Луч фонарика скользнул по бронированной двери, выхватил из тьмы символ. Кажется, зодиакальный.
На выход не похоже, но Андрей все же на всякий случай дернул ручку. Заперто.
– Ой, смотри, Андрюша! – Надин пальчик указал на знак, начертанный на двери. – Такая же картинка, как у мамы на животике. Я у нее сама видела. Мама сказала, что это у нее тату… татурировка.
– Татуировка, – автоматически поправил брат.
И в этот миг два и два сложились в его голове. Интересно, как он раньше не понимал: это необъяснимое сходство таинственной Иры Исаевой и его Наденьки, одинаковый коэффициент интеллекта… Да, его мама носит другое имя, но, похоже, так произошло со всеми девочками.
Так что же получается: Ира Исаева – это их мама, а они с Надей, как Андрей и боялся, оказались в «Логосе» совсем не случайно!
Дзинь, дзинь…
Это проклятый Петрушка или звенит у него в ушах? Возможно, второе, при таких обстоятельствах немудрено и сбрендить.
– Андрюш, мы идем? – дернула его за руку Надя.
– Да, да, конечно, – он отер рукой лоб, на котором внезапно выступил холодный пот, и потянул сестру прочь. Кажется, выход был где‑то вон в той стороне.
На этот раз Андрей оказался прав. Вот и каменные ступени. Брат и сестра выбежали из подземелья прямо в лес, и в лицо тут же ударили колючие снежинки. Андрей поежился. Не слишком приятно попасть на мороз в одной школьной форме. Хорошо хоть на Наде курточка. Он торопливо достал из карманов куртки сестры небрежно засунутые туда шапочку с помпоном и шарф и заботливо укутал девочку.
– Надевай варежки, и побежали! – велел он.
* * *
Второго удара замок не выдержал и развалился. Дверь распахнулась.
– Вот и хорошо, – пробормотал Макс. Он вошел внутрь и направился прямиком к металлическому шкафу. Тот, конечно, тоже оказался закрыт, зато на столе среди прочих инструментов имелся ломик.
– Макс, не надо! – попыталась остановить парня Даша.
– Еще как надо! – он упрямо покачал головой. – С пустыми руками я туда не сунусь! Надя с Андреем там внизу, одни. Они убьют их, как убили Савельича, и Тему, и судью, и этих несчастных сирот.
Говоря это, Морозов просунул ломик в щель у дверцы шкафа и изо всех сил нажал. Импровизированный рычаг сработал. Дверца поддалась, открывая нутро шкафа, где висело несколько ружей. Макс выбрал одно из них, а еще прихватил горсть патронов.
– Ну, теперь мы сами с ними покончим – раз и навсегда! – сказал он, не обращая внимания на испуганных друзей.
* * *
И все же, несмотря на предостережения врача, Лена встала. Она не могла больше находиться в этой комнате, в этой постели… Первым делом женщина отправилась искать завхоза. Впрочем, искать Галину Васильевну не требовалось – ее сильными сторонами как раз были предсказуемость и пунктуальность. Лена отыскала Галину Васильевну в ее обычном уголке на кухне.
– Галина Васильевна!.. – окликнула она.
– Что тебе? – ответила та грубо.
Лена зашарила рукой, нащупывая стул, и без сил опустилась на него.
– Я… хотела сказать вам, что Егор не нападал на меня. Я потеряла сознание, упала… Он хотел помочь…
– Не надо мне рассказывать, каким он был, – прервала ее завхоз. – Я знала его намного лучше тебя.
– Я не виновата, что так получилось… – пыталась оправдаться Лена.
Галина Васильевна отвернулась.
– Я же просила тебя не приближаться к нему, – проговорила она глухим голосом.
– Но вы же сами дали мне музыкальную шкатулку. Разве вы не хотели, чтобы я его вспомнила? – возразила Лена.
– Лучше бы ты этого не делала.
– Мне жаль…
– Ничего тебе не жаль! – Галина Васильевна снова заговорила резко, не скрывая застарелой неприязни. – Вот скажи, ты призналась кому‑то, что Егор – твой брат? Виктору или полиции?
Лена молчала.
– Вот и убирайся! И оставь меня в покое! – выкрикнула Галина Васильевна, опуская голову на руки.
Уходя, Лена слышала глухие рыдания…
Она вошла в свой кабинет, посмотрела в белесое окно, за которым бесконечным хороводом кружились снежинки. Холодно. Очень холодно. Холодно и страшно.
Зазвонил мобильник. Лена посмотрела на экран и поморщилась: опять Паша. Как же он достал за последнее время! Как не понимает, что от его сочувствия и действительно собачьей преданности ей только тяжелее.
Лена села за стол и задумалась, но вскоре новый звонок отвлек ее от невеселых мыслей. Звонил врач. Женя сообщил, что тест на отцовство сделан. Вероятность того, что отец – Виктор, составляет 98 %. Значит, у них действительно могли быть общие дети… Могли быть…
Крылова машинально, чтобы только занять себя чем‑то, разобрала на столе бумаги, включила компьютер и зачем‑то вошла в почту. Последнее из полученных писем опять было от Паши.
«Когда же это закончится!» – пробормотала она и вышла из кабинета.
Тем временем Поляков направлялся как раз в кабинет директора, чтобы взять необходимые документы. Он понимал тяжелое состояние Лены и старался дать ей немного передохнуть, взяв на себя большую часть работы.
Открыв дверь кабинета, Виктор с удивлением посмотрел на стол: все вещи разложены совсем в другом порядке, чем он помнил. Ну и где теперь счета?.. Он принялся методично просматривать бумаги и вдруг обратил внимание, что компьютер не выключен.
На экране висело письмо, которое Поляков прочитал совершенно машинально:
«Лена, перестань прятаться от меня! Я хочу быть уверен, что с тобой все в порядке. Ты прекрасно знаешь, что я имею на это больше прав, чем твой муж».
– Я имею больше прав, чем твой муж… – пробормотал потрясенно Виктор.
* * *
Сегодня, в первый день каникул, учителя позволили себе расслабиться. В библиотеке уже накрыли стол.
Виктор Николаевич вошел и сразу плеснул себе коньяку.
– Однако! Такими темпами нам через полчаса гонца снаряжать придется! – присвистнул Павел, глядя, как Поляков одним махом опорожнил полную рюмку.
– Паш, – Виктор сел и поставил локти на стол. – Лена мне изменяет.
– Да?.. – физрук опустил взгляд. – И с кем же?
– Какая разница! – махнул рукой Виктор, едва не столкнув со стола бутылку. – Не знаю…
Павел взял с блюда кружок колбасы, пожевал, мрачно глядя на друга.
– Вить, а ты не думаешь, что это – твоя вина? – наконец спросил он. – Признайся хотя бы себе: ты никогда не любил ее по‑настоящему. Ты тоже ее обманывал.
– Паш, я не понимаю… – Поляков наполнил рюмку заново и тут же выпил ее залпом. – Ради Лены я отказался от другой женщины… я…
– А почему ты это сделал? – перебил его друг. – Потому что любил Лену или потому что с Машей тебе ничего не светило?
Виктор не ответил. К счастью, в этот момент появились Каверин с Войтевичем. Странно, кажется, они подружились, по крайней мере Поляков часто видел их вместе.
– Ай‑ай‑ай! Начали без нас! Как не стыдно! – покачал головой математик. – Ну да ничего, догоним. Разливайте.
* * *
Ребята наблюдали за происходящим из‑за балюстрады лестницы. Похоже, преподаватели засели в библиотеке надолго. Вход в подземелье был перекрыт.
– Пошли отсюда. Пройдем через дверь в лесу, – решительно сказал Максим, сжимавший в руках добытое ружье.
– Но как мы найдем это место в темноте? Там метель. Подождем немного. Они допьют и наверняка уйдут, – урезонила его Даша, и остальные с ней согласились.
* * *
– Андрюш, мы заблудились! – Надя едва не плакала. Она шла, спотыкаясь, из последних сил пробиваясь через глубокий снег.
– Да нет же. Вот и тропинка! – обрадовался он и, видя, что сестра едва идет, подхватил девочку на руки. – Скоро придем. Раз есть тропинка, значит, ее кто‑то протоптал.
Тропинка вела на обочину лесной дороги. А там… Там в кювете, накренившись, стоял пузатый автобус с хорошо знакомым знаком «Логоса».
Изнутри слышались голоса.
Двери были закрыты, пришлось ударить по ним ногой.
– Надя! – послышался радостный голос, и на шею Наденьке бросилась Алиса.
– Что случилось? – спросил Андрей, оглядывая взволнованных школьников и лежащего без сознания водителя. Его лицо и свитер были залиты кровью.
– Мы ехали, ехали, а потом упали, – объяснила девочка. – Анна Михайловна сказала, чтобы мы ждали здесь, а сама ушла искать помощь.
– Дети! – Авдеев оглядел взволнованных младшеклашек. – Сейчас Надя расскажет вам, как она побывала в подземном царстве. Я скоро вернусь, ничего не бойтесь.
Он взял с сиденья куртку водителя – все равно она пока тому не понадобится – и снова вышел в метель.
– Анна Михайловна! – звал он, нагибаясь под порывами ветра. – Анна Михайловна, где вы?!
Андрей уже почти не надеялся и до хрипоты сорвал голос, когда издали послышался слабый отклик. Авдеев кинулся на крик и нашел Анну, лежащую на снегу. Ее нога попала в капкан.
– Помоги! – прошептала учительница.
– Сейчас, сейчас!
Авдеев отыскал толстую палку и с трудом разжал крепкие металлические челюсти.
Нога Анны Михайловны была залита кровью. Похоже, идти девушка не сможет, и Андрей подхватил ее на руки, удивляясь, какая она легкая – прям как девочка.
– Скоро придем, – успокаивающе бормотал он, неся учительницу через метель. – Уже совсем скоро.
И когда по лицу замелькали отсветы полицейских мигалок, едва не заплакал: неужели они действительно дошли!
* * *
– Они и до утра не уйдут. Все же идем через лес! Больше ждать нельзя! – понял Макс.
Делать и вправду было нечего, и ребята, одевшись, спустились в холл. Однако выйти на улицу они так и не успели, поскольку дверь распахнулась, и появилась целая процессия во главе с Андреем.
– Ну ты и напугал нас, чувак! – даже Максим не смог скрыть радости, а Даша и Вика бросились Андрею на шею.
– Что случилось? – спросила Даша, когда первая волна радостной суеты немного схлынула.
– Я был в подземелье, – Андрей потер голову. – И на меня напал Петрушка. Потом мы с Надей шли через лес и наткнулись на школьный автобус. Авария, вот дети и вернулись, – он кивнул на галдящих учеников, их как раз привезли к школе полицейские машины. – Водителя забрала «Скорая». И Анну Михайловну. Она попала в капкан.
Теперь, когда испытания были позади, Андрей наконец мог позволить себе немного расслабиться и услышал, как стучат его собственные зубы.
– Да он же совсем замерз! Пойдемте в комнату! – опомнилась Вика, и ребята повели Андрея наверх.
* * *
– Виктор, можно тебя на минутку? – позвала его Лена.
Поляков, пьяно пошатнувшись, поднялся из‑за стола и последовал за ней.
– Что‑то случилось? – спросила Крылова обеспокоенно.
– Да, случилось… Мы с тобой женаты несколько дней, и это не лучшие дни в моей жизни. В общем, не хочу тебя больше обманывать. Я тебя не люблю и теперь знаю, что ты тоже меня не любишь. В общем, нам надо расстаться, – произнес он, ни разу не сбившись.
– Виктор! Пожалуйста, только не сейчас! – Лена попыталась схватить его за руки, заглянула в глаза.
– Нет, прости. Я люблю другую женщину.
Поляков сказал это и ушел, оставляя за спиной напряженную звенящую тишину.
* * *
Время для встречи со связным было не самым подходящим. За окном бушевала метель. Однако что делать?.. Володя скрутил картины и аккуратно упаковал их в кофр.
Он покинул школу через окно и направился к месту встречи.
Из‑за сплошной завесы снега видимость оказалась почти нулевой. Володя заблудился, но хуже всего оказалось то, что земля под его ногами вдруг дрогнула, и он полетел в пропасть.
* * *
– Галина Васильевна, а где Володя? – окликнула завхоза Маша.
– Без понятия, – пожала плечами та. – Поищи сама. Сейчас нужно занять детей… Где там этот Петрушка?..
Из коридора послышался тихий перезвон.
– А вот и он! – улыбнулась Галина Васильевна. – Пора раздавать сладости.
Когда Петрушка принес детям целое блюдо всяких сладостей, Андрей уже переоделся, и ребята спустились вниз в надежде раздобыть чего‑нибудь горячего.
Лицо скомороха было по‑прежнему скрыто маской, зато на рукаве вместо одного из колокольчиков торчала нитка.
– Это он! Это он напал на меня! – прошептал Андрей ребятам.
Внезапно свет в столовой начал мигать, и Петрушка, подхватив фонарь‑свечу, двинулся из помещения.
– Он уходит! Идем за ним! – сжав зубы, проговорил Максим.
Ребята так и сделали.
Петрушка прошел через холл и, войдя на кухню, поставил свечу на стол.
– Вернулся, – приветствовала его Галина Васильевна. – Ну иди, помогу разоблачиться.
Она потянулась, снимая с Петрушки колпак и маску. Ребята затаили дыхание. Неужели они наконец узнают, кто стоит за всем этим ужасом, что обрушился на школу и на их собственные плечи… Неужели сейчас взглянут в лицо подонку и негодяю?..
Вот маска уже сброшена.
– Байрон! – выдохнул Макс, потрясенно оглянувшись на друзей.
– Виктор Николаевич?.. – не поверила Даша.
Андрей смертельно побледнел, но не сказал ни слова.
– Пойдемте, пойдемте, пока он нас не заметил! – Вика потащила ребят прочь от кухни, поэтому они не увидели, как их враг размотал кушак пестрого костюма и стащил с себя косоворотку.
– Одного бубенчика не хватает, – заметила Галина Васильевна.
– Да я и так звенел, как корова на альпийском лугу, – отмахнулся Виктор. – Про колокольчик не меня, Войтевича спрашивайте. Пусть Константин Викторович сам объяснит, где его посеял. Налей‑ка мне лучше чаю с лимоном, а то я, похоже, и вправду коньяку немного перебрал…
– Уже наливаю! – Галина Васильевна заваривала в кружке с ситечком ароматный чай.
* * *
– Володя, ты здесь? – позвала Маша, открывая дверь в его комнату.
И тут чья‑то сильная рука втащила ее внутрь. Маша скосила глаза, ожидая, что это очередная эксцентричная выходка странного повара, но нет: она не знала этого высокого плотного человека.
– Молчи, если хочешь жить! – предупредил он.
Маша кивнула.
– Ты Маша? – спросил он. – А я смотрю, наш Илюша неплохо тут устроился.
– Что вам здесь нужно? – прошептала Мария.
– Илья. Вы называете его Володей. Так где он? – мужчина вытащил из кармана пистолет и приставил дуло к виску девушки.
– Я не знаю! Честное слово! – Машу охватывала паника, но она еще пыталась держать себя в руках. – Это из‑за картин, да?
– Вот болтун, – покачал головой здоровяк. – Ну, молись, подруга, если твой Володя не появится в ближайшее время – тебе крышка.
По щекам у Маши катились слезы. Похоже, на этот раз все действительно кончено.
* * *
– Ну все, с меня хватит! – Макс схватил припрятанное ружье и двинулся к выходу из комнаты. – Сейчас я все узнаю. Этот чертов Байрон сам мне все расскажет!
– Макс!
– Максим, не надо!
Но Морозов не слушал друзей.
* * *
С потолка свисала лампочка. Свет от нее резал глаза, и женщина жмурилась, никак не в силах привыкнуть к этому навязчивому освещению, горевшему здесь и день, и ночь.
Да, комнату привели в условный порядок и даже попытались создать видимость уюта: старая домашняя мебель, портреты в рамах, кровать под балдахином…
Но все равно это была клетка, стеклянный колпак, которым накрыли ее и ребенка.
– Спи, спи, мой маленький, все будет хорошо… – приговаривала женщина, баюкая малыша.
Дверь лязгнула и открылась. На пороге показался пожилой, интеллигентного вида мужчина. Константин Викторович – так он велел называть его.
– Я хотел справиться, не нужно ли тебе что‑нибудь, – спросил он, поправляя очки.
Женщина медленно покачала головой. После того, как она узнала о гибели своих детей – Андрея и Наденьки, – ей не нужно было уже почти ничего… Да и в пищу, похоже, что‑то добавляли, от чего она все время проводила словно в полудреме.
Наверху бахнуло.
– Это выстрел? – равнодушно спросила женщина.
– Нет, Ира, петарда. Народ Масленицу празднует.
– Масленицу?.. Значит, уже весна?.. – чуть удивленно спросила она. Младенец завозился, зачмокал губами, и женщина, забыв обо всем, вновь склонилась к нему.
Посетитель постоял над ней некоторое время, глядя, как она кормит ребенка, а потом ушел, не забыв тщательно запереть металлическую дверь с зодиакальным знаком Близнецов.
На «Логос» опускалась ночь, а в старом плеере Темыча, неожиданно найденном Ромкой за тумбочкой, звучала песня:
«Кто‑то хитрый и большой
Наблюдает за тобой».
Продолжение следует…
[1] Хранилище золотых запасов США.
