слуга моей ноги --
Копье, что бросаю я в моих врагов! Как благодарю я моих
Врагов, что я могу наконец метнуть его!
Слишком велико было напряжение моей тучи; среди хохота
Молний хочу я градом осыпать долины.
Грозно будет тогда вздыматься моя грудь; грозно, по горам
Взбушует буря ее -- так придет для нее облегчение.
Поистине, как буря, грядет мое счастье и моя свобода! Но
Мои враги должны думать, что злой дух неистовствует над
Их головами.
Даже вы, друзья мои, испугаетесь моей дикой мудрости и,
Быть может, убежите от нее вместе с моими врагами.
Ах, если бы сумел я пастушеской свирелью обратно привлечь
Вас! Ах, если бы моя львица мудрость научилась нежно рычать!
Многому уже учились мы вместе!
Моя дикая мудрость зачала на одиноких горах; на жестких
Камнях родила она юное, меньшее из чад своих.
Теперь, безумная, бегает она по суровой пустыне и ищет,
Все ищет мягкого дерну -- моя старая дикая мудрость!
На мягкий дерн ваших сердец, друзья мои! -- на вашу любовь
хотела бы она уложить свое возлюбленное чадо! --
Так говорил Заратустра.
На блаженных островах
Плоды падают со смоковниц, они сочны и сладки; и пока они
Падают, сдирается красная кожица их. Я северный ветер для
Спелых плодов.
Так, подобно плодам смоковницы, падают к вам эти
Наставления, друзья мои; теперь пейте их сок и ешьте их сладкое
Мясо! Осень вокруг нас, и чистое небо, и время после полудня.
Посмотрите, какое обилие вокруг нас! И среди этого
Преизбытка хорошо смотреть на дальние моря.
Некогда говорили: Бог, -- когда смотрели на дальние моря;
Но теперь учил я вас говорить: сверхчеловек.
Бог есть предположение, но я хочу, чтобы ваше
Предположение простиралось не дальше, чем ваша созидающая воля.
Могли бы вы создать Бога? -- Так не говорите же мне
О всяких богах! Но вы несомненно могли бы создать
Сверхчеловека.
Быть может, не вы сами, братья мои! Но вы могли бы
Пересоздать себя в отцов и предков сверхчеловека; и пусть это
Будет вашим лучшим созданием!
Бог есть предположение; но я хочу, чтобы ваше
Предположение было ограничено рамками мыслимого.
Могли бы вы мыслить Бога? -- Но пусть это означает
Для вас волю к истине, чтобы все превратилось в человечески
Мыслимое, человечески видимое, человечески чувствуемое! Ваши
Собственные чувства должны вы продумать до конца!
И то, что называли вы миром, должно сперва быть создано
Вами: ваш разум, ваш образ, ваша воля, ваша любовь должны стать
Им! И поистине, для вашего блаженства, вы, познающие!
И как могли бы вы выносить жизнь без этой надежды, вы,
Познающие? Вы не должны быть единородны с непостижимым и
Неразумным.
Но я хочу совсем открыть вам свое сердце, друзья мои:
Если бы существовали боги, как удержался бы я, чтобы не
Быть богом! Следовательно, нет богов.
Правда, я сделал этот вывод; но теперь он выводит меня.
Бог есть предположение; но кто испил бы всю муку этого
Предположения и не умер бы? Неужели нужно у созидающего отнять
Его веру и у орла его парение в доступной орлам высоте?
Бог есть мысль, которая делает все прямое кривым и все,
Что стоит, вращающимся. Как? Время исчезло бы, и все преходящее
Оказалось бы только ложью?
Мыслить подобное -- это вихрь и вертячка для костей
Человеческих и тошнота для желудка; поистине, предположить
Нечто подобное называю я болезнью верчения.
Злым и враждебным человеку называю я все это учение о
Едином, полном, неподвижном, сытом и непреходящем!
Все непреходящее есть только символ! И поэты слишком много
лгут. --
Но о времени и становлении должны говорить лучшие символы:
Хвалой должны они быть и оправданием всего, что преходит!
Созидать -- это великое избавление от страдания и
Облегчение жизни. Но чтобы быть созидающим, надо подвергнуться
Страданиям и многим превращениям.
Да, много горького умирания должно быть в вашей жизни, вы,
Созидающие. Так будьте вы ходатаями и оправдателями всего, что
Преходит.
