Подъезда молодого крестьянского паренька, совсем еще мальчика, с очень
Бледным, заплаканным лицом. Он был в чистой белой рубахе и держал под мышкой
Очень опрятную курточку из лилового ратина.
Лицо у этого юноши было такое белое, а глаза такие кроткие, что слегка
Романтическому воображению г-жи де Реналь представилось сперва, что это,
Быть может, молоденькая переодетая девушка, которая пришла просить о
Чем-нибудь господина мэра. Ей стало жалко бедняжку, стоявшую у подъезда и,
По-видимому, не решавшуюся протянуть руку к звонку. Г-жа де Реналь
Направилась к ней, забыв на минуту о том огорчении, которое причиняла ей
Мысль о гувернере. Жюльен стоял лицом к входной двери и не видел, как она
подошла. Он вздрогнул, услыхав над самым ухом ласковый голос:
- Что вы хотите, дитя мое?
Жюльен быстро обернулся и, потрясенный взглядом, полным участия, забыл
На миг о своем смущении; он смотрел на нее, изумленный ее красотой, и вдруг
Забыл все на свете, забыл даже, зачем он пришел сюда. Г-жа де Реналь
Повторила свой вопрос.
- Я пришел сюда потому, что я должен здесь быть воспитателем, сударыня,
- наконец вымолвил он, весь вспыхнув от стыда за свои слезы и стараясь
Незаметно вытереть их.
Госпожа де Реналь от удивления не могла выговорить ни слова; они стояли
Совсем рядом и глядели друг на друга Жюльену еще никогда в жизни не
Приходилось видеть такого нарядного существа, а еще удивительнее было то,
Что эта женщина с белоснежным лицом говорила с ним таким ласковым голосом.
Г-жа де Реналь смотрела на крупные слезы, катившиеся сначала по этим ужасно
Бледным, а теперь вдруг ярко зардевшимся щекам крестьянского мальчика. И
Вдруг она расхохоталась безудержно и весело. Совсем как девчонка. Она
смеялась над самой собой и просто опомниться не могла от счастья. Как! Так
вот он каков, этот гувернер! А она-то представляла себе грязного
Неряху-попа, который будет орать на ее детей и сечь их розгами.
- Как, сударь, - промолвила она, наконец, - вы знаете латынь?
Это обращение "сударь" так удивило Жюльена, что он даже на минуту
Опешил.
- Да, сударыня, - робко ответил он.
Госпожа де Реналь была в таком восторге, что решилась сказать Жюльену:
- А вы не будете очень бранить моих мальчиков?
- Я? Бранить? - переспросил удивленный Жюльен - А почему?
- Нет, право же, сударь, - добавила она после маленькой паузы, и в
Голосе ее звучало все больше и больше волнения, - вы будете добры к ним, вы
мне это обещаете?
Услышать снова, что его совершенно всерьез называет "сударем" такая
Нарядная дама, - это поистине превосходило все ожидания Жюльена; какие бы
Воздушные замки он ни строил себе в детстве, он всегда был уверен, что ни
Одна знатная дама не удостоит его разговором, пока на нем не будет
Красоваться роскошный военный мундир. А г-жа де Реналь, со своей стороны,
Была введена в полнейшее заблуждение нежным цветом лица, большими черными
Глазами Жюльена и его красивыми кудрями, которые на этот раз вились еще
Больше обычного, потому что он по дороге, чтобы освежиться, окунул голову в
Бассейн городского фонтана. И вдруг, к ее неописуемой радости, это
Воплощение девической застенчивости оказалось тем страшным гувернером,
которого она, содрогаясь за своих детей, рисовала себе грубым чудовищем! Для
Такой безмятежной души, какою была г-жа де Реналь, столь внезапный переход
От того, чего она так боялась, к тому, что она теперь увидела, был целым
Событием. Наконец она пришла в себя и с удивлением обнаружила, что стоит у
Подъезда своего дома с этим молодым человеком в простой рубахе, и совсем
Рядом с ним.
- Идемте, сударь, - сказала она несколько смущенным тоном.
Еще ни разу в жизни г-же де Реналь не случалось испытывать такого
Сильного волнения, вызванного столь исключительно приятным чувством, никогда
Еще не бывало с ней, чтобы мучительное беспокойство и страхи сменялись вдруг
