиа как социального института ставит перед исследователями ряд проблем, без анализа которых даль­нейшее их изучение невозможно. Это, во-первых, само медийное про­изводство и его социальный контекст, т.е. «внешние» условия деятель­ности; во-вторых, внутренняя структура этого производства.

Можно выделить следующие элементы социальной и ментальной структуры общества, которые воздействуют на медийное производство:

• государство,

• правовая система,

• медийный рынок,

• идеологическая среда деятельности СМИ,

• уровень жизни населения,

• собственность и возможности контроля со стороны разных промышленных и финансовых групп,

• уровень профессионализации медийной сферы,

• наличие конкурирующих медиаорганизаций,

• уровень развития медиатехнологий,

• уровень разделения труда в медийной сфере,

• уровень развития гражданского общества и наличие обществен­ных организаций работников СМИ.


Глава 2. Массовая коммуникация как социальный институт


 

Рисунок 2. Медиа как центр трех пересекающихся сфер Источник: McQual's Mass Communication Theory. 4lh ed. L.: Sage, 2Q00. P. 192.

Это только самые общие характеристики среды деятельности СМИ. Их может быть перечислено гораздо больше. Кроме того, каж­дый из пунктов, указанных выше, можно разбить на несколько под­пунктов. Так, в раздел «правовая система» следует добавить такие под­разделы, как наличие или отсутствие, а также качество конституци­онных гарантий деятельности СМИ, разработанность и детализация законов о СМИ, наличие или отсутствие прокурорского надзора за деятельностью СМИ, доступность и эффективность судебной систе­мы и т.д. То же самое относится к любой из вышеперечисленных ха­рактеристик. В целом анализ структурно-организационного контек­ста деятельности СМИ предполагает изучение практически всех сто­рон и аспектов жизнедеятельности общества.

Начиная с 1960—1980-х годов на Западе, особенно в Западной Европе, досконально исследуются различные аспекты функциониро­вания СМИ в широком общественном контексте1. К сожалению, в нашей литературе этой стороне дела уделяется мало внимания, не­смотря на то, что именно этот аспект медиаисследований, похоже, имеет решающее значение на современном этапе развития российс­ких СМИ.


 


1 См.: Dennis E., Merrill. Media Debates. Issues in Mass Communication. White Plains, N. Y., 1991; Siune K., Truetzschler W. Dynamics of Media Politics. Broadcast and Elrctronic Media in Western Europe. L., 1992 и др. работы.


2.5. Исследовательские перспективы

Вторая сторона исследований в области организации медиа-процесса — это, как сказано выше, изучение внутренней структуры медиапроизводства. Здесь также имеется множество аспектов рассмот­рения. Прежде всего встает вопрос о главной цели деятельности каж­дого средства массовой информации: является ли данная цель ком­мерческой, информационной или идеологической, пропагандистской. Этим в значительной мере определяется его внутренняя структура и производственный процесс, понимаемый, разумеется, прежде всего, не как технологический (хотя и эта сторона важна), но как процесс производства текстов в широком смысле, содержание которых в зна­чительной степени определяется артикулированной целью того или иного СМИ, как и внутренняя иерархия в медиаорганизациях. Если рассмотреть историю изучения этой базовой составляющей медий­ного производства, то окажется, что исследователей более всего ин­тересовали в основном эффекты воздействия текстов на аудиторию, позже их внимание было переориентировано на изучение содержа­ния текстов. При этом сам процесс производства текстов просто-на­просто выпадал из поля зрения: они рассматривались как готовые и уже существующие, т.е. вопрос о том, что делает их именно такими, каковы они есть (враждебными той или иной идеологии, тому или иному государству, представляющими реальность в искаженном све­те, сенсационными и т.д.) не ставился. Для ответа на вопрос, необхо­димо изучить организации, в которых эти тексты производятся, и их функционирование в широком социальном контексте. Это лишь один из аспектов внутренней организации СМИ, однако уже отсюда яв­ствует, насколько важна эта организация, ибо именно ею определя­ются конечные свойства медийного продукта и именно в ней прелом­ляются многочисленные и многообразные воздействия внешнего по отношению к ней социально-политического контекста, в котором действуют масс-медиа.






Дата добавления: 2015-05-06; Мы поможем в написании ваших работ!; просмотров: 428 | Нарушение авторских прав | Изречения для студентов


Читайте также:

Поиск на сайте:

Рекомендуемый контект:




© 2015-2021 lektsii.org - Контакты - Последнее добавление

Ген: 0.016 с.