Ћекции.ќрг


ѕоиск:




 атегории:

јстрономи€
Ѕиологи€
√еографи€
ƒругие €зыки
»нтернет
»нформатика
»стори€
 ультура
Ћитература
Ћогика
ћатематика
ћедицина
ћеханика
ќхрана труда
ѕедагогика
ѕолитика
ѕраво
ѕсихологи€
–елиги€
–иторика
—оциологи€
—порт
—троительство
“ехнологи€
“ранспорт
‘изика
‘илософи€
‘инансы
’ими€
Ёкологи€
Ёкономика
Ёлектроника

 

 

 

 


VI. —тыд и чувство непри€тного




ƒл€ процесса цивилизации своеобразное моделирование влечений, называемое нами Ђстыдомї и Ђчувством непри€тногої, не менее характерно, чем рационализаци€ поведени€. «начительный сдвиг к рационализации и не менее существенное смещение порога стыда и чувствительности, которые с XVI в. все ощутимее присутствуют в habitus'e западного человека, представл€ют собой две стороны одной и той же психической трансформации.

„увство стыда есть специфическое возбуждение, род страха, в определенных обсто€тельствах воспроизводимый у индивида автоматически и привычно. ¬нешне он предстает как страх перед социальной деградацией или, в общем виде, как страх перед демонстрацией другим человеком своего превосходства. ќднако эта форма неудовольстви€ у человека, опасающегос€ превосходства других людей, имеет ту особенность, что в данной ситуации физическое действие, направленное на другого, не может защитить от страха Ч от него не способно предохранить никакое действие вообще. Ёта беззащитность перед другим, превосход€щим мен€, ощущение пребывани€ в его власти проистекают не из угрозы физического доминировани€ ƒругого человека, присутствующего здесь и сейчас, хот€ беззащитность эта €вно восходит к физическому принуждению в детстве, когда ребенок уступает силе лиц, моделирующих его личность. ” взрослого така€ беззащитность св€зана с тем, что люди, чьего превосходства он опасаетс€, соотнос€тс€ с его собственным Ђ—верх-яї, с его собственным аппаратом самопринуждени€. Ётот аппарат €вл€етс€ результатом дрессировки индивида теми, от кого он был зависим и кто обладал известной властью над ним. ѕоэтому страх, именуемый нами Ђстыдомї, скрыт от глаз других и в значительной мере подавлен; сколь бы сильным он ни был, он не находит пр€мого выражени€ в словах и жестах. ќсобую окраску чувство стыда получает из-за противоречий, тревожащих индивида: противоречий между тем, что он задумал, и тем, что делает; между ним и другими людьми, с которыми он в той или иной форме св€зан; между Ђяї и сектором сознани€, отвечающим за самоконтроль.  онфликт, наход€щий выражение в чувстве стыда, представл€ет собой конфликт индивида не только с господствующим общественным мнением, но и с той частью его самости, что репрезентирует это общественное мнение. ћы имеем здесь дело с конфликтом в собственной душе человека Ч он сам признает себ€ низким. ќн боитс€ утраты любви или уважени€ тех, чью любовь и уважение он не хотел бы тер€ть. »х установки стали его собственной установкой, и она автоматически начинает действовать против него самого. »менно тот автоматизм, с которым у индивида воспроизводитс€ чувство превосходства над ним других людей, делает его столь беззащитным.

—трах нарушени€ социальных запретов тем сильнее и откровеннее принимает характер стыда, чем в большей мере строение общества способствует превращению внешнего принуждени€ в самопринуждение, чем более широка и дифференцирована сфера самопринуждени€, охватывающа€ поведение человека. ¬нутреннее напр€жение, раздражение, вызываемое ощущением того, что эта сфера была в какой-то точке прорвана, может быть большим или меньшим в зависимости от характера социального запрета и самопринуждени€. ¬ повседневной жизни мы называем его Ђстыдомї только в известных случа€х, при известной силе внутреннего напр€жени€. Ќо по своей структуре оно остаетс€ тем же самым при всех оттенках и уровн€х силы про€влени€.  ак и самопринуждение, стыд обнаруживаетс€ и на самых ранних ступен€х общественного развити€ Ч пусть в не столь всесторонней и не столь стабильной форме.  ак и самопринуждение, он усиливаетс€ вместе с каждым шагом, продвигающим цивилизации вперед, про€вл€€сь в виде растущего внутреннего напр€жени€ и страха. Ќаконец, подобные страхи получают вид страха перед другими, страха перед физической угрозой или угрожающим превосходством другого человека. ќни начинают играть ведущую роль там, где на больших пространствах произошло существенное достижение социального мира, где дл€ формировани€ людей большее значение получило равномерно распределенное принуждение, где физическое насилие оттеснено на задний план и сохран€етс€ в виде ночного сторожа. »ными словами, эти страхи играют тем большую роль, чем дальше шагнула цивилизаци€. ѕодобно тому как о Ђratioї мы можем говорить только в св€зи с продвижением вперед рационализации, с выработкой функций, требующих расчета и сдержанности, так и о чувстве стыда мы можем говорить только в св€зи с его социогенезом, со сдвигом порога стыдливости. ¬месте с таким смещением порога стыдливости в определенном направлении мен€етс€ схема самопринуждени€, и через какое-то врем€ она начинает регул€рно воспроизводитьс€ в новой форме. » рационализаци€, и сдвиг порога стыдливости и чувства непри€тного, представл€ют собой выражение уменьшени€ страха перед непосредственной угрозой со стороны других лиц и усилени€ автоматических внутренних страхов, того принуждени€, что индивид налагает сам на себ€. ¬ обоих случа€х равным образом за€вл€ет о себе развитое предвидение, расчет, которые в силу растущей дифференциации общества станов€тс€ необходимыми дл€ все более широких групп, желающих сохран€ть свое социальное существование. Ќе трудно заметить, что эти по видимости столь различные психические трансформации взаимосв€заны. » усиление чувства стыда, и растуща€ рационализаци€ €вл€ютс€ лишь различными аспектами усиливающегос€ раскола в психике индивида. “акой раскол происходит вместе с разделением функций, с дифференциацией функций влечений и функций контрол€ над влечени€ми, с обособлением функций Ђќної, Ђяї и Ђ—верх-яї. „ем дальше продвинулась эта дифференциаци€, тем больше на долю сектора саморегул€ции (в широком смысле слова Ч Ђяї, в более узком Ч Ђ—верх-яї) выпадает двойна€ функци€. — одной стороны, этот сектор образует центр, задающий отношение человека к прочим вещам и лицам; с другой стороны, он образует центр, из которого человек Ч отчасти сознательно, отчасти автоматически и бессознательно Ч направл€ет и регулирует свой Ђвнутренний мирї, свои собственные влечени€. »ными словами, все более обособл€ющийс€ от влечений в ходе изменени€ общества слой психических функций Ч функций Ђяї и Ђ—верх-яї Ч получает в рамках психики дво€кую задачу. ќн ведет как бы внутреннюю и внешнюю политику, и шаги в этих двух направлени€х далеко не всегда совпадают друг с другом, а иногда даже вступают в противоречи€. Ётим объ€сн€етс€ также то, что в один и тот же социально-исторический период, когда ощутимой становитс€ рационализаци€, мы наблюдаем смещение порога чувствительности к непри€тному и стыда. Ётим можно объ€снить и то, что Ч в соответствии с общим социогенетическим законом Ч наблюдаетс€ и сегодн€ в жизни любого ребенка: рационализаци€ поведени€ есть выражени€ Ђвнешней политикиї, тогда как сдвиг порога стыда выражает Ђвнутреннюю политикуї той же самой функции Ђ—верх-яї.

ќтсюда можно вывести целый р€д следствий. ћы довольствуемс€ демонстрацией того, что усиливша€с€ дифференциаци€ психики находит свое выражение в трансформации отдельных влечений. Ќам следовало бы показать в первую очередь то, как эта дифференциаци€ ведет к трансформации сексуальных импульсов и к развитию стыдливости в отношени€х между мужчинами и женщинами20. ѕока что мы должны довольствоватьс€ указанием на те общие линии св€зи, что ведут от описанных выше социальных процессов к подобным смещени€м порога стыда и чувствительности.

¬ новейшей истории «апада чувство стыда не одинаково встраивалось в человеческую психику. ƒостаточно привести один пример: подобное встраивание в рамках сословно-иерархического социального пор€дка во многом отличаетс€ от того, что мы находим в следующем за ним буржуазно-промышленном обществе. ѕриведенные выше примеры Ч прежде всего примеры различной степени стыдливости при обнажении21 Ч показывают такого рода изменени€. ¬ придворном обществе запрет на обнажение тела еще во многом имел сословные и иерархические границы, соответствовавшие общему строению этого общества. ќбнажение вышесто€щего в присутствии нижесто€щего на социальной лестнице, скажем, корол€ перед его министрами, столь же мало подлежало суровым социальным запретам, как и обнажение мужчины перед занимавшей низкий социальный ранг женщиной в предшествующую эпоху. Ёто соответствовало незначительной функциональной зависимости от лиц низшего ранга, следствием чего было отсутствие стыдливости перед ними; как замечает делла  аза, такое обнажение могло быть даже знаком доброго к ним расположени€. Ќапротив, обнажение человека перед вышесто€щими (либо Ч перед равными ему по рангу) все более становилось признаком непочтительности и изгон€лось из общени€; оно осуждалось как проступок, а потому индивид должен был его опасатьс€. “олько с падением стен сословного делени€, с усилением функциональной взаимозависимости всех ото всех, с выравниванием социального положени€ людей, только тогда обнажение в присутствии других постепенно становитс€ проступком уже не в небольших анклавах общества, а в обществе в целом. — малых лет на подобное поведение индивида налагаетс€ запрет, св€зываемый с таким страхом, что из его сознани€ совершенно исчезает социальный характер этого запрета Ч стыд кажетс€ ему требованием, идущим изнутри.

“о же самое можно сказать о чувстве непри€тного. ќно неотделимо от чувства стыда. ѕодобно тому как второе возникает в случае проступка, нарушени€ запретов, налагаемых своим Ђяї и обществом, так и первое по€вл€етс€, когда кто-то другой приближаетс€ к Ђопасной зонеї. „увство непри€тного вызывают формы поведени€, предметы, стремлени€, с ранних лет нагруженные страхом, Ч вплоть до того, что такой страх воспроизводитс€ автоматически в сходных с запретами детских лет обсто€тельствами, подчин€€сь своего рода Ђусловному рефлексуї. „увство непри€тного представл€ет собой неудовольствие или страх, возникающие, когда другой отходит от представленной в Ђ—верх-яї шкалы социальных запретов (или приближаетс€ к такому нарушению). “акие чувства будут тем многообразнее и обширнее по тематике, чем шире и дифференцированнее эта Ђопасна€ зонаї, ответственна€ за регулирование и моделирование поведени€ индивида, причем в тем большей степени, чем далее продвинулась цивилизаци€ в области поведени€.

¬ыше мы привели р€д примеров, показывающих, как с XVI в. все быстрее стал смещатьс€ порог стыда и чувствительности к непри€тному. ¬ это же врем€ данное изменение становитс€ предметом размышлений. “акой сдвиг совпадает по времени с ускоренным превращением высшего сло€ общества в придворное двор€нство. ÷епочки зависимостей индивида в это врем€ станов€тс€ все более плотными и длинными, люди все в большей мере оказываютс€ св€занными друг с другом, растет принудительна€ сила самоконтрол€. ¬месте с взаимозависимостью усиливаетс€ и наблюдение друг за другом; чувствительность, а тем самым и запреты, станов€тс€ все более дифференцированными, всеобъемлющими и многообразными. »ной способ сосуществовани€ порождает иной набор представлений о том, что должно вызывать стыд и ощущатьс€ как непри€тное в поведении других.

ћы уже указывали, что вместе с ростом разделени€ функций и усилившейс€ интеграцией уменьшаютс€ контрасты между различными сло€ми общества и странами, хот€ при этом растет число оттенков в способах моделировани€, в стил€х жизни людей, затронутых процессом цивилизации. Ётому соответствует развитие индивидуального поведени€ и чувствовани€. „ем больше сглаживаютс€ контрасты индивидуального поведени€, чем с большей силой самопринуждение сдерживает, вытесн€ет и трансформирует непосредственные прорывы удовольстви€ и неудовольстви€, тем больше становитс€ чувствительность к оттенкам и нюансам поведени€, тем чувствительнее люди к внешне не важным жестам и формам поведени€, тем более дифференцированно люди воспринимают и самих себ€, и внешний мир в тех сло€х, что ранее были скрыты покровом аффектов и не достигали сознани€.

¬озьмем, дл€ примера, Ђдикарейї, которые живут в сравнительно узком кругу жизненно важных дл€ них событий природной и человеческой среды. Ётот круг узок, поскольку цепочки зависимостей относительно коротки, хот€ в каком-то отношении они ничуть не менее дифференцированы, чем и у цивилизованных людей. ƒифференциаци€ будет различной у сел€нина, охотника или скотовода. ¬ любом случае мы можем сказать, что там, где речь идет о чем-то жизненно важном дл€ социальной группы, способность Ђпримитивногої человека различать происход€щее в лесах и пол€х (одно дерево от прочих, шумы, запахи, движени€) развита сильнее, чем у Ђцивилизованногої. Ќо дл€ Ђпримитивныхї людей само природное пространство еще в огромной мере представл€ет собой Ђзону опасностиї: их переполн€ет чувство страха, уже неведомое цивилизованному человеку. ќт этого зависит определение того, что подлежит дифференциации, а что нет. ѕереживание Ђприродыї, которое постепенно возникало в —редние века и ускоренно развивалось начина€ с XVI в., характеризуетс€ именно тем, что все большие пространства обитани€ станов€тс€ Ђзамиреннымиї; вместе с тем леса, луга и горы перестают быть зоной первостепенной опасности, откуда в жизнь индивида в любой момент могут ворватьс€ волнени€ и страхи. ¬месте с плотной сетью дорог, вместе с исчезновением разбойников и хищных зверей, вместе с превращением лесов и полей (перестающих быть местом, где происходит игра необузданных страстей, местом дикой охоты на людей и зверей, дикого наслаждени€ и столь же дикого страха) в пространство мирной де€тельности, моделируемое производством благ, торговлей и коммуникацией, Ђзамиренна€ї природа иначе видитс€ Ђзамиреннымї человеком. ѕодавление аффектов ведет к росту значени€ глаза как органа, служащего источником наслаждени€. ѕрирода становитс€ предметом эстетического созерцани€ дл€ людей Ч вернее, дл€ горожан, уже не св€занных с пол€ми и лесами в своей повседневной жизни. ѕрирода делаетс€ дл€ них местом отдыха, а сами они станов€тс€ чувствительнее, вид€т ее более дифференцировано, чем те люди, дл€ которых она была фоном дл€ игры необузданных страстей и полем опасности. “еперь они наслаждаютс€ цветами и лини€ми, им открываетс€ то, что обычно называетс€ красотой природы; их чувствам станов€тс€ доступны оттенки цвета и фигуры облаков, игра света на листь€х деревьев.

¬ ходе достижени€ мирного существовани€ мен€етс€ и чувствительность людей к поведению себе подобных. ѕропорционально отступлению внешних страхов растут страхи внутренние, страхи, порождаемые одним сектором человеческой души в св€зи с отношением к другим секторам. ¬нутреннее напр€жение ведет к тому, что люди начинают более дифференцировано воспринимать друг друга, чем раньше, когда в других они видели в первую очередь неизбежную опасность. “о напр€жение, которое ранее разр€жалось в пр€мом поединке, теперь превращаетс€ во внутреннее напр€жение и непрестанную борьбу индивида с самим собой. ќбщение с другими перестает быть прежней Ђзоной опасностиї, св€занной с тем, что обед, танцы или радость от беседы в любой момент могли обернутьс€ €ростью, схваткой и смертью. “еперь общение св€зано с опасностью иного рода Ч опасностью того, что индивид не сумеет сдержатьс€, что он может задеть чувствительность других, преступить собственную границу стыда или порог чувства непри€тного у других. Ёта Ђзона опасностиї находитс€ в самой душе любого индивида. »менно поэтому люди делаютс€ чувствительнее к тем нюансам, которые ранее едва входили в сознание. ѕодобно тому как природа стала гораздо большим, чем ранее, источником наслаждени€ дл€ глаз, так и другие люди станов€тс€ источником наслаждени€ или чувства неудовольстви€ от созерцани€, раздражени€, разных степеней чувства непри€тного. ”меньшилс€ непосредственный страх перед другим человеком, зато вырос внутренний страх, опосредованный наблюдением и Ђ—верх-яї.

ѕока повседневным и свободным остаетс€ применение оружи€ Ч вспомним тот или другой из приводившихс€ примеров, Ч то, как один прот€гивает другому нож за столом, особого значени€ не имело.  огда употребление оружи€ все более ограничиваетс€, когда внешнее принуждение и самопринуждение затрудн€ют вс€кие про€влени€ гнева или физического насили€, люди станов€тс€ намного чувствительнее ко всему тому, что хот€ бы напоминает о таком насилии.   Ђопасной зонеї приближает уже сам жест, напоминающий нападение, а потому непри€тное чувство вызывает один вид того, как один человек передает нож, направл€€ его острие на другого22. »з узкого круга людей Ђхорошегої придворного общества, где чувствительность сделалась даже престижным средством отличи€ от прочих, а потому всемерно культивировалась, запрет передавать нож острием вперед затем распростран€етс€ вширь на все цивилизованное общество. ѕри этом ассоциации с воинственностью сочетаютс€ еще с целым р€дом ассоциаций, проистекающих из влечений, нагруженных страхом.

ћы уже показывали, как постепенно ограничивалось употребление ножа, как это стало Ђопасной зонойї, св€занной с множеством мелких и крупных запретов. “рудно сказать, насколько отказ от физического насили€ был дл€ придворной аристократии внешним принуждением, а в какой степени он уже превратилс€ в самопринуждение. ѕри всех ограничени€х двор€не продолжали пользоватьс€ и столовым ножом, и шпагой. ќхота и убийство зверей еще оставались дозволенным и даже повседневным развлечением господ, а разделка туши за столом еще относилась к тому зрелищу, которое не достигало порога чувствительности. ¬месте с постепенным подъемом буржуазных слоев со свойственными им социальными функци€ми, с присущим им уровнем мирного сосуществовани€, с гораздо более совершенным превращением внешнего принуждени€ в самопринуждение разделка туш переноситс€ Ђза кулисыї общественной жизни. ’от€ в некоторых странах, прежде всего в јнглии, р€д древних обычаев сохран€етс€ или переходит в новые, все же опасные движени€ ножом оказываютс€ под запретом повсюду. ¬ этом отношении чувствительность продолжает расти.

Ёто лишь один пример той структурной трансформации психики, которую мы дл€ краткости назвали Ђпроцессом цивилизацииї. ¬ человеческом обществе мы нигде не найдем нулевого пункта страха перед внешними силами, равно как и нулевого пункта автоматически про€вл€ющегос€ внутреннего страха. ќни значат дл€ людей не одно и то же, но в конечном счете они неразрывно друг с другом св€заны. ¬ ходе процесса цивилизации один не исчезает, другой не возникает: мен€етс€ пропорци€, соотношение внешнего и внутреннего страха. —трах перед внешними силами не исчезает, но уменьшаетс€; всегда имеющийс€ Ч латентный или €вный Ч страх, проистекающий из напр€жени€ между влечением и Ђяї, становитс€ относительно более сильным, всесторонним, посто€нным. —видетельства смещени€ границы стыдливости и чувствительности, приводившиес€ нами в первом томе насто€щей работы, представл€ют собой простейшие и наиболее нагл€дные указани€ на общее направление и на структуру этой трансформации человеческой души. ≈е можно рассматривать и со многих других сторон: аналогичную структуру мы видим, например, в переходе от средневекового католического Ђ—верх-яї к Ђ—верх-яї протестантскому. «десь ничуть не менее заметно смещение к внутреннему страху. Ќужно помнить только об одном: ныне, как и всегда, все формы внутреннего страха взрослых св€заны со страхом детей перед другими лицами, со страхом перед внешними силами.





ѕоделитьс€ с друзь€ми:


ƒата добавлени€: 2015-05-06; ћы поможем в написании ваших работ!; просмотров: 1426 | Ќарушение авторских прав


ѕоиск на сайте:

Ћучшие изречени€:

—лабые люди всю жизнь стараютс€ быть не хуже других. —ильным во что бы то ни стало нужно стать лучше всех. © Ѕорис јкунин
==> читать все изречени€...

1329 - | 1296 -


© 2015-2024 lektsii.org -  онтакты - ѕоследнее добавление

√ен: 0.011 с.