Лекции.Орг

Поиск:


Один день из жизни женщины, у которой сформированы личностные барьеры




Помните Шерри? Мы рассказывали о ней в первой главе. День у нее проходил очень сложно. Она не знала за что браться, везде опаздывала, ничего не успевала. Скла­дывалось впечатление, что от нее ничего не зависит. Те­перь представьте себе, что Шерри прочитала эту книгу. Она решила перестроить свою жизнь, организовать ее в рамках тех четких барьеров, которые мы здесь обрисовали. Теперь ее день характеризуется свободой, самоконтролем и истинной близостью с дорогими ей людьми. Давайте посмотрим, как ее жизнь протекает теперь, когда она сфор­мировала барьеры.

Утра

Звонок будильника. Шерри потянулась и нажала кноп­ку, заставив его умолкнуть. Уверена, теперь я могу обойтись и без него, — подумала Шерри про себя. Уже пять минут как она не спала. В течение долгих лет семь-восемь часов сна казались для Шерри недостижимой мечтой. Она всег­да думала, что с такой семьей нельзя даже мечтать о пол­ноценном сне.

Однако мечта начала сбываться. Теперь дети ложились раньше, поскольку она и Уолт стали устанавливать для них более четкие временные границы. В результате у супругов оставалось даже какое-то время, чтобы расслабиться и по­беседовать перед сном.

Конечно, не обошлось без осложнений. За право вы­сыпаться порой приходилось расплачиваться. Например, вчера мать Шерри явилась с характерным для нее неожи­данным визитом. На этот раз она явилась как раз в тот момент, когда Шерри помогала своему сыну, Тодду, в вы­полнении домашнего задания.

Это было одно из самых трудных высказываний, кото­рые Шерри сделала за всю свою жизнь.

— Мама, я всегда рада тебя видеть, но как раз сейчас время совершенно неподходящее. Я помогаю Тодду закон­чить макет Солнечной системы. Сейчас я должна уделить ему все свое внимание. Если хочешь, можешь посидеть и посмотреть, или я позвоню тебе завтра, и мы договорим­ся, когда нам лучше всего встретиться.

Мать Шерри отреагировала как обычно. Синдром му­ченицы взыграл в полную силу:

— Я всегда это знала, дорогая. Кто захочет проводить время с пожилой одинокой женщиной? Ну что ж, я просто пойду домой и буду сидеть там одна. Так же, как и в любой другой вечер.

В прежние времена Шерри обязательно уступила бы под влиянием чувства вины, которое мать постоянно пы­талась внушить ей. Однако теперь, после проведенной ра­боты над самой собой и своим отношением к окружаю­щим, Шерри решила для себя, к какой тактике будет при­бегать в случае неожиданных визитов матери. К тому же она больше не чувствовала себя такой уж виноватой. К утру мамочка придет в себя, а Шерри проведет сегодняш­ний вечер так, как считает нужным.

6.45

Шерри надела свое новое платье. Оно сидело идеально, хоть и было на два размера меньше тех, которые она носила

несколько месяцев назад. Благодарю Тебя, Господи, за мою новую способность ограничивать себя, — помолилась она. Диета и программа упражнений в конце концов подействовали, и это совсем не было связано с какими-то новыми секретами о пищевых продуктах и способах сжигания калорий. Дело было в том, что теперь она заботилась о себе не с точки зрения эгоизма, а разумно распоряжаясь своей жизнью. Она больше не чувствовала себя виноватой оттого, что ей прихо­дится отнимать время от домашних дел, чтобы заняться соб­ственным телом. Находясь в лучшей форме, она была луч­шей женой, лучшей матерью и лучшей подругой. К тому же теперь она больше нравилась себе самой.

7.15

После завтрака Эми и Тодд отнесли тарелки в мойку, вымыли их и поставили в сушилку. Теперь все члены се­мьи привыкли принимать участие в домашней работе. Ко­нечно, поначалу дети и Уолт противились этому. Тогда Шерри перестала готовить завтрак и не готовила его до тех пор, пока они не стали помогать ей убирать после еды со стола и мыть посуду. С детьми и Уолтом произошло что-то вроде чуда. Словно у них в головах ярко засияла надпись, гласящая: «Если я не работаю, то и не ем».

Еще большее удовлетворение вызывала картина, как дети вовремя, да еще имея пару минут в запасе, подходят к школьному автобусу. Домашние задания выполнены, зав­траки упакованы — невероятно!

Конечно, путь к этому был каменистым. Вначале Шер­ри звонила родителям, дежурным по автобусу и просила их ждать ее детей максимум шестьдесят секунд, после чего отправляться. Так они и поступали. Опаздывая на авто­бус, Эми и Тодд обвиняли Шерри в предательстве. Они говорили, что она специально унижает их: «Тебя совер­шенно не волнуют наши чувства!» Любящей матери, ко­торая лишь учится устанавливать барьеры, тяжело выслу­шивать такие слова.

Однако, продолжая усердно молиться и ища поддержку в группе психологической помощи, Шерри твердо при­держивалась установленных ограничений. После несколь­ких опозданий на автобус, завершившихся опозданием в школу на несколько часов", дети начали самостоятельно заводить будильники.

7.30

Шерри приводила себя в порядок, сидя за туалетным сто­ликом. Последнее время эта процедура стала для нее празд­ником, к которому она никак не могла привыкнуть. Она на­слаждалась этими мирными и приятными моментами.

Шерри отправилась на работу, имея еще несколько минут в запасе.

8.45

Входя в конференц-зал Макаллистер Энтерпрайзиз, где она теперь работала в качестве старшего консультанта по разработке новых моделей (продвижение, полученное ею за «эффективность в руководстве»), Шерри бросила взгляд на часы. Собрание должно было начаться с минуты на ми­нуту, и она готовилась вести его. Оглядевшись, она обра­тила внимание, что три человека, каждому из которых в ходе собрания предстояло играть довольно существенную роль, все еще не прибыли. Она сделала пометку в запис­ной книжке, чтобы потом поговорить с ними. Может быть, у них проблемы с барьерами, в разрешении которых она сумеет им помочь.

Шерри улыбнулась. На память ей пришли дни, — кста­ти, не такие уж давние, — когда она была бы благодарна любому, кто оказал бы ей помощь в разрешении этих же самых проблем. Благодарю Тебя, Господи, за Твою церковь, которая учит библейскому отношению к этому вопросу, — молчаливо помолилась она. И затем начала собрание. Вовремя.

11.59

Телефон, стоящий на рабочем столе Шерри, зазво­нил. Она подняла трубку.

— Шерри Филлипс слушает, — произнесла она, ожи­дая ответа.

— Шерри, какое счастье, что ты здесь! Понятия не имею, что бы я делала, если бы ты уже ушла на обед!

Этот голос невозможно было спутать ни с чьим дру­гим. Он принадлежал Лоис Томпсон. В последнее время она звонила нечасто. С тех пор как Шерри подняла во­прос о неравенстве в их взаимоотношениях, она словно избегала общения. Шерри помнила день, когда между ними состоялся решительный разговор. Они сидели в кафе.

— Лоис, похоже ты всегда испытываешь желание по­говорить со мной, когда у тебя или тяжело на душе, или что-то не получается. Я очень рада, что ты так мне доверя­ешь. Но почему-то получается, что когда трудно мне, то тебе либо надо срочно куда-то бежать, либо ты отвлека­ешься, либо просто не проявляешь никакого интереса.

Лоис начала было возражать, доказывая, что это со­всем не так.

— Я твоя настоящая подруга, Шерри, — говорила она.

— Полагаю, мы выясним, так ли это. Я хочу знать, на чем держится наша дружба: только на том, что я делаю для тебя, или на искренней привязанности. И я хочу, что­бы ты знала, — с этого момента провожу между нами кое-какие барьеры. Во-первых, Лоис, я больше не собираюсь по первому твоему зову бросать все свои дела и лететь к тебе на помощь. Я люблю тебя, но я просто не в состоя­нии брать на себя ответственность за твою боль. И во-вторых, будут моменты, когда и мне будет по-настоящему тяжело, тогда я буду звонить тебе и просить о поддержке. Я понятия не имею, знаешь ли ты меня вообще как чело­века? Представляешь ли, через какие страдания прихо­дится проходить мне? Так что нам обеим предстоит выяс­нить, чего стоит наша дружба.

В течение последующих нескольких месяцев Шерри узнала много нового об их дружбе. Она обнаружила, что когда у нее не было возможности утешать Лоис и выру­чать ее в бесконечных трудностях, та обижалась и замы­калась в себе. Она также обнаружила, что когда дела у Лоис шли на поправку, она игнорировала Шерри. Лоис ни разу не позвонила, чтобы просто узнать, как поживает Шерри. А также Шерри выяснила, что когда она сама звонит Лоис, чтобы поделиться той или иной проблемой, та говорит исключительно о себе.

Печально было узнать, что детская привязанность так никогда и не переросла в полноценные дружеские отно­шения. Лоис оказалась просто не в состоянии разбить скор­лупу собственного эгоизма, чтобы хотя бы захотеть поин­тересоваться: а в каком же мире живет ее подруга.

Но вернемся к телефонному звонку. Шерри ответила:

— Лоис, я рада, что ты позвонила. Но я как раз соби­раюсь уходить. Могу я перезвонить тебе позже?

— Но мне надо поговорить с тобой сейчас, — раздался в трубке сердитый ответ.

— Лоис, перезвони позже сама, если хочешь. Тогда будет более подходящее время для разговора.

Они попрощались и повесили трубки. Может быть, Лоис перезвонит, а может быть, и нет. Скорее всего, все остальные друзья Лоис оказались в этот момент занятыми, и имя Шерри шло следующим по списку. Ну что ж, очень жаль, что Лоис недовольна мной, — подумала Шерри. — Но не исключено, что люди были не так уж довольны и Иисусом, когда Он удалялся от них, чтобы пообщаться с Отцом. Пы­таясь брать на себя ответственность за чувства Лоис, я брала на себя нечто, чего Бог мне никогда не давал. — И с этой мыслью она отправилась обедать.

Часов

Рабочий день Шерри прошел довольно гладко, без осо­бых событий. Она уже выходила из офиса, когда ее ассистент, Джеф Молэнд, привлек к себе ее внимание, разма­хивая руками.

Не замедляя шага, Шерри сказала ему:

— Привет, Джеф, ты можешь оставить мне записку? Через тридцать секунд я должна быть в машине.

Разочарованному Джефу ничего не оставалось, кроме как сесть и написать записку.

Как сильно все переменилось за последние несколько месяцев. Шерри никак не ожидала, что ее начальник ста­нет ее ассистентом. Однако это получилось как бы само собой. Когда она начала устанавливать барьеры на работе и перестала покрывать провалы Джефа, производительность его труда резко упала. На поверхность выплыли безответ­ственность Джефа и неумение доводить начатое дело до конца. Его собственные начальники в первый раз увидели, что проблема — в нем самом.

Они, кроме того, обнаружили, что именно Шерри яв­ляется движущей силой в отделе дизайна. Именно благо­даря ей дело продвигалось. Трудиться приходилось Шер­ри, а Джеф лишь принимал почести за успехи в работе, проводя все свое рабочее время за телефонными разгово­рами с друзьями.

Барьеры Шерри сделали свое дело: благодаря им его безответственность стала видна, и Джеф начал меняться.

Сначала он сердился и обижался, угрожал увольнени­ем, но в итоге все потихоньку становилось на свои места. Джеф стал более пунктуальным, ответственным. Пониже­ние в должности заставило его понять, что до сих пор он пользовался поддержкой других людей и при этом ничего не делал сам.

Отношения между Шерри и Джефом по-прежнему далеки от совершенства. Он с трудом воспринимает ее отказы. А Шерри трудно терпимо относиться к его не­справедливому и ничем не оправданному негодованию. Но она ни за что не поменялась бы своими нынешними проблемами с прежней Шерри, которая не умела ставить ограничений.

16.30

Встреча с учительницей Тодда, который уже учится в четвертом классе, прошла хорошо. Во-первых, на этот раз Шерри сопровождал Уолт. Ощущение его моральной под­держки многое меняло. Но еще важнее было то, что та нелегкая работа по формированию барьеров у Тодда, кото­рую супруги проводили дома, начала приносить свои плоды.

— Миссис Филлипс, — сказала учительница, — при­знаюсь, после беседы с миссис Рассел, которая учила Тод­да в третьем классе, я отнеслась к вашему сыну довольно настороженно. Но теперь я наблюдаю существенное улуч­шение в его способности подчиняться общепринятым пра­вилам.

Уолт и Шерри обменялись улыбками.

— Поверьте мне, — сказал Уолт, — за этим не кроется никакой магической формулы. Тодд терпеть не мог делать домашние задания, слушаться нас и выполнять какую-либо работу по дому. Но последовательная политика похвалы за сделанную работу и последствий за несделанную, похоже, приносит свои плоды.

Учительница согласилась.

— Это действительно помогло. Конечно, Тодд не пре­вратился в ангела, согласного на все. Он всегда будет гово­рить то, что думает, и мне кажется, это хорошо для ребен­ка. Зато теперь не приходится бороться с ним, чтобы за­ставить его вести себя прилично. До сих пор учебный год шел хорошо. Спасибо за вашу родительскую поддержку.

17.15

С трудом пробираясь сквозь обычную для этого време­ни пробку на дороге, Шерри испытывала странное чувство благодарности за нее. Я могу воспользоваться этим временем, чтобы поблагодарить Бога за мою семью и друзей, а также чтобы спланировать для нас веселый отдых на выходные.

18.30

Эми вошла в гостиную как раз вовремя,

— Сейчас время для мамы и дочки, — сказала она. — Пойдем погуляем.

Выйдя из дома, они отправились в предобеденную про­гулку по кварталу. Беседа при этом главным образом со­стояла из неумолчной болтовни Эми, Шерри больше слу­шала. Эми делилась впечатлениями о школе, новых про­читанных книгах, друзьях. Шерри добилась того, что доч­ка стала открыто обсуждать с ней все это. И прогулка всегда казалась слишком короткой.

Это произошло после того, как психолог-христианин проконсультировал Эми и всю семью по поводу замкнуто­сти девочки, заметив, что своим плохим поведением Тодд монополизировал внимание родителей. Эми никогда не устраивала скандалов, никогда не доставляла никаких хло­пот, поэтому Шерри и Уолт уделяли ей меньше внимания.

Постепенно она окончательно замкнулась. Эми каза­лось, что в доме не было ни одного человека, способного что-то дать ей. Спальня стала ее миром.

Обратив внимание на эту проблему, Шерри и Уолт стали прилагать особые усилия, чтобы избавить Эми от одиночества. Они поощряли ее, говорили о важных для нее вещах, даже если это не имело никакого отношения к постоянным кризисам Тодда.

С течением времени Эми, подобно цветку, раскрыва­ющему лепестки навстречу теплому солнцу, вновь пробу­дилась для общения с родителями. Она стала общаться так же, как любая нормальная девочка ее возраста. Обуз­дание Тодда, которым неустанно занимались родители, также внесло свою лепту в процесс исцеления Эми.

Часов

Ужин был в самом разгаре, когда зазвонил телефон. После третьего звонка включился автоответчик. Звонящему ничего не оставалось, кроме как оставить свое сообще­ние: «Шерри, это Филлис, из церкви. Не могла бы ты взять на себя организационные обязанности во время женского похода в следующем месяце?»

Автоответчик стал средством, избавляющим от вме­шательств в семейные ужины. Барьер, который семья для себя установила, можно было сформулировать так: «Ника­ких телефонных разговоров во время ужина». Благодаря этому семейное общение, которое происходило за столом, обогатилось.

Шерри сделала мысленную заметку, что позже позво­нит Филлис и, выразив сожаление, отклонит ее предло­жение. На эти дни у них с Уолтом были свои планы: они намерены были провести выходные наедине друг с дру­гом. Это время становилось для них своеобразным медо­вым месяцем.

Когда Шерри только начинала устанавливать свои лич­ностные барьеры, она стала отказываться от церковных поручений. Ей необходимо было это время, чтобы навес­ти порядок в хаосе своей жизни. Однако так было только поначалу. Теперь, напротив, она ощущала усилившееся желание принять участие в некоторых церковных служе­ниях, к которым чувствовала себя призванной. Мне как будто бы хочется утешать, потому что я была утешена, — подумала она. Но в то же время осознала: с точки зрения Филлис, она, наверное, никогда не будет такой активной, как хотелось бы Филлис. Но это уже ее проблема, Шерри из этой ловушки выскочила.

19.45

Дети и Уолт убрали со стола. Они не испытывали же­лания лишиться следующего ужина, подобно тому как ког­да-то лишились завтрака!

21.30

Дети в постели, их домашние задания выполнены. Они даже успели чуть-чуть поиграть перед сном. Уолт и Шерри тихонько сидели и пили кофе. Они обсуждали, как прошел у каждого из них день. Они смеялись над ошибками, со­чувствовали неудачам друг друга, строили планы на выход­ные и говорили о детях. Они смотрели в глаза друг другу. Каждый был рад, что другой рядом с ним.

Это чудо, и чудо, доставшееся нелегким трудом. Шер­ри пришлось обращаться к психотерапевту, а также посе­щать церковную группу психологической помощи. Ей по­требовалось долгое время, чтобы выйти из привычной жиз­ненной колеи, называемой «Укрощение гнева Уолта с по­мощью любви». Она наконец смогла прямо заговорить о существующей между ними проблеме. Однако и после того, как она решилась это сделать, безмятежность наступила отнюдь не сразу. Напротив, сначала она почувствовала, что почва уходит из-под ног. Уолт терялся, не зная, как ему поступать в случаях, когда жена говорила ему: «Я хочу, чтобы ты знал: меня обижает, когда ты критикуешь меня на людях. Если ты будешь продолжать делать это, я немед­ленно уеду домой. Я больше не хочу строить жизнь на лжи. Отныне я намерена защищаться».

Теперь Уолту приходилось иметь дело с женой, кото­рая больше не желала терпеть и подавлять его гнев, кото­рая вполне могла заявить: «Я не собираюсь гадать, за что ты сердишься на меня, лучше пойду к подругам и проведу время с ними. Если захочешь поговорить, то найдешь меня там». Уолту было нелегко приспособиться к этому. Ведь он привык, что Шерри вытягивала из него каждое слово, без конца приглаживала его взъерошенные «перышки» и из­винялась за собственные несовершенства.

А теперь в ответ на его эмоциональные вспышки Шерри прямо заявляла: «Ты единственный человек, с которым я больше всего хочу близости. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты занимал в моем сердце самое главное место. Но если ты откажешься проводить время в близком общении со мной, то я буду общаться со своими друзьями в церкви и с детьми. Я больше не хочу жить, словно попугай в клет­ке, с которым никто не разговаривает, я не хочу видеть тебя, сидящим перед телевизором».

Уолт угрожал, обижался, замыкался в себе. Но Шер-ри твердо стояла на своем. С помощью Бога, своих дру­зей, врача-психолога и церковной группы, оказывающей психологическую помощь, она устояла против нападок Уолта. Он по-настоящему ощутил, что значит лишиться близости с женой.

Ему не хватало общения с ней. Впервые за все время их супружеской жизни Уолт понял, как сильно он зависит от Шерри; как сильно нуждается в ней; как много радос­ти вносила она в их жизнь, когда была рядом. И медлен­но, постепенно, он начал вновь влюбляться в свою жену, на этот раз в жену, обладающую барьерами.

Она тоже изменилась. При общении с Уолтом Шерри перестала изображать из себя жертву. Она обнаружила, что теперь гораздо меньше обвиняет его, меньше негодует. Благодаря барьерам в ее жизни появилось много нового и интересного. Теперь ей не нужно было, чтобы Уолт стано­вился тем образцом совершенства, каким она хотела его видеть раньше.

Нет, этот брак по-прежнему нельзя было назвать иде­альным. Но теперь он стал прочнее, уподобившись кораб­лю, который не будет разбит бешеными штормовыми вол­нами, потому что его удерживает прочный якорь. Теперь Уолт и Шерри стали больше действовать сообща. Их со­единили взаимная любовь и ответственность. Они теперь не боялись конфликтов, прощали ошибки и уважали барье­ры друг друга.

22.15

Лежа в постели, уютно устроившись в объятиях Уол­та, Шерри размышляла о последних нескольких месяцах,

в течение которых так изменилась ее жизнь. На душе у нее было тепло. Она испытывала благодарность к Богу за этот шанс сделать свою жизнь другой.

На память ей пришел отрывок из Священного Писа­ния. Она много раз перечитывала его и уже успела выучить наизусть. Это были слова Иисуса из Нагорной Проповеди:

«Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небес­ное. Блаженны плачущие, ибо они утешатся. Блаженные кроткие, ибо они наследуют землю» (Мф. 5:3-5).

Я всегда буду нищей духом, — подумала она. — Но мои барьеры помогут мне найти время, чтобы принять в сердце Царство Небесное. Я часто буду плакать, скорбя о потерях, без которых не обходится эта жизнь. Но установление огра­ничений поможет мне найти утешение в Боге, получить его от окружающих. Я всегда буду кроткой и мягкой. Но, оста­ваясь личностью, я сумею взять на себя инициативу, чтобы наследовать землю. Благодарю Тебя, Боже. Благодарю Тебя за надежду, которую Ты дал мне. И за то, что Ты повел меня и моих любимых по Твоей тропе.

И мы молимся за то, чтобы барьеры, построенные на библейском основании, помогли вам обрести жизнь, пол­ную любви, свободы, ответственности и служения.

Генри Клауд, доктор философии. Джон Таунсенд, доктор философии. Ньюпорт Бич, Калифорния, 1992 г.

 

Оглавление

Предисловие к русскому изданию

ЧАСТЬ 1. ЧТО ТАКОЕ БАРЬЕРЫ?

1. Один день из жизни женщины, у которой

не сформированы личностные барьеры

2. Что представляют собой барьеры?

3. Проблемы, связанные с нечетко намеченными барьерами

4. Формирование барьеров

5. Законы барьеров

6. Самые распространенные заблуждения

о барьерах

ЧАСТЬ 2. КОНФЛИКТЫ ИЗ-ЗА БАРЬЕРОВ

7. Барьеры и ваша семья

8. Барьеры и ваши друзья

9. Барьеры и ваш супруг

10. Барьеры и ваши дети

11. Барьеры и работа

12. Барьеры и вы сами

13. Барьеры и Бог

ЧАСТЬ 3. ФОРМИРОВАНИЕ ПРАВИЛЬНЫХ БАРЬЕРОВ

14. Сопротивление барьерам

15. Как оценить, насколько вы преуспели в установлении барьеров

16. Один день из жизни женщины, у которой сформированы личностные барьеры

 

Клауд Генри Таунсенд Джон






Дата добавления: 2015-05-06; Мы поможем в написании ваших работ!; просмотров: 281 | Нарушение авторских прав | Изречения для студентов


Читайте также:

Поиск на сайте:

Рекомендуемый контект:




© 2015-2021 lektsii.org - Контакты - Последнее добавление

Ген: 0.017 с.