Комментарий к статье 14
1. Введение в Закон о защите конкуренции вместо ст. 14 специальной главы 2.1, посвященной недобросовестной конкуренции, отражает следующие тенденции законотворчества в отношении рассматриваемой правовой категории:
- развитие и совершенствование норм о недобросовестной конкуренции в России происходят в рамках единого Закона о защите конкуренции, а не путем принятия специального законодательного акта;
- противодействие недобросовестной конкуренции осуществляется в рамках правовой конструкции, включающей как общий запрет данного нарушения, так и перечень специальных запретов проявлений недобросовестной конкуренции, имеющих наибольшее распространение.
Конструкции общего и специальных запретов прежде всего предусмотрены актами международного права, в которых участвует РФ. К таким актам относятся, в частности, Парижская конвенция по охране промышленной собственности, принятая в 1883 г. <1> (п. п. 2 и 3 ст. 10.bis), Договор о ЕАЭС (ст. 76 Договора, подп. 14 п. 1 ч. 1 Протокола об общих принципах и правилах конкуренции), Договор стран СНГ о проведении согласованной антимонопольной политики от 25 января 2000 г. <2> (ст. ст. 1, 3) и др.
--------------------------------
<1> Закон. 1999. N 7 (извлечение). СССР подписал Конвенцию 12 октября 1967 г.
<2> Бюллетень международных договоров. 2008. N 2. С. 4 - 13.
Такой подход восприняло российское законодательство о конкуренции, причем еще в Законе РСФСР от 22 марта 1991 г. "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" (ст. ст. 4<1> и 10). Действующий Закон о защите конкуренции полностью сохранил данную традицию.
--------------------------------
<1> Определение понятия недобросовестной конкуренции было введено в ст. 4 Закона РСФСР от 22 марта 1991 г. Федеральным законом от 25 мая 1995 г. N 83-ФЗ.
Общий запрет недобросовестной конкуренции вытекает прежде всего из ст. 34 Конституции РФ, запрещающей экономическую деятельность, направленную на монополизацию и недобросовестную конкуренцию, и детально развивается в положениях п. 9 ст. 4 и гл. 2.1 Закона.
Специальные запреты ряда актов недобросовестной конкуренции содержатся в ст. ст. 14.1 - 14.7 Закона. При этом ст. 14.8 Закона указывает на открытый характер перечня форм недобросовестной конкуренции, запрещая любые иные акты (формы) недобросовестной конкуренции наряду с предусмотренными ст. ст. 14.1 - 14.7.
Причины сочетания законодателем конструкций общего и специальных запретов связаны прежде всего с принципиальной невозможностью определения исчерпывающего перечня видов недобросовестной конкуренции и появлением новых разновидностей недобросовестных конкурентных действий.
Следует признать, что при квалификации поведения в качестве недобросовестной конкуренции приоритет принадлежит специальным запретам, а при отсутствии таких запретов подлежит применению норма об общем запрете.
В то же время общее определение, предусмотренное нормой п. 9 ст. 4 Закона, содержит сущностные черты, или признаки, недобросовестной конкуренции, которые необходимо использовать также при применении специальных запретов недобросовестной конкуренции, установленных гл. 2.1 Закона.
Необходимо также отметить, что в судебной практике встречаются случаи применения общего запрета недобросовестной конкуренции совместно с запретом на злоупотребление правом, который предусмотрен ч. 1 ст. 10 ГК РФ: не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В частности, это вытекает из п. 8 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25 ноября 2008 г. N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами ст. 10 ГК РФ", в котором дается описание спора, связанного с приобретением компанией "Акай Юниверсал Индастриз Лтд" (Гонконг) исключительных прав на товарный знак "Akai".
2. Исходя из законодательного определения недобросовестной конкуренции, содержащегося в п. 9 ст. 4 Закона, противоправными признаются любые действия хозяйствующих субъектов:
- имеющие направленность на получение преимуществ в предпринимательской деятельности;
- противоречащие законодательству РФ и (или) обычаям делового оборота и (или) требованиям добропорядочности, разумности и справедливости;
- причинившие или способные причинить убытки другим хозяйствующим субъектам - конкурентам либо нанесшие или способные нанести вред их деловой репутации.
Следует также отметить, что данные признаки должны учитываться при применении всех запретов недобросовестной конкуренции, установленных ст. ст. 14.1 - 14.8 Закона.
3. Недобросовестная конкуренция представляет собой активное поведение - совершение действия, которое может быть единичным актом либо выражаться в недобросовестной практике, когда субъектом совершается несколько разных действий, но в своей совокупности они приводят к недобросовестной конкуренции.
Следует отметить, что в специальной норме ст. 14.6 Закона предусмотрен запрет на недобросовестную конкуренцию путем совершения хозяйствующим субъектом как действий, так и бездействия, способных вызвать смешение. В законодательстве зарубежных стран имеются случаи запрета недобросовестной конкуренции в виде бездействия. Так, в § 5a Закона ФРГ о недобросовестной конкуренции 2004 г. содержится запрет на такой вид недобросовестной конкуренции, как "введение в заблуждение путем бездействия". Как отмечается в ряде аналитических изданий, "при оценке вопроса о том, является ли вводящим в заблуждение умолчание о факте, в частности, должны приниматься во внимание его значение для коммерческого решения согласно обычаям коммерческого оборота и пригодность умолчания для влияния на решение. Недобросовестно действует тот, кто оказывает влияние на способность потребителей принимать решения... тем, что он скрывает информацию, которая в конкретном случае, с учетом всех обстоятельств, включая ограничения средства коммуникации, является существенной. Существенной... также считается информация, которую нельзя скрывать от потребителя на основании регламентов Европейского сообщества или согласно предписаниям по трансформации директив Европейского сообщества для коммерческой коммуникации, включая рекламу и маркетинг" <1>.
--------------------------------
<1> URL: http://www.wipo.int/wipolex/en/text.jsp?file_id=126202.
Вместе с тем ст. 14.2 Закона о защите конкуренции, запрещая недобросовестную конкуренцию путем введения в заблуждение, не предусматривает возможность введения в заблуждение бездействием.
Лицом, действия которого признаются недобросовестной конкуренцией, является только хозяйствующий субъект (включая финансовые организации), определяемый в соответствии с п. 5 ст. 4 Закона.
Физическое или юридическое лицо, не являющееся хозяйствующим субъектом, само по себе не может осуществлять недобросовестную конкуренцию. Однако в силу положений ч. 2 ст. 9 Закона действия этих лиц могут оцениваться с точки зрения соблюдения запретов, установленных ст. ст. 14.1 - 14.8, если они входят в одну группу лиц с хозяйствующими субъектами.
Не могут выступать субъектами недобросовестной конкуренции и органы государственной власти, органы местного самоуправления и их должностные лица, поскольку последние не имеют права осуществлять конкурентные действия вообще.
Для установления субъекта недобросовестной конкуренции также не имеет значения факт его доминирующего положения, в том числе его рыночная доля. Подобные неправомерные действия могут быть совершены как индивидуальным предпринимателем, так и крупной организацией, имеющей существенную рыночную долю.
4. Под направленностью действий хозяйствующего субъекта на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности следует понимать потенциальную возможность получения хозяйствующим субъектом указанных преимуществ. То есть доказательства реального получения преимуществ не требуется.
Сами преимущества представляют собой превосходство над конкурентом (конкурентами), в частности в виде усиления положения субъекта на товарном рынке, привлечения дополнительных потребителей, увеличения получаемой прибыли по отношению к размеру прибыли, которая могла быть получена им в случае добросовестного поведения.
5. Недобросовестность действий хозяйствующего субъекта оценивается исходя из их противоречия нормам поведения, принятым в обществе. Определение недобросовестной конкуренции упоминает три категории таких норм: законодательство, правовой обычай и нормы этики и морали. При этом недобросовестность имеется при противоречии действий хозяйствующего субъекта нормам хотя бы одной категории.
Действия считаются противоречащими законодательству РФ, если они выражаются в неисполнении какой-либо обязанности, установленной действующими в РФ нормативными правовыми актами. К таким актам могут относиться Конституция РФ, международные акты, ратифицированные РФ, федеральные законы, подзаконные акты, принимаемые Правительством РФ и федеральными органами исполнительной власти, законы субъектов РФ, акты органов местного самоуправления и др. В правоприменительной практике достаточно часто производится оценка законности действий хозяйствующего субъекта с учетом положений четвертой части ГК РФ или Закона о коммерческой тайне.
Согласно ч. 1 ст. 5 ГК РФ обычаем признается сложившееся и широко применяемое в какой-либо области предпринимательской или иной деятельности, не предусмотренное законодательством правило поведения, независимо от того, зафиксировано ли оно в каком-либо документе. Обычаи делового оборота являются разновидностью таких обычаев, применяемых в сфере предпринимательской деятельности.
Стоит отметить, что в РФ система обычаев делового оборота находится в стадии становления, чем обусловлено их редкое применение в делах о недобросовестной конкуренции.
Один из наиболее ярких примеров оценки действий хозяйствующего субъекта с точки зрения обычаев делового оборота содержится в Постановлении Президиума ВАС РФ от 2 апреля 2013 г. N 11980/12.
Антимонопольный орган признал действия ЗАО "РСИЦ" по регистрации на свое имя 70914 доменных имен в зоне ".РФ" в целях их дальнейшего возмездного отчуждения путем проведения закрытых аукционов на предоставление прав пользования ими недобросовестной конкуренцией. Антимонопольным органом и судом такие действия были квалифицированы, в частности, как не соответствующие обычаям делового оборота на товарном рынке предоставления услуг по регистрации доменных имен в зоне ".РФ", установленным Соглашением об аккредитации и Правилами регистрации доменных имен в зоне ".РФ".
В качестве морально-этических норм, нарушение которых характеризует действия хозяйствующего субъекта как недобросовестные, упоминаются требования добропорядочности, разумности и справедливости. Закрепление данных требований в легальном определении недобросовестной конкуренции позволяет рассматривать их в качестве базовых правовых принципов ведения конкурентной борьбы.
Необходимо отметить, что в этой части определение недобросовестной конкуренции корреспондирует с общими началами гражданского законодательства. Так, в п. 3 ст. 1 ГК РФ устанавливается требование о том, что участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Согласно п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.
КС РФ в Определении от 21 ноября 2013 г. N 1841-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы закрытого акционерного общества "Региональный сетевой информационный центр" на нарушение конституционных прав и свобод положениями п. 9 ст. 4, п. 5 ч. 1 ст. 11 и абз. 1 ч. 1 ст. 14 Закона о защите конкуренции" отметил, что возможность признания действий хозяйствующего субъекта соответствующими требованиям добропорядочности, разумности и справедливости соответствует концепции, заложенной в ст. 10.bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности, и в необходимой мере расширяет область судебного усмотрения в сфере пресечения недобросовестной конкуренции, так как это связано с многообразием форм и методов недобросовестной конкуренции, не все из которых могут прямо противоречить законодательству или обычаям делового оборота.
6. Негативные последствия недобросовестной конкуренции связаны с причинением или созданием угрозы причинения вреда хозяйствующему субъекту - конкуренту. Такой вред может выражаться как в убытках, так и в ущербе деловой репутации.
Термин "убытки" в данном случае применяется в значении, определяемом ст. 15 ГК РФ: под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Сущность деловой репутации в целом можно определить как сформировавшееся отношение участников рынка, включая и конкурентов, и потребителей, к хозяйствующему субъекту и вводимым им в гражданский оборот товарам либо услугам, которое может быть как позитивным, так и негативным, прежде всего в зависимости от предпринятых самим хозяйствующим субъектом действий по ее формированию. Ущербом деловой репутации следует считать ухудшение отношения членов общества к хозяйствующему субъекту.
Для признания конкретных действий недобросовестной конкуренцией и их пресечения не требуется в обязательном порядке устанавливать факт реального причинения убытков или нанесения ущерба деловой репутации. Такое наличие должно доказываться при применении к правонарушителю гражданско-правовой санкции в виде возмещения убытков.
7. Необходимо обратить внимание на то, что действия относятся к недобросовестной конкуренции только в том случае, если они причиняют вред другому хозяйствующему субъекту - конкуренту. Соответственно, причинение вреда потребителю или другому хозяйствующему субъекту, который не является конкурентом, не образует состава недобросовестной конкуренции.
Определение наличия либо отсутствия конкурентных отношений между хозяйствующими субъектами для целей применения ст. ст. 14.1 - 14.8 Закона о защите конкуренции осуществляется исходя из понятия конкуренции, содержащегося в п. 7 ст. 4 данного Закона. Следуя данному определению, конкурентами можно признать хозяйствующих субъектов, которые осуществляют поставку товаров на одном товарном рынке, т.е. товары этих хозяйствующих субъектов являются взаимозаменяемыми (или не имеющими заменителей), а география поставок охватывает хотя бы один общий рынок с точки зрения его географических границ.
Для установления факта конкурентных отношений не требуется проведение полного анализа состояния конкуренции, необходимо лишь определить продуктовые и географические границы товарного рынка.
Следует отметить, что в правоприменительной практике встречаются случаи, когда для целей применения запрета на недобросовестную конкуренцию определяется взаимозаменяемость товаров, имеющих определенные различия в цене.
Так, в рамках рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства Комиссией ФАС России было установлено, что реализуемая ООО "Завод Техно" минераловатная теплоизоляция "ISOBOX", на упаковке которой нанесено обозначение, сходное до степени смешения с принадлежащим компании "Парок Ою Аб" товарным знаком по международной регистрации, и реализуемая правообладателем минераловатная теплоизоляция "PAROC" имеют различия в цене при наличии сопоставимого функционального назначения, а также близких друг к другу технических характеристик, в частности характеристик теплопроводности, что на основании имеющихся в деле доказательств, в том числе социологического опроса, позволило антимонопольному органу сделать вывод о взаимозаменяемости товаров и наличии конкурентных отношений между заявителем и ответчиком (см. Постановление ФАС МО от 15 февраля 2011 г. по делу N А40-32623/10-119-161).
Необходимо также отметить, что в правоприменительной практике помимо самой простой конструкции, когда нарушитель и пострадавший (заявитель) от нарушения являются прямыми конкурентами, встречаются более сложные конструкции определения конкурентных отношений. Более того, конкретный хозяйствующий субъект, которому причинен вред вследствие недобросовестной конкуренции, не всегда может быть установлен, что не препятствует применению запрета.
Так, в случае введения в заблуждение вред в равной степени может быть причинен неопределенному кругу конкурентов, а не только заявителю.
В случае применения концепции паразитирования (см. более подробно комментарий к ст. 14.8) заявитель, чья репутация неправомерно используется, не является конкурентом хозяйствующему субъекту, осуществляющему недобросовестную конкуренцию. В данном случае учитывается потенциальный вред для добросовестных хозяйствующих субъектов, действующих на одном товарном рынке с нарушителем, однако далеко не всегда выступающих заявителями по делу.
Кроме этого, в отдельных случаях антимонопольный орган признавал недобросовестной конкуренцией действия хозяйствующего субъекта, который выступал в качестве лицензиара по отношению к конкуренту заявителя, однако сам с заявителем не конкурировал (см. Постановление СИП от 1 апреля 2014 г. по делу N А40-76177/2013).
8. Следует также упомянуть о разграничении сфер применения запрета недобросовестной конкуренции и законодательства о рекламе. Статья 5 Закона о рекламе содержит запрет недобросовестной рекламы, в определенной степени пересекающийся с запретами, установленными ст. ст. 14.1 - 14.3 Закона. Более того, в п. 4 ч. 2 ст. 5 Закона о рекламе указано, что реклама признается недобросовестной в том числе тогда, когда такая реклама представляет собой акт недобросовестной конкуренции в соответствии с антимонопольным законодательством.
Вопрос о конкуренции данных правовых норм был разрешен в п. 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 8 октября 2012 г. N 58 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона "О рекламе", определившем, что если ложные, неточные или искаженные сведения, которые могут причинить убытки хозяйствующему субъекту либо нанести ущерб его деловой репутации, некорректное сравнение хозяйствующим субъектом производимых или реализуемых им товаров с товарами, производимыми или реализуемыми другими хозяйствующими субъектами, находящимися в состоянии конкуренции с указанным лицом, а также иная информация, распространение которой отвечает признакам недобросовестной конкуренции, содержатся в рекламе, то применяется административная ответственность, установленная ст. 14.3 КоАП РФ, а не ст. 14.33 КоАП РФ.
Таким образом, если акт недобросовестной конкуренции имеет место в рекламе, то его пресечение осуществляется в соответствии с Законом о рекламе, а не в соответствии с Законом о защите конкуренции.
Глава 2.1. НЕДОБРОСОВЕСТНАЯ КОНКУРЕНЦИЯ
Статья 14.1. Запрет на недобросовестную конкуренцию путем дискредитации
Комментарий к статье 14.1
Комментируемая норма дополняет ранее действовавший запрет на подобное проявление недобросовестной конкуренции, установленный в п. 1 ч. 1 ст. 14 Закона о защите конкуренции.
Положения новой нормы в полной мере корреспондируют с подп. 2 п. 3 ст. 10.bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности, в соответствии с которым недобросовестной конкуренцией признаются ложные утверждения при осуществлении коммерческой деятельности, способные дискредитировать предприятие, продукты или промышленную либо торговую деятельность конкурента.
Таким образом, Законом о защите конкуренции впредь акцентирована недопустимость дискредитации хозяйствующим субъектом своего конкурента в форме распространения недостоверных сведений (так называемая прямая дискредитация).
Применение данной нормы требует понимания образующих ее составных частей, а именно терминов "распространение", "ложная, неточная, искаженная информация".
Несмотря на то что термин "распространение" может встречаться в разных отраслях законодательства, для целей применения комментируемой статьи наиболее подходящей является правовая трактовка понятия "распространение сведений", изложенная в п. 7 Постановления Пленума ВС РФ от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц".
В соответствии с данным Постановлением под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем чтобы они не стали известными третьим лицам.
В ключе изложенного следует иметь в виду, что не всякое распространение не соответствующих действительности сведений, дискредитирующих другой хозяйствующий субъект, может быть признано актом недобросовестной конкуренции, а лишь такое, которое непосредственно способно оказать влияние на конкуренцию, т.е. непосредственно предоставить лицу, распространившему информацию, преимущества над конкурентами и причинить им убытки либо вред деловой репутации. Например, сообщение в органы государственной власти либо в суд ложной информации, даже если она способна дискредитировать другого хозяйствующего субъекта, не может рассматриваться как недобросовестная конкуренция.
Критерии ложности, неточности, искаженности применительно к информации вообще и в контексте комментируемой статьи в частности не имеют законодательного разъяснения, в связи с чем имеют свойство категорий оценочных. Между тем исходя из общего значения слов в русском языке можно предположить, что ложность означает полное несоответствие заявленной информации действительности. Искаженность - интерпретация хозяйствующим субъектом информации о существующем или состоявшемся факте, действии, событии применительно к хозяйствующему субъекту - конкуренту в такой форме, которая приведет к ее неверному, негативному восприятию третьими лицами, включая потребителей. Неточность - это распространение хозяйствующим субъектом информации о хозяйствующем субъекте - конкуренте не в полном объеме, что не позволяет всесторонне ее воспринять, получить исчерпывающе верное представление об излагаемых факте, действии или событии применительно к данному хозяйствующему субъекту.
Таким образом, если хозяйствующим субъектом осуществляется распространение информации тем или иным способом, доступным для фиксации, в отношении хозяйствующего субъекта - конкурента и таким лицом не будет доказана достоверность распространяемой информации, то такие действия подлежат квалификации в качестве недобросовестной конкуренции.
При этом с учетом приведенной выше правовой позиции ВС РФ для признания недобросовестной конкуренции может быть достаточен факт направления одного письма контрагенту хозяйствующего субъекта - конкурента с дискредитирующей информацией (ложной или искаженной). Такое письмо с учетом его содержания потенциально может оказать влияние на получателя и направлено на переманивание потребителя в пользу недобросовестного участника рынка.
Так, Московским УФАС России было установлено, что ЗАО "ИЦ ГОЧС "БАЗИС" направило в адрес контрагента ООО "НПО "СОДИС" и ЗАО "ИЦ ГОЧС "БАЗИС" - ФГУП "Спорт-Инжиниринг" письмо от 16 апреля 2014 г. исх. N 418, в котором в том числе содержалась следующая информация: "ранее проектную документацию СМИС по этим объектам ("Казань-Арена", "Зенит-Арена") разрабатывала компания ООО "НПО "СОДИС". На стадии разработки рабочей документации Заказчиком было выявлено множество существенных недостатков в документации ООО "НПО "СОДИС", не позволяющих создать систему на объекте и сдать ее надзорным органам. В конкурентной борьбе наша компания была выбрана для переработки документации и разработки рабочей документации... Дополнительно сообщаем, что ООО "НПО "СОДИС" выполняло работы по реализации СМИС на ряде олимпийских объектов в г. Сочи. На сегодняшний день СМИС ни на одном из этих объектов не прошла комплексные испытания в составе органа повседневного управления РСЧС".
УФАС в ходе рассмотрения дела было установлено, что утверждение в письме о том, что проектированием и строительством футбольного стадиона в Западной части Крестовского острова ("Зенит-Арена") занималось ООО "НПО "СОДИС", является сообщением неточных, искаженных сведений. Участие ООО "НПО "СОДИС" состояло в использовании совместной с ГУП "НИИ Мосстрой" интеллектуальной собственности (патент на полезную модель по свидетельству N 82048, описание программного обеспечения). Поскольку иного участия названное общество в разработке СМИС указанного объекта не принимало и с учетом того, что разработка патента N 82048 является результатом совместной деятельности, утверждение о проектировании и строительстве футбольного стадиона в западной части Крестовского острова именно ООО "НПО "СОДИС" является сообщением неточных, искаженных сведений.
Московским УФАС России установлено, что заявитель не представил объективных доказательств подтверждения довода заявителя о множестве существенных недостатков в документации ООО "НПО "СОДИС" при создании проектной документации объекта "Казань-Арена".
Антимонопольный орган также установил, что утверждение заявителя о том, что "на сегодняшний день СМИС ни на одном из этих объектов не прошла комплексные испытания в составе органа повседневного управления РСЧС" соответствовало действительности. Вместе с тем упомянутые сведения в контексте, в котором они распространены в письме, могут сформировать мнение о том, что комплексные испытания в составе органа повседневного управления РСЧС не проводились в связи с недобросовестным исполнением обществом "СОДИС" взятых на себя обязательств. Как установил антимонопольный орган, испытания не могли быть проведены, кроме прочего, из-за отсутствия оборудования для приема сигналов СМИС объектов в ЕДДС г. Сочи и в ЦОУ Олимпиады, отсутствия технических условий на сопряжение СМИС объекта <1>.
--------------------------------
<1>Постановление АС МО от 26 февраля 2016 г. по делу N А40-60409/2015.
Также не редкими в практике являются случаи размещения дискредитирующей конкурента информации на интернет-сайте хозяйствующего субъекта - правонарушителя. Важным в этой связи является не только установление недостоверности такой информации и наличия конкурентных отношений между распространителем и хозяйствующим субъектом, в отношении которого такая информация распространяется, но и принадлежность интернет-сайта (факта администрирования доменного имени) самому правонарушителю либо лицу, входящему с ним в одну группу лиц <1>.
--------------------------------
<1> См., напр.: Постановление АС МО от 16 февраля 2016 г. по делу N А40-72304/2015.
В практике также встречаются случаи правовой оценки на предмет недобросовестной конкуренции размещения информации на интернет-форуме. В подобных ситуациях позиция антимонопольного органа и арбитражных судов заключается в невозможности квалификации в качестве нарушения антимонопольного законодательства действий участников форума при недоказанности их связи с владельцем интернет-сайта, на котором такой форум функционирует, либо того, что информация размещается самим владельцем такого интернет-сайта <1>.
--------------------------------
<1> См., напр: Постановление ФАС МО от 18 ноября 2013 г. по делу N А40-9622/2013.
Новеллой комментируемой статьи по отношению к ранее действовавшей норме является перечисление обстоятельств, распространение недостоверных сведений о которых признается дискредитацией. Среди таких обстоятельств упоминаются, например, качество и потребительские свойства товара конкурента, его цена, фактическая возможность приобретения, а также размер спроса и проч. При этом перечень таких обстоятельств является открытым.
Статья 14.2. Запрет на недобросовестную конкуренцию путем введения в заблуждение
Комментарий к статье 14.2
Комментируемая статья также в большей степени повторяет ранее действующую норму о запрете введения в заблуждение как акта недобросовестной конкуренции, содержащуюся в п. 2 ч. 1 ст. 14 Закона о защите конкуренции.
Основными изменениями стали детализация ранее имеющихся обстоятельств, в отношении которых возможно введение в заблуждение, а также указание на открытый характер перечня данных обстоятельств.
