****
Минсок задумчиво постукивал по дну турки, дожидаясь, когда роскошная пена на поверхности кофе соберется по краям.
- Готовишься? – Чондэ наблюдал за ним, не замечая, что вертит в руках телефон.
- Да, конкурс уже скоро, - Минсок улыбнулся ему и поставил турку, - как тебе?
- Я в этом не разбираюсь, - ответная улыбка вышла немного неловкой, - красиво.
- Суть не в красоте, - Минсок осторожно налил кофе в крошечную чашку, стараясь перелить и пену тоже, - попробуй. Осторожно, еще горячий.
Чондэ, глядя ему в глаза, поднес к губам чашку и потянулся к ее краю так медленно, словно собирался поцеловать кого-то, а не выпить бодрящий напиток. Минсок почувствовал, как кровь бросилась в лицо, когда нежные губы Чондэ прикоснулись к фарфору и заметил, что затаил дыхание, только когда воздух в легких закончился, а Чондэ сделал глоток. Отодвинул чашку и язычок показался на мгновение, быстро провел по губам. Он вдруг смутился и отвел взгляд, поставил чашку на стойку, пытаясь скрыть дрожь в пальцах, и нервно улыбнулся, отчего-то боясь увидеть лицо Минсока снова.
- Как тебе?
- Очень крепкий, - Чондэ вскинул взгляд и тут же отвел его снова, - и немного горький...
- Восточный кофе запивают водой, - подсказал Минсок и поставил рядом с его рукой стакан, - держи.
- Спасибо, - Чондэ ухватил стакан, не заметив, что Минсок еще не убрал руку, замер, накрыв теплые пальцы своими. Вскинул взгляд, почти жалобно глядя на него.
На кухне внезапно раздался вскрик и звон стекла. Минсок вздрогнул, быстро высвободил руку и метнулся на шум. Чондэ, придя в себя, последовал за ним, но остановился у косяка.
Минсок влетел в кухню, затормозил, чудом не наступив на россыпь осколков. Лу Хан, чей взгляд был прикован к осколкам, медленно поднял голову, его губы отчетливо дрожали.
- Мин... – с трудом проговорил он, - Мин...
- Что случилось? - резко спросил тот, подошел ближе, - ты же не поранился? Ты ведь не мог?!
- Нет, нет, - тот резко затряс головой.
Минсок вздохнул и притянул его к себе, осторожно положив руки на плечи, скрытые ледяной тканью. Лу Хан заметно дрожал, уткнувшись носом в его волосы.
- Это просто миска, - тихо сказал Минсок, - почему ты так испугался? Стекло часто бьется.
- Нет, - Лу Хан неуверенно прикоснулся к его спине ладонями, не решаясь сжать призрачные объятия, - она упала...
- Логично. Она на полу.
- Мин!
- Ну, что?
- Она упала потому, что я не смог удержать, - протараторил Лу Хан, отодвинувшись, - она просто... я взял... а она просто проскользнула... – он понизил голос, - насквозь...
Чондэ за дверью слегка отодвинулся, скрываясь из поля зрения.
- Успокойся, - голос Минсока, ровный, совсем чуть-чуть насмешливый, успокаивал обоих сразу, - разве это не нормально? Ты и так отлично справляешься. Это просто случайность.
- Но я не...
- Ты мог задуматься, или просто устал, - продолжал Минсок, гладя его по плечу, как котенка, - давай приберемся здесь, а потом ты просто посидишь в кофейне, может быть, съешь кусочек имбиря. Или я смешаю тебе несколько специй. Хорошо?
Лу Хан кивнул. Минсок шагнул к углу, где стояли щетка и совок, но Лу Хан остановил его, раскрыл ладонь над осколками и они послушно собрались в воздухе. Мгновение и следы происшествия высыпались в ведро. Минсок засмеялся, снова обнимая его за плечи.
- Вот видишь, - весело сказал он, - все в порядке.
Лу Хан снова кивнул и растерянно улыбнулся. Чондэ глубоко вздохнул и заглянул на кухню, надеясь, что выглядит уместно взволнованным.
- Все в порядке? – спросил он, - вас долго нет.
- Просто миска разбилась, - пояснил Минсок и слегка подтолкнул Лу Хана к выходу, - уже возвращаемся!
- Хён, ты не порезался?! – Чондэ протянул руку, но Лу Хан сделал вид, что не заметил ее и просто покачал головой, проходя мимо.
- Все в порядке.
- Ты такой бледный.
- Испугался, - легко сказал он, устраиваясь за стойкой, - я редко бью посуду.
- Хен, а ты сделаешь Лу-хёну кофе? – спросил Чондэ, хотел сесть рядом, но решил не нагнетать обстановку и устроился так, чтобы не касаться его, - с молоком.
Взгляд Лу Хана снова сделался испуганным и растерянным, он отчаянно глянул на Минсока, но тот остался совершенно невозмутимым.
- Кофе вовсе не успокаивает, - напомнил он, перебирая плотно закрытые баночки со специями, до многих Лу Хан еще ни разу не добрался, - тебе ли не знать.
Чондэ засмеялся.
- Я же не травник и не аптекарь, - он принюхался, - что смешиваешь? Приятно пахнет.
- Мята и шалфей, - он подмигнул Лу Хану, который нетерпеливо следил за его руками, - и хорошо, палочка корицы.
Тот фыркнул и перехватил корицу раньше, чем та опустилась в чашку. Он выглядел вполне спокойным, но все равно вздрогнул, едва не разбив очередную посудину, когда звякнул дверной колокольчик. Бэкхен влетел в кофейню, споткнувшись.
- Извини, извини, - с порога начал он, поймав взгляд Чондэ, - привет, Минсок-хён, привет, Лу Хан-хён, ты почему такой бледный? Как вкусно пахнет! У меня телефон сел, я просто не мог сообщить... а что тут происходит? Вы какие-то нервные! Все нормально?
- Если ты замолчишь на секунду, я расскажу, - сказал Чондэ, дождавшись, когда ему перестанет хватать воздуха, - Лу Хан-хён что-то разбил, а мы просто ждем тебя.
- Все нормально, - подытожил Минсок. Лу Хан приветливо помахал.
- А вот ты где был так долго? – спросил он.
Бэкхен уже перевел дыхание и устроился рядом со своей парой.
- Встретил Сехуна и Чонина, - сообщил он уже не так взволнованно, - они немного задержали меня. Я хотел позвонить, - он повернулся к Чондэ, который не успел и рта раскрыть, - но выяснил, что телефон отключился. Извини. Ты здесь давно?
- Не очень. Но! – радостно добавил тот, щелкнув ногтем по краю чашки, - я успел попробовать кофе, который Мин-хён готовит на конкурс! А ты не успел.
Бэкхен рассмеялся, стукнув его по плечу. Лу Хан, с наслаждением вдыхающий аромат смеси специй, грыз коричную палочку. Минсок смотрел на него и думал, стоит ли сообщить призраку, что уже несколько раз за последние дни бариста не мог к нему прикоснуться – пальцы просто проходили сквозь край шарфа. Минсок сразу убирал руки, не желая волновать и без того нервного Лу Хана лишний раз, но сам начинал тревожиться.
- Ой, - вдруг вспомнил Лу Хан, - цветок! Ему, наверное, одиноко наверху.
Он спрыгнул со стула и повернулся к Чондэ.
- Хочешь посмотреть, какой цветок я купил? – радостно спросил он.
Чондэ с энтузиазмом кивнул и отодвинул чашку.
- Заодно и скажешь, что это, я совершенно не разбираюсь, - щебетал Лу Хан по дороге к двери. Бэкхен и Минсок проследили за ними и повернулись друг к другу.
- Ну, - сумрачно сказал Минсок, - младшие тебя, говоришь, задержали.
- Ну, хён, - Бэкхен слегка смутился, но ненадолго, - всякое бывает. А твой полтергейст почему не в себе?
- Во-первых, он не полтергейст, а призрак, - задумчиво начал Минсок, - во-вторых, он не мой, в-третьих, а ты откуда знаешь? И, в-четвертых – не меняй тему.
- Я пока не меняю, - Бэкхен поставил локти на стойку и принялся смотреть на хёна чистым добрым взглядом, - но и рассказывать нечего.
- Так откуда ты знаешь, еще раз?
Бэкхен пожал плечами.
- Так сложилось.
- Ясно, - Минсок невольно глянул в сторону двери, - при нем не упоминай, он расстроится.
- Скоро полнолуние, - Бэкхен развернулся, чтобы видеть окно, - будет весело.
- Скоро Рождество, - поправил его Минсок.
- А забавно, что в этом году Рождество и полнолуние совпадают...
- Да уж, веселья будет через край.
****
Избавившись от очередной незнакомки, пытающейся вручить письмо с признанием и свое сердце в комплекте, Чонин почти бегом пронесся по галерее, влетел в пустой холл и вслепую добрался до скамейки, упал на нее и сжался в комок, пытаясь представить, что не существует. Его затошнило от боли, перед глазами вспыхивали маленькие белые взрывы, ударная волна от которых раскатывалась по черепу, давила изнутри, словно пытаясь расколотить хрупкие кости, и Чонин машинально прижимал руки к голове, впиваясь пальцами в кожу, хотя понимал, что делает только хуже. Где-то рядом раздались сначала недоуменный голос, а потом испуганный возглас. Кто-то практически упал рядом и Чонин вздрогнул и со стоном сжался сильнее, даже движение воздуха усиливало боль.
- Чонин, эй, слышишь меня? – причитал Кенсу, нервно оглядываясь, и не зная, звонить ли в скорую помощь, или родителям Чонина, или просто звать на помощь. В руку, которой он тряс Чонина за плечо, впились совершенно ледяные чуть влажные пальцы.
- Прекрати...
- Прости, - Кенсу хотел убрать руку, но Чонин сжал ее сильнее, - я позову кого-нибудь...
- Не шуми, - прошептал Чонин чуть слышно.
- Тебя раздражает голос? – понизив его, спросил Кенсу, сел рядом.
- Нет, - удивленно признал Чонин, выяснив, что как только второкурсник появился в пределах досягаемости, пульсация в висках слегка утихла, - говори...
- Я не знаю, что сказать, - стараясь заставить голос звучать ровно и спокойно, признался Кенсу. Медленно высвободил руку и положил ладонь на лоб Чонина. Короткий стон слегка испугал его, но потом младший подался вперед, отчаянно прижимаясь к теплой ладони, и Кенсу усмехнулся. А Чонин вдруг ощутил легкое прикосновение к губам.
- У тебя кровь, - водя пальцем по искусанной коже, проговорил Кенсу, - больно?
Чонин фыркнул. Он даже не заметил, когда прокусил губу. Не открывая глаз, притянул Кенсу ближе за одежду и прислонился лбом к его плечу. Как бы странно это ни было, но боль прошла почти полностью, оставив противное ощущение усталости.
- Посиди так чуть-чуть, пожалуйста, - на всякий случай попросил Чонин.
- Конечно. Если тебя не раздражает мой голос...
- Нет, наоборот. Говори.
-...то я хочу знать, что с тобой. Что с этим делать? Если ты дашь номер, я позвоню кому-нибудь, чтобы тебя встретили или подожди минутку, я сбегаю за медсестрой...
- Не надо, - Чонин отрицательно покачал головой и потерся щекой о его свитер, - я в норме.
- Ага. Конечно.
- Правда. Это просто... бывает. Но редко.
- Я так думаю, врачу ты тоже показываешься редко.
Чонин снова фыркнул.
- Это другое, - пробормотал он, борясь с желанием крепко стиснуть Кенсу, прижаться к нему всем телом, но вместо этого взял хёна за руку и снова приложил к своему лбу.
- А какие-нибудь лекарства у тебя есть? – упрямо продолжал Кенсу, наблюдая за ним.
- Нет.
Кенсу тяжело вздохнул.
- В медпункт-то ты хоть позволишь тебя отвести? – зная ответ, уточнил он, и совершенно не удивился, когда Чонин отрицательно покачал головой.
- Пройдет, - повторил он снова, - уже прошло. Ты не торопишься? Посидишь со мной?
- У меня будто выбор есть, - Кенсу снова вздохнул, - а где твой друг?
- У нас не совпадает расписание, - пробормотал Чонин, укладываясь ему на колени, и открыл глаза, туманно глядя снизу вверх, - хён, твои руки волшебные.
- Неужели.
Кенсу хмыкнул и пробежал пальцами по его щеке. Чонин улыбнулся, поморщившись от щекотного прикосновения, зажмурился, и стал выглядеть довольным, как кот.
- Эй, эй! – Кенсу пошевелил ногами, - если тебе легче, вставай.
- Еще чуть-чуть, - потребовал Чонин, не открывая глаз, но Кенсу заявил, что сеанс волшебных прикосновений закончился. С недовольным видом и жалобами на жестокость некоторых, Чонин поднялся, уловил пристальный тревожный взгляд Кенсу и широко улыбнулся ему. Кенсу продолжал смотреть на него и Чонин поежился, сообщив, что у того пугающий взгляд, и пытаясь перевести все в шутку. К пугающему взгляду прибавилась иронично изогнутая бровь, и младший бросил попытки, отвернувшись, чтобы скрыть начинающее гореть лицо.
- Ну, ты действительно получше выглядишь, - сделал вывод Кенсу, заметил знакомую фигуру неподалеку и поднялся, - а вон и Сехун. Я пойду.
- Кенсу-хён, - Чонин вдруг остановил его, ухватив за рукав, - а ты...
- Что?
- Не мог бы оставить мне свой номер телефона?
- И зачем же? – тоном придирчивого следователя уточнил тот.
- Чтобы я мог позвонить тебе в следующий раз и снова получить твои волшебные руки! – выпалил Чонин, надеясь, что не покраснел, рывком достал телефон и вручил Кенсу.
- В следующий раз ты должен звонить в скорую, а не мне, - проворчал Кенсу, набирая цифры, - держи.
- Привет, - Сехун подошел, подозрительно глядя на них, - у вас тут что, свидание?
- Скорее, ролевые игры. Я как будто мануальный терапевт и лечу наложением рук, а вот он как будто идиот, который не хочет лечиться нормальными лекарствами.
- Эй! – возмутился Чонин, но Кенсу кинул ему на колени телефон и ушел, небрежно махнув рукой на прощание.
- Пошли, - Чонин закинул сумку на плечо и поднялся, - зайдем к Чанёлю-хёну, у него скоро начнется репетиция, можем послушать...
- Ты бледный, - перебил Сехун, - опять?
- Ну... да.
- Эта женщина, похоже, права, - он шагал рядом с другом, то и дело задевая его локтем, - тебе нужно выбрать одну девушку. У тебя армия поклонниц, просто определись.
- Во-первых, язык, Сехун. Хватит называть мою мать «этой женщиной».
- И во-вторых?
- Во-вторых, я не могу просто взять и ткнуть наугад в любую, это не сработает. Все сложнее.
- А в-третьих? – с интересом спросил Сехун, заметив, что Чонин о чем-то задумался так, что даже споткнулся на ровном месте пару раз.
- С чего ты взял, что в-третьих что-то...
- Эй, сколько лет мы знакомы?
- В-третьих, - Чонин вздохнул, - сегодня я встретил кое-кого, в чьем присутствии приступ прошел. Просто взял и прошел. Так никогда не было, и мама говорила, что...
- Я помню, она при мне это говорила. Вот видишь, а говорил, что все сложно, - Сехун нетерпеливо ткнул его локтем, - ну? И кто это?! Ну? Ну?!
- Ты такой шумный, - Чонин поморщился и снова вздохнул.
- Я еще и упрямый. Имя, Чонин, давай. Ну, что с лицом? Она тебе не нравится? Ничего не поделаешь, это судьба, что-нибудь придумаем. Ну, скажи-и-и!
- Нравится, - не выдержал Чонин и отмахнулся от него, как от назойливой пчелы, - не в том дело.
- А в чем же?
- Это До Кенсу.
