(по О.С. Никольской)
Внешне такие дети выглядят как наиболее страдающие — они напря&
жены, скованы в движениях, но при этом демонстрируют стереотипные
аутостимулирующие движения, может проявляться двигательное беспо&
койство, в том числе стереотипные прыжки, бег по кругу, кружение, прон&
зительный крик и страх войти в кабинет. Речь — эхолаличная и стереотип&
ная, со специфичной скандированностью или монотонностью, нередко
«телеграфная», часто не связанная по смыслу с происходящим. Речевые
стереотипии могут выглядеть, и как повторение одного и того же фрагмен&
та, или выступать как аутостимуляция звуками («тики&тики», «диги&ди&
ги» и т.п.). «…Чрезмерная чувствительность таких детей к сенсорной сти&
муляции является причиной того, что страхи легко провоцируются раз&
дражителями повышенной интенсивности: громким звуком, насыщенным
цветом…» [О.С. Никольская, 2000]. Нередко выраженный дискомфорт и
страх может вызывать даже умеренный раздражитель (прикосновение к
голове, капля сока или воды на коже). В большинстве случаев отмечаются
упорные страхи определенных и новых бытовых ситуаций.
Темповые характеристики деятельности, работоспособность или
критичность оценить у детей достаточно трудно, так как малейшее на&
пряжение вызывает усиление стереотипий, эхолалий и других способов
аутистической защиты. Контакт с ребенком часто носит абсолютно
формальный характер, скорее «по поводу» предмета, а не с человеком.
Произвольность регуляции собственных действий и целенаправлен&
ность, самоконтроль также чаще всего трудно проверить диагностичес&
кими методами и приемами. Но ребенок захвачен уже собственными
стереотипными способами аутистической защиты. При этом вмешаться
в деятельность ребенка возможно лишь подключившись к его стереоти&
пиям. В этом случае ребенку обычно удается удержать простые алго&
ритмы деятельности, заданные взрослым.
Оценить обучаемость ребенка также достаточно трудно, вследствие
трудностей организации продуктивной деятельности. Часто (со слов
родителей) ребенок обучается бытовым и социальным навыкам, но же&
стко привязывает их к конкретной ситуации и они не переносятся в ка&
кие&либо другие ситуации.
Механистичность и буквальность проявляются и в мышлении. При
этом ребенок может и предпочитает самостоятельно классифициро&
вать предметы по различным признакам. Недоступно считывание кон&
текста ситуации, но ребенок как бы чувствует «эмоциональный знак»
ситуации.
Такой ребенок в школьном возрасте также, скорее всего, попадает в
систему специального образования.
Примерный образовательный маршрут:
1. Индивидуальное или групповое обучение по программе СКОУ
VIII&го вида.
2. Индивидуальные занятия со специалистами ППМС&Центра — де&
фектологом, психологом, владеющими приемами работы с детьми с вы&
раженными расстройствами аутистического спектра.
3. Постепенная парциальная интеграция в мини&группу детей во
второй половине дня с сопровождением тьютора.
Рекомендации по созданию условий для адаптации:
Инклюзивное обучение в массовой школе не рекомендовано.
При частичном включении в рамках учреждения дополнительного
образования необходимо наличие специалиста сопровождения (тьюто&
ра) при посещении группы детей.
Наличие индивидуальной образовательной программы (в том числе
и по дополнительному образованию), включая и программы сопровож&
дения.
Дозирование времени пребывания в группе детей, с постепенным
увеличением при отсутствии негативных реакций.
Индивидуальные занятия с психологом, «простраивание» алгоритма
учебной деятельности.
Курация врача психиатра.
При необходимости индивидуальные занятия с дефектологом.
