Глава пятая. Библейский взгляд на ислам

Как выработать библейский взгляд на ислам? Несмотря на все усилия, мы не сможем приступить к миссионерской деятельности, не имея четкого библейского представления об исламе. Поэтому, как бы ни было трудно, нужно на­стойчиво искать божественный ответ в самой Библии.

Из пророчеств Нового Завета мы узнаем, что для ны­нешнего новозаветного века будет характерно множество лжеучений и ересей. Мы должны постоянно хранить в на­шей памяти определенные места из Библии: учение Госпо­да о последних днях, встречу Павла со старейшинами в Эфесе (Деян.20), его пророчества (2Фес. и в 1 и 2Тим), про­рочество Петра (2Пет.2) и предупреждение Иоанна Бого­слова об Антихристе. Все они не оставляли места для само­успокоенности Церкви, увещевали ее быть готовой к встре­че со лжеучениями, которыми будет изобиловать наш век.

Когда мы говорим об исламе, мы не можем дать ему исчерпывающего определения. Это не христианская ересь, поскольку еретические группы, хотя бы внешне, признают некоторые библейские истины в качестве выс­ших и окончательных. Кроме того, большинство ересей, появившихся в христианстве, предпочитают называть себя христианскими. Ислам же претендует на обладание последней книгой божественного откровения, которая отменяет все предыдущие. Как известно, эта религия стала именовать себя "ислам", что означает полное под­чинение воле Аллаха.

Есть что-то таинственное в зарождении ислама. Нель­зя не задать вопрос: что это за религия, откуда? Ведь Гос­подь единовластен во всей вселенной — откуда же про­изошел ислам?

Трудно найти какую-то совершенно определенную причину возникновения ислама, но есть неоспоримые фа­кты, которые послужили толчком к появлению этой теи­стической мировой религии. И с ними нельзя не считать­ся. Нельзя забывать и нельзя вновь повторять те ошибки, которые допускала ранняя Церковь. История Церкви в целом и история Восточной Церкви в частности особенно важны для ясного понимания предмета. Мы не сможем сформулировать четкие принципы христианской миссии среди мусульман сегодня, если не будем хорошо разби­раться в истории Церкви.

Вот некоторые факторы, которые способствовали воз­никновению ислама: 1. Неспособность ранней Церкви оз­накомить арабский мир с подлинным содержанием Св. Писания. 2. Неспособность ранней Церкви сохранить чи­стоту веры и постичь искупительную суть Библии. 3. Уникальные условия, способствовавшие деятельности Мухаммеда и раннему распространению ислама.

Неспособность ранней Церкви ознакомить арабский мир с подлинным содержанием Св. Писания

К концу VI века Церковь Востока (восточной части Рим­ской империи), по всей видимости, утратила свое влия­ние и свой миссионерский пыл. Арабы, проживавшие под сенью Церкви в Сирии и Палестине, фактически бы­ли незнакомы с истинным Писанием. Правда, некото­рые арабские племена в южной Сирии приняли христи­анство, но их влияние на арабский мир юга было ничто­жным. Церковь Йемена, поддерживавшая прочные свя­зи с эфиопской Церковью, не сумела распространить Благую весть среди арабских племен севера. И, что са­мое печальное, ранняя Церковь не сумела дать арабам Библию на их родном языке! Дж. В. Суитмен в своей книге "Библия в исламе" писал: "Шестьсот лет прошло со времени хождения Иисуса по земле, но никто так и не перевел Библию на арабский. Проповедники, которые там были, не боялись ни лишений, ни опасностей, как например, Иаков Барадей (Baradaeus), Иаков Всадник, который отправлялся в самые отдаленные места, пол­ный решимости провозглашать неисчерпаемые сокрови­ща Христа. Но не было драгоценного Слова на знакомом им языке. Очень немного было тех, кто умел бы записать или прочитать его.

Арабского языка как письменного еще не существова­ло. Только появлялись первые буквы, заимствованные из сирийского алфавита. И первой великой книгой стал Ко­ран, который принес Мухаммед. Насколько все было бы проще, если бы первой книгой, переведенной на новые письменные языки, стал Ветхий и Новый Завет! Харак­терное название, под которым иудеи и христиане были известны арабам, — "народы Книги", т. е. народы Биб­лии. И то, чем они были знамениты, было зарыто, как клад, вместо того, чтобы быть посеянным и давать всхо­ды". (Sweetman J.W. The Bible in Islam. L.: British and Foreign Bible Society, 1956.)

Нельзя сказать, что ранняя Церковь не проявляла ак­тивности в переводе Библии. Фактически вся она была до­ступна на нескольких языках как восточным, так и за­падным христианам. Латинский ("Вульгата"), сирий­ский, египетский, армянский переводы существовали до появления ислама. Но как-то никто не удосужился пере­вести Библию на арабский.

Вернемся к трезвому анализу д-ра Суитмена: "Вот в чем трагедия Церкви во времена возникновения ислама. Истина требовала, чтобы в ту эпоху, когда дух Мухамме­да сливался с нуждами людей, когда он ощупью шел к То­му, Кто мог дать спасение и объединить, он имел перед со­бой истинные иудейские и христианские Писания. Вме­сто этого ему не оставалось ничего, кроме как узнавать понаслышке от неосведомленных или малосведущих хри­стиан то, о чем говорят Писания".

Эти слова жизненно необходимы нам, отправляющим­ся миссионерствовать среди мусульман. Там, где потерпе­ла крах ранняя Церковь, должны победить мы: стремить­ся сегодня донести до мусульман Слово Божье во всей его полноте. Однако наша задача стала очень трудной. Как пишет Суитмен, "Для любого человека, знакомого с Кора­ном, совершенно очевидно, что Мухаммед знал, о чем го­ворится в Библии. По-видимому, он считал, что слышан­ное им от иудеев и христиан и есть содержание Библии. Но могла ли у него быть хоть малейшая гарантия этого, когда сами христиане, пренебрегая Библией, довольство­вались романтическими сказаниями о нашем Господе?"

Приведя удручающие примеры того, что даже руково­дители Церкви небрежно обращались с содержанием Би­блии, д-р Суитмен продолжает: "Что важно и, на наш взгляд, трагично, — так это появление перевода Ветхого и Нового Завета на арабский спустя целое столетие после пережитого Мухаммедом на горе Хира. Очевидно, пер­вым был перевод с латыни, выполненный в Испании Ио­анном Севильским в начале VIII столетия... Самым ран­ним переводом, который мне довелось держать в руках, является перевод, сделанный в XI веке христианином из Багдада,—поистине труд, исполненный веры и дарова­ния, но, увы, появившийся с таким опозданием!"

Поскольку арабский пророк не имел доступа к ориги­налу Ветхого и Нового Завета, он не смог донести до сво­его народа Благую весть Книги и сообщить им о Мессии. Поэтому, согласно Суитмену, "в сознании Мухаммеда появился сомнительный Христос, а не Христос канониче­ских Писаний". Последствия этой трагедии сохраняются по сей день, и мы не можем не считаться с этим.

Разрешите мне еще раз обратиться к блестящему труду Суитмена. "И вот, спустя определенный период времени, в течение которого Писание все еще оставалось неизвест­ным, мусульмане представили новую трактовку Ветхого и Нового Завета, попавшего к ним в руки от нерадивых христиан. Конечно, благодаря этому в Коране упоминает­ся Писание. Но в то же время, когда мусульмане начина­ют читать истинную Книгу, они обнаруживают расхожде­ния с той, к которой давно привыкли. "Это Евангелие рас­сказывает, как в действительности Иисус умер; следова­тельно, оно не может быть инджил, который завещал Му­хаммед. То было откровение, которое Бог дал Иисусу, книга, свидетельствующая о пророческом даре Иисуса; а эта состоит из нескольких книг его учеников по имени Матфей, Марк, Лука и Иоанн". А посему, заключают они, эти писания не являются оригиналом Евангелия, а лишь искаженным откровением иудеев и христиан".

Недостаточное миссионерское усердие христиан, про­живавших среди арабов, непонимание ими необходимо­сти дать им Библию на их родном языке помогает понять одну из причин, которая способствовала возникновению ислама. Теперь перейдем к другому важному фактору.