Неужели мрак никогда не кончится?
Сжав свой посох, он посмотрел вниз. В надвигающейся битве он должен показать себя так хорошо, как возможно. Он не должен подвести.
Но, несмотря на решительность, он не мог забыть глаза Елены. После битвы на нижней палубе она держалась так, как будто все в порядке, и сказала, что она понимает его, что она прощает его, что он по-прежнему остается ее братом. Но он увидел что-то другое в ее глазах. Больше он не был столь близок ее сердцу, как раньше. И он знал, что эту рану даже драконьей крови не исцелить никогда.
Он попытался сосредоточиться на другом разочаровании. Грешюм умер. Джоах был уверен в этом: он ударил тогда в слепой ярости, и черный огонь сжег тело темного мага дотла. Но это принесло Джоаху мало удовлетворения… пожалуй, даже наоборот. Несомненно, он ненавидел Грешюма всей душой. Темный маг украл у него все: родителей, молодость, женщину, которую он любил… даже глубокую связь с сестрой. Но он понимал, что важный ключ к его собственной личности был утрачен навсегда этим утром.
«Что я мог бы сделать из тебя…»
Ему не давали покоя эти последние слова Грешюма. Со смертью темного мага погибла и всякая надежда на понимание глубины и широты своей собственной магии. Джоах покачал головой. Пока его сердце кровоточило, в тлеющих янтарных углях разгорался гнев.
Возможно, Елена действовала слишком поспешно. Если бы она только подождала…
– Ты готов? – нарушил ход его мыслей Арлекин.
Джоах вернулся в реальность.
Внизу две армии – огры и силура – ждали сигнала к началу последней атаки на яму. Они прокладывали себе дорогу вперед этим долгим утром, словно камень, выброшенный из кратера. Теперь армии остановились, чтобы передохнуть, залечить раны и подготовиться к последнему прорыву.
Местность внизу была зловеще тиха. Лишь гром рокотал над выжженной долиной. Весь мир, казалось, затаил дыхание.
– Джоах? – спросил снова Арлекин.
Обернувшись, Джоах оглядел палубу. Все собрались, сумки на месте, оружие в ножнах или в чехлах. Он встретил взгляд Елены. Она ободряюще кивнула ему. Она была в черных сапогах и темном плаще, под стать рыцарю рядом с ней. Джоах уловил блеск рукояти, украшенной розой, на ее бедре. Под плащом Елена держала Кровавый Дневник, готовая встретить восход луны.
В ее взгляде Джоах различил тень сомнений за ободрением. Он не подведет.
– Труби сигнал атаки, – сказал он шпиону.
Арлекин Квэйл махнул Толчуку. Огр, стоя у ограждений правого борта, поднял изогнутый бараний рог к губам.
– Пусть это начнется, – прошептал Джоах сам себе.
Рог огласил долину, и снизу ему ответил рев.
Армия огров устремилась стеной дубин и мускулов к зияющей яме. Позади них темным облаком поднялись крылья – силура взлетели в небо.
– Началось, – проговорил Арлекин то, что все и так знали. План принадлежал коротышке, но воплотить его должен был Джоах.
Джоах напитал свой посох кровью. Серое дерево побледнело. Зеленые кристаллы вспыхнули по всей его длине. Джоах поднял посох и ударил им по настилу палубы.
Он услышал, как где-то далеко Арлекин крикнул что-то капитану «Феи Ветра». Корабль под его ногами скользнул вперед. Среди собравшихся поднялись возгласы удивления. Он не обернулся: он знал, что они увидели.
Эльфийский корабль устремился вперед, а на его месте остался его близнец. Для того, кто смотрел снизу, «Фея Ветра» не меняла своего положения в небе. Корабль летел вперед, и его движение скрывало облако и иллюзия. Это были те же чары, которые Джоах использовал ранее, чтобы застать Грешюма врасплох, – трюк, обман зрения. Джоах молился, чтобы на этот раз результат был более успешным.
Корабль летел вперед, паря над двумя армиями. Затем впереди, из туманов, появился легион монстров, выпрыгнув и вылетев, чтобы встретить нападение. Ветер наполнился криками битвы. Завывания и повергающие в дрожь безумные звуки поднялись, словно пар над водой.
Но корабль летел дальше, не замечаемым никем и не видимый никому.
В один миг битва под килем исчезла, забрав с собой окружающий мир. Пейзаж внизу превратился в море туманов, крутящихся в водовороте. Капитан направил корабль к центру. Корабль проплыл над ямой и устремился вниз, словно пойманный водоворотом.
– Все вниз! – крикнул Эррил. – К веревкам и блокам!
Джоах смотрел вниз еще мгновенье. Хотя он знал, что корабль скрыт иллюзией, он чувствовал, как что-то огромное смотрит на них – бездна тьмы, из которой нет спасения. Она как будто звала его. Он обнаружил, что склонился над ограждением, завороженный колеблющимися туманами.
– Джоах! – проговорил Арлекин рядом с ним, касаясь его локтя. – Время.
Его прикосновение заставило Джоаха оторвать взгляд от бездны, но он не мог с такой же легкостью отделаться от чувства нависшего рока. Он поежился и плотнее запахнулся в плащ.
– Ты в порядке? – спросил коротышка, увешанный колокольчиками.
Джоах кивнул:
– Я в порядке.
Что значит еще одна ложь на этом отвратительном бесконечном пути?
Глава 25
Каст приготовился взлететь с «Сердца Дракона», и в этот момент рядом с ним разгорелся спор. Хант стоял на палубе и тянул за собой к дракону маленькую Шишон.
– Я не пойду без Родди! – кричала она.
Хант опустился на одно колено:
– Мы должны. Опасно брать с собой даже тебя.
Позади них, положив могучие руки на маленькие плечики Родрико, стоял Верховный Килевой, отец Ханта. За ним виднелся Ксин вместе с дородным шаманом Билатусом.
Потребовалось целое утро, чтобы оценить опасность, которую представляла собой лоснящаяся тварь, притаившаяся у Южных Врат. Пришлось заново обдумать стратегию. Вороны сновали между кораблями в море и в воздухе, словно стрелы.
Каст был в центре всей этой суматохи. Потеря дракона стала серьезным ударом, поскольку хоть Каст по-прежнему мог летать по воздуху в этом виде, он не был одаренным летуном. Ему потребовалась огромная концентрация, чтобы добраться до корабля, и приземлился он неуклюже, почти упав на палубу. Несмотря на то что он выглядел как Рагнарк, он не был Рагнарком.
После того как его сообщение наконец было передано, благодаря могучему дару Ксина читать тайны в сердцах других, планы быстро изменили. Эскадра эльфийских Грозовых Облаков теперь должна была идти перед морским флотом. Они атакуют тварь магическими ударами-молниями своих килей и попытаются вытащить ее на открытое пространство. Корабли Дреренди нападут с моря, используя катапульты. Под их прикрытием мираи и их драконы преодолеют волнолом, форсируют иззубренную Корону Блэкхолла и попадут в лагуну по ту сторону. Если тварь попытается сбежать по воде, драконы будут поджидать ее, чтобы дать чудовищу бой. И, как только монстр будет окружен, его атакуют со всех сторон, пока не будет одержана победа.
Утро огласил звук трубы.
Каст поднял голову. Шесть Грозовых Облаков уже поднимали паруса, чтобы плыть вперед. Он не смог сдержать драконий рев. Его сердце болело от беспокойства о Сайвин, которая осталась одна на черных берегах. Серебряные когти вонзились в палубный настил. Он уже слишком задержался здесь. Каждый удар гигантского сердца – еще одно мгновение, которое Сайвин провела в опасности.
Детский крик вернул его к окружающей действительности.
– Шишон, прекрати бороться со мной, – лицо Ханта было красным, как и его алая рубашка. Каст заметил, каким измотанным выглядел сын Верховного Килевого. Его черный плащ висел тряпкой на его покатых плечах. Его скулы стали выступать заметнее. Пока он был одержим, тварь внутри Ханта искала способ причинить ему вред: заставляла его отказываться от еды, вызывала рвоту, заставляла царапать себе лицо и рвать волосы. Но, держа за руку Шишон, Хант становился собой снова – высокий, гордый, волосы заплетены в воинский узел.
Однако Каст, чьи чувства заострились в облике дракона, ощущал запах страха Ханта. Мужчину пугало знание того, кем он станет без ребенка. Поэтому сейчас он сжимал руку Шишон. Ребенку придется отправиться с ними на остров. Чтобы Хант освободился с помощью дыма вулкана, ему придется полететь с Кастом, и Шишон придется составить им компанию.
Между тем битва продолжалась.
– Родди должен идти! – закричала Шишон в хмурый день. Ребенок отказывался идти куда-либо без своего друга, даже на дьявольский остров.
Родрико не разделял ее чувства. Он притаился в тени Верховного Килевого, его глаза расширились от страха. Он прижимал цветущий стебель к груди. Цветок рдел под подбородком мальчика, сердцевина его пурпурных лепестков яростно пылала.
Касту уже осточертело это промедление. Он помнил страх Сайвин. Это было словно кинжал в сердце. Довольно! Пламя гнева в его груди вырвалось таким ревом, который едва не свалил с ног всех, кто стоял рядом.
Лицо Шишон лишилось красок. Хант прикрыл ее собой, словно боялся, что Каст нападет на нее. Родрико бросился к ногам верховного килевого и спрятался под его плащом.
Только на Ксина эта вспышка не произвела впечатления – на его лице была широкая улыбка.
– Дракон потерял терпение. Он ревет из-за страха за свою любимую женщину. Это огнем написано в его сердце.
Вновь Каст оценил талант человека из племени зулов.
Шаман Билатус вытер лоб. Он обратился к Ханту:
– Ты не можешь сражаться с ребенком весь путь до острова. Каст сможет безопасно доставить туда вас обоих. Если Шишон будет спокойнее с Родрико, тогда пусть будет так.
Каст зарычал, выражая согласие, кивая головой.
– Мы подвергаем мальчика ненужному риску, – возразил Верховный Килевой, распрямляя плечи, словно приготовившись защитить мальчика.
Билатус указал на Блэкхолл:
– Мы все находимся в тени этого проклятого пика. Мальчик уже подвергается риску.
Верховный Килевой сузил глаза, не слишком убежденный. Билатус подошел ближе к своему владыке.
– Шишон дала нам ключ, чтобы разомкнуть темницу твоего сына. Если бы она не настаивала, чтобы цветок мальчика окунули в дым…
Верховный Килевой отмахнулся от его слов:
– Я в долгу перед девочкой.
– И ты в долгу перед семью богами морей. Ребенок благословлен даром рэйджор мага. Она слышит шепот за горизонтом. Они говорят через нее.
Губы Верховного Килевого сложились в тонкую линию.
– Нам следует слушать ее сейчас, – твердо сказал Билатус.
Верховный Килевой выдохнул.
– Тогда пусть будет так.
Он высвободил мальчика из своего морского плаща, затем похлопал его по плечу:
– Иди с Шишон и Хантом.
Родрико не сдвинулся с места – статуя с большими круглыми глазами.
Верховный Килевой опустился на колено:
– Ты Дреренди, ведь так? Кровавый Всадник.
Мальчик медленно кивнул.
– Тогда ты должен сделать свое сердце таким же стойким, как скала в шторм. Таков наш путь. Ты можешь сделать это для своего Верховного Килевого?
В глазах Родрико стояли слезы, но он издал невнятный звук, похожий на согласие.
– Вот хороший мальчик.
Верховный килевой повернул Родрико кругом и подвел его к Ханту. Он сурово посмотрел на сына:
– Береги детей.
– Даже ценой моей жизни, – пообещал Хант. Он подхватил Родрико одной рукой.
Шишон последовала охотно, ее боевой пыл сменился воодушевлением.
– Мы поедем на драконе! – она выдохнула всей грудью. – Конечно, я ездила на одном раньше.
Они сели на спину Каста. Он поднял чешуи рядом с лодыжками Ханта, чтобы тому было проще удержаться на месте. Высокий мужчина, в свою очередь, усадил детей перед собой, удерживая их ногами и обвив руками.
– Доброго пути! – крикнул Билатус.
Каст расправил крылья и приготовился прыжком подняться в небо. Но рядом распахнулась дверь.
– Подождите! – из люка выбрался мастер Эдилл с сумкой в руках. – Подождите… Возьмите это с собой.
– Что это? – спросил Хант, когда старейшина прихрамывающей походкой подошел к ним.
Мастер Эдилл задыхался, на его лице была боль.
– Для Сайвин.
Верховный Килевой нахмурился, когда Хант взял сумку, но мастер Эдилл был столь же нетерпелив, как и Каст.
– Ступайте! – крикнул старец. – Ступайте!
Каст оттолкнулся ногами. Хант сгорбился, прижимая к себе детей. С толчком ног и взмахом крыльев они поднялись с корабля в воздух.
Каст раскрыл крылья, доверяя инстинктам дракона. Крылья поймали ветра, дующие прочь от корабля. Он чувствовал тяжесть всадников на спине и старался быть осторожным, чтобы они сохраняли равновесие, когда он поймал теплый восходящий поток над кипящим участком моря. Хотя его сердце рвалось к черным берегам и Сайвин, он держал ровный темп.
Шишон кричала от восторга, а Родрико скорее тревожно стонал.
– Открой глаза! – вопила Шишон, перекрикивая ветер.
– Нет! – отвечал Родрико.
Черная гора закрывала горизонт перед ними и медленно – слишком медленно – вырастала, приближаясь. Им надо было добраться до берега и доставить Ханта к одному из столбов дыма. Как только Хант будет, как они надеялись, исцелен, он останется с детьми и Сайвин в укрытии. Каст будет нести стражу в воздухе и наблюдать за нападением на чудовище во вратах.
Пока войска мираи будут проходить через разрыв в скалистой Короне, за Сайвин, Хантом и детьми будет выслан спасательный отряд. После этого Каст включится в битву.
Как сообщил Ксин, Тайрус с армией дварфов уже достигли Северных Врат. Их целью было соединить два войска внутри горы. Точка пересечения была определена исходя из карт, предоставленных Арлекином Квэйлом.
После того как Сайвин и остальные будут в безопасности, Каст попробует пробраться в врата-пещеру. Если можно будет выгнать оттуда притаившегося внутри монстра, он промчится через врата, чтобы разведать, что ждет их войска впереди.
Таков был план. Но Каст участвовал в сотнях военных кампаний и морских битв, когда плавал по Проклятым Отмелям с Дреренди. Он знал, что очень редко планы воплощались в жизнь без срывов. Поэтому на сердце у него было тревожно.
Над головой проносилась эскадра Грозовых Облаков, их стальные кили ярко пылали во мраке дня. Молнии уже вспыхивали, пробегая по корабельной оснастке, когда капитаны кораблей посылали энергию в выкованную магией сталь, готовясь к атаке. Шесть кораблей летели тесной группой – стрела, нацеленная на врата.
Каст вылетел из их тени, слегка сместившись на запад, туда, где он оставил Сайвин. Он постепенно набирал скорость, и вскоре они промчались над отмелями и заскользили низко над лагуной. Впереди протянулся пустынный пляж черного песка.
Сердце грохотало в его ушах. Где же Сайвин? Пока он яростно осматривал скалы и песок, он молился, чтобы оказалось, что он прилетел не на тот участок берега, и одновременно страшился этого. Конечно, она бы заметила их приближение и вышла из укрытия.
Добравшись до берега, Каст сложил крылья и вытянул ноги, чтобы приземлиться, и, пробежав, остановился в рыхлом песке. Но он едва заметил, как удачно приземлился. Из его горла вырвался рев разочарования.
Затем сквозь биение молота его сердца до него донеслись слова Ханта:
– Она там!
Каст развернулся, взметнув когтями фонтан песка. Вдалеке на берегу он заметил стройную фигуру, спрыгнувшую со скал. Сайвин! Сквозь него пронеслась волна облегчения. Он, должно быть, промахнулся мимо цели. Он проклял остров за его однообразную береговую линию, но чувство облегчения заставило его опьянеть от радости.
По берегу Сайвин мчалась к ним, и ее ноги разбрасывали песок. На бегу она перешла в поисках более твердой почвы на мокрый песок там, где вода набегала на берег.
Только после этого Каст заметил ее преследователей.
Они выглядели как четыре валуна, перекатывающихся позади нее – массивные и корявые. Они мчались за ней на огромных задних ногах, прыгая, словно злобные жабы. Тот, что бежал первым, завывал, разевая пасть, которая разрезала его голову от уха до уха. Рот обрамляли клыки, больше похожие на кинжалы.
Каст сбросил всадников с плеч. Хант, уже наполовину спешившийся, упал на песок на колени, продолжая прижимать к себе детей обеими руками.
Свободный от бремени, Каст прыгнул вперед, преодолев расстояние до Сайвин одним скачком, и ревом возвестил о своей ярости чудовищам.
Твари осторожно замедлили скорость, дав Сайвин подбежать к Касту.
«Иди к Ханту!» – заревел он ей.
Не возразив ни слова, она побежала под одним из его крыльев, низко пригнувшись, чтобы ее прикосновение не превратило его вновь в человека.
«Будь осторожен, любовь моя», – послала она ему мысль, уходя.
Осторожность – это не то, о чем он сейчас думал. Им правили поднявшиеся на поверхность инстинкты дракона. Его кровь кипела от гнева. Его зрение заострилось, когда он сосредоточился на своей жертве.
Словно заметив его внимание, первое из чудовищ прыгнуло к длинной шее дракона, раскрыв пасть и сверкая зубами. Эти твари, судя по всему, никогда не имели дела с драконами. Каст схватил похожее на жабу чудовище еще в воздухе, сильно сжал, глубоко вонзая клыки. Кости треснули. Каст встряхнул тварь, с удовлетворением услышав еще один хруст, затем швырнул безвольное тело в лагуну.
Еще два напали одновременно. Один метил в его горло, другой – в живот.
Первого Каст отбросил ударом крыла. Другой был раздавлен серебряными когтями и скрылся под песком, когда Каст перенес вес всей своей массы на одну ногу. Чудовище, которое было отброшено назад, упрямо прыгнуло снова, но только для того, чтобы встретиться с челюстями Каста. Он перекусил шею твари и бросил лишенное головы тело. Оно слепо скребло лапами по песку, потом задрожало в агонии.
– Каст! – закричала Сайвин позади.
Он обернулся и обнаружил, что четвертая и последняя тварь проскользнула мимо него во время боя и теперь с плеском пробиралась по отмели, чтобы добраться до более легкой добычи.
Хант стоял дальше на берегу, прикрывая собой двоих детей и Сайвин. В одной руке он держал меч, в другой – маленькую ладошку Шишон. Они не решались разорвать контакт.
Чудовище прыгнуло к ним. Хант попытался увернуться, но его ноги зацепились за ноги Шишон, и оба упали.
Родрико остался стоять в шаге перед ними, застыв от ужаса. Сайвин, сама упавшая на колени, потянулась к нему, чтобы убрать мальчика с пути чудовища, но монстр уже был в воздухе, прыгнув к смертельно бледному ребенку.
Пронзительно вскрикнув, паренек вытянул навстречу монстру свое единственное оружие – пламенеющий цветок.
– Родди! – вскрикнула Шишон в ужасе.
Каст помчался по берегу к ним, но знал, что не успеет. Массивное чудовище приземлилось на мальчика.
– Родди!
Но вместо того, чтобы быть раздавленным, мальчик остался стоять между лап чудовища, которое теперь было не более чем изваянной из дыма копией самого себя. Затем даже она превратилась в бесформенное облако.
Внутри облака дыма яростным огнем сиял цветок Родрико, его лепестки распустились. Затем дым, казалось, втянулся в пылающий цветок, его высосала сердцевина цветка, а Родрико стоял, живой и здоровый, на песке, сжимая цветок.
Сайвин притянула его к себе:
– Родрико, ты в порядке?
Каст подошел к ним, когда Хант и Шишон уже поднялись на ноги. Он посмотрел, нет ли где других нападающих.
– Магия цветка спасла его, – проговорила Сайвин.
Каст издал низкий грудной рык: «Или, возможно, это был сам мальчик. В нем течет кровь его матери, Мрачного духа».
Сайвин кивнула:
– Магия гиблого дыма на этом острове, должно быть, усилила жуткую часть его сущности; она вытягивает саму суть из живых существ.
«Как дым вытянул Рагнарка из меня».
– И сималтра из меня.
Каст обвел взглядом пляж в поисках затаившихся чудовищ, настороженный магией, что сочилась здесь отовсюду, как пот через кожу при лихорадке.
Неожиданно тишину расколол рокот далекого грома. Землю встряхнуло под их ногами, затем снова прозвучал гром.
Каст повернулся на восток. Яркие вспышки прорезали небо над склонами горы.
– Что происходит? – спросила Сайвин.
«Эльфийские корабли атакуют чудовище в воротах. Битва начинается».
Гром продолжал грохотать, и Хант объяснил их план, пока Каст продолжал внимательно наблюдать за происходящим.
– Если они атакуют, – сказала Сайвин, – нам бы лучше отвести Ханта к одной из дымящихся трещин. Они пронзают землю выше по берегу. Я узнала это, пока осматривала береговую линию.
«Предполагалось, что ты останешься в укрытии», – проворчал Каст, теперь понимая, как те твари нашли ее.
Сайвин нахмурилась, затем повела их прочь.
Он зарычал, тяжело вздохнув. Сайвин была не из тех, кто следует наставлениям. Но он не мог жаловаться: если бы она не ослушалась собственную мать, они никогда бы не встретились.
Сайвин шагала по вышедшей на поверхность земли породе туда, где из маленькой трещины поднимался тоненький столб пепла и дыма.
Пока Каст стоял на страже, Хант сунул руку в дым. Эффект последовал незамедлительно. Он начал задыхаться, дрожь прошла по всему его телу. Шишон, все еще державшую его за руку, отбросило назад.
Хант упал на руки и колени, застонав. Затем одной бесконечной судорогой его вырвало на песок. На его губах остался след крови. И он еще долго стоял, согнувшись, тяжело дыша, покрывшись потом и дрожа, а дети вцепились в Сайвин.
Наконец Хант сел на пятки, рукой вытирая лицо и лоб.
– Хант? – напряженно спросила Сайвин.
Он просто кивнул. Шишон вырвалась из рук Сайвин и кинулась к Ханту:
– Червяки ушли!
«Ты уверена?» – безмолвно спросил Сайвин Каст. «Я думаю, мы должны верить Шишон. Она знает. – Сайвин повернула к нему лицо, в ее глазах светилась теплота. – Как ты знал обо мне».
Каст смотрел в ее глаза. Как он мечтал о ее прикосновении, которое превратит его снова в мужчину, и он сможет обнять ее. То же желание сияло и в глазах Сайвин. Но слишком велика была опасность. Дракон был нужен как страж. Они не будут рисковать.
Наконец Хант поднялся; его шатало, но он быстро обрел равновесие.
Отдаленный грохот грома теперь был практически нескончаемым. Сейчас, когда остальные были в безопасности, в Касте росло желание выяснить, что происходит: дрожь земли и рокот в небесах над головой толкали его к этому.
«Драконы скоро будут здесь, чтобы забрать вас всех в безопасное место», – сказал Каст своим спутникам.
– Ханта и детей – возможно, – ответила Сайвин, стоя к нему спиной. Затем она повернулась, держа сумку, присланную мастером Эдиллом. Она вытащила длинное мерцающее одеяние. – Это костюм из кожи акулы, – объяснила она. – Используется моим народом для погружения на глубоководье. С перчатками и капюшоном он закрывает все тело. – В дополнение к костюму она вытащила длинный пояс, украшенный множеством маленьких существ, похожих на морские звезды. Он узнал в них крошечное парализующее оружие, используемое мираи.
Каст наблюдал, как Сайвин быстро скользнула в облегающий кожаный костюм.
Она натянула одну из перчаток.
– Мастер Эдилл знал, что я не захочу покидать тебя. – Она коснулась его носа затянутым в кожу перчатки пальцем.
Он вздрогнул, ожидая вспышки магии, но ничего не произошло. Он остался драконом.
– В этом костюме я могу ехать верхом на тебе.
«В этом нет нужды, – возразил он. – Я могу оставаться драконом без тебя».
Она нахмурилась.
– Я иду. – Она натянула вторую перчатку. – Дракон ты или нет, я бы не хотела, чтобы ты меня оставил.
Хотя часть его собиралась спорить дальше, глубоко внутри он испытал облегчение. После того как они провели в разлуке полдня, он очень не хотел разлучаться с ней снова.
Прежде чем кто-либо успел сказать еще что-нибудь, Хант указал на лагуну:
– Драконы!
Над отмелями появилась пара нефритовых драконов, поднявшись с шумными выдохами. Их всадники выплюнули дыхательные трубки.
– Торопитесь! – крикнул один. – Путь через Корону становится все опаснее с каждым мигом!
– Что происходит? – крикнул Хант, с плеском пробираясь вперед.
Всадник покачал головой:
– Нет времени. Мы должны идти.
Обостренные чувства Каста уловили их страх. Глаза по-прежнему смотрели на восток. Их опасения хлынули в него потоком.
Хант подхватил Шишон и Родрико и направился к одному из драконов. Однако Шишон вырвалась.
– Нет, подожди!
Она упала на мелководье, затем потянулась к Родрико. Девочка схватила его цветущую ветвь, явно забыв, что мгновенье назад маленькая вещица убила чудовище в сотню раз больше нее.
Она подняла ветку, рассматривая ее, затем подняла лепесток, чтобы открыть маленький бутон, укрытый под большим цветком. Она осторожно потрогала его. Не больше пальца, его пурпурные листья были тесно прижаты друг к другу.
Каст внутренне нахмурился. До этого бутона не было; Каст был в этом уверен. Он сам нес ветку. Должно быть, бутон появился по время действия магии. Он испугался за девочку и издал предупреждающий рык.
На него не обратили внимания. Шишон зажала бутон между пальцев и просто оторвала его.
– Эй! – закричал на нее Родрико. – Это мое!
Шишон усмехнулась:
– Тебе не нужны два цветка, Родди! Ты просто жадная свинья!
– Я не жадная свинья!
Шишон подошла к Сайвин:
– Сюда. – Она положила закрытый бутон в затянутые перчатками руки Сайвин.
– Что ты хочешь, чтобы я сделала с этим? – спросила Сайвин.
Шишон пожала плечами:
– Это твое. Родди надо научиться делиться. Так говорит Мадер Гиль.
– Нет! – взорвался Родрико позади нее. – Ты жадная свинья!
Хант снова подобрал своих подопечных, пока эта парочка продолжала спорить. Он передал Родрико одному из всадников и сел позади другого вместе с Шишон. Всадники показали им, как использовать воздушные баллоны. Хант поднял руку, прощаясь, затем драконы вернулись в более глубокую воду и исчезли.
Сайвин положила нераспустившийся бутон в карман и подошла к Касту:
– Пора и нам уходить.
Снова он помечтал о том, как обнимет ее, но до них по-прежнему доносилось эхо грома, и появились новые звуки: стук камней и голос боевого рога. На борту кораблей Дреренди были катапульты, но с чем им пришлось столкнуться?
Сайвин залезла на Каста, устроившись у основания его шеи. Он чувствовал тепло ее кожи через тонкий костюм, несмотря на свою толстую чешую.
– Ты готов? – прошептала она.
Из его груди поднялся рев.
– Тогда лети, мой дракон, лети.
Он поджал ноги и повиновался, взлетев вверх взрывом мускулов и скорости. Через их связь – связь дракона и всадника – он чувствовал ее веселье. Она наклонилась ближе, ее тепло сплавило их сердца, и ее чувства смешались с его собственными.
Их тела стали единым целым. «То же было и с Рагнарком?» Не удивительно, что дракон так любил ее.
Каст поймал теплый поток воздуха и по спирали взлетел над берегом. Мир раскинулся перед ними.
На востоке он заметил пять Грозовых Облаков. Пока он смотрел, вспышка молнии сорвалась с киля одного из кораблей, чтобы нанести удар внизу, но Каст был еще недостаточно высоко, чтобы увидеть цель. Склон горы по-прежнему закрывал от него гавань.
Дальше к югу за скалистой Короной расположился флот Дреренди. Боевые орудия с резким звуком перебрасывали камни и пылающие бочки со смолой через отмели к лежащим в тени берегам. Другие корабли, поменьше, проходили через брешь в разорванной Короне, чтобы занять свои позиции в лагуне с помощью ведущих их драконов.
«С чем они сражаются?» – спросила Сайвин, и ее вопрос был эхом его собственных мыслей.
Он поднялся выше, скользя над горой. И осажденный южный порт предстал его взору.
Притаившееся во вратах чудовище в самом деле было выгнано из убежища на открытое место. Сайвин выдохнула.
Маслянистая тьма струилась по обветшалому городку, текла по улицам, словно живое озеро черноты. Она растекалась тысячей потоков, наползала на гавань и причалы, подергивалась рябью в темных водах лагуны.
И по-прежнему выползала наружу и ползла по берегам.
– Что это? – спросила Сайвин.
Ответ пришел достаточно скоро. Черная масса конвульсивно дернулась, затем из этой тьмы появилась целая армия: люди и чудовища. Они выпадали из тьмы, выступали из нее, рождались из чрева лоснящегося чудовища. Оставались лишь тонкая привязь, прикрепляющая каждого солдата к его хозяину.
В лагуне из водных глубин неожиданно поднялись сотни кораблей, опутанных черными змеями. Мертвецы поднимались с покрытых водорослями палуб, за ними также тянулся след черноты – они были рабами своего хозяина.
– Армия мертвых, – пробормотала Сайвин в ужасе.
Затем они увидели самое худшее: в центре укрытого саваном городка из влажной могилы поднялся еще один корабль – с разбитым корпусом, с изломанным килем. Каст узнал пропавшее «Грозовое Облако». Теперь оно поднималось, но не при помощи стихийного сияния своего киля, а на извивающемся столбе маслянистой тьмы. На его палубе медленно вставали моряки – эльфы, за которыми тянулся след черных привязей, теперь – рабы.
– Как мы можем сразить легион, который уже мертв?
На берегу поток тварей хлынул из черного чрева лоснящейся твари, все из Блэкхолла, рабы тьмы: одна армия, одна цель.
И все новые потоки этого проклятия устремлялись вперед из врат.
Сайвин произнесла то, что было на сердце у Каста:
– Мы обречены.
* * *
– Поторопитесь, парни! – обернувшись, закричал Тайрус, мчавшийся на своей кобыле по последнему отрезку Черной Дороги.
