В продолжение своей жизни, благодаря сотням и тысячам человеческих исповедей, современный пастырь встречается с огромным количеством людей, которые так или иначе объясняясь очень грамотно (как им кажется) с богословской точки зрения оправдывают свое избегание ответственности.
Я приведу несколько типичных примеров безответственности, иногда «упакованной» во вполне правильные, красивые, вполне религиозные формулы: «У меня это не получится» — это означает нежелание брать ответственность за порученное дело.[28] «Господь не допустил...» — утверждающий не пожелал взять ответственность и завалил дело, обвинив в этом Бога. «Если не получилось, значит нет на то воли Божией» — верно, как и предыдущее высказывание, если человек потрудился сделать все, зависящее от него. Слова эти сами по себе прекрасны, но внимательно посмотрите на намерение авторов высказываний: нередко словами прикрывается безответственность.
Человек, не осознающий себя ответственным за собственную жизнь, собственные мысли, слова, поступки, за свое место в этом мире, укрываясь за подобными словами, в конечном итоге, обвиняет Бога в своей собственной безответственности и ведет при этом безбедную жизнь, как правило, возложив заботы о себе, любимом, на кого-либо другого.
Одним из наиболее ярких примеров ухода от ответственности является греховное неконтролируемое поведение, ставшее для многих людей нормой, привычкой. Оправдания собственного греховного поступка звучат так:
— Я этого не хотел, это моя страсть, я ничего не могу поделать. Моя страсть сильнее меня.
— Чья-чья страсть?..
Ложь такой ситуации состоит в том, что человек утверждает, что его страсть является чем-то независящим от него самого.
Другое распространенное самооправдание: «бес попутал». Т.е. я давал обет не курить, не пить, не блудить, не раздражаться, не унывать. На Исповеди каялся и священнику обещал исправиться, но вдруг опять меня «бес попутал», и при этом «я ничего не могу с собой поделать». То, за что человек ответственен пред Богом сам, сваливается на бесов, которые, если верить Слову Божьему, с нами не могут делать ничего без нашего ведома и нашей воли.
В таинстве крещения мы полностью освобождаемся от власти дьявола, выводимся Христом из сферы его влияния. И если бесовские силы что-то совершают внутри нас или через нас, то только с нашего согласия, значит, и отвечать за это должны мы сами. Да, иногда нам не хватает духовных сил, нам не хватает духовной зрелости, наша человеческая немощь подводит нас. Но это вовсе нас не оправдывает, ведь у человека всегда есть выбор.
Задача пастыря — показать человеку, что за все, им совершаемое, за все проявления его страстности, ответственен исключительно он сам.
Еще одна разновидность ухода от ответственности — перенос ответственности на другого человека. Сегодня нередко имеет место такое явление: человек ищет духовника, старца… но нередко не для того, чтобы возрастать духовно, а чтобы переложить на кого-то свою ответственность. Такой человек хочет вступить в отношения со священником, при которых все будет делать «с благословения» и «по указанию», и при этом ему уже не нужно будет самому отвечать за свои поступки. Такой своеобразный маневр для ухода от ответственности можно наблюдать в жизни многих людей. Человек, полагая, что он полностью предает себя в послушание духовному отцу,[29] отказывается от своей воли, под которой подразумевается личная ответственность за свое поведение и поступки.
Пришедший на Исповедь уверен в том, что батюшка, который, по его представлениям, теперь «полностью отвечает за него», примет его, пожалеет, прочитает разрешительную молитву, допустит до Причастия и этим как бы подтвердит нормальность, легитимность его безответственной жизни.
На Исповеди такие люди буквально сваливают на священника все свои проблемы и неудачи. Причем, о том, как они сами пытались разрешить, развязать свои жизненные узлы, они не говорят, поскольку чаще всего просто отучились (или вовсе никогда не умели) делать это самостоятельно. Глубинное осознание ответственности за себя и за собственные грехи у них отсутствует. Они ждут Исповеди, ждут встречи со священником, иногда спрашивают, как бороться с грехами, а на самом деле противостать греху не хотят. Как только речь заходит о реальной борьбе со страстями, оказывается, что вести ее они совершенно не собираются. Священник дает им маленькую епитимью: прочитать небольшую книжку или положить несколько поклонов... На следующей исповеди оказывается, что они не могут найти для этого времени! Если какая-то внутренняя работа в них и происходит, то только в присутствии духовника.
«Безусловна и неоспорима ценность послушания! — считает священник Владимир Лапшин. — Духовник или старец ответственен за те благословения и указания, которые он дает этому человеку. Но ответственность за жизненные ситуации и уместность выполнения того или иного совета все равно остается на самом человеке.
Желание переложить ответственность за всю свою жизнь на духовника, по-видимому, является попыткой избавиться от голоса собственной совести, заменив его голосом другого человека. Как здесь не вспомнить слова Апостола Павла: "Вы куплены дорогою ценою; не делайтесь рабами человеков" (1Кор. 7, 23)».
Духовник, видя, что никакого духовного роста у окормляемого не происходит, может предположить, что причиной его частых посещений является личная человеческая привязанность к пастырю. В таком случае разумнее было бы ограничить свое общение для того, чтобы помочь человеку взглянуть в лицо своей личной ответственности за собственную жизнь и движение к Богу.
