На рубеже XIX и XX вв. основой экономики России, как и прежде, являл- ся аграрный сектор. По общему объему сельскохозяйственного производства Россия занимала первое место в мире. На Россию приходилось 50% мировых сборов ржи, 20% пшеницы и в целом - четверть мирового сбора зерна и чет- верть его мирового экспорта. Производство зерновых на душу населения к кон- цу 1880-х гг. увеличилось по сравнению с 1830-и гг. с 432 кг до 475 кг. Россия являлась одним из главных экспортеров хлеба, с успехом конкурируя на миро- вых рынках с США.
И все же ситуация, складывавшаяся к исходу XIX в. в аграрном секторе российской экономики, была весьма непростой. Правда, по сравнению с пер- выми пореформенными десятилетиями доходы крестьян несколько возросли, однако в целом жизненный уровень основной массы сельского населения оста-
вался низким. Положение крестьянских хозяйств, как и прежде, в сильнейшей мере зависело от капризов погоды. Страшная засуха 1891 г., охватившая 29 гу- берний, стала подлинной трагедией для российской деревни. Неурожай и со-
путствовавшая ему эпидемия холеры унесли по различным подсчетам от 375 до
500 тыс человеческих жизней.
К началу XX в. особую остроту приобрела проблема крестьянского мало- земелья. Пореформенная деревня переживала демографический взрыв, вызван- ный во многом снижением детской смертности в результате улучшения медицинского обслуживания и внедрения в быт элементарных гигиенических норм. С 1863 по 1897 г. численность сельского населения Европейской России увеличилась на 26323 тыс. человек. В результате во многих местностях, в пер- вую очередь в черноземной зоне, крестьянские наделы все более и более мель- чали. Правда, в последние десятилетия XIX в. площадь земельных угодий, принадлежавших крестьянам, в целом неуклонно увеличивалась. Так, в конце
1880 - начале 1890-х гг. крестьяне приобрели 1/3 продававшихся земель и к
1905 г. владели 2/3 всех обрабатывавшихся площадей. Тем не менее в среднем по Европейской России за четыре пореформенных десятилетия размер душево- го надела уменьшился почти в два раза.
По официальным данным, в 1905 г. в Европейской России при общей площади земельных угодий в 350 млн. десятин для нужд сельского хозяйства могло использоваться 280 млн. При этом государству, городам и церкви при- надлежало 154,6 млн. десятин (39,1% общего количества). Площадь надельных крестьянских земель равнялась 138,7 млн. десятин (35,1%), а частновладельче- ских - 101,7 млн. десятин (25,8%), из которых 53,1 млн. десятин принадлежали дворянам, 20,4 млн. - горожанам, 13,2 млн. - крестьянам, 7,6 млн. - крестьян- ским товариществам, а 3,7 млн. - сельским обществам. Экстенсивный по пре- имуществу характер крестьянского земледелия предполагал введение в оборот новых и новых угодий по мере увеличения численности претендентов на надел. В этой связи даже передача крестьянам всех пригодных для обработки земель сама по себе не решала проблему аграрного перенаселения (во всяком случае в
долгосрочном плане), поскольку в условиях демографического взрыва эффект от полученной прирезки довольно скоро стал бы нулевым. Чтобы качественно изменить ситуацию в принципе, необходимо было перевести крестьянское зем- леделие на интенсивный путь развития, предусматривающий повышение про- дуктивности сельскохозяйственных угодий, и, разумеется, обеспечить перемещение избыточной рабочей силы из аграрного сектора в иные сектора экономики. За период с 1863 по 1897 г. 3 млн крестьян пополнили ряды про- мышленных рабочих. Однако "переварить" избыточное население деревни не- аграрная сфера не могла. Переводу же крестьянских хозяйств на интенсивный путь развития, на что в любом случае требовалось время, мешали многие фак- торы (отсутствие у крестьян необходимых средств, низкий культурный уровень сельского населения и пр.). Господствовавшие в деревне и консервировавшиеся до революции 1905-1907 гг. самодержавием общинные порядки равным обра- зом зачастую не создавали благоприятных условий для более продуктивного использования принадлежавшей крестьянам земли. Впрочем, роль общины в этом отношении была весьма и весьма неоднозначной. Община могла и способ- ствовать прогрессу в сфере аграрного производства Например, в 1890-е гг. кре- стьяне ряда губерний нечерноземной полосы "всем миром" начали переходить к многопольным севооборотам с высевом кормовых трав, отказываясь от арха- ичной трехпольной системы земледелия.
Так или иначе, но, стремясь жить лучше или по крайней мере не хуже, чем они жили, крестьяне в основной массе видели один способ добиться же- лаемого - дополнительное наделение их землей, прежде всего, за счет поме- щичьих имений. В результате в русской деревне на рубеже веков сложилась взрывоопасная ситуация.
