Ну и живите со своими пробирками и клонированными недоносками, что ко мне лезете… Я же никого не трогаю и не учу, как жить. Ни от кого ничего не требую…
Да-а-а, именно, я мужчина, а потому и поступаю, как это достойно мужчине. И не был и не буду шнурком у бабы своей и системы вашей вампирической.
Ну и пусть, что один, зато СВОБО-ОДНЫЙ и при своих интересах, мнениях, образе жизни, вере, а не чужой, навязанной!..
А что это ваши «крутые» мужики-то допустили, чтобы их пробирочками заменили, а-а-а? Сами не способны, что ли, наевшись химии всякой?.. Измельчали, или воспитаны с детства одинокими бабами, а мужской мысли в мозгах своих не нюхали? То ли расплодилось голубых, да трансвеститов, как собак нерезаных!.. Модельеры, да цирюльники кастрированные…
Не на-а-адо мне мозги вправлять, не тот мой возраст уже, всё вижу и понимаю.
Это вы все с глаз своих шоры поснимайте, и себе и мужикам своим, глаза промойте, чтоб увидеть, наконец, что вытворяете сами же над собою, и поймите, по какой причине конфликты и войны возникают, а потом сами же и посылаете оставшихся ещё лучших мужчин своих на погибель, чтобы защищать ваше же безумное существование!..
А остальные, по вашему пусть и «мужчины», но по мне так, извините, жертвы абортов, неизвестно кем и как зачатые, проститутками закинутые в детские дома, а потом гоблинами шныряют по улицам ночным «братвой» тугодумной, или гоблинами-телохранителями, бритыми под а-ля «я полный даун», служат у таких же извращенцев интеллектуальных…
Не знаете почему так происходит, так и не тыкайте мне свои ереси «цивилизованные» лишь потому, что за вами силовые структуры вон на улице в бобике ржавом сидят, да МЧС-сы всякие.
Но, наконец, мы оба с судебным исполнителем эмоционально выдохлись и дохлебали свой чай…
Итак, резюмировал я своё пламенное выступление, никаких денег у меня нет, не будет и быть не может, ибо не собираюсь из-за них делать то, что мне не нужно и не хочу. Если детям надо правильное воспитание и ценности истинные, так пусть живут у меня, хоть с матерью своею, хоть без неё, и я прокормлю их, обогрею и обучу, чему действительно нужно. И это раз.
Второе. Но так как прекрасно понимаю, что проще головой в омут, чем кому-либо из ваших объяснить, почём нынче Правда Божия, то я, ничего ценного в гнилом мире вашем не теряя, готов хоть сегодня предстать перед судом человеческим, и за казённый счёт отправиться в места, желательно более отдалённые и девственные, где по принуждению отбуду срок свой и там же и останусь на веки вечные за истину Божию-ю-ю… Крест так Крест!
И с этими словами я театрально протянул судебному исполнителю свои руки для кандалов, то есть для наручников.
Но симпатичная женщина, видимо сражённая моим бравым мужским видом с оттопыренными локтями и торчавшими ушами, только многозначительно посмотрела на меня, глубоко вздохнула, вышла на улицу, огляделась по сторонам, как бы проверяя обстановку с описанной моим красноречием Природой, села в бобик и укатила восвояси, оставив томиться в ожидании, когда же без всяких разговоров загребут меня и увезут в кичу более серьёзные и несговорчивые камуфляжные ребята в масках…
Глава 32
…Ждал день, ждал два, ждал неделю, бродя по огороду, и с наслаждением мочил толпы полосатых колорадских жуков и их краснопузых личинок, но не появлялись из-за леса никакие гориллы, ни в масках, ни без них…
И не знал, как же быть: то ли идти самому в милицию сдаваться, то ли продолжать безмятежно мочить жуков, лелея свой огород и будущий урожай, попросту готовясь к зиме?..
Ходил, и в Душе муторно было, что опять не сдержался и охаял всех горожан… До чего же я мог быть злым и сердитым!..
А с другой стороны, ведь городские душевные нечистоты только потому и видны, что они воняют…
Мне непонятно было, как же можно в таком дерьме существовать праведно и при этом нюхать его без конца, а оно всё равно только умножается, как ни припудривай и не брызгай дезодорантами?.. Значит, что-то не так в самой городской жизни, что столько душевных и явных нечистот в глаза, уши, нос лезет и спасу от них нет никакого, куда ни повернись, куда ни прячься, хоть в самой глухой лесной деревне...
В чём же причина такого извращения жизни, когда гибнет естественная Природа и люди извращаются дальше некуда?
Когда началось это саморазрушение Творений Божиих в образах человеческих и окружающей их среды обитания?..
«Вполне логично полагать, что не Бог создавал города и не определял Он человеку губить естественную среду обитания», - размышлял я, сидя на берегу озера и любуясь зеркальным отражением на воде высоких, гордо молчаливых елей на другом берегу, с верхушками, освещёнными вечерним солнцем...
Надо думать, что настоящие люди поначалу жили на Планете, как в Раю, получая от Бога всё необходимое, что находилось на поверхности её: пищу на деревьях и под ногами, до которой надо было только руку протянуть или согнуться, одежду в виде фигового листка, так как погоду, видимо, тоже Бог регулировал… Но главное было ― тёплые взаимоотношения как между людьми, так и общение их с Богом, Который тогда ещё никого не изгонял из Общекосмического Братства Беспредельного Мироздания!..
Так когда же получился у людей Планеты этой проступок столь страшный, что они не смогли больше, и по сей день не в состоянии, открыть в себе способность к созерцанию Единой Жизни Беспредельного Космоса во всех параметрах Времени и Пространства?..
Конечно, наивно было бы думать, что Бог рассердился и изгнал людей из Рая лишь потому, что некая Ева попробовала яблоко добра и зла, и потом вместе с Адамом пожелали стать не Едиными с Богом Со-творцами, а лишь КАК боги, да увлёкшись пошлым сексом в кустах…
Вся эта символическая басня религиозная только для тугоумных невежд, хотя, надо признать, довольно правильно отражающая Суть грехопадения.
«Скорее всего», - думал я, бросая в зеркальную воду сухой листок, стараясь попасть в отражение солнца, и наблюдая, как от него расходились круги во все стороны, - «что вся причина падения Человечества во вдруг проявившемся банальном эгоцентризме людей, когда постепенно переполяризовалась информация их мышления, превращая сознания жертвенных агнцев в сознания волков, из травоядных в плотоядных…».
А такое возможно, когда исчезает Вера в Бога и Силу Его для людей, но появляется материальная заинтересованность и зависимость.
И тогда, чтобы получить энергию для выживания, приходится поглощать её со стороны ― от себе подобных, для этого их провоцируя… Иначе говоря, звериный образ жизни, а отсюда и ужасы Кармы ― болезни, войны, катастрофы, катаклизмы, страх постоянный…
И эти переполяризованные, или попросту вампирические, существа в образах людских, для того, чтобы иметь постоянное энергетическое пропитание от себе подобных олухов-доноров, скучились в определённых местах, или городах, завладели средствами информации, нагло напридумали карающие законы себе в угоду, наплодив всевозможного ранга чинушек вместе с попами, создали силовые структуры для подавления инакомыслящих, завладели властью над пространством земным и сосут по сей день не только друг друга, но и целые Народы и даже Матушку Землю, даже не желая, или попросту неспособны уже, видеть ужасные последствия своего безумия!..
Но самое противное, что если среди этих, с позволения сказать, творений божиих, появляется Свободный Душою Человек, желающий вернуться к исходному агницкому бытию для Жизни в Гармонии не только с самим собою, но и с Природою, данной ему Богом, да и с Самим Богом, то это в тотально корыстном обществе расценивается, как звонкая оплеуха, как оскорбление их щупальцам и клыкам!..
Конечно, и в городах, в этих клоачно-энергетических воронках появляются люди, уставшие от окружающих противостояния, лицемерия, всепродажности и наглости, желающие что-то изменить во взаимоотношениях между собою.
Но тогда опять же появляются какие-то кружки, общества, секты, в которых люди кучкуются вокруг своего кумира, заглядывая ему в рот, беснуясь в заумных речах его, но всё равно, лишь прикидываясь просветлёнными ягнятами, продолжают также существовать ЗА СЧЁТ ближнего своего, в частности провинциалов, за гроши загибающихся на полях и в фермах, чтобы по дури своей отправлять потом выращенные Божии дары в городские клоаки, чтобы там питались ими те, кто при этом преступно перекачивают из кармана в карман огромные суммы денег, проигрывают в казино, а то попросту серыми массами раболепствуют на заводах, загаживая дымом всё вокруг лишь ради того, чтобы сидеть сытому в квартирной клетке перед зомбирующим сознание ящиком, но при этом требуя от глупого донора-крестьянина кротости и послушания, навязывая ему свои городские законы и даже религию…
Во дурдо-о-ом-то!..
Господи, ну зачем я женился и наплодил детей в это безумие городское!..
Зачем я совершил такую страшную ошибку, похотливо позарившись на сексуально-симпатичную Еву!..
Неужели дети мои никогда не познают то, что мне дано знать и видеть!..
Взволнованный, возбуждённый я шлёпнул ладошкой по воде, разогнав в панике каких-то водяных жуков…
А действительно, какие такие ценности я мог бы предложить детям своим в деревенской жизни?
Грязь непролазную на дороге? Труд без выходных на поле, в саду, в стаде коров или коз?.. Бесконечную заготовку дров морозной или слякотной зимой и сенокосы с нервной оглядкой на непогоду летом?..
Безлюдие и скуку?..
Или всё-таки в деревенской жизни есть нечто такое, чего никакими словами не объяснить?..
Размышляя и волнуясь, однако, я как-то и не заметил, как лягушонок, до этого прыгавший с листа лилии на лист, вдруг запрыгнул на мостки и приблизился ко мне…
Я наблюдал за храбрым лягушонком, стараясь не спугнуть его, но мне показалось, что он и не собирался пугаться… Более того, он спокойно подпрыгнул ко мне и даже залез на ступню мою голую!..
Конечно, я не шевелился, ощущая его холодное пузо и наблюдая за храбрецом, но мне почудилось, будто он, глядя мне прямо в глаза, хотел что-то сказать…
Также, совсем неожиданно краснокрылая бабочка, до этого порхавшая между берёзками у воды, вздумала подлететь и вдруг села мне прямо на лоб между глаз!..
Я не стал и бабочку сгонять, видя в происходившем некий Знак и продолжал сидеть, скучив глаза на бабочку…
И действительно, наблюдая за красотой девственной Природы, неотъемлемой частью которой я себя чувствовал всем Сердцем, вдруг ощутил, что вроде как во мне что-то изменилось или переключилось, и я каким-то необъяснимым образом стал видеть то, что от обычных людей уже давно закрыто…
И небо было какое-то не такое, и вода необычная, неописуемо живая… Да и всё, что меня окружало приобрело вдруг необъяснимую Красоту и Гармонию, вовлекая сознание моё в хоровод красок, звуков и каких-то колокольчато-радужных переливаний цветов и форм одно в другое и обратно!..
Я прямо-таки ликовал от осознания, что какая-то неведомая мне Сила Вечно Живой и какой-то до истомы женственной Природы милосердно позволила прикоснуться к Тайне окружавшей меня Жизни!..
С выпученными глазами я следил за всем происходившим, и мне казалось, что видел всё сразу и в один миг!..
Но вдруг услышал постепенно усиливавшийся звук, будто множество орга́нов во Вселенной
Всеми трубами своими играло торжественные аккорды потрясающего Гимна Природе, и у меня возникло чувство, что увижу нечто такое… Тако-о-ое!..
Глава 33
…И увидел… Над водою, как бы паря́ в отражённых лучах вечернего солнца, проявились поочерёдно трое Старцев, всем видом своим похожих на древних славянских седовласых и бородатых волхвов!.. Но это были не люди, хотя и одеты в длинные светлые одежды, перепоясанные узорчатыми ремнями…
Старцы были хорошо видны, но всё же казались немного прозрачными, а вокруг каждого из них в воде и, как мне показалось, даже в воздухе что-то кружилось…
Когда присмотрелся внимательнее, то увидел, что вокруг в центре находившегося Старца каким-то неуловимым образом кружились потоки воды, хотя озеро оставалось также спокойным…
Вокруг левого от меня Старца тоже кружились какие-то водяные букашки, водоросли, но чётко заметил я только лягушек, кувыркавшихся, будто космонавты в невесомости…
Третий Старец был окружён медленно и чинно проплывавшими рыбами разного вида и величины…
Каждый Старец в руках держал какие-то предметы, по видимому, что-то символизировавшие, но я разобрал только лишь один ― раковину…
Некоторое время я наблюдал за всей этой грандиозной картиной, открывшейся моему Духовному взору, под звуки удивительной Музыки Космических Сфер и сам стал вибрировать и чуть не закружился в хороводе вокруг Старцев в водном вихре вместе с букашками, лягушками и рыбками!..
И тогда услышал, как центральный Старец заговорил голосом, будто где-то вдали шумел водопад, но я хорошо разобрал смысл сказанного…
Оказалось, что лягушка, прыгнувшая мне на ногу, и бабочка, опустившаяся прямо мне на лоб, были посланниками Духа озера нашего!..
Так вот оно что-о-о… Но Старец, который, видимо и олицетворял таким любопытным образом Духа озера нашего, не стал ожидать, пока закончу размышлять и удивляться, а продолжал говорить, что, мол, он давно заметил меня, часто бродившего по берегу, купавшегося или плававшего на брезентовом каноэ… И ему понравилось, что я однажды тихим вечером сердечной молитвою попросил у него на то разрешение…
«Действительно, было дело такое!..» - вспомнил я, и тому предшествовал странный случай.
Когда я ранней весной впервые оказался в этих лесных краях, спустил на воду своё самодельное каноэ и поплыл на нём, радуясь красоте озера и таинственным водным каналам в камышах, вдруг какая-то неведомая сила стала раскачивать каноэ с боку на бок и мне никак не удавалось удержать равновесие… Кончилось тем, что каноэ всё-таки опрокинулось и я с шумом бултыхнулся в холодную воду!..
К счастью, было не глубоко, и потому кое-как выбрел по илистому дну на берег.
Именно тогда у меня впервые появилось дотоле неведомое чувство, что весь лес и всё, что в нём находилось, начиная озером, лесными тропинками, полянами, болотами, ручейками, холмами, камнями и кончая растениями, букашками, животными, птицами ― были живыми, сознательными, видимо и невидимо наблюдавшими за моими действиями существами!..
И я уже не мог нагло вламываться в это, ещё до меня сложившееся и устоявшееся сообщество разнообразнейших существ… Боялся навредить своею неосторожностью, потревожить, испугать кого-то, взгляды чьи, проходя под деревьями или сидя на берегу озера, чувствовал всем Сердцем своим, а иногда даже ощущал прикосновением...
Как-то собравшись также тихим поздним звёздным вечером, таинственно отражавшимся в зеркальных водах нашего небольшого озера, я зажёг свечку, поставил её в центр крестообразного плотика, связанного из гибких ивовых веток, оттолкнул его в воду подальше и, возбуждённый до предела важностью действа, стал молиться Всевышнему и всем Его Силам природным, каясь в содеянных проступках по отношению ко всем видимым и невидимым существам, окружавшим меня в лесу нашем, прося Прощения и Благословения сосуществовать рядом с ними и вместе!..
После этого, уже не мог по делу или без дела заходить в лес или бродить по полянам, чтобы не принести с собой кусок хлеба или зёрнышек, которые натыкал на ветки или рассыпал на камнях, прося Духа леса разрешения набрать грибов, ягод, или срубить сырую ветку, а то и деревце для необходимых хозяйственных поделок…
И тогда, каким-то странным образом, всё в лесу оживало, переставало пугаться меня, видя и чувствуя, видимо, мою неагрессивность и миролюбие, и даже более того… Иногда я слышал чей-то неожиданный оклик и, оглянувшись, замечал, что прошёл мимо кучки ядрёных белых грибов, или грозди особенно крупной и спелой брусники!..
Кто окликал? Неважно. Я просто знал, что моих добровольных помощников в лесу было множество разными формами материальности как видимыми, так и невидимыми простым глазом, что они знали и узнавали уже меня. Да и я совсем не пугался, даже когда, по выпрямлявшейся травке и испарявшимся испражнениям на моей тропе, понимал, что впереди брёл медведь, ибо мы действительно были одной крови, одною Душою ― они и я!..
Вот когда прочувствовал я силу книги Редьярда Киплинга и всю Правду в ней описанную…
Однако, эти воспоминания промелькнули в моём мозгу мгновенно, так как внимание опять привлёк к себе Старец, вокруг которого кружились рыбы… Он поблагодарил меня, что никогда не ловил его рыб, не расставлял в озере сети и не баловался удочками для своего удовольствия… Но он всё-таки разрешил мне иногда применять в пищу его рыб, так как это нужно было плоти моей, в которой мне предстояло ещё какие-то дела вершить на Земле…
А Старец с букашками и лягушками добавил от себя, что благодарен мне за защиту его животных…
«Точно!..» - вспомнил я. Как-то, выйдя из храма в соседней деревне, заметил, что дети наловили лягушек и неосознанно мучили их, одевая в кукольные одёжки и рассаживая вокруг игрушечного стола накормить обедом из миниатюрных пластмассовых тарелочек и такими же миниатюрными ложечками.
Бедные животные, видно было, потеряв всякую надежду переубедить детей, что уже обедали и сыты по горло, уже еле дышали, когда я присел к детишкам и осторожно стал объяснять им, как лягушкам плохо, душно и хочется скорее домой в свои лужи, к своим детишкам, которые горько плакали без мам и пап…
Надо было видеть эти наивные детские личики, когда они слушали меня с широко раскрытыми глазками и посматривали на лягушек, надёжно зажатых в их кулачках и чуть ли не визжавших по-поросячьи от бессилия и обречённости!..
Когда я закончил, малыши дружно побежали к пруду, раздели, наконец, бедных лягушек и пустили их в воду, с любопытством и искренней жалостью наблюдая, как они из последних сил барахтались, пытаясь нырнуть поглубже или хотя бы спрятаться под листьями лилий…
Вспомнив этот случай, вдруг подумал я, а как быть тогда с отвратительным колорадским жуком, который внаглую пожирал ботву моей картошки на огороде, а? Целоваться с ним прикажете, что ли? Или, быть может, тоже кормить обедами, как те детишки?..
А как быть с живыми сорняками, которые я с таким остервенением выдёргивал за уши и тяпал тяпкой? А с остальными паразитами и кровопийцами как быть?..
И хотя Старцы молчали по этому поводу, глядя снисходительно на меня, но в этот момент как будто кто-то прямо в ухо мне прошептал, что колорадский жук ― чужак у нас, занесённый по глупости людской, и нарушает общую Гармонию этой местности, а кровопийцам вообще нельзя ходу давать, ибо они не ведают меры и Божией Силы, а потому и питаются чужой кровью, упыри этакие мерзкие…
Ага-а! Значит, чуждое надо искоренять, что ли?.. И чуждое не только букашками, но и мыслями, культурой совсем посторонней, которые не отражаются местным окружением, местной Природой?..
«Но тогда», - с удивлением подумал я, - «и не все люди здесь свои, местные!..».
И действительно заметно было, что иногда заезжавшие чужаки совсем не вписывались своими блестевшими машинами и одеяниями в общую картину нашего деревенского или хуторского бытия. Даже их дачи лакировано-пластмасовые, которые мне приходилось видеть в деревнях мне совсем не нравились, казались холодными, чужими, даже агрессивными…
И всё это чужеродное, как соринка в глазу, мешалось и болезненно воспринималось на общем фоне красоты лесной…
«Однако, позвольте, я тоже пришлый», - подумал с горечью, но тот же странный шепоток тут же нашёлся, как объяснить мою ситуацию, мол, во-первых, тебе Богом предназначено именно здесь жить и здесь состояться, и потом, во-вторых, что я безоговорочно принял правила игры местного бытия и Природы, отказавшись от всего прошлого, старого, вредного, разрушительного, неместного…
Я даже оглянулся, не поверив, что рядом со мною никто не стоял видимый, наклонившись к уху моему!..
Но Старец-Дух озера опять перебил мои воспоминания, предупредив, что наш хутор в опасности и я должен защитить его от бесов и разрушения… И вдруг Старцы и их окружение медленно растворились в вечерних сумерках…
Вот так новость!..
Глава 34
…Поражённый столь неприятной новостью, я ещё долго сидел на берегу озера, правда, уже в темноте, глядя на отражавшиеся в воде звёзды, и силился сообразить, каким именно образом наш хутор может быть разрушен и, главное, почему?.. Ответа так и не нашёл.
Но когда уже возвращался по лугам тропинкою домой, поглаживая ладонями высокое разнотравье, Радость опять наполнила душу мою от одной мысли, что меня окружала живая и любящая меня Природа, наполненная всевозможными существами, живущими каждый своею частной жизнью и непременно в Единстве с Беспредельной Жизнью не только земной, но и всего необъятного Мироздания!..
И меня даже передёрнуло от мысли, что всё это естественное Божие великолепие можно предать, разменять на какие-то призрачные ценности городские…
Непонятно было, как можно существовать в каких-то искусственных, а по мне так мёртвых сооружениях мысли и рук человеческих?..
Вместо столь добрых живых существ, с которыми мне в тот вечер посчастливилось общаться и от которых кроме Радости и Ликования ничего отрицательного невозможно испытать, в городе же, особенно по ночам, я испытывал лишь провокации к раздражительности, кошмары во сне и жуть и отвращение днём, глядя на сутолоку зомбированных, с пустыми глазами и лицами людей, вечно спешащих и суетящихся, чужих друг другу, нервных, недоверчивых и даже агрессивных…
Мне неприятно было видеть в городах монументальность архитектуры, напоминающей что-то такое застывшее, омертвевшее, кладбищенское, особенно глядя на внутренние дворы, на помойки, задроченные подъезды домов с оплёванными, обклеенными и ободранными дверьми с кодовыми замками и домофонами…
Однако же, моих детей будут водить непонятно в чём образованные тёти по музейным залам, указывать на полотна мастеров-живописцев, при этом охая и ахая от восхищения, а выйдя на улицу, они опять увидят ту же самую искусственность и мертвечину, только что не в шикарных рамках картин…
И им даже в голову не придёт, в чём Суть Живой Природы, и себя, как части её!..
«Не-е-т, родненькие, где бы я ни оказался, куда бы Судьба меня ни закинула, по городскому жить не буду никогда», - решил я, - «даже если и увезут куда подальше всякие там симпатичные судебные исполнители в юбочках!..».
И я по опыту своих прошлых скитаний по белому свету знал, что везде, среди всех Народов разных вероисповеданий в провинции существуют, к счастью, люди, которые не понаслышке ведают о том самом, что мне в тот вечер пришлось созерцать. Быть может, в иных, согласно специфическим местным природным условиям и климату, внешних формах восприятия человеческого, но, по Сути Природы, девственность её и живая естественность видимыми и невидимыми существами ― одна и та же!..
Всё это так, конечно, и всё же, предупреждение Старца Духа озера о каком-то возможном разрушении нашего хутора меня беспокоило всё сильнее… Я даже долго в ту ночь не мог заснуть, ворочаясь с боку на бок и размышляя, кто всё-таки виноват, что жизненная ситуация складывалась неблагоприятная?..
Значит, та самая Карма, или нелицеприятный Причинно-следственный Закон Божий сработал, но защитить хутор, а значит и спасти нашу девственную среду обитания, судя по словам Старца, суждено было только мне, что ли?.. Но почему именно и опять я, будто один на свете жил?!..
Один я провинился перед Богом, а другие что, ни при чём: ягнята несмышлённые?
Видимо так, если мне вéдомо было тό, чтό остальным и присниться-то ещё не могло…
Ворочаясь и скрипя кроватью, я до мелочей вспоминал слова Старца…
Однако, как именно хутор наш и среда обитания будет разрушаться бесами: не войной же кто-то против нас пойдёт, не вулкан же извергнется, и не комета же свалится с неба?!..
Но если не кому-то, а мне суждено было сообразить, как защитить хутор от бесов и разрушения, то мне прекрасно известно было и то, что с этой заразой рогато-хвостатой видимой и невидимой можно бороться только ПОКАЯНИЕМ и Молитвою, ибо никакие слащавые разговоры о «мудрах-чакрах» не помогут!..
Но тогда в чём именно моя вина была, чтобы покаяться?..
И тут в памяти моей зазвучали последние слова моего большого «Я», то есть светлого Юноши, сказанные после той ночи удивительных явления и видений, когда я пёрся с холма с камнем домой, круша наповал лопухи, что, мол, он заставит меня, то есть заставит его маленький «я» в лице моём делать то, что, видимо, Богу угодно, но от чего я пытался увильнуть…
Ну-ка, ну-ка, от чего это, милок ушастый, ты увиливать собирался?..
Кажется, светлый Юноша объяснял тогда, что мне нельзя было жить обычной человеческой жизнью в суете земной и похотях скотских…
Ещё говорил он, даже не единожды, что мне предстояла какая-то работа, и для этого мне необходимо было подготовить себя каким-то особым образом…
А-а, вот, вспомнил… Да что я вспоминаю, вскочил я с постели и зажёг свет, ведь всё записано!.. А в записи было коряво, но верно карандашом выведено вслепую, что от мне предначертанного Богом ну никак не увернуться, «…чтобы не пострадать по Закону Воздаяния, так как от Труда твоего зависит многое» …
Следовательно, если я не желал подготовить себя для какого-то Труда, то есть не желал, водил пальцем по записям, «…побыстрее раскрыть в себе Способность Единства с Глубинным Сознанием, чтобы в Памяти твоей раскрывались истории, которые тебе предстоит корректировать, живя во плоти…», то тебя, то есть меня, всё равно Юноша, хотя и светящийся, и улыбчивый, но строгий, как Сам Бог, заставит делать то, что Богу нужно, но не ради меня, глупца косолапого, а потому, что, читаем дальше, «эти истории связанны с земными людьми, и с некоторыми из них скоро тебе придётся общаться» …
Вот, стукнул я кулаком по бумажке, что даже подпрыгнули разбуженные тарелки в стопке на столе …
«Но что это Юноша лучезарный мой так пёкся о каких-то людях, и зачем мне было с ними встречаться, да выискивать в какой-то памяти глубинной, то ли сознании коллективном какие-то истории?..» - задумался я, сидя голый с закинутой ногой на ногу, устремив выразительно-невидящий взгляд сквозь бревенчатую стену хижины своей куда-то в даль космическую.
Мне понравилось, что чувствовал себя при этом очень даже крутым детективом, раскручивавшим проблемы по меньшей мере планетарного масштаба… Этакий задумчивый Джеймс Бонд в трусах и светившимися рёбрами гармошкой…
Однако, шутки в сторону, ибо, как я понимал, разрушение грозило реально, в чём абсолютно не сомневался, как не сомневался в Юноше, или моём большом «Я», и в сказанном им предупреждении о его влиянии на моё сознание, как не сомневался в словах Духа озера, как не сомневался в Боге…
В этот момент, быть может, я впервые почувствовал, или даже осознал нерушимую связь моего большого «Я» с Богом, как Сына с Отцом!..
Да, парнишка-то он не промах и у Бога под мышкой, а кто же я тогда, что он возится со мною, даже мог заставить меня исполнять его волю?... Оболочка лишь ментально-земная, лишь одетая во плоть животно-гуманоидную, которая не желала подчиниться Сути своей Божественной?..
Видимо, именно так и было.
Что же делать мне оставалось?
Да очень просто, казалось бы, ― полностью подчиниться Воле Божией и Сыну Его Единородному ВО МНЕ!..
Но подумать и сказать о том легко, а маленький «я» слишком подвержен влиянию грубой материальности эгоистичной чувственности и застывшей плоти, которые преобразить в положительную энергию не так-то просто, и в таком процессе болезненной ломки не избежать.
Потому решил я, глупец ментальный, не спешить, но полюбопытствовать, каким же образом наяву начнётся нашествие бесовское и разрушение, а потом уже применить тяжёлую артиллерию Покаяния с бронебойными и осколочными снарядами Молитв…
И любопытство моё было вознаграждено сполна, что пришлось долго икать потом…
Глава 35
…Сразу вроде ничего такого особенно и незаметно было. Судебные исполнители почему-то не появлялись больше. Видимо, в те времена всеобщего российского хаоса и голода, в отдалённых местах за колючей проволокой и ушлых-то заключённых не чем было кормить, не то, что ещё со мною безвредным возиться.
Но какая-то угроза действительно витала в воздухе, но мне никак не получалось её уловить рассудком, понять её форму проявления…
Хутор наш в несколько домов с приусадебными участками располагался на холмистом берегу небольшого живописного лесного озера, окружённого на другой его стороне вековыми елями, под которыми летом в тени обычно отдыхало небольшое стадо кабанов.
Мы, то есть я и несколько бабулек, прекрасно, как говорится, в лицо знали своих зверей и птиц, обитавших вместе с нами, и они нас не то что не боялись, но просто не обращали на нас, как на местную фауну, внимания, занимаясь своими житейскими делами.
Возвращавшиеся весной родные журавлики громко и радостно курлыкали, облетая и приветствуя наш хутор. Вечно деловые бобры бесцеремонно пользовались нашими мостками на берегу, наверное, ночами отдыхая на них или проводя собрания, правда, иногда оставляя небольшие кучи, а до невозможности хозяйственные утки часто всем семейством плавали рядом, когда бабули полоскали бельё.
Почему-то и лосихи облюбовали находившийся по соседству с хутором лесочек молодых ёлочек, чтобы там телиться…
