Искажения слов в произношении

В числе неправильных ответов при назывании картинок сла­бослышащими детьми достаточно часто встречается искажен­ное произношение слов. Приведем график, демонстрирующий частоту искаженного произношения слов при назывании кар­тинок слабослышащими детьми (рис. 11).

Искажения слов, наблюдаемые у интересующих нас детей, играют особую роль при рассмотрении отклонений в их рече­вом развитии. При этом с особой очевидностью обнаружива­ется связь между нарушением функции слухового анализато­ра и особенностями речевого развития детей с пониженным слухом.

С этой точки зрения для нас особенно важно то обстоя­тельство, что искаженное произношение у слабослышащих де­тей характеризуется не только неправильным произношением отдельных звуков в слове, но и нарушением фонетической структуры слова.

В приведенных выше записях слов мы наблюдали в одних случаях недостатки произношения и смешения отдельных зву­ков¹ при сохранности общего контура слова, в других они со­четались с более глубокими искажениями.

Так, например, Валя К. произносит тевацька вместо девоч­ка. В этом слове сохранено соответствующее количество сло­гов и даже звуков. Оно произнесено с правильным ударением, при правильном употреблении всех гласных звуков. Однако согласные звуки произносятся мальчиком неправильно. Звон­кий д заменен глухим т, а шипящий ч заменен свистящим ц. Точно так же в словах капор (топор), карелка (тарелка) при полной сохранности общего контура слова звук т заменен зву­ком к.

Даже в столь резко искаженных словах, как грягадя (боро­да), грабань (барабан), валёк (звонок), сулыпы (чулки), можно было уловить контур, напоминающий правильно произносимое слово. Значительно большее искажение наблюдается в таких словах, как нбти (ножницы), щёт (щетка), капка (шкаф), паша (шапка).

Наш материал позволил выделить наиболее характерные для слабослышащих детей смешения и замены звуков: звонких зву­ков — глухими (как, например, в слове тевацька), шипящих — со свистящими (в лишу — в лесу, двожу — гвозди и т. п.), твер­дых — с мягкими (как, например, варёнь — ворона, рюка — рука, упаля — упала, крушка — хрюшка и т.п.).

В речи слабослышащих детей встречаются также смешения некоторых смычных звуков между собой. При этом наиболее характерным является смешение глухого т с глухим к, как, на­пример, в словах капор (топор), петушот (петушок), и смеше­ния звонкого д со звонким г, как, например, в словах двожу (гвоздь), пападй (сапоги), грава (дрова) и пр.

Наряду с этим характерной для слабослышащего ребенка является замена щелевых звуков сиз смычными гид, как, например, в словах кардина (корзина), тиди (сиди), табира (собирает), питатя (писать). Известна трудность различения на слух с и з от т и д, часто наблюдаемая при частичном нару­шении слуха.

¹ На отклонениях в произношении отдельных звуков мы не будем оста­навливаться, так как не ставим своей задачей дать здесь всестороннюю ха­рактеристику речи слабослышащих. Для нас важен лишь анализ фонети­ческой структуры их слов, который подкрепляет развиваемую нами мысль о прямой зависимости между нарушением речевого развития и понижени­ем слуха.

Нередки в приведенных нами записях смешения аффрикат с одним из составляющих их звуков, как, например, в словах клюша (ключ), машит (мячик), курита (курица), панчки (бан­тик), сулыпй (чулки)¹ и т. п.

Характерно для произношения слабослышащих детей и сме­шение звуков р и л с й: лябика — яблоко, лёлка — елка и т. п. Эти смешения, очевидно, имеют прямую связь с понижением у них слуха. В упомянутой выше работе акад. Л.В. Щербы и В.К. Орфинской показано, что при слушании радио не всегда удается отличить й от рь, ль.

Мы не исчерпали здесь всех смешений звуков, встре­чающихся в речи слабослышащих детей, и указали лишь на основные из них, чтобы в дальнейшем вывести из этого не­которые существенные для нашего исследования закономер­ности.

Очень важным будет для дальнейшего анализа тот обычно наблюдаемый факт, что для слабослышащих детей более харак­терными являются смешения звуков и значительно реже встречаются постоянные замены одних звуков другими. Один и тот же ребенок может употребить т вместо к, и наоборот. Так, например, Валя К. говорит капор (топор), карелка, крам-вай или кравдайт (трамвай), заменяя т звуком к, и в то же время допускает прямо противоположную замену в словах сулыпй (чулки), машит (мячик), питушот (петушок) и т. п. Эти примеры с полной достоверностью показывают, что ошибки произношения здесь не были связаны с затруднениями арти­куляционного характера. Как видно из указанных примеров, мальчик умеет произносить оба звука, но неправильно пользу­ется этим умением.

Ту же самую мысль подтверждает и целый ряд других при­меров. В приведенном словаре Вали К. мы наблюдаем пра­вильно произносимый звонкий звук д в слове дым и наряду с этим неправильное его произношение в слове тевацька (де­вочка), где д заменяется глухим т, а также в слове грава (дро­ва), где д заменяется г. Отсутствие моторных затруднений для произношения звука д подтверждается также тем фактом, что в слове дилёз (железо) мальчик произносит д вместо ж, в сло­ве кардйнка (корзинка) — в место з, в слове пападй (сапо­ги) — вместо г. Аналогично этому в слове панчки (бантик) он произносит ч вместо т и в то же время в словах клюша

' В последнем примере имеет место двойное замещение звуков — аффри­ката ч замещена звуком ш, который произносится ребенком как свистящий с.

6- 11108

(ключ), машит (мячик) заменяет необходимый ему звук ч зву­ком ш, а в слове тёвацька — звуком ц.

То же самое можно показать на целом ряде примеров, при­веденных выше. Из этого следует, что неправильное произно­шение звуков слабослышащими детьми в подавляющем боль­шинстве случаев происходит отнюдь не по причине невозмож­ности моторно овладеть произношением того или иного согласного звука.

Очевидно, единственной причиной нарушения звукового со­става слова у слабослышащего ребенка является неполное его слышание. Встречающиеся у слабослышащих детей отклонения от нормальной артикуляции при произношении некоторых зву­ков объясняются недостаточностью слухового контроля, который слышащим детям помогает своевременно корригировать ошиб­ки артикуляции.

Искаженное произношение звуков не ограничивается, как мы видели, неправильным употреблением одних только соглас­ных звуков. Здесь можно отметить, хотя и значительно реже, неправильное употребление гласных, как, например: угрушку (игрушку), булё (белье), димака (бумага) и т.п. Обычно эти за­мещения касаются тех гласных звуков, на которые не пада­ет ударение. Именно поэтому даже при замещении гласных слово, искаженно произносимое ребенком, в некоторой степе­ни сохраняет свой основной контур.

Значительно больше изменяется общий рисунок слова в речи слабослышащего ребенка при выпадении звуков или слогов. При этом чаще всего происходит выпадение безудар­ного начала и конечной части слова или других безударных его частей.

Так, например, Валя К. говорит булё павё вместо белье по­весила, табира вместо собирает, рибя вместо ребята и т. п. Таня Б. говорит чита вместо читает, нбти вместо ножницы, шипи вместо чай лить, япка вместо яблоко, куша вместо куша­ет, па вместо спать, тидй вместо сидит, пит вместо пишет, щёт вместо щетка. Г а л я Л. говорит метай вместо подмета­ет. Юра Д. говорит диван вместо одевается. Ваня К. гово­рит ливат вместо наливает.

Выпадение отдельных звуков, как правило, наблюдается при стечении двух или нескольких согласных звуков, как, например, в словах па (спать), ниська (книжка), тирай (стирает) и т. п.

Наряду с этим можно встретить в речи слабослышащих де­тей слова, которые содержат лишние звуки и слоги. Например, в словаре Вали К. мы встречаем крамвайн (трамвай), я слит

(ящик), капка (шкаф). В речи Тани Б. находим слово питатя (писать) и т. п.

Такие ошибки больше всего искажают общий рисунок сло­ва. Они обычно встречаются у детей с наиболее глубоким по­ражением слуховой функции.

При глубоких нарушениях речи у слабослышащих детей можно наблюдать лишь ничтожные обрывки слов. В подавля­ющем большинстве случаев эти обрывки состоят из тех частей слов, на которые падает ударение, как, например, пит (пишет), пись (спички), ноти (ножницы) и т.п.

На основе приведенных фактов можно установить следую­щие характерные для слабослышащих детей искажения при произношении слов:

1. Неправильное произношение звуков, чаще согласных, чем
гласных. При этом наиболее характерны смешения и замены
внутри определенных групп звуков: 1) смешения звонких с глу­
хими; 2) шипящих со свистящими; 3) некоторых смычных звуков
между собой (т, к, п); 4) замена некоторых проторных взрывны­
ми (чаще всего сиз заменяется m и дг); 5) смешение твердых
с мягкими и аффрикат с одним из составляющих их звуков.

2. Выпадение отдельных звуков и частей слова. При этом
наиболее характерно выпадение тех частей слова, на которые
не падает ударение, и выпадение тех согласных звуков, кото­
рые включены в сложное сочетание согласных.

3. Включение в слова лишних звуков и слогов.

Анализ смешений замен звуков показывает, что непра­вильное употребление звуков не связано с моторными затруд­нениями. Оно возникает как результат недостаточного овладе­ния звуковым составом слова, в связи с неполным его воспри­ятием на слух. Выпадение частей слова, наименее доступных слуховому анализатору слабослышащего ребенка, сохранение наиболее отчетливо воспринимающегося контура слова, иска­жение состава слова путем замены согласных звуков, которые, как было показано выше, в наименьшей степени доступны вос­приятию слабослышащего ребенка, характерные замещения сходных, с точки зрения восприятия слабослышащего, звуков (с — г, з — д и др.) — все это служит бесспорным доказатель­ством того, что искажение слова у интересующих нас детей зависит от недостаточных возможностей полностью воспринять их с помощью слуха.

Однако целый ряд явлений в речи слабослышащих детей нельзя прямо объяснить только неполнотой слуховых впечатле­ний. При анализе недостатков произношения слабослышащего

6* 163

ребенка можно наблюдать случаи, когда лучше слышимые зву­ки больше искажаются, чем менее слышимые. Например, звук ш, доступный нашему восприятию на большем, по сравнению с другими согласными, расстоянии и воспринимаемый сла­бослышащими детьми чаще прочих согласных звуков, в произ­ношении этих детей страдает больше других.

Стоящий на позициях механистического понимания разви­тия речи ребенка, Браукман пытается это явление объяснить лишь недостаточной упражняемостью моторики речевого аппа­рата слабослышащего ребенка.

К сожалению, и в нашей литературе можно встретить при­меры непонимания рассматриваемых явлений.

В.В. Оппель¹ специально посвятила свою работу доказа­тельству того, что между недостаточностью слуха и нарушени­ем произношения отсутствует какая-либо зависимость. На этом основании она приписала всем слабослышащим детям неполно­ценность мозговой коры. Все наблюдаемые у слабослышащих детей нарушения произношения она объясняет дополнитель­ным поражением речевых областей мозга, так как считает воз­можным учитывать только прямую и непосредственную зависи­мость между нарушением речи и поражением слуха.

Между тем, рассматривая этот вопрос под углом зрения за­кономерностей развития ребенка, можно показать, что у сла­бослышащих детей наблюдается недоразвитие произношения, возникающее только по причине неполноценного восприятия речи с раннего возраста.

Исключительная сложность процесса овладения произ­ношением обязывает нас рассматривать все наблюдающееся здесь своеобразие в плане закономерностей развития. Так, на­пример, неправильно было бы предполагать, что у слабослыша­щего ребенка может нормально развиваться произношение всех доступных его слуховому органу звуков и только звуки, недоступные его уху, окажутся неправильно произносимыми. Следует учитывать, что слабослышащий ребенок, не имея возможности рецептировать с помощью слухового анализато­ра одни звуки, не может отдифференцировать их от других звуков, доступных его слуху. Отсюда и последние могут ока­заться невоспринятыми ребенком, несмотря на то что идущие от них раздражения доступны его неполноценному слуху.

¹ В.В. Оппель. Расстройства речи и тугоухость у детей школьного воз­раста. Сб. «Вопросы воспитания и обучения детей с расстройствами слуха и речи». М., Учпедгиз, 1939.

Не будучи в состоянии воспринимать на слух все со­ставляющие нашу речь звуки, слабослышащий ребенок при определенных условиях может оказаться неспособным соотне­сти одни речевые звучания с другими, а отсюда могут возник­нуть (и нередко, к сожалению, возникают) неблагоприятные условия для развития произношения большинства звуков, в том числе и доступных слуху. Кстати, это положение касается не только произношения отдельных звуков, но и накопления сло­варного запаса. Как мы видели выше, слабослышащие школь­ники далеко не всегда имеют в своем запасе те слова, которые доступны их слуху. То же самое мы будем наблюдать при рас­смотрении и других сторон речи слабослышащих детей.

Практика школьного обучения слабослышащих детей пока­зывает, что специальное педагогическое воздействие, использу­ющее для коррекции произношения сохранные рецепторы сла­бослышащего ребенка, очень быстро дает положительный эф­фект. Это обстоятельство с наибольшей убедительностью опровергает всякое предположение о корковой обусловленно­сти отклонений от нормы в устной речи слабослышащего ре­бенка.

На основании данных о состоянии словаря слабослышащих детей мы приходим к следующим выводам.

1. У большого числа детей, обучающихся в школе для сла­
бослышащих, наблюдается недостаточный запас слов как след­
ствие неполноценности слуха.

2. Не обладая достаточным запасом слов, слабослышащие
дети заменяют одни слова другими внутри определенных смыс­
ловых групп.

3. В словаре слабослышащих детей обнаруживаются также
смешения слов на основе близкого (с точки зрения слухового
восприятия плохослышащих детей) звучания.

4. Слова, которыми пользуются слабослышащие дети, неред­
ко характеризуются искаженным произношением, с тенденци­
ей к сохранению общего рисунка слов на основе более сохран­
ного произношения гласных звуков и правильного распределе­
ния ударений в речи.

5. В связи с общим недоразвитием речи у слабослышащих де­
тей можно наблюдать неточность и недифференцированность
значений слов, обусловливающие неправильное их употребление.

6. Искаженное произношение и недостаточность словаря
слабослышащих детей представляются следствием неблагопри­
ятных условий развития речи, возникших в результате непол­
ного ее восприятия с помощью слуха.

Таким образом, мы констатируем определенное своеобразие в овладении словарным составом языка у большого числа уча­щихся школы для слабослышащих.

Обратимся далее к анализу грамматического строя языка интересующих нас детей.

Глава 2