Лекции.Орг


Поиск:




Категории:

Астрономия
Биология
География
Другие языки
Интернет
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Механика
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Транспорт
Физика
Философия
Финансы
Химия
Экология
Экономика
Электроника

 

 

 

 


При виде предметов блестящих мы, японцы, испытываем какое-то




Неспокойное состояние. Европейцы употребляют столовую утварь из стекла,

Стали либо никеля, начищают ее до ослепительного блеска, мы же такого блеска

Не выносим. Я не хочу этим сказать, что мы не любим вообще ничего

Блестящего. Но мы действительно отдаем предпочтение тому, что имеет

Глубинную тень, а не поверхностную ясность. Это тоже блеск, но с налетом

мути -- лоска времени, или, говоря точнее, "засаленности".

Европейцы стремятся уничтожить всякий след засаленности, подвергая

Предметы жестокой чистке. Мы же, наоборот, стремимся бережно сохранить ее.

Возвести ее в некий эстетический принцип. Мы действительно любим вещи,

Носящие на себе следы человеческой плоти, масляной копоти, выветривания и

Дождевых отеков. Мы любим расцветку, блеск и глянец, вызывающие в нашем

Представлении следы подобных внешних влияний. Мы отдыхаем душой, живя в

Такого рода зданиях и среди таких предметов.

Дзэнитиро Танидзаки, Похвала тени. Токио, 1932

 

*

Вообще говоря, мы делаем вещи с расчетом на прочность, японцы же -- на

Недолговечность. Очень мало обиходных предметов предназначено в Японии для

Длительного использования. Соломенные сандалии, которые заменяются на каждом

Этапе пути; палочки для еды, которые всегда даются новыми и потом

Выбрасываются; раздвижные створки--седзи, которые служат как окна или как

Перегородки, заново оклеиваемые бумагой дважды в год; татами, которые

Заменяют каждую осень. Все эти примеры множества вещей повседневной жизни

Иллюстрируют примиренность японцев с недолговечностью.

Лафкадио Херн, Кокоро. Лондон, 1934

 

*

Чуткий ко всяким проявлениям движения жизни, японец мало любит форму,

Этот предел подвижности. Симметричность всего живущего, форм животных и

Растений -- это явное выражение стремления природы к равновесию -- оставляет

Его совершенно равнодушным. Он наблюдает и ухватывает в природе

Асимметричное, нарушенное равновесие, подчеркивает формы в момент изменения.

Г Востоков в, Японское искусство. СПб.., 1904.

 

 

Обучение красоте

 

Едва ли не все религии мира считают коллективные обряды, то есть

совместное приобщение людей к какому-то догмату веры, важнейшим средством

воздействия на человеческие души.

А поскольку место религии в Японии в значительной мере занято культом

красоты, роль таких коллективных обрядов играют тут традиции и церемонии,

предназначенные для того, чтобы люди сообща развивали свой художественный

вкус. Японский образ жизни породил целую систему таких коллективных

эстетических упражнений, к которым регулярно прибегает народ.

Способность ценить красоту и наслаждаться ею -- это не какое-то

врожденное качество и не какое-то умение, которым можно раз и навсегда

овладеть. Сознавая это, японцы веками вырабатывали своеобычные методы,

которые позволяют им развивать, поддерживать и укреплять свой художественный

вкус.

Зарубежные специалисты признают, что эстетическое воспитание в японской

школе поставлено шире и основательнее, чем в других странах мира. Уже

второклассник пользуется красками тридцати шести цветов и знает названия

каждого из них. В погожий день директор школы вправе отменить все занятия,

чтобы детвора отправилась на воздух рисовать с натуры или слушать объяснения

учителя о том, как распознавать красоту в природе.

Однако ведущее место в эстетическом воспитании ребенка занимает

обучение письму. Спору нет, иероглифическая письменность -- тяжкое бремя для

японского школьника. Она отбирает у него в первые годы обучения непомерно

много времени и сил. Вместе с тем нельзя не отметить и другое. Каллиграфия,

или искусство иероглифической письменности, пришла в Японию из Китая в ту

пору, когда она уже на протяжении тысячи лет считалась одним из видов

изобразительного искусства. На иероглифы в ту пору смотрели не только как на

средство письменного общения.

Достоинства человеческого почерка считались прямым отражением его

характера. Лишь морально совершенный человек мог, по тогдашним

представлениям, стать мастером каллиграфии. И наоборот, всякий, кто овладел

искусством иероглифической письменности, считался человеком высоких душевных

качеств.

При обучении иероглифике стирается грань между чистописанием и

рисованием. Когда освоены необходимые механические навыки, человек уже не

пишет, а рисует; причем не пером, а кистью, приводя ее в движение не только

рукой, но как бы всем телом.

При совершенном владении кистью и безукоризненном чувстве пропорций,

нужных для иероглифического письма, каждый японец, по существу, становится

живописцем. Ему ничего не стоит несколькими мгновенными, уверенными штрихами

изобразить гнущуюся ветку бамбука с мастерством профессионального художника.

Существование каллиграфии как одной из основ народного просвещения было

важной причиной того, что многие традиционные черты японской культуры

уцелели в обиходе современных поколений.

Вспомним об алтаре красоты в японском жилище -- о токонома, то есть

нише, подле которой садится глава семьи или гость. Это самое почетное место

в доме принято украшать свитком с каллиграфически написанным изречением,

чаще всего стихотворным.

Здесь, где каллиграфия смыкается с поэзией, мы видим второй пример

упражнений в эстетизме -- всеобщее занятие стихосложением. Поэзия всегда

была в Японии одним из излюбленных видов народного искусства.

Каждый образованный человек непременно должен владеть как мастерством

каллиграфии, так и мастерством стихосложения. Излюбленными формами массового

поэтического творчества служат танка или хайку, которые можно в какой-то

мере сравнить с афоризмами или эпиграммами. Танка состоит из пяти строк и

тридцати одного слога, чередующихся как 5--7--5--7--7, а хайку, ставшая

очень популярной с XVI века, -- это танка без последнего двустишия, то есть

семнадцатисложное стихотворение из трех строк.

Один художественный образ, непременно адресованный к какому-то из

четырех времен года, плюс определенное настроение, переданное через

подтекст, -- вот что должна содержать хайку. В хайку об осени говорится:

 

Гляжу -- опавший лист

Опять взлетел на ветку.

То бабочка была.

 

А вот хайку о лете:

 

Торговец веерами

Принес вязанку ветра.

Ну и жара!

 

О месте, которое занимала поэзия в духовной жизни Японии,

свидетельствует то, что одним из первых письменных памятников была антология

стихов, составленная в VII веке. Называется она "Манъесю", то есть "Десять

тысяч листьев".

До сих пор в середине января в Японии устраивается традиционное

поэтическое состязание. Десятки тысяч стихотворений на заданную тему

поступают на этот общенациональный конкурс. Лучшие из них зачитываются на

торжественной церемонии в присутствии императора, публикуются в газетах.

Общественность проявляет живой интерес к авторам лучших хайку не только

потому, что такой поэтический чемпионат проводится ежегодно с XIV века, но и

прежде всего потому, что он остается неотъемлемой частью современной жизни.

Стихосложение в Японии -- не только удел поэтов, а явление очень

распространенное, если не сказать общенародное. Около двадцати ежемесячных

журналов общим тиражом свыше миллиона экземпляров целиком посвящены поэзии.

Еще задолго до появления иероглифической письменности как моста к

искусству рисовать и слагать стихи в быту японцев прочно укоренились обычаи

коллективно любоваться наиболее поэтическими явлениями природы.

Зимой принято любоваться свежевыпавшим снегом. Весной -- цветением

сливы, азалий, вишни. Осенью -- багряной листвой горных кленов и полной

луной. Речь идет не о каком-то избранном классе. Металлургические заводы,

профсоюзы шахтеров, электротехнические фирмы, рыболовецкие артели заказывают

для этого целые экскурсионные автоколонны. Благодаря специальным

пассажирским поездам и дополнительным автобусным маршрутам с льготными

тарифами такие путешествия в общем доступны для средней трудовой семьи и во

многом скрашивают ее будничную жизнь.

Однажды я оказался в Киото в день девятого полнолуния по старому

календарю, когда принято любоваться самой красивой в году луной. Одно из

лучших мест для этого -- храм Дайгакудзи в Киото. Мне посоветовали приехать

туда еще до темноты, потому что уже в половине шестого из-за горы за озером

поднимается неправдоподобно большая, круглая, выкованная из неровного золота

луна.

По озеру среди серебрящихся листьев кувшинок двигались две крытые

лодки: одна с головой дракона, другая -- с головой феникса. На каждой из них

светились бумажные фонарики, похожие формой на луну.

Как и большинство посетителей, я тоже устремился прежде всего к лодке

и, лишь сделав в ней круг по озеру, отправился на широкий помост перед

храмом. Оттуда было лучше всего любоваться луной и ее отражением в озере.

Лишь тут я понял, что лодки с драконом и фениксом для того и плавали по

озерной глади, чтобы еще больше облагораживать эту картину, создавать у нее

передний план.

Конечно, было бы очень просто осмеять все это. Помню, сколь удручающее

впечатление произвел на меня парк Уэно, когда я впервые отправился

посмотреть, как любуются цветением сакуры жители Токио. Крошечный, парк,

едва уцелевший среди огромного города, кишел народом. Толпа сплошь заполнила

пространство между деревьями. Люди принесли с собой циновки, снедь и,

конечно, выпивку. Дети гонялись друг за другом, женщины болтали, мужчины

пели песни, хлопая в ладоши и раскачиваясь в такт. На первый взгляд

казалось, что людям мало дела до розовых соцветий, украсивших деревья. Но

только на первый взгляд...

Можно было бы теми же глазами посмотреть и на сцену любования луной.

Осмеять вереницы автобусов, которые подбрасывали к храму все новые полчища

экскурсантов, толпившихся на монастырском дворе, словно перед входом в

метро.

Можно было бы посмеяться над лодочницами, которым предстояло угостить

тридцать человек за несколько минут, пока лодка совершает свой круг по

озеру. Каждая девушка должна была подойти к пассажиру, встать перед ним на

колени, сделать глубокий поклон, почти касаясь лбом пола, а затем предложить

ему пряники в виде луны и чашу с напитком, приготовленным по всем правилам

чайной церемонии.

Можно было бы посмеяться над стариком, который сидел рядом со мной и

все время ревниво следил за тем порядком, в котором девушки обслуживают

гостей. А ведь им приходилось торопиться, как стюардессам в самолете, и в то

же время сохранять необходимую для чайной церемонии степенность. Можно было

бы посмеяться над тем, что многие из пассажиров вроде бы и не взглянули в

сторону, где висела над озером луна.

И все-таки это было бы несправедливо. Все-таки увиденное в тот вечер

прежде всего вызывало чувство уважения. Полюбоваться самой красивой в году

лупой люди пришли как на народный праздник. Наслаждаться этой картиной из

собственной уединенной беседки над озером, может быть, и лучше. Но что

плохого в том, что такую возможность хотели иметь для себя не единицы, а

сотни и тысячи людей? Все-таки это был повод лишний раз приблизиться к

природе, приникнуть душой к ее красоте.

Толпы людей, собравшихся полюбоваться луной, свидетельствовали, что

чувство прекрасного глубоко пронизывает повседневную жизнь народа.

Итак, японцы не религиозны. Но вместо икон в каждом японском жилище

есть как бы алтарь красоты -- ниша, где стоит ваза с цветами, висит картина

или каллиграфически написанное стихотворение. Японцы не религиозны, однако

вместо коллективных богослужений они создали обычаи, помогающие людям сообща

развивать в себе художественный вкус.

Коллективное любование природой, письменность, неотличимая от

рисования; стихосложение, смыкающееся с каллиграфией -- все эти традиции

доныне сохраняют. свою силу, свое несомненное влияние на жизненную философию

и национальный характер японцев.

 





Поделиться с друзьями:


Дата добавления: 2015-10-27; Мы поможем в написании ваших работ!; просмотров: 419 | Нарушение авторских прав


Поиск на сайте:

Лучшие изречения:

Студент может не знать в двух случаях: не знал, или забыл. © Неизвестно
==> читать все изречения...

2853 - | 2409 -


© 2015-2025 lektsii.org - Контакты - Последнее добавление

Ген: 0.01 с.