Как к высшей ценности

Педагоги, используя столетиями нарабатываемые ди­дактические приемы, умеют довести ученика до высокого или среднего уровня ориентированности в какой-либо об­ласти знания, требуемого учебными планами и програм­мами. Они же, поставив школьника в определенные жест­кие рамки, могут добиться от него нужного им послуша­ния, хотя и дается им это намного труднее, чем создание у последнего принимаемой ими за истину системы знаний. А воспитывать у учащегося гуманистическое отношение ко всем людям — и ближним, и дальним — уважение и единство с семьей, с классом, со школой, словом, с кол­лективами, членом которых он является, а также со своим народом, со страной — это для большинства педагогов ока­зывается несравнимо более трудной задачей, чем две первые.

В чем же причины сложностей, с которыми сталкивают­ся обитатели, когда они пытаются сформировать у школь­ников ту или иную потребность, интерес к чему-либо или отношение в целом. Думается, что главная причина в том, что им не удается добиться нужного содержания знаний, соответствующих им переживаний и поведения.

Возьмем для доказательства справедливости этого утверждения положение с формированием у учащихся

знаний в области человековедения, чувств, которые они должны испытывать, вступая во взаимодействие с людьми, и их поведение при этом. Кто анализировал это положение, тот знает, что ни на уровне функционирования средств массовой коммуникации в масштабах страны, ни на уров­не действия педагогического корпуса во всех звеньях сис­темы народного образования, ни в просветительской дея­тельности различных общественных организаций, ориен­тированных на молодежь, не просматриваются, и в целом и в частностях, глубоко продуманные, последовательно целенаправленные и хорошо скоординированные попыт­ки формирования убеждения у учащихся и младших, и средних, и старших классов школы и учащихся всех других типов учебных заведений, что человек — это высшая цен­ность.

Столь же определенно можно утверждать, что во всех указанных общественно-государственных институтах, призванных формировать у молодежи объективную картину мира, нет четкой программы, реализация которой воору­жала бы учащихся действительно системой знаний о чело­веке как индивиде, как личности, как о субъекте деятель­ности и как неповторимой индивидуальности и о факто­рах, которые обусловливают их основные проявления и их развитие и дают возможность на это развитие влиять.

К сожалению, и повседневная будничная жизнедея­тельность детей, подростков, юношей не организована та­ким образом, чтобы, будучи постоянно включенным в нее, они накапливали опыт переживаний, которые бывают тог­да, когда они более и менее отчетливо осознают, что их уважают, ценят, любят, иногда они сами неуклонно обога­щали бы свою эмоциональную сферу положительными пе­реживаниями в результате собственного обращения с дру­гими людьми в соответствии с нормами гуманистической морали. И, наконец, у нас нет везде и всюду внедряемой практики систематического приучения и упражнения уча­щихся в таких формах поведения, которые означали бы, что они действительно ценят и уважают другого человека независимо от его возраста, пола, профессии, социального положения, национальной принадлежности.

История развития личности тех людей, у которых обна­руживалось стойкое положительное отношение к окружа­ющим, занимающее ведущее положение в структуре их личности и выступающее как потребность проникать в ин-

дивидуальное своеобразие каждого из них, быть к ним доб­рожелательными и проявлять подлинное творчество в об­ращении с ними, неизменно показывала, что обстоятель­ства их жизни и в дошкольные и в школьные годы были однозначно такими, что они обеспечивали развитие обо­значенного выше единства познавательного, эмоциональ­ного и поведенческого компонентов при взаимодействии с таким важным и обязательным элементом их повседнев­ного бытия, каким для каждого из них является другой че­ловек. И, вместе с тем,-тот же анализ истории развития личности давал убедительные факты того, что если форми­рование хотя бы одного звена в указанной триаде запазды­вало или оказывалось в противоречии с двумя остальными ее звеньями, стойко положительное и глубоко вписавшее­ся в структуру такой личности отношение ее к другим лю­дям, как ярко выраженная потребность, у нее не отмеча­лось.

Все люди, у которых сформировано отношение к дру­гому человеку как к высшей ценности, устойчиво проявля­ют интерес буквально к каждому человеку, который встре­чается им на жизненном пути. Они фиксируют прежде все­го положительные психические свойства в их личности. Они сочувствуют и сопереживают им. Наконец, у них про­является постоянная готовность и способность на дейст­венную помощь каждому нуждающемуся в ней.

Если теперь рассмотреть факторы, которые формируют и развивают отношение учащегося к другому человеку как к высшей ценности, то они дают нужный результат, если число их необходимо и достаточно, и они действуют во взаимодействии друг с другом. Прежде всего среди них следует различать макро-, мезо- и микрофакторы. Первые среди них по значимости — господствующий в обществе, в котором живет и развивается как личность школьник, ре­альный тип взаимоотношений между людьми, и работает ли он на укоренение в каждом молодом человеке отноше-. ния к другому человеку как к высшей ценности или же, на­оборот, способствует развитию отношения противопо­ложного характера. Если в этом аспекте объективно оце­нить наше бытие в настоящее время, то из-за кризиса политического, экономического, национального, кото­рый переживает наше общество, условия для формирова­ния отношения к другому человеку как к высшей ценности для нашей молодежи в высшей степени неблагоприятны.

Размытость конечных целей, к которым должно идти наше общество, нахождение за чертой бедности большей части населения нашей страны и в том числе молодежи, усиление центробежных тенденций среди народов, живу­щих в нашем государстве, никак не работают на учащение проявлений гуманистической психологии.

И следующие макрофакторы, проявляющиеся в обще­ственном сознании: идеология, ставящая в центр всей дея­тельности общества всестороннее развитие способностей и удовлетворение потребностей человека, общечеловече­ская высокая мораль, право, оберегающее интересы чело­века, религия, проповедующая принцип «полюби ближне­го своего как самого себя», эстетика, возвеличивающая красоту и ценность человека, — не занимают в нашем об­ществе доминирующего места. И государственные и обще­ственные институты, материализующие через свою деятель­ность эти формы общественного сознания и призванные приобщать к их содержанию индивидуальное сознание, решают эту задачу без должной последовательности и без попыток глубоко продуманной координации своих дейст­вий. А ведь и последовательность, и координация особен­но важны именно сейчас, когда с переходом на рыночные отношения, парадом суверенитетов, питающим рост на­ционализма, часто проявляется не принцип «другой чело­век — высшая ценность», а принцип «другой человек — не­друг или орудие, которое надо использовать в своих инте­ресах».

Если теперь остановить наше внимание на мезофакто-рах, от которых зависит формирование у школьника отно­шения к другому человеку, то это содержание образова­ния, которое он получает, особенно в той его части, где речь идет о взаимоотношениях людей, об их воздействии друг на друга, о психологических механизмах этого воздей­ствия, о критериях духовности и моральности человека, о его ответственности перед обществом и перед другим чело­веком, и ответственности и долге общества перед ним. По­нятно, что на формирование отношения к другому челове­ку эта часть образовательной программы влияет должным образом, если содержание ее пронизано гуманизмом.

Однако, если опять же оценивать положение дел с обес­печением через это звено образования формирования от­ношения к другому человеку как к высшей ценности, то фактически эта цель в содержание входящих в учебные

планы учебных предметов на совершенно определенном уровне осознанности не заложена и реализуется лишь эпи­зодически при прохождении некоторых разделов литера­туры, истории, этики и психологии семейной жизни и не­большого ряда других дисциплин.

Мезофактором следует считать и содержательную на­полненность и форму организации воспитательной систе­мы в республике, регионе, городе или в каком-либо другом населенном пункте, в котором проживает школьник. И здесь, из-за раскола Союза, из-за забвения принципов интернационализма и коллективизма и проповеди и во­площения на практике индивидуализма, не удается эф­фективно формировать у молодых людей и отношение к человеку как к высшей ценности.

К микрофакторам, от которых зависит формирование у школьника отношения к другому человеку как к высшей ценности, с полным правом следует отнести его семью, школу, класс, в котором он учится, и педагогов, которые его воспитывают, референтную для него группу других сверстников и взрослых, которые оказывают на него лич-ностно формирующее влияние.

Какими характеристиками отличаются взаимоотноше­ния в семье, в систему которых оказался включенным ре­бенок с момента своего рождения и дальше, от этого в бо­льшей мере зависит, какое отношение воспитывается у не­го к другому человеку. Как мать и отец его, его бабушка и дедушка отзываются в его присутствии о других людях, доброжелательны ли они к ним, действенно ли приходят к ним на помощь в трудную минуту, как они относятся к самому ребенку, какое мнение его о других людях под­держивают, а какое отвергают, каким переживаниям его при этом дают ход, какое поведение при взаимодействии его с другими людьми поощряют, а какое осуждают, все это сказывается на том, развивается ли у ребенка отношение к другому человеку как к высшей ценности или нет. И очень затем важно, в каком соответствии друг к другу оказывают­ся отношения к другим людям, прививаемые к ребенку в семье, с теми отношениями, которые культивируются в школе, в которой ребенок учится несколько лет. Они ведь могут оказаться гуманистическими только на словах. Учи­теля его могут не владеть педагогикой сотрудничества, а постоянно практиковать авторитарный стиль воспитания. И в классе, в который попал ребенок, может господство-

вать не атмосфера движения к высокой духовности и стремление к нравственному поведению, а культ физиче­ской силы, подавления сильными слабых. Естественно, что в таких условиях отношение ребенка к другому челове­ку как к высшей ценности формироваться не будет.

Будет ли легко идти это формирование или, наоборот, наталкиваться на внутренние барьеры, это будет зависеть от того, какими окажутся у ребенка товарищи вне школы, а также взрослые за пределами его семьи и школы (напри­мер, руководители спортивных секций, различных круж­ков во внешкольных воспитательных учреждениях). Если они будут авторитетны в его глазах и на уровне, соответст­вующем их возрасту и положению, а также с поправкой на индивидуальность каждого будут проявлять гуманность в своих контактах с другими людьми, то этим самым для ребенка-школьника будет еще одно основание для разви­тия у него отношения к другому человеку как к высшей ценности.

Однако при этом постоянно надо иметь в виду, что в ре­альной жизни именно такое глобальное отношение ко всем людям у развивающейся личности, так сказать, одно­линейно не формируется.

Начинается все в случае правильного воспитания с уста­новления такого отношения ребенка к самым родным и близким людям, и содержание, и формы его проявления соответствуют возрастным особенностям ребенка. К осталь­ным людям, которые попадают в его окружение и никак не способствуют удовлетворению его интересов и потребно­стей, он может относиться как к чужим и не будет прояв­лять к ним благорасположения в своем поведении.

Естественно, что при наличии личностно благоприят­ных условий общения и совместной деятельности со все новыми людьми и у младшего школьника, и у подростка, и у юноши гуманное отношение к другому человеку будет развиваться и укрепляться. Однако круг людей, объединя­емых в сознании ребенка, подростка, юноши категорией «мы», растет постепенно и не так скоро, столь же медленно сокращается в его сознании и круг людей, объединяемых категорией «они». И может случиться так, что, например, подросток может задержаться в развитии у него гуманного отношения к другим людям на стадии, когда оно проявля­ется лишь в общении с близкими родственниками и с теми сверстниками, которые входят в референтную для него

группу. Что же касается взаимодействия его с другими лю­дьми, то у него могут наблюдаться равнодушие, а иногда и жестокость. С фактами, подтверждающими это положе­ние, мы нередко встречаемся в теперешней жизни, когда подростки, живущие в одном микрорайоне города, не тро­гают «своих», но грубо, а иногда и бесчеловечно обходятся с подростками, проживающими в других микрорайонах города или с учащимися других школ и т. д.

Из-за каких-то глубоко травмирующих психику пере­живаний от взаимодействия с отдельными лицами, пред­ставляющими определенные профессии, пол, возраст, на­циональность, у учащихся может сложиться резко негатив­ное отношение ко всем представителям той или иной группы. И в то же время при наличии глубоко положитель­ных переживаний от общения с отдельными лицами, пред­ставляющими определенные социальные группы людей, у них может, из-за ограниченности опыта общения, ка­кое-то время проявляться однозначно положительное от­ношение ко всем лицам из этих групп.

Таким образом, в реальной жизни у многих учащихся имеет место сосуществование разных уровней сформиро­ванное™ отношения к различным категориям людей. Эмоционально-ценностные оценки их оказываются очень неодинаковыми, и это прямо сказывается на поведении детей, подростков, юношей по отношению к людям, пред­ставляющим ту или иную социальную группу.

Особенно характерна картина сосуществования у школь­ников сформированности отношений к другим людям, различающихся по уровням для настоящего времени, ког­да в учебно-воспитательном процессе при значительном объеме негативных впечатлений, накапливающемся у уча­щихся от общения с разными и всякими людьми, целена­правленно и последовательно не используются социаль­но-психологические механизмы, которые могут эффек­тивно сработать на развитие у каждого учащегося отношения к другому человеку как к высшей ценности, а именно: убеждение, заражение и подражание.

Что касается убеждения, то о недостатках в использова­нии этого механизма в учебно-воспитательной работе с учащимися речь частично уже шла выше. Чтобы здесь был успех, необходимо согласованное воздействие макро-, мезо- и микрофакторов, о которых уже говорилось, на ум, чувства и волю учащихся,

Здесь, действуя через все возможные каналы на созна­ние учащихся, важно не только доказывать, почему гуман­ное отношение к другому человеку — ярчайший показа­тель нравственной воспитанности того, кто такое отноше­ние проявляет, но и важнейший резерв для дальнейшего духовного обогащения и совершенствования личности — носительницы такого отношения, потому что при гуман­ном, доверительном отношении к нему другой человек по­казывает все лучшее, что накопила его душа, что дал ему нажитый жизненный опыт.

Воздействия, направленные на развитие у школьника отношения к другому человеку как к высшей ценности, чтобы стать убеждениями, должны обязательно не просто задевать, а захватывать эмоциональную сферу учащегося. А для этого нужны не только идеи, а и обязательно люди, способные своим примером увлечь ребят, побудить к ак­тивной работе те социально-психологические механизмы заражения и подражания, которые были упомянуты выше. Ведь, как известно, зажигает только тот, кто сам горит.

Чтобы формируемое у школьника убеждение в необхо­димости высокогуманного отношения к другим людям стало действительно регулятором его поведения, для этого крайне существенно создание ситуаций, которые ставили бы ребенка, подростка, юношу в условия, когда они совер­шали поступки, свидетельствующие об их товариществе, самоотверженности при защите слабых, милосердии, чут­кости и уважении, интернационализме и о наличии у них многих других качеств, подтверждающих, что в их лично­сти интенсивно идет развитие отношения к другому чело­веку как к ценности.

Естественно, что на этом пути у школьников любого возраста бывают и могут быть личностные проявления и противоположного характера, например, обнаружатся за­висть, стремление покуражиться над беззащитным, черст­вость, высокомерие, слабодушие перед неправедной силой и др.

Разумеется, старшими — родителями и педагогами — должна вестись продуманная работа, направленная на инициирование и закрепление у детей, подростков, юно­шей поведения, выражающего высокогуманное отноше­ние к другим людям, и подавляться и искореняться поведе­ние, являющееся антиподом первому. И чем богаче и раз­нообразнее будет педагогическая инструментовка этой

работы и чем продуманнее и тоньше будут учитываться при ее проведении индивидуальные особенности лично­сти школьника, тем скорее придет желаемый воспитатель­ный результат. И здесь нельзя рассчитывать на то, что успех принесет одна лишь «парная педагогика»: ребенок — родитель, ребенок — учитель. Как и при решении других воспитательных задач и в этом случае нужны теснейшая координация усилий семьи и школы, непосредственных воздействий на ребенка, подростка, юношу авторитетных для них взрослых и непременное привлечение к решению этой задачи ребячьего коллектива.

О последнем воспитательном факторе я бы хотел ска­зать особо, потому что в последнее время в педагогической печати наметилась тенденция приглушать его воспитате­льное значение, а между тем понятно, что если в классном или в школьном коллективе непоказной гуманизм в обще­нии педагогов с учащимися подкрепляется гуманизмом в обращении учащихся друг с другом, и их коллектив дает немедленно отпор надругательствам над честью и досто­инством любого своего члена или вообще любого челове­ка, тогда формирование у каждого школьника отношения к другому человеку как к высшей ценности происходит бо­лее активно: каждый школьник — член коллектива — си­льнее побуждается к сознательной выработке у себя такого отношения.

И еще важно, проводя всю эту работу, не увлечься од­нолинейно направленными усилиями на формирование у школьника нужного отношения к другим людям в отрыве от развития всех других отношений в структуре его лично­сти. Например, чтобы учащийся хорошо учился, надо до­биваться, чтобы побуждениями для него были бы не толь­ко интерес к знаниям или стремление самоутвердиться, но и желание доставить удовлетворение дорогим его сердцу людям, а бережливое отношение к материальным ценно­стям побуждалось бы пониманием, что они нужны не толь­ко ему, но и другим людям.

Если обобщить все сказанное выше о формировании у школьника отношения к другим людям как к высшей ценности, то станет ясно то, что насколько продвинутым окажется развитие у него этого качества, как, впрочем, и каким будет развитие в целом его личности, это будет зави­сеть от того, каким воздействиям он подвергнется в про­цессе социализации, то есть влияниям так сказать, стихийно

 

идущим от общества, в котором он живет, какие воздейст­вия он будет получать при целенаправленном воспитании его и как он сам будет отвечать на все эти воздействия, то есть каким будет воспитание им самого себя.