Онтология Аристотеля, представленная в комплексе его сочинений под названием «Метафизика», по сути есть уточненный и систематизированный вариант платонизма, хотя фундамент этой системы (учение об идеях) Аристотель критиковал. Он попытался устранить все несообразности и недоговоренности из онтологии своего учителя и для этого использовал разработанную им формальную логику. Аристотель отправляется на собственные поиски первоначала и первоосновы бытия, но руководствуется в них старым принципом, открытым элеатами и использованным Платоном, о тождестве бытия и мышления. Подобно своему предшественнику он полагает, что бытие открывается нам в мышлении, а мышление выражается в языке, поэтому путем анализа языковых выражений можно получить знание о мире.
Главным вопросом, ответ на который должно было дать аристотелевское учение о бытии, был поставленный в начале «Метафизики» вопрос: «Что такое бытие как бытие?». Поскольку бытие - это то, что существует, Аристотель обозначает его понятием «сущее»
Он отмечает, что сущности, с которыми мы сталкиваемся в реальной жизни, существует по-разному (к примеру, дерево и камень бытийствуют не так, как мысли о них), следовательно, делает вывод Стагирит, сущее неоднородно. Оно делится на дочувственный, чувственный и сверхчувственный уровни. И это изначальное деление бытия на три уровня, положившее начало дальнейшему структурированию бытия в онтологии Аристотеля, замечательно, так как до Аристотеля философы говорили о бытии вообще, о бытии как однородности, и никто из них не говорил об уровнях бытия.
Освоение уровней бытия мыслитель начинает с того из них, с которым человек имеет дело с рождения - с мира чувственных вещей. Для Аристотеля мир вещей вполне реален, это не платоновские тени на стенах пещеры.
У каждой вещи он отмечает две стороны: чувственную, открывающуюся людям через их органы чувств, и умопостигаемую, ту, которую мы познаем мышлением – мысленную, идеальную. Аристотель выделяет в умопостигаемой стороне вещи несколько уровней, в соответствии с тем, с какой стороны она нам открывается. Он называет эти уровни категориями, или наиболее общими родами высказывания о сущем. Их десять: 1) сущность, 2) количество, 3) качество, 4) отношение, 5) место, 6) время, 7) положение, 8) обладание, 9) действование, 10) страдание. Эти категории, с одной стороны, фиксируют в языке то, что есть в вещах, их качества - то есть, сущее, и с этой точки зрения они выступают как категории бытия. С другой стороны, в них выражено и систематизировано знание о вещах, - с этой точки зрения они выступают как категории познания. Все они также формы (мысли), но обладающие бытием в разной степени.
Аристотелева система из 10 категорий просуществовала в философии до XVIII века и в течение почти 20 веков определяла западноевропейское мышление о мире и способы познания мира. Она была несколько изменена немецкими философами И. Кантом (1724-1804 гг.) и Г. Гегелем (1770-1831 гг.), но сам принцип категориальности мышления остался неизменным и по сей день.
Первую характеристику вещи Аристотель называет ее первой сущностью, или сутью ее бытия, а также формой (морфе, эйдос). Аристотелева форма - это ни что иное, как уточненное понятие платоновской идеи. Посмотрите, как они похожи.
Суть, или форма вещи, по Аристотелю, вечна и в себе неизменна, неподвижна. Она есть то, что позволяет за всеми изменениями чувственных качеств вещи видеть одну и ту же вещь. В нашем понимании форма вещи, подобно идее у Платона, - это ее понятие, которому Аристотель придает независимое от вещи существование. Другими словами - это ответ на вопрос «что такое эта вещь?», в котором перечисляются ее существенные и общие другим предметам признаки. А эти признаки фиксируются для нас понятием вещи.
Вместе с тем, в содержании понятий «идея» и «форма» есть отличия. У Платона мышление трактуется как оперирование понятиями, и все идеи у него совершенно равноправны, все в равной степени наделены бытием. Скажем, есть идея собаки, и есть идея голубизны, есть идея собаки Шарика, и есть идея голубого кувшина - и все они имеют самостоятельное существование, все - реальны. А вот Аристотель отмечает, что на сверхчувственном уровне бытия, а, следовательно, и на уровне мышления сущности пребывают по-разному. Есть первичные сущности, существующие самостоятельно, они выражаются единичными терминами (например, Сократ, Луна, Афины, эта книга, этот солдат), и соответствуют субъекту высказывания. А есть вторичные сущности, зависимые от первичных, без них не существующие, - это общие понятия (такие как человек, планета, город, книга, солдат, - и вообще все характеристики вещи, которые могут быть обнаружены в рамках вышеназванных девяти категорий). Они не существуют вне вещей, но только как качества индивидуальных вещей, и соответствуют предикату суждения. Различение первичных и вторичных сущностей у Аристотеля стало возможным, благодаря его логическим открытиям, в соответствии с которыми, мышление выступает у него как оперирование высказываниями, содержащими субъект и предикат. И единицей бытия у Аристотеля, на уровне физической реальности, таким образом, предстает вещь вместе с ее качествами.
На правильность нашей трактовки формы как понятия вещи указывает и сам Стагирит, говоря, что форма вещи познается нами и в нашей голове существует как понятие. То есть сущность вещи проявляется двояким образом: в плане бытия она существует как форма вещи, в плане познания - как понятие вещи.
Формы различных уровней образуют, по Аристотелю, высший, сверхчувственный уровень бытия, на котором бытия больше, чем на уровне чувственных единичных вещей, и этот мир умопостигаемых сущностей является основой для мира вещей.
В «Метафизике» отмечается, что «Форму никто не создает и не производит», она существует всегда, зато форма является одной из первопричин существования всех вещей. Всего таких причин Аристотель видит четыре: 1) форму, 2) материю, 3) цель и 4) инструментальную причину - Бога.
Как он понимал форму, было сказано выше. А как он понимал материю? В понимании материи он также пошел дальше основателя Академии. Для обозначения этого телесного первоначала вещей Аристотель нашел другой, более точный термин - «хюлэ» (букв. «необработанный материал»). Он отверг платоновское определение материи как пространства, воспринимающего все идеи, и стал определять свою хюлэ как первовещество, бесформенное и неопределенное, еще не обладающее никакими качествами, поэтому пребывающую на дочувственном уровне бытия. Это первовещество Стагирит называет «первой материей» и говорит, что каждая вещь, прежде, чем она приобретает свою сущность, становится тем, чем является, проходит от «первой материи» целую цепочку последовательных превращений, поэтапно принимая в себя ряд форм. Непосредственной ступенькой, с которой вещь «шагает» себе, предпоследним ее превращением становится «последняя материя». Так, камни - это «последняя материя для каменного дома и других построек, но сами камни состоят из первоматерии, воспринявшей форму земли (здесь заметно сходство с учением о происхождении космоса Платона), а затем еще форму каменности. Таким же образом «первая материя» присутствует во всех вещах, но кроме нее в различных вещах содержатся так же «вторая материя», «третья материя» и т. д., в зависимости от того, сколько стадий оформления прошла первоматерия до того, как приняла вид законченной вещи.
Оформленная материя обретает свою суть бытия, свою форму, а первоматерия такой сути не имеет. Раз у нее нет сути, нет каких-либо качественных отличий, она неопределима и непознаваема. Первая материя пассивна, безжизненна, неспособна сама из себя ничего породить, зато она совечна форме, не возникает и не уничтожается, а существует всегда.
В свое учение о бытии Аристотель вводит два важных и для нас понятия: возможность и действительность. Для него материя - это «бытие в возможности», потому что первоматерия может с помощью формы стать любой вещью, приобрести любую сущность. Форма же для него есть действительность, действительное бытие, потому что она всегда существует в законченном виде. Понятия возможности и действительности позволили Аристотелю представить отношения между материей и формой в движении, объяснить, почему мир существует и изменяется.
Мы подошли к третьей причине существования вещей. Аристотель считал, что для возникновения вещей материи и формы недостаточно, так как обе они неподвижны и друг от друга независимы. По аналогии с уже приводимым в качестве примера домом, всякая вещь существует не просто так, а ради какой-то цели. Будучи платоником, основатель Ликея также считал, что мир руководим идеей Блага, а значит, целью возникновения каждой вещи выступает Благо. В отличие от своего учителя, Аристотель Благо определяет, как «стремление возможности превратиться в чистую действительность - форму». Однако это стремление самой материи не присуще, оно в нее привносится четвертой причиной существования вещей.
За то, что эта причина заставляет неподвижную первоматерию видоизменяться, Аристотель называет ее движущей причиной, или источником движения, перводвигателем, а также высшей сущностью и высшей формой. Все эти превосходные степени могут быть приложимы только к одному существу - Богу. Именно Бог заставляет материю воспринимать различные формы посредством своего мышления: он начинает ее мыслить, в его мышлении первоматерия оформляется и становится чем-то. Таким образом, Бог у Аристотеля не ремесленник, соединяющий существующие вне него идеи и материю. Бог Аристотеля - это Бог-философ, единственный вид его деятельности - мышление, формы существуют не независимо от вещей, а они одновременно существуют в вещах и в божественном мышлении, потому что весь вещный мир существует в нем. Бог, по определению Аристотеля, является высшей сущностью, высшей формой, объемлющей все формы.
Все четыре причины вещей извечны (существовали всегда), но три последние (форма, цель и перводвигатель), по мнению Аристотеля, совпадают, ибо все они есть только различные характеристики бога. Таким образом, аристотелева онтология оказывается теологией (учением о боге). Именно здесь в философию впервые вводится термин «теология».
Исходя из мысли о тождестве трех причин можно четыре причины существования вещей свести к двум, первоматерии и Богу. Тогда философская картина мира у Аристотеля предстает гораздо более стройной и грандиозной, чем у Платона.
Во-первых, оказывается, что мир возникает в результате взаимодействия двух первоначал: Бога и материи. Бог не творит материю, но без нее он обойтись не может. Во-вторых, Бог - это абсолютное мышление, и физический мир оказывается результатом мыслительной деятельности, поскольку Бог воздействует на материю не физически, а мыслью. В третьих, божественная мысль остается в сотворенных вещах как их форма (первая сущность и вторичные сущности). Таким образом, с одной стороны, структура мира упрощается, так как идеальные сущности больше не считаются существующими вне вещей (как у Платона). То, что мы узнаем о вещах, содержится в них самих. С другой стороны, Бог и физический мир оказываются слитыми в одно живое сознательное существо. Оно уникально (другого такого нет) и индивидуально (обладает личностью, осознает себя как «Я»). Все качества чувственного мира оказываются и качествами Бога. Это существо свободно, его существование является его же смыслом: оно существует не ради чего-то, а потому, что существует. В этом существе совпадают, по учению Аристотеля, истина, добро и красота, поэтому его жизнь есть вечное блаженство.
Итогом аристотелева учения о бытии, таким образом, становится учение об абсолютной личности - Боге. Средневековой философии, пришедшей на смену античной, осталось только взять эту готовую теологию и приспособить к собственным нуждам, перетолковать, исходя из приоритета догматов веры над истинами разума.
