Категории «сознание» и «самосознание» в современной психологии

Широко распространенная в позитивистской психологии точ­ка зрения на сознание как свойство высокоорганизованной мате­рии критически рассматривалась уже нами ранее.

Проблема «сознания» в современной психологии — золушка, к которой никто не отваживается подойти серьезно.

«Проблема содержания, механизмов и структур человеческого сознания до сегодняшнего дня, — пишут В. И. Слободчиков и Е. И. Исаев, — остается одной из принципиально важных и наибо­лее сложных..В психологии пока не только отсутствует феноме­нология^ теория сознания, но и мало достаточно обоснованных гипотез об источниках и природе "Я" (этой центральной инстан­ции сознания человека)» [162].

«...Дело осложняется и тем, что сознание выступает объек­том исследования многих наук, круг которых все более расширя­ется» [162, с. 178].

Более разработанной на сегодня проблема сознания оказыва­ется в области гуманитарных наук. Сознание составляет специ­фическое отличие человека. Человеческое бытие — это осознанное бытие.

Вспомним Л. Карсавина, А. Позова — «Я» — это субстанция, сознающая свое бытие [79, 141].

Человеческое сознание — это осознание человеком жизненной реальности. Сознание часто сравнивают с объемным, непрерывно текущим потоком. Практика сознания, работа с ним приводит к тому, пишут В. Слободчиков и Е. Исаев, что сознание перестает быть чем-то спонтанным, непосредственным, автоматическим функционированием. Сознание* начинает быть рефлексией. Реф-

234

 

лексия выступает как разрыв, как выход человека из полной по­глощенности непосредственным процессом жизни для выработки соответствующего отношения к ней. Практика сознания преоб­разует бытийное сознание в рефлексивное сознание [162].

На этой основе С.Л. Рубинштейн выделяет два способа жизни:

1) жизнь, не выходящая за пределы непосредственных связей и

2) рефлексирующая жизнь, когда непрерывный поток жизни при­останавливается, а затем восстанавливается на новой основе [151].

Ж. Пиаже также писал о том, что осознание происходит тогда,-когда человек сталкивается с трудностями, приостанав­ливается течение процесса [139 ].

М, Мамардашвили определял сознание как место соотнесен­ности и связности того, что мы не можем соотнести естествен­ным образом. «Эта связность есть то, что можно увидеть как бы только в некоем сдвиге» [ 111, с. 49].

Когда отождествляют бытие и мышление, писал М. Мамар­дашвили, то предполагают, что между ними нет никакого интер­вала. Сознание же есть некий сверхчувственный интервал. Этот акт, интервал как бы встроен в режим выполнения человеком сво­их сознательных, духовных целей и жизни. Это пауза недеяния, поскольку движение сознания ненаблюдаемо.

Сознание есть запись этого, сдвига, интервала. Человек, фи­лософ, извлекает из впечатления правду по законам мысли и сло­ва, правду о своем собственном состоянии, о чем-то свидетель­ствующем. И это очень трудно и очень сложно, говорит М. Ма­мардашвили [111].

Мы говорили уже ранее, что всякий психический акт это не только отражение, образ внешнего мира, формирующийся по за­конам изоморфизма, но в нем, акте всегда присутствует то, что мы назвали внутренней активностью. И эта внутренняя актив­ность и есть то рефлексивное включение, та пауза, тот интер­вал, в который происходит «осмысление» отражаемого феномена. В этом «встроенном», сверхчувственном интервале феномену да­ется «имя», тем самым происходит его идентификация и класси­фикация, или обобщение, или преобразование. Даже то, что, по мнению Ж. Пиаже, суждение математика это суждение по типу импликации, а не логики и причинности, как операции ЭВМ, по­зволяет человеку создать науку: изоморфизм логических операций механической системы обуславливает только репродуктивное от­ражение внешних связей и не более того [139].

Это координата «акции» в триаде координат, где две дру­гие — «информация» и.«энергия».

В литературе существует и точка зрения на «сознание» как на некий «уровень». Как правило, это более высокий уровень, на котором отражаются психические явления.

235

 

Так, В.И. Генецинскии определяет сознание как «уровень пси­хики, на котором психика предстает как особого рода самодос­товерная реальность, тождественная экстрапсихической реаль­ности ив то же время отличная от нее» [51].

Для В.И. Генецинского нет онтологического различия между сознанием и психикой —...сознание это уровень психики, на кото­ром представлена психика же, но в некоем как бы ином качестве самодостоверности.

Клинический материал представляет феномен расщепления сознания, когда в человеке звучат два голоса, существуют как бы две разные личности. Подобный же феномен можно обнаружить в момент засыпания: кто-то во мне «наблюдаете, какой я смотрю сон. Кто этот «наблюдатель»?

В, Джеме говорил о некоей «константе» в психике: за измен­чивыми состояниями сознания существует некий неизменный суб­страт — нечто постоянно выходящее из своих пределов настоя­щего, сознательно присваивающее себе личность и исключающее из себя то, что не принадлежит личности как чуждое [58].

Как пишут В. Слободчиков и Е. Исаев, необходимым и первым этапом в становлении рефлексивного сознания является самосоз­нание. Рефлексия обнаруживает себя как разной степени и глуби­ны осознание самости, собственной субъективности [162].

Шредингер писал, что «Я» — это нечто большее, чем простой набор отдельных восприятий и воспоминаний, и служит именно той канвой, на которой они накапливаются» [215 ].

Н. Лосский рассматривал внутреннее единство —Я—в каче­стве «сверхвременного», сверхматериального начала [107].

Философ и богослов А. Кураев писал, что для того, чтобы че­ловеку измениться, ему надо быть свободным от своего прошлого. Для того, чтобы не быть под властью временного детерминиз­ма — мира психической причинности — у человека должно быть нечто надвременное [98].

«Рабство от себя» еще Кант называл духовным автоматиз­мом. Именно различение природы и личности, говорит А. Кураев, помогает обосновать независимость человека от внутреннего де­терминизма. Личность через свое произволение может сублимиро­вать природные стремления. Материал низшей онтологической ступени со всеми его законами исполняется в созидании более вы­соком ³ [98].

Итак, гуманизм в лице В. Франкла, К. Ясперса, Э. Фромма довольно ясно осознает сегодня, что понять и объяснить сущ-

^j Удачным сравнением здесь представляется «созидание дома из кир­пича».

236

 

ность человека без понятий «духовность», «трансцендент­ность», «запредельность», «высший смысл», «предназначение» невозможно. Пока человек ориентируется на базовые, низшие потребности — он подчинен природному детерминизму. Когда же он начинает ориентироваться на высшие, духовные по­требности, он выходит за пределы природного мира и получа­ет «переживание» иной реальности. «Невыход» на эту реаль­ность рождает, как показали исследования В. Франкла, про­блему экзистенциального вакуума и отказ от жизни [190].

При этом возникает вопрос — переживание «вакуума» как отсутствие чего-то, что должно бы или могло бы быть, не есть ли смутное ощущение у современного секуляризованного че­ловека атрофии или анабиоза той части души, которая в дру­гих источниках называется духом?

Гуманистическая психология сегодня готова сделать сле­дующий шаг в реализации принципа целостности в подходе к человеку, принципа, выдвинутого ею же и помогшего ей уже преодолеть фрагментарность видения человека в бихевиориз­ме, психоанализе, культурно-исторической концепции и. др.

заключение

интеграция ХРИСТИАНСКИХ И НАУЧНЫХ ЗНАНИЙ О ЧЕЛОВЕКЕ В СИСТЕМУ «ЧЕЛОВЕКОЗНАНИЯ»

Что такое человек?

[Чело века — «визитная карточка» Бога в земном мире. «Чело» — то, что представляет самое важное — Разум. «Век», возможно, это символ Вечности, которая есть Бог. А, может быть, «в веке» — во времени — представление Бога в актуаль­ности материального бытия.]

Нам представляется, что видение человека в христианской антропологии может представить для современной психологии эвристическую ценность.

Попытка интеграции знаний о человеке, предлагаемых христианской концепцией, с современными научными дис­циплинами, образующими систему человекознания, на наш взгляд, является перспективной, т.к. позволит увидеть в новом свете нерешенные проблемы психологии.

237

 

Между понятиями «тримерии» в христианской антрополо­гии и «индивидуальности» в современной психологии можно отметить определенное сходство:

— оба понятия отражают представления о целостности че­ловека, образуемой замкнутой системой;

— оба понятия объединяют структуры свойств человека;

— оба понятия имеют троичный состав;

— оба понятия содержат иерархический принцип в объе­динении структур.

Б.Г.Ананьев писал: «чтобы подойти к проблеме индивиду­альности с точки зрения целого (на молярном уровне), нужно представить человека не только как открытую систему, но и как систему «закрытую», замкнутую вследствие внутренней взаимосвязанности ее свойств (личности, индивида, субъек­та)» [7].

Компоненты тримерии и структуры индивидуальности, в свою очередь, имеют значительное сходство между собой.

«Тело» и «индивид» — это материальная, физическая и психофизиологическая структура свойств человека.

«Душа» и «субъект деятельности, поведения» — это струк­тура психических свойств человека в аспекте процессов ос­мысления, разумения окружающей действительности, поведе­ния, активности, а также эмоциональных состояний.

«Дух» и «личность», «сознание» — в соотнесении этих по­нятий можно констатировать меньшее сходство, и в то же вре­мя в психологии категория «личности» является наиболее нео­пределенной и многозначной, а категория «сознания» наиме­нее разработанной. Можно даже сказать, что в психологии се­годня используется заимствованное из философии или из кли­нической нейрофизиологии, психиатрии понимание катего­рии «сознания».

Главным принципиальным положением для современной психологии должно стать признание субстанциональной ино-качественности психики и сомы человека.

Определение психики как «свойства высокоорганизован­ной материи» низводит психику к телесному уровню и обуслав­ливает принципиальную невозможность понимания сущности психических явлений, т.к. сведение психики к «материальному свойству» приводит к потере и игнорированию ее специфиче­ской сути.

238

 

Понимание единой онтологической природы психической феноменологии и логосного слоя бытия, как было установлено нами при рассмотрении общей картины мира в I части, позво­ляет представить психику как восприятие субъектом логосов внешнего объектного мира.

Субъективное преломление логосного слоя бытия свиде­тельствует о субъективности информационной картины мира, или о субъективном интериоризованном внешнем бытии, ста­новящимся внутренним бытием.

Внутреннее бытие (внутренний мир, психика) относится к внешнему бытию как искаженное изображение целого зер­кальным осколком. Но к этой метафоре еще необходимо доба­вить принципиальное положение, что наличествует еще «не­кто», кто «рассматривает» изображение на этом «осколке».

Позитивистская психология старательно не задумывалась над вопросом «Кто же этот, Рассматривающий?», ибо иной ответ, кроме «Это свойство высокоорганизованной материи», выводил психологию из лагеря материалистических наук. Если же встать на беспристрастную, свободную от идеологии пози­цию, то нельзя не признать, что психическая субстанция чело­века неоднородна. Психические процессы могут быть бессоз­нательными. И в то же время в психике наличествует каче­ственно иной уровень. Все психические процессы могут про­текать с включением «Знания» — того, что принято называть сознанием (самосознанием). Мышление как процесс перера­ботки информации — «добывания» знания может сопровож­даться со-Знанием, т.е. Знание все время «присутствует» в процессе решения задачи, или протекать без «Знания» — бес­сознательно-автоматическое выполнение мозгом логических операций. Этот качественно иной уровень психики — со-зна-ние — осуществляет высшую регуляцию — реализацию откры­тых человеком смыслов и ценностей.

В. Франкл называл это «нусом»; в различных религиозных учениях это называется духом. Человеческий дух рассматрива­ется в христианстве как «проекция» Единообразующего Лого­са, Божественной Энергии, действующей в материальных ус­ловиях существования; это дух, проявляющийся в простран­стве и времени, но способный выходить за пределы простран­ственно-временных ограничений.

239

 

Сущность человека — в его духе. Дух человеческий, заклю­ченный в пространственно-временные координаты матери­ального бытия и имеющий целью преобразование, одухотворе­ние феноменального мира, осуществляет это посредством психики — онтологической субстанции, промежуточной меж­ду духом и телом. Целостность человека, представленного раз­ными ипостасями — телом, душой и духом — «обеспечивает­ся» той энергетической первоосновой, которая скрепляет весь мир в единое целое.

Позволим себе использовать здесь аналогию с вышивкой на канве.

Канва — это та Единая Первооснова, на которой индиви­дуальный человеческий дух «ткет», вышивает индивидуальный психический узор — в конкретных условиях пространственно­го временного бытия.

Дух — «ткач» — самоСознание в балансе интериоризации (знания, Сознания мира, самоопределения) и экстериориза-ции (самореализации в творческом процессе) вышивает уни­кальный узор жизни индивидуальности.

Понимание того, что именно дух, самосознание является активным началом человека, с-ПОСОБным по своему запре­дельному происхождению выводить человека за пределы соци­ально-биологической детерминации, позволяет современной психологии по новому взглянуть на родовую сущность человека.

Такое понимание природы и сущности человека, основан­ное на христианской концепции, представляет эвристическую ценность для решения целого ряда психологических проблем.

Например, проблема смысла человеческого существова­ния, предлагаемого христианской концепцией, трансформи­руется в проблемы: а) смысла индивидуальной жизни; б) ста­дии духовного и психического развития.

Принятие современной психологией идеи Богочеловече-ства позволяет ей выйти на разработку стадий общего психи­ческого и духовного развития. Осуществление такой попытки Слободчиковым В. И. имеет не. только теоретическое, но и ог­ромное прикладное значение не только для педагогической, но и психотерапевтической практики, геронтологии, танатологии [161,163].

Проблема механизма психического развития может полу­чить новое видение, если использовать механизм формирова-

240

 

ния триады, разработанный в рамках христианской концеп­ции.

Как дом не есть материал, из которого он построен, так и человек не есть тело, душа или даже дух, а есть целое. Целое, ТЕЛО — это та внешняя целостность, которой человек пред­стоит перед другими.

«Смысл» наличествования физического плана — тела и мозга человека — как условия явления духа на материальном плане — это обеспечение духовной феноменологии матери­альным «субстратом», «проводником». Мозг, который имеет общую природу с объектным феноменальным миром, является проводником воздействия духа на тварный мир, выполняет, с одной стороны, функцию «эффектора» при экстериоризации, а с другой стороны, — функцию интериоризации, «рецепто­ра», кодируя своими состояниями внешний объектный мир.

Тело, сома, в свою очередь, является субстратом «состоя­ний» мозга, обеспечивая его активацию.

Психические процессы приема, сохранения и обработки информации, получаемой из внешнего мира, сопровождаются процессами возбуждения в центральной нервной системе.

Таким образом, некое физическое явление (система, объект, квант физического пространства) субъектом воспри­нимается (при действии объекта на органы чувств) и как ин­формация об объекте (та мера упорядоченности элементов объекта, которые образуют его структуру) и как энергия физи­ческого воздействия.

С позиции психофизического параллелизма, единственно корректной в науке, можно констатировать наличие физиоло­гических процессов возбуждения и торможения в субстрате мозга, параллельных разным психическим процессам.

Целостность человека как гримерного, трехипостасного существа (а ипостась — это способ существования) проявляет­ся в одновременности протекания параллельных процессов — физических (возбуждения и торможения в центральной не­рвной системе), психических (отражения внешней и внутрен­ней реальности) и духовных (сознания, самосознания, симво­лизации).

«Поле сознания плюс мыслимый или чувствуемый объект его, плюс наше отношение к этому объекту, плюс ощущение самого себя, как субъекта, которому принадлежит это отноше-

241

 

ние — вот наш конкретный реальный опыт; он может быть очень узок, но он несомненно реален, пока существует в со­знании; это не пустота, не отвлеченный элемент опыта, каким является "объект", взятый сам по себе» — сказал С.Л. Франк о внутреннем опыте человека [189 ].

Изоморфизм Макро- и Микрокосма, Горнего и Земного Бытия выражается во включенности человека в физическую реальность, преобразовании ее человеком в субъективную ре­альность и через осознание этого процесса — в видение Не-тварной Реальности.

Человек осуществляет связь между Нетварным и тварным объектным бытием, между Логосом и феноменом.

Психическая феноменология — это субъективная реаль­ность, отражающая объективную реальность и материю.

Психический образ и субъективен; и объективен.

Как это происходит, из какого «материала» «сделан» этот психический образ и «тот», кто воспринимает этот образ — се­годня психология не может удовлетворительно ответить на эти вопросы.

Тайна психического в том именно, что это промежуточная феноменология — являющая дух в материи, и ее нельзя по­знать и описать в категориях «либо-либо», а можно только по­средством антиномичных суждений «и-и». Психическая фено­менология являет, отражает, дает развертку законов материи в индивидуальном духе — сознании.

«Образ предмета» — это субъективная реальность, в кото­рой представлен объект.

Духовная онтология «воспринимает» отраженную объек­тивную реальность в носителе — субъекте, которая предстает уже как квантованная субъективная реальность. Поэтому наи­более точным было бы выражение: образ, понятие, представ­ление — это и «субъективная реальность», и «объективная ре­альность».

Человеческий индивидуальный дух как «квант» духовной субстанции приобретает в дискретной форме существования субъективную окраску, но остается духом, который в онтогене­зе ткет субъективный «психический» узор — копию объектив­ной реальности. Природа души, психики — информационная, общая с логосным слоем бытия. Как мы установили в I части, информация — это восприятие человеком «связанной структу-

242

 

рированной энергии», а точнее, упорядоченной материи, спо­собность к активности у которой была затрачена на образова­ние взаимосвязей.

Если в логосном онтологическом слое осуществляется вза­имодействие Нетварной Энергии, Логоса, с тварным миром, а затем логос материализует объект, то в душе, очевидно, тоже должно осуществляться это Нетварно-тварное взаимодей­ствие. Нётварно-тварное взаимодействие, принятие благодати, и осуществляется в той единой душевно-духовной субстанции, о которой и говорили и святые отцы, и богословы.

Чтобы хоть как-то понять этот, полный тайны процесс, в богословии использовались разные образы и метафоры.

Как понял мысль Оригена арх. Киприан Керн, душа есть субстанция нематериальная, но, ниспав, при падении она об­леклась в плоть. Субстанция души духовна.

Возможно такое сравнение: дух — это льдина на поверх­ности озера, под которой плещутся волны — душевные страс­ти. Таким образом,' дух человека — это как бы состояние души, переходящее в свойство. Это часто встречающаяся в психологии проблема преобразования состояния в свойство — «континуум устойчивого состояния — свойства».

Интересный образ использовал С. С. Хоружий. Страстное состояние души — это «еж» разнонаправленных энергий, тог­да как теосис — одухотворение души — выражается в устрем­ленности всех энергий в одном направлении [200].

Теосис можно сравнить, таким образом, с процессом на­магничивания — хаотично разбросанные металлические опил­ки при внесении их в магнитное поле выстраиваются в опре­деленном направлении/Так же все страстные состояния души при одухотворении человека устремляются в одном направле­нии — к Богу. А человек обоженный сам становится «магни­том», притягивающим к себе «духовные» частицы других людей.

Бог, Логос всюду присутствует в этом мире. Он — та Пер­вооснова, на которой держится этот мир. Творец создал чело­века свободным, способным увидеть эту Первооснову мира. Творец ждет прихода человека к Себе, ждет открытия челове­ком этой Невидимой Реальности, Нетварной Первоосновы. Но открытие, «усмотрение» этого Высшего Порядка, Логоса требует от человека в силу принципа изоморфизма «упорядо-

243

 

чивания» своего внутреннего мира, преобразования своего ха­оса в «ряд», «определенность», «информацию»⁴. Это преобра­зование хаоса страстных состояний в покой и мир и есть энер-го-информационный процесс — энергетические затраты — из­менение активации мозга в процессе интериоризации внеш­ней объективной реальности и упорядочивания своего эмоци­онального состояния — векторизация его по Духу.

Таким образом, человек обоженный, одухотворенный, это человек своими внутренними состояниями отражающий не только мир объективной видимой реальности, но и Мир Не­видимой Реальности, Абсолютного Порядка, Истины, Логоса.

Высший Дар Бога человеку — создание его по Своему Об­разу и Подобию, а это прежде всего значит создание человека тварью свободной и активной, т.е. способной реализовать эту свободу.

Человек наделен даром активности, он ее проявляет как на внешнем материальном, феноменальном плане бытия — свидетельством чему является техническая цивилизация; так и на внутреннем — психическом, душевном — субъективном плане. Объективацией этой внутренней активности является культура.

Стремление человека к Богу, Высшей Личности, можно назвать, как считает С.С. Хоружий, энергией или работой ли-цетворения, энергией проявления своего «лица» — личности. Эта энергия есть особая «глобальная» энергия, направленная к самопереустройству всего человеческого существа, к трансфор­мации множества всех других энергий человека в некую сим­фонию стремления. Это энергия управления другими энергия­ми, реализующая трансцендирование человеческого существо­вания, его выход за пределы себя. Энергия Бога притягивает человека, является основой их связи. Со стороны Бога эта связь есть откровение, со стороны человека — сотрудничество — си-нергия [200].

Если мы установили, что психика имеет информационную природу, а информация есть связанная энергия, то далее опять возникает вопрос — что такое энергия и можно ли гово­рить о психической энергии? Если энергия — это способность твари к активности, изменению, движению, и активность эта

⁴ Бурная поверхность озера не отразит лучи солнца.

244

 

свойственна не только материи, но и психике, то, очевидно, можно говорить и о психической энергии.

По словам арх. Киприана Керна, энергия — это Бог в об­ращении к твари.

«Энергия — ключевое понятие исихастской антропологии и энергийность, примат энергийных категорий и отношений, — пишет С.С. Хоружий, — главная определяющая черта всего православного мистико-аскетического мировосприятия» [202, с. 53].

Понятие энергии, по мнению С.С. Хоружего, сохраняет в православии аристотелев смысл — актуализации потенций су­щего, причем именно сам процесс, а не результат [202].

Энергия, как процесс актуализации потенции, есть вместе с тем выбор актуализирующихся потенций и потенций, остаю­щихся неактуализированными. Абсолютная свобода, таким об­разом, это абсолютная потенциальность полноты неактуализи­рованных потенций; там, где начинается актуализация, имеет­ся уже ограниченная свобода, — осуществленный выбор. По­этому, в понимании святых отцов, свобода твари — онтологи­ческое понятие, «черта бытийного статуса», актуальная воз­можность выбора собственной природы [С.С. Хоружий, 202]. Энергийным процессам присуще отсутствие необходимости и детерминизма, открытая возможность совершаться или не со­вершаться.

В православной патристике у преп. Максима Исповедника это выражено в концепции «воли природной». И, вероятно, не случайно в русском языке слова «свобода» и «воля» имеют очень близкий смысл....

Если вернуться к рассмотрению природы психической феноменологии и пойти дальше, то можно увидеть, что энергия, как реализация потенции, есть осуществленная свобода или, иными словами — воля человека. Опять же, как мы установили ранее, воля как сознательный процесс выбора есть проявление духа человека, его логоса, а начало логоса — в Логосе.

Таким образом, мы получили замкнутую цепь рассужде­ний. Если мы определяли информационную природу психики как субъективное отражение логосов внешнего мира, то, от­правившись по пути рассмотрения тождества категорий «энер-

245

 

гии» и «информации», мы опять подошли, с другой стороны, к отождествлению природы психики и логоса.

Если человек — Образ и Подобие Бога, а Бог есть нераз­дельно и неслиянно Сущий в трех Ипостасях — Способах Бы­тия, то человек тоже нераздельно и неслиянно являет себя тремя способами — энергетической составляющей, информа­ционной и актуализированным бытием.

Неслиянность и нераздельность сомы, феномена и психи­ки, ноумена, человека обусловлены наличием единообразую-щей_силы — духа жизни, сознания. Дух объединяет структуры тримерии в единое целое и выполняет высшую регуляцию.

Понимание запредельности Творца как Первоосновы и Первопричины'тварного мира по символической аналогии при­водит к пониманию инокачественности человеческого духа — сознания и тварного тела.

По утверждению богословской мысли, человек символичес­ки отражает Внутритроичное Бытие. Ипостаси Св. Троицы сим­волически отражаются в телесно-психически-духовной органи­зации человека.

В современной психологии человек описывается разными категориальными системами:

— «ум — чувство — воля»;

— «тенденции (хочу) — потенции (могу) — акции (де­лаю)»;

— «состояния, процессы, функции, акты, действия, структуры»;

— «отражение, деятельность, поведение»;

— «индивид, субъект деятельности, личность, индивиду­альность» и многими другими.

Учитывая принцип триадизации как один из общих прин­ципов мирозданья, а также установленное выше сходство три­мерии человека, категории, предлагаемой христианской ант­ропологией, и индивидуальности — категории современной психологии, попытаемся интегрировать имеющиеся системы знаний о человеке в синтетическое человекознание.

Т.к. в любом акте жизнедеятельности человек проявляется во всей своей целостности, как в капле океана присутствует весь океан, то для описания человека необходимо выбрать та­кую систему координат, в которой бы удалось сохранить всю уникальность индивидуальности.

246

 

Как показал предыдущий анализ, наиболее адекватной си­стемой координат для описания человеческой индивидуально­сти является следующая:

Во всяком психическом акте имеет место информационная составляющая (образ, понятие, представление, знак, символ), энергетическая составляющая (настроение, чувство, мотив) и само действие, акция (моторная, умственная операция, сужде­ние или любой другой «продукт» умственной деятельности).

В разных психических актах величина той или иной коор­динаты может быть разной: например, доминировать одна из них, или сочетание 2-х, а третья стремится к «О», и это будет составлять качественное своеобразие психической феномено­логии.

Так, при большой «амплитуде» «энергетической» коорди­наты и стремящимся к «О» «информационной» и «актуализа-ционной» человек будет испытывать чувства, переживания.

При большой амплитуде «информационной» координаты это будет выраженная интеллектуальная деятельность.

Доминирование координаты «актуализация» выражается в волевых действиях, концентрации внимания, произвольности.

В системах других категорий эти координаты могут быть представлены как «чувство — ум — воля», либо как «состоя­ние — процессы — функции».

Можно представить, что каждая структура индивидуаль­ности, или тримерии, имеет как бы свое функциональное предназначение.

Функция индивидной структуры, или «тела» — обеспече­ние активированности, активации мозга, «энергетического по­тенциала» всякого психического акта.

Функция структуры «субъект деятельности» — познание, понимание, преобразование — баланс процессов интериори-

247

 

 

зации — экстериоризации. Целевое предназначение — созда­ние адекватной, истинной Картины Мира.

Функция «личностной» структуры, духовной — регуляция деятельностью, самоактуализацией на основе системы ценно­стей и смыслов.

Христианская концепция человека расширяет и уточняет представление психологии о структурах индивидуальности, предлагая девятиричную матрицу, вводя понятия телесного «ума — чувства — воли», душевного «ума — чувства — воли», духовного «ума — чувства — воли».

Как утверждает догматическое богословие, в силу подобия человека Богу, «Ум — Чувство — Воля» — свойства Бога — Духа, проявляются у человека как свойства его человеческого духа; «ум — чувство — воля» на душевном уровне — как «ин­теллект — эмоции •— произвольная регуляция»; на телесном уровне — как инстинкт, влечение, гомеостаз.

Человек — это открытая многоуровневая система, которая обменивается со средой веществом — на телесном уровне, ин­формацией — на душевно-телесном уровне, смыслами — на духовном уровне.

Целостность системы — «человек» обеспечивается обме­ном с внешним миром на всех уровнях системы, причем каж­дый более высокий уровень регуляции включает в себя преды­дущий, не «отменяя» его и не «смешиваясь» с ним.

Включенность человека в мир обуславливает структуру потребностей, чтобы сохранить стабильность его существова­ния как открытой системы и динамическое равновесие его со

средой,

Наиболее популярна сегодня в психологии классификация потребностей и мотиваций, предложенная А, Маслоу [178].

На духовном уровне человек реализует свои «бытийные потребности» — по классификации А. Маслоу, это потребность в любви, красоте, истине, творчестве.

Уровень душевных потребностей — это потребности в бе­зопасности, признании, поддержке, самореализации.

И, наконец, уровень телесных потребностей — в пище, сексе, физических комфортных условиях существования — так называемые «дефицитарные потребности» у А. Маслоу.

Глубокое противоречие, которое не смог преодолеть А. Маслоу, изначально полагавший, что душевно-телесные,

'                                                        249

 

«дефицитарные» потребности человека первичны, на фоне удовлетворенности которых только и могут развиваться вто­ричные, «бытийные» потребности, возникло потому, что А. Маслоу строил свою теорию на представлениях-о падшей природе человека. Действительно, для падшей природы чело­века характерна такая иерархия потребностей: тело управляет душой, а душа — духом. По Замыслу же Творца, ведущими у человека должны были быть духовные, «бытийные» потреб­ности — дух управлял душой, а душа — телом.

Эмпирические данные, полученные А. Маслоу, показали, опровергая его' теорию, что такая иерархия потребностей, по Замыслу Творца, наблюдается у отдельных, исключительных, самоактуализированных личностей, что отражает, вероятно, их высокий духовный уровень развития.

Если рассматривать потребности человека как систему «движущих сил», то следует отметить такие силы, движущие развитием человеческой экзистенции:

— потребность в информации как условии существования самой души, психики;

— потребность в любви (признании, принятии) как усло­вии актуализации духа;

— потребность в самореализации как условии утвержде­ния вечности своего субъективного бытия.

Попытка совместить системы знаний о человеке теории индивидуальности и христианской антропологии представлена в табл. 4.

Структура «индивида» отождествляется с «телом» в триме­рии, «субъекта деятельности и поведения» — с «душой», «лич­ности» — с «духом». Диагональ в каждом квадрате разделяет представления, характерные для теории индивидуальности (сверху слева), и христианской антропологии (справа снизу).

В первом вертикальном столбце отражены принципы клас­сификации — «состояния», которые символизирует энергети­ческая координата психического целостного акта, или «чув­ства» в терминологии христианской антропологии;

— «процессы», которые символизирует информационная координата психического акта, или «ум» — в тримерии;

— «функции», которые символизирует актуализационная координата; или «воля» соответственно.

I. Состояния — чувства в индивидно-телесном способе существования человека проявляются, как и в интегральном

250

 

параметре «активация», отражающем дефицитарные потреб­ности, низшие страсти, эмоциональный тон сенсорики.

II. Процессы индивидно-телесной структуры представле­ны сенсорикой, а «телесный ум» — сферой инстинктов, врож­денных программ поведения, направленных на выживание вида и индивида.

III. Функции, регуляция индивидно-телесного способа существования — это моторика, непроизвольная гомеостати-ческая регуляция физиологических и биохимических констант организма, а также простых автоматизированных действий — навыков.

Это анализ по вертикали.

Можно предпринять анализ по горизонтальным строкам.

Если «состояние — чувство» на телесном уровне проявляет­ся как активационно энергетическое напряжение, то на субъективном, деятельностном, душевном оно будет проявлено как эмоции гнева, страха, печали, уныния, тревожности, оби­ды, агрессии.                                 -

На личностно-духовном уровне «состояние — чувство» проявляет сферу мотивационно-побудительную, с одной сто­роны, и как высшие чувства — состояния, объединяющие че­ловека с Богом — Благодать, Любовь, Радость, кротость, сми­рение, — с другой стороны.

Эмоция, тесно связанная с оценочной функцией, совмест­но с мотивационно-активационной сферой является, по сло­вам Чиркова В.И. и Рукавишникова А.А., древнейшей систе­мой регуляции поведения [206],

Такие центральные для психофизиологии и дифференци­альной психологии понятия, как «активация», «мотивация» вы­ражают «энергетические» возможности человека, его «энерге­тический уровень» в фоне (активированность, мотивация) и изменения этого фонового уровня в деятельности — активация.

Эмоциональные переживания, опосредованные соци­альным опытом личности, становятся предметом потребности в высших чувствах — эстетических, интеллектуальных, нрав­ственных. Высшие чувства у духовно развитого человека стано­вятся главными побудителями поведения и деятельности.

Бог — это Абсолютная Любовь и Благо. Поэтому высшие человеческие чувства — это любовь, благодать, радость, уми­ление.

251

 

Это духовные чувства.

По смыслу святоотеческого мировоззрения, добро, рели­гиозно-нравственное совершенствование для достижения еди­нения с Богом, естественно для человека, т.к. соответствует его организации и предназначению. По своей природе, Ему подобной, человек имеет реальную способность к теснейшему мистическому единению с Ним.

По мысли св. Григ. Нисского, человек, приведенный в бытие для наслаждения божественными благами, должен был иметь в природе своей нечто сродное с тем, чего он должен быть причастен.

Если человек не осуществляет это предназначение, то причина этого — страсти, сообщающие ложное направление его жизнедеятельности, лишающие его природной способно­сти к богообщению.

«Страсти — это дверь, заключенная пред лицем чистоты. Если не отворит кто этой заключенной двери, то не войдет он в непорочную и чистую область сердца», — сказал св. Исаак Сирии [160].

Он же сравнивает страсти с непрозрачной средой, препят­ствующей лучам духовного света воздействовать на внутрен­нее сердечное око [160].

Василий Кривошеий говорил, что тело — источник живот­ворящей и содержательной силы; бесстрастие же — новая луч­шая энергия.

Вспомним, что процессы воли, произвольной регуляции, сознания сопровождаются процессами торможения в ц.н.с. — иной, по сравнению с телесной (активационной), энергией.

«Даже обыденный язык признает существование нрав­ственной силы, напряжения духа, умственной энергии», — сказал Жане в 1923 г. [191].

Как эмпирические доказательства действия этой духовной силы можно рассматривать эффекты гипнотического внуше­ния, Известно, что способность к внушению — это свидетель­ство волевого потенциала человека, а внушаемость — это край­няя форма капитуляции, блокирование собственной активно­сти реципиента. Много фактов свидетельствуют о глубочайших телесных изменениях у реципиента под воздействием воли гипнотизера.

252

 

В состоянии падшести у человека произошел разрыв меж­ду «словом» и «делом», «мыслью и действием» — между разны­ми видами энергий: торможением и возбуждением.

Процессы индивидной структуры — сенсорика (II), на уровне субъектном, душевном (V) это вся совокупность когни­тивных процессов. Интегративным параметром субъектной структуры можно считать интеллект, который достаточно час­то понимается в психологии как интеграция всех когнитивных процессов и операций. Душевный ум — это дискурсивное, понятийное, теоретическое, логико-абстрактное мышление. Можно полагать, что телесный ум — это бессознательное уп­равление телом, душевный ум — это включение сознания в познавательную и трудовую деятельность; духовный же ум — это самосознание, самоопределение личности.

Святые Отцы часто говорят, что Образ Божий проявляется в разуме человека. Разум, ум — это.размышления, рефлексия над отраженным, интериоризованным миром, усмотрение су­ществующих в нем отношений между объектами и явлениями. Рефлексия — это проявление работы духа, «внутренняя работа» человека, сугубо человеческое качество. Духовный ум — нус, развивается в процессе исихастской практики. Исихия — это обращение и собирание ума в-себе. «Когда ум, — пишет арх. Керн, — истребив страсть и все другие душевные силы обратит к себе, сам же возвысившись до духовного видения, отразится от него, предстанет перед Богом бесплотным — тогда в нем от­крывается логос — смысл вещественного начала» [84].

Если Разум Бога проявляется, во всеведении и премудрос­ти, то высшее проявление разума человека — это понимание связи Нетварного и тварного бытия, видение мира земного символом Мира Горнего. Так действует в человеке «нус» — ду­ховный ум.

Личностное проявление интеллектуальных процессов — это творчество, интуиция, открытие смыслов существования.

Высшее проявление духовного ума, по словам св. Григ. Паламы, — это' «Когда, превзойдя всякую умственную энер­гию, ум становится незрячим по преизбытку зрячести, он ис­полняется прекраснейшего блеска, благодатно укореняясь в Боге и через сверхумное единение неизреченно обретая и со­зерцая в нем самом и через него самого самовидящий свет» [133].

253

 

Если на индивидно-телесном уровне функция актуализа­ции реализуется в моторике и непроизвольной регуляции, то на субъектно-душевном уровне — в произвольной регуляции действий и эмоций, произвольном внимании, преодолении препятствий, принятии решения при борьбе мотивов, помыс­лов, приобретении бесстрастия.

На уровне личностно-духовном актуализация смыслов, ценностей становится высшей регуляцией.

Выше уже отмечалось подобие между свойствами духовно-личного бытия. Воле Божьей подобна воля человека в высшей своей реализации, когда человек смиряется и отдает свою волю Богу: «Да будет воля Твоя, а не моя». Соединение воли человеческой с Волей Божьей — богомужное действие, или си-нергия — есть реализация духовного возрастания человека, осуществление выбранного им смысла своего бытия. Это есть проявление воли человека на духовном уровне.

Интегративным, обобщенным параметром этой структуры индивидуальности является самореализация, самоактуализа­ция личности.

По Э. Фромму, человек не выносит пассивности — это за­ставляет его преобразовывать и изменять мир и себя, для чего он и обладает волей и способностью.

Быть человеком — значит трансцендировать свою твар­ность [192].

Индивидуальность человека можно рассматривать как ин­теграл структурированных множеств психических свойств (ха­рактеристик) или, точнее, как интеграл иерархии множеств психических свойств, организованных по соответствующим законам в структуры,                            /-

Гармоническая интеграция, происходящая в процессе развития индивидуальности, выражается в сбалансированнос­ти индивидно-субъектно-личностных свойств, что определяет норму психосоматического здоровья; психический комфорт;

эффективность обучения при соответствии тенденций (цен­ностей личности) и потенций (способностей индивида и субъекта к определенной деятельности); сформированность самоактуализйрующейся личности при наличии адекватной самооценки.

Современные экспериментальные комплексные психоло­гические исследования показывают наличие многочисленных

254

 

сложных взаимосвязей и взаимозависимостей между разно­уровневыми свойствами человека как индивида, субъекта по­знания и труда, личности.

Б. Г. Ананьев, автор теории индивидуальности, говорит, что индивидуальность всегда есть индивид, но не всякий ин­дивид является индивидуальностью, для этого индивиду нуж­но стать личностью, т.е. реализовать стадию социализации [7].

Таким образом, индивидуализация есть процесс и можно выделить стадии этого процесса. На низших стадиях процесса индивидуализации, характерных для раннего онтогенеза, ин­дивидуальность, существует как отдельные, единичные, свое­образные проявления индивида, личности и субъекта деятель­ности.

На ранних стадиях развития нет стабильности — индиви­дуальность ребенка вначале представляет собой диффузное и динамично изменяющееся сочетание индивидуальных прояв­лений.

В процессе развития складываются симптомокомплексы проявлений, характеризующих отдельные свойства человека. Далее развитие заключается в изменении интенсивности и ча­стоты проявления индивидуальных свойств. Затем возникают новые связи между свойствами.

На определенном этапе онтогенеза у человека возникает проблема самоопределения и поиска своей аутентичности — это путь становления индивидуальности, открытия своей эк­зистенции и освоения своей субъективности.

Индивидуальность становится собой, освобождаясь от ни­велирующих социальных ролей.

Самореализация индивида в направлении приобретения знаний об окружающем мире — Истины — и преобразования мира — творчества — образует субъекта деятельности. Саморе­ализация индивида в направлении исполнения этических за­конов-заповедей — Добра — образует личность.

Направления развития человека в секулярном сознании можно представить по двум координатам: 1) знания человека об окружающем мире, в том числе и о нем самом; 2) «умение» жить, или жизнь по нравственно-этическим законам, прави­лам, принятым в обществе.

К сожалению, координаты эти ортогональны, независимы друг от друга, и функция развития человека в соответствии с

255

 

этими координатами имеет характер вогнутой кривой — «зна­ния» о мире никак не предопределяют «мирное» существова­ние; знание заповедей не предопределяет жизнь в соответ­ствии с ними.

Для развитого человека, как и для развитого общества, ха­рактерен как высокий уровень знаний о мире, целостная кар­тина мира, так и реализация правил «общежития», совместно­го проживания с другими людьми так, чтобы всем было хоро­шо. Если цель биологической эволюции можно усматривать в максимальной адаптации к среде существования, то «целями» психической эволюции, возможно, являются творческое пре­образование среды и себя, т.е. человека, переход его как суще­ства социального на качественно иной уровень — через ста­дию биологического эгоизма, «самости», к альтруизму. Эти критерии психической эволюции выработаны в рамках гума­нистического подхода. Религия предлагает человеку духовную эволюцию, цель которой — преобразование человека по благо­дати в богочеловека.  .

Если ось знаний символизирует развитие науки, дающей обществу картину мира, то «этическая» ордината, отражающая степень альтруизма, нравственности, «совести», долга, самоот­верженности может символизировать религиозную, духовную практику, ибо именно религия занимается духовным и нрав-

256

 

ственным совершенствованием человека. И этическиеучения гуманистического направления, и современная психология на­ходятся еще на стадии скорее теоретических разработок, чем на стадии практической реализации и внедрения программ нрав­ственного развития человека.

2000-летний опыт христианской аскетики — сокровищни­ца, с которой современной психологической практике и пси­хотерапии еще только предстоит ознакомиться.

Когда человек полностью посвящает всю свою жизнь, все помыслы, способности, возможности, всего себя служению людям, то в крайнем варианте происходит отрицание своего существования, отрицание себя отдельного, единичного. Дру­гая сторона такого альтруистического максимализма — это ан­тиномия эгоистической и альтруистической направленности личности, своего существования как единого (отдельного) и существования индивидуального во множественном (в дру­гих). Эта антиномия является, вероятно, движущей силой раз­вития, совершенствования человеческой индивидуальности, максимальной персонификации, запечатления себя в других, существования не в себе, а в других, существование единично­го во множественном.

Душевная феноменология человека—- это проекция онто­логического процесса его общения с Богом. Человек, создан­ный по Образу Божию, со способностью к обожению — Упо­доблению Богу, претерпевает сущностную трансформацию в процессе становления богочеловеком. Природа человека, как и всякая природа, не может переустроить себя — только с по­мощью Божьей Благодати происходит одухотворение челове­ческой тримерии.

Духовная работа человека — воззвать, возжаждать, устре­миться к Богу, во всецелой обращенности к Нему открыть в себе Царствие Божие.

В христианской антропологии есть понятие «сердца». В Евангелии ясно выражена мысль, что сердце есть орган Бо-гообщения, орган, при помощи которого мы созерцаем Боже­ство.

«Сердце как орган религиозного восприятия, — пишет Б.П. Вышеславцев, — должно быть отличаемо от души, ума, духа, от сознания вообще. Оно глубже и, так сказать, цент­ральное, чем психологический центр сознания. Сердце есть

257

 

центр не только сознания, но и бессознательного, не только души, но и духа, не только духа, но и тела, не только умопо­стигаемого, но и непостижимого; одним словом, оно есть аб­солютный центр» [47, с. б8].

Сердце есть как бы ось, которая пронзает и держит и ду­ховную, и телесную жизнь человека.

По мысли С. С. Хоружего, сердце — это экзистенциальный центр — сведение, сосредоточение всех его сил и способнос­тей в одну точку, энергийный фокус (200].

Преп. Симеон Новый Богослов говорил, что внутри тва­рей «остался тот невещественный свет, непричастный ничего из этого мира». Поэтому тварь и может одухотворяться. Таким светом, «непричастным ничего из этого мира», на языке со­временной психологии является, очевидно, самосознание че­ловека, то, что позволяет ему переживать свое бытие, свое возвращение к Себе на пути теосиса. «Я» есть субстанция, со­знающая свое состояние.

«Я» — самосознание, дух. Дух — это (Знание) Смысл, (Программа) Логос. «Я» Знаю Все потенциально. В конкрет­ных условиях существования «Я» частично актуализирую Зна­ние — переживаю (проживаю) часть Знания, осуществляю Знание в Радости — Любви. «Я», логос, пришедший в Мир, воскресая, воссоединяюсь через Любовь с Отцом.

«Я» — вектор души, направляющий ее для воссоединения с Отцом.

258

 

Литература

1. Аверьянов А.И. Система: философская категория и реаль­ность. М., 1976.

2. Авсенев Феоф., арх. Из записок по психологии. Киев, 1869.

3. Акинщикова Г.И. Соматическая и психофизиологическая организация человека. — ЛГУ, 1977.

4. Акофф Г. Планирование будущего корпорации. — М., Про­гресс, 1985.

5. Аладжалова Н.А. Медленные электрические процессы в го­ловном мозге.-- АН СССР. М., 1982.

6. Ананьев Б. Г. Билатериальное регулирование как механизм поведения // Вопросы психологии, 1963, № 5.

7. Ананьев Б.Г. Человек как предмет познания. — ЛГУ, 1969.

8. Анисшлов С.Ф. Человек и машина (философские проблемы кибернетики). М., 1959.

9. Анциферова Л.И. Методологические проблемы психологии развития // В кн.: Принцип развития в психологии. — М., Наука, 1978.

10. Асеев В.Г. О диалектике детерминации психического разви­тия // В кн.: Принцип развития в психологии. М. Наука, 1978.

11. Бассин Ф. Проблемы бессознательного. М., 1968.

12. Батуев А. Физиология ВНД, 1981.

13. Бауэр Э. Теоретическая биология. М.—Л., ВИЗМ, 1935.

14. Белый Б.И. «Тип переживания» в методике Г. Рормаха и функциональная асимметрия мозга // Психологический журнал. Т. 2. № 4. 1981..

15. Бергсон А. Собрание сочинений. Т. 5. СПб., 1913.

16. Бердяев Н.А. Смысл творчества. М-, 1989.

17. Бердяев Н.А. Философия свободы. М., Правда, 1989.

18. Берне Р. Развитие Я — концепции и воспитание. М., Про­гресс, 1986.

259

 

19. Берн Э. Игры, в которые играют люди. Люди, которые игра­ют в игры. М., 1988.

20. Бехтерев В.М. Общие основы рефлексологии человека. М.-Л., 1928.

21. Бирюков Б.В. Кибернетика и методология науки. М., Наука, 1974.

22. Блох И.Н. Основные понятия теории информации. Л., 1959.

23. Богданов А.А. Всеобщая организационная наука (техноло­гия), в 3-х т. Л.-М., Книга, 1925.

24. Божович Л.Н. Личность и ее формирование в детском воз­расте. М., 1968.

25. Бом Д. Квантовая теория. М., 1965.

26. Арх. Борис. О невозможности чисто физиологического объяснения душевной жизни человека. Харьков, 1890.

27. Брагина Н.Н., Доброхотова Т.А. Функциональная асим­метрия мозга. М., Медицина, 1981.

28. Братусь Б.С. Аномалии личности; М., Мысль, 1988.

29. Братусь Б.С. К проблеме человека в психологии. // Вопро­сы психологии.№ 5, 1997.

30. Бриллюэн Л. Научная неопределенность и информация. М., 1966.

31. Брянчанинов Игн. Слово о человеке. СПб., 1996.

32. Булгаков С. Свет Невечерний. М., 1997.

33. Бунге М. Интуиция и наука. М., Прогресс, 1967.

34. Бэн. Психология. СПб., 1887.

35. Творения Василия Великого. Ч. I. М., 1845.

36. Варнава, епископ. Православие. Коломна, 1993.

37. Веккер Л.М., Палей И.М. О соотношении информацион­ных и энергетических характеристик нервно-психической деятель­ности // Сб.: Теоретическая и прикладная психология в Ленинградс­ком университете. Л., 1969.

38. Веккер Л.М. Психические процессы. Т. 1. ЛГУ, 1974.

39. Веккер Л.М. Психические процессы. Т. 3. ЛГУ, 1981.

40. Вилюнас В.К. Психология эмоциональных явлений. МГУ, 1976.

41. Винер Н. Кибернетика и общество. М., 1958.

42. Владимирова Н.М. В кн.: Психодиагностические методы в комплексном лонгитюдном исследовании студентов. ЛГУ, 1976.

43. Владимиров Ю.С. Пространство — время в науке и религии // Сб.: О первоначалах мира в науке и теологии. СПб., 1993.

44. Вопросы саморазвития человека. Киев, 1989.

45. Вундт В. Очерки психологии. М., 1912.

46. Выготский Л.С. Собрание сочинений. Т. VI. М., 1984.

47. Вышеславцев Б. П. Сердце в христианской и индийской ми­стике // Вопросы философии. № 4, 1990.

260

 

48. Ганзен В.А. Системные описания в психологии. ЛГУ, 1984.

49. Гейзенберг В. Физика и философия. Части и целое. М., На­ука, 1989.

50. Гельгорн Э., Луфборроу Дж. Эмоции и эмоциональные рас­стройства. М., Мир, 1966.

• 51. Генецинский В.И. Экстрагирование и интерпретация базис­ных понятий психологии // Вопросы психологии. № 3, 1994.

52. Геодакян В.А. О структуре самовоспроизводящихся систем // В кн.: Развитие концепции структурных уровней в биологии. М.,

1972.

53. Голосовкер Я.Э. Логика мифа. М., Наука, 1971.

54. Грановская Л.Н. Возрастные преобразования межфункцио­нальных структур взрослых от 18 до 25 лет // Сб.: Современные пси­холого-педагогические проблемы высшей школы, в. 2. ЛГУ, 1974.

55. Губачев Ю.М., Стабровский Е.М. Клинико-физиологичес-кие основы психосоматических соотношений. Л., Медицина, 1981.

56. Дамаскин Иоанн. Точное изложение православной веры. М. — Ростов-на-Дону, 1992; СПб., 1894.

57. Дионисий Ареопагит. О божественных именах. // В кн.: Ми­стическое богословие. Киев, 1991.

58. Джеме В. Психология. М., 1991.

59. Джеме В. Многообразие религиозного опыта. СПб., 1992.

60. Доказательство существования Бога на примере порядка во Вселенной. Новозыбков, 1993.

61. Дубровский Д.И. Психические явления и мозг. М., 1971.

62. Евагрий. Творения аввы. Мартис, 1994.

63. Епифанович С.Л. Преподобный Максим Исповедник и ви­зантийское богословие. 1997.

64. Залесский М, Мистическая симметрия. М., 1992.

65. Зарин С.М. Аскетизм по православно-христианскому уче­нию. М., 1996.

66. Зелененко А. Гносеологическая сущность субъективного идеализма и его роль в истории философии // Христианское чтение. № 10, 1995.

67. Зеньковский В.В. Об образе Божием в человеке // «Право­славная мысль», в. II, 1930.

68. Зеньковский В.В. Основы христианской философии. М., 1992.

69. Зеньковский В.В. Об участии Бога в жизни мира. «Право­славная мысль». /./ Труды православного богословского института в Париже. В. VI. Имка-Пресс, Париж, 1948.

70. Зеньковский В.В. Апологетика. Рига, 1992.

71. Зеньковский В.В. Проблемы воспитания в свете христианс­кой антропологии. Имка-Пресс, 1934.

72. Златоуст Иоанн. Беседы на 2-е Послание к коринфянам.

261

 

73. Иваницкий А.И., Стрелец В.Б., Корсаков И.А. Информа­ционнее процессы мозга и психическая деятельность. М., 1984.

74. Иванов А.Ф. В сб.: Тезисы докладов Международной конфе­ренции «Алтай — Космос — Микрокосм». Барнаул, 1993.

75. Иванов С.Г. Некоторые философские вопросы кибернети­ки. Л., 1960.

76. Изард К. Эмоции человека. МГУ, 1980.

77. Изюмова С.А. Свойство активированное™ и процессы пе­реработки и хранения информации у человека // Сб.: Психофизио­логические исследования интеллектуальной саморегуляции и актив­ности. М., Наука, 1980.

78. Ильин В.Н. Шесть дней творенья. Имка-Пресс, Париж, 1991.

79. Карсавин Л. О личности. Религиозно-философские сочине­ния. Т. I. М., 1992.

80. Карташев В.А. Общая теория систем. 1995.

81. Келасьее В.Н. Интегративная концепция человека. СПб., 1992.                            .

82. Киприан Керн (арх.). Тема о человеке и современность // «Православная мысль». В. VI. Париж, 1948.

83^ Киприан Керн (арх.). Золотой век Свято-Отеческой пись­менности. М., Паломник, 1995.

84. Киприан Керн (арх.). Антропология св. Григория Паламы. М., Паломник, 1996.

85. Клизовский A. jf. Основы миропонимания новой эпохи. Таллинн, 1991.

86. Клиорин А.И., Чтецов В.П. Биологические проблемы уче­ния о конституциях человека. М., Наука, 1979.

87. Кобозев Н.И. Исследование в области термодинамики про­цессов информации и мышления. М., 1971.

88. Козырев Н.А. Причинная или асимметричная механика в линейном приближении. Пулково, 1958.

89. Кон И.С. В поисках себя. М., 1984.

90. Конспект лекций по догматическому богословию // Свято-Троицкий Ново-Голутвин монастырь, 1993.

91. Конт О. Курс положительной философии. СПб., 1899.

92. Копейкин К. Пространство и Время как взаимодействующие субстанции. О первоначалах мира в науке и теологии. СПб., 1993.

93. Копейкин К. Квантовый лик мира // Христианское чтение. 1995. № 10.

94. Кречмер Э. Строение тела и характер. М., 1924.

95. Кривошеий Вас. Аскетическое и богословское учение Св. Григория Паламы. Афон, 1935.

96. Кризис цивилизации. № 4. М., 1991.

97. Кулаков Ю.И. Проблема основ бытия и мир высшей реаль­ности // В сб.: О первоначалах мира в науке и теологии. СПб., 1993.

262

 

98. Кураев А. (диак.). Сатанизм для интеллигенции. М., 1997.

99. Лебон Г. Возникновение и исчезновение материи. Харьков,

1909.

100. Ленин В.И. Полное собр. сочинений. Т. 18.

101. Леонтьев А.И. Понятие отражения и его значение для пси­хологии // Вопросы философии. № 12. 1966.

102. Леонтьев А.И. Избранные психологические произведения в 2 т., 1983.                            .

103. Лесков Л. В. Концепция творения Вселенной и материали­стическая философия // В кн.: О первоначалах мира в науке и теоло­гии. СПб., 1993.

104. Лосев А.Ф. Диалектика мифа. М., 1990.

105. Лосев А.Ф. Миф. Число. Сущность. М., 1994.

106. Лосский Вл. Очерк мистического богословия Восточной Церкви // Мистическое богословие. Киев, 1991.

107. Лосский Н.О. Избранное. М., 1991.

108. Лурия А.Р. Основы нейропсихологии. МГУ, 1973.

109. Ляшевский С., прот. Библия, и наука. М., 1996.

110. Макарий Великий. О свободе ума. 23-24: PG34, 957В.

111. Мамардашвили М. Как я понимаю философию. М., 1990.

112. Мартынов А. Исповедимый путь. М., 1989.

113. Маслоу А. Сб.: Вопросы саморазвития человека. Киев, 1990, в. 2.

114. Мень А. Истоки религии. Брюссель, i981.

115. Мерлин B. C. Проблемы экспериментальной психологии личности. В. 5, Пермь, 1968.

116. Мерлин B. C., Палей И.М. Проблемы интегральной харак­теристики индивидуальности в дифференциальной психофизиоло­гии // В кн.: Тез. докладов симпозиума по дифференциальной пси­хологии и ее генетическим аспектам; Пермь, 1975.

117. Мерлин B. C. Очерк интегрального иследования индивиду­альности. М., 1986.

118. Михайловский В.Н., Светов Ю.И. Научная картина мира:

архитектоника, модель, информатизация. СПб., 1993.

119. Монахов К.К. ЭЭГ как отражение программы мозговой ак­тивности // Сб.: Мозг и психическая деятельность. М;, 1984.

120. Моррис. Сотворение мира и современный христианин. М., 1993.

121. Мэй. Р. Искусство психологического консультирования. М., 1994.

122. Мясищев В.Н. Личность и неврозы. Л., 1960.

123. Налимов В.В. В поисках смыслов. М., Прогресс, 1993^

124. Непаридзе Ж. И. К вопросу взаимоотношения между вни­манием и установкой. Тбилиси, 1968.

263

 

125. Нечипоров Б. Введение в христианскую психологию. М., 1994.

126.. Нисский Тр. Об устроении человека. СПб., 1995.

127. Ницше Ф., Фрейд 3., Фромм Э., Камю А., Сартр Ж.-П. Сумерки богов. М., 1989.

128. Новик В. Особенности понимания мирозданья в христиан­ской традиции // Сб.: О первоначалах мира в науке и теологии. СПб., 1993.

129. Орлов В.В. Психофизиологическая проблема. Пермь, 1966.

130. Павлов И.П. Избранные произведения. М., 1949;

131. Павлов И.П. Собрание сочинений. Т. 3,. кн.1. АН СССР, 1951.

132. Павлова Л.П. Принцип неравновесия в изучении психофи­зиологических механизмов деятельного мозга человека // Тезисы докладов V Всесоюзного съезда психологов СССР «Деятельность и психические процессы». М., 1977.

133. Палама Григорий Св. Триады в защиту священно-безмол-ствующих. М., 1995.

134. Палей И.М. Вопросы психофизиологической структуры индивидуальности в связи с гипотезой о W-образной зависимости эффективности функций возбуждения и торможения от активации. В сб.: Теоретическая и прикладная психология в Ленинградском университете. Л., 1969.

135. Палей И.М. О соотношении активации и продуктивности психофизиологических функций в связи с изучением их индивиду­альной и возрастной изменчивости. В сб.: Возрастная психология взрослых, в. 3. Л., 1971. С. 13—24.

136. Пейсахов Н.М. Саморегуляция и типологические свойства нервной системы. КГУ, 1974.

137. Петрушенко Л.А. Принцип обратной связи. М., Мысль, 1967.

138. Пиаже Ж. Характер объяснения в психологии и психофи­зиологический параллелизм / Под ред. П. Фресса и Ж. Пиаже // Сб.:

Экспериментальная психология, в. 1—11. М., 1966.

139. Пиаже Ж. Аффективное бессознательное и когнитивное бессознательное // Вопросы психологии. 1996. № 6.

140. Платонов К.К. О системе психологии. М., 1972.

141. Позов А. Основы древне-церковной антропологии. Мад­рид, 1965.               .

142. Полетаев И.А. Сигнал. О некоторых понятиях кибернети­ки. М., 1958.

143. Полищук И.А. Биохимические синдромы в психиатрии. Киев, 1967.

144. Поршнев Б.Ф. О начале человеческой истории. М., 1974.

145. Прибрам К. Языки мозга. М., Прогресс, 1975.

264

 

146. Пригожий И., Стенгерс Л. Порядок из хаоса. М., Про­гресс, 1986.

147. Прикот ОГ. Педагогика отождествления и педагогическая системология. СПб., 1995.

148. Психологический словарь. М., Педагогика, 1983.

149. Раевский Д.И. О характере общей и иммунологической ре­активности в зависимости от темпераментных различий / Автореф. канд. дисс; Тарту, 1970.

150. Рубинштейн С.Л. Бытие и сознание. М., 1957.

151. Рубинштейн С.Л. Проблемы общей психологии. М., 1976.

152. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. М., 1989., 153. Русалов В.М. Электрофизиологические корреляты вероят­ностно-прогностической деятельности человека. В сб. Системный подход к психофизиологической проблеме. М., Наука, 1982.

154. Руткевич А.М. Экзистенциальный психоанализ в Англии // Психологический журнал. Т. 6, № 6, 1985.

155. Седов Е., Кузнецов Д. В начале было слов