Лекции.Орг
 

Категории:


Объективные признаки состава административного правонарушения: являются общественные отношения, урегулированные нормами права и охраняемые...


Экологические группы птиц Астраханской области: Птицы приспособлены к различным условиям обитания, на чем и основана их экологическая классификация...


Как ухаживать за кактусами в домашних условиях, цветение: Для кого-то, это странное «колючее» растение, к тому же плохо растет в домашних условиях...

Сентября, 11:43 реального времени



Тестеры скептически разглядывали жуткое существо в окружении нарисованных на полу символов.

— Ксен... Ты на какую величину «мистический элемент» выставил?! — сурово спросила Мелисса.

— Э-э-э... ну... Я это... — Развернутый ответ Ксенобайта многое прояснил в картине происходящего, но ничуть не приблизил решение проблемы.

Тут демон утробно взвыл, захлопав хилыми крылышками, чем снова привлек к себе внимание. Ксенобайт, оскалившись, яростно зашипел. Наткнувшись на взгляд его сощуренных глаз, демон поперхнулся и беспокойно заморгал.

— Ты-ы, — процедил сквозь зубы программист, — ты кто? Мутант?!

— Нет, хозяин, — проговорил некромант, дергая Ксенобайта за штанину. — Это демон!

Пинком отшвырнув некроманта, Ксенобайт выхватил кастет и сделал едва заметное движение — демон шумно выдохнул и сложился пополам.

— Гражданин демон, вы арестованы по подозрению в причастности к убийству патриарха Санта-Крус его преосвятейшества Бенедикта. В допросную его, живо!

Махмуд с Мак-Мэдом, переглянувшись, пожали плечами и, подхватив демона под мышки, потащили его по коридору. Ксенобайт схватил за шиворот некроманта и как следует встряхнул.

— Ты какого лешего сюда приволок?! — заорал он ему в лицо.

— Это не леший, хозяин! Это демон!

— Я вижу, что демон! Мутант где? Где мутант, мать твою?!

— Но ты же просил демона, хозяин! — дрожащим от ужаса голосом пропищал побледневший некромант.

— Молчать! Отвечать! Ты его раньше призывал?

— Призывал!

— И он являлся?!

— Являлся!

— Когда это было?! Ну? Три дня назад?!

— Нет, вчера!

— Как вчера? Зачем вчера?!

Некромант выпучил глаза и пошел синими пятнами.

— Говори!

Но престарелый вызыватель демонов обмяк: то ли лишился чувств, то ли вовсе окочурился от переживаний.

— Ксен! От твоей кармы уже подозреваемые дохнут! — сердито заметил Банзай.

— Ничего... — мрачно пообещал Ксенобайт, вытирая руки о рясу. — Его подельничек мне все скажет...

В связи с тем, что отношения с мастером Казимиром, главным дознавателем домена Санта-Крус, были основательно подгажены в самом начале игры, тестерам пришлось оборудовать собственный допросный кабинет. И, несмотря на постоянные подколки Мелиссы, справлялись, в общем-то, весьма лихо. Правда, на специальное оборудование, вроде дыбы, решили не тратиться, возмещая недостаток техники леденящей кровь репутацией Ксенобайта, над которой тот, надо признать, усердно работал.

Связанного демона усадили на табуретку. Мрачный Ксенобайт уселся за стол. Мелисса шепнула Махмуду:

— Притащи-ка нашего уголовничка, пусть посмотрит... ему будет полезно.

— Начнем, — буркнул Ксенобайт.

Сев прямо напротив демона, программист скорчил мрачную рожу и, не мигая, сурово уставился на него. Глазки демона забегали, но деваться от пристального взгляда ему было некуда. Вскоре он начал мелко дрожать. Ксенобайт вдруг подскочил и взревел:

— Колись, скотина!

Демон судорожно всхлипнул и, закатив глаза, брякнулся с табуретки, лишившись чувств. Махмуд с Мак-Мэдом деловито вылили на него ведро воды и, крякнув, усадили обратно. Демон осоловело помотал головой. Ксенобайт не дал ему прийти в себя:

— Ну что, так дальше молчать и будем? — вкрадчиво прошипел он, подкрадываясь к демону сбоку.

— Но ведь бвана еще ничего не спросил!! — в полном ужасе завопил демон, шарахаясь в сторону и снова падая с табуретки.

— Молчать! Отвечать! Ты убил Беню? Я за Беню пасть порву! Ты его убил?!

— Кого?! — удивился демон.

— Отпираться вздумал?! — снова взревел Ксенобайт.

Демон схватился за сердце и, закатив глаза, снова опасно накренился на табуретке. Мак-Мэд деловито выплеснул на него еще ведро воды. Допрашиваемый зафыркал, замотал головой.

— Уясните себе, гражданин демон, две вещи. Первое: вопросы тут задаю я. Второе: попытки запутать следствие вынуждают нас прибегать к весьма неприятным мерам.

— Все скажу! — завопил демон. — Не бейте, бвана!

— Патриарха Бенедикта ты убил?!

— Не я!

Ксенобайт утробно зарычал, вращая глазами и шевеля пальцами. Зрелище было жутковатое без всякой кармы. Махмуд, не дожидаясь, пока демон опять хлопнется в обморок, ухнув, окатил его водой. Допрашиваемый сидел, мокрый, как мышь, жалкий и трясущийся от страха.

— Зовут-то тебя как, горемыка? — неожиданно сочувственно спросил программист.

— Саваол... — прохныкал демон.

Банзай, стоящий у демона за спиной, молча схватился за голову.

— Сава... Понравился ты мне, чертяка, — вздохнул Ксенобайт. — Ты пойми... Я ведь все знаю... Знаю, что тебя заставили. Знаю, что у тебя выбора не было... Ну, кого ты покрываешь, а? Того, кто выдернул тебя из родного дома и заставил творить всякие мерзости?

Саваол хлюпнул разбитым пятачком и вдруг громко разрыдался.

— Рассказывай, Сава, — кивнул Ксенобайт. — Всю правду рассказывай! Облегчи душу. А некроманта этого не бойся: не тронет он тебя. Давай. Патриарха ты убил?

— Не я! — пробормотал демон.

— Саваол, ты меня удручаешь... Я же к тебе всей душой, а ты...

— Не я, бвана! Честное слово, не я!

— Ладно, давай так... Некромант тебя призвал?

— Призвал... Ох, призвал, зараза...

— Чего просил?

— Чтобы я убил.

— Кого?

Сава потупился.

— Давай, Саваол, не доводи следствие до озверения.

— Инквизитора... — тихо проговорил демон.

— Хм, — глаза Ксенобайта сощурились. — Кого именно?

— Инквизитора Ксенобайта. Говорит — страшный он человек, не человек, мол, а хуже демона... Говорит, некромантов ищет... Говорит, мол, если найдет — все равно не жить...

— Так... А ты знаешь, Сава, как менязовут? — негромко спросил Ксенобайт.

— Кажется, знаю, бвана... Ты на босса нашего похож... в молодости.

— Ты ведь не врешь мне, Сава... — уныло произнес программист, скорее утверждая, нежели спрашивая.

Демон испугано замотал головой.

— Верю. Уведите.

— Ксен, а куда его?

— А? Посадите в одну камеру с некромантом, и да победит сильнейший... Будет поганцу наука.

— Ну что, Ксен, — сладко пропела Мелисса. — Пустышка?

Ксенобайт устало закрыл глаза.

— Демон... Хилые нынче пошли демоны, с двух подач раскололся...

— А вдруг он наврал все? — спросила Внучка.

— Нет, Внучка, — покачал головой Банзай. — Если уж он с перепугу имя свое выложил...

— А при чем тут имя?

— Демонологию учи, — пробубнил Ксенобайт. — Всем известно, что имя демона имеет над ним власть. Недаром я его так часто по имени называл... Тупик. Полный тупик... Махмуд! Некромант там как, живой?

— Живой, только заикается маленько.

— Отсади его от демона. Нужно вытрясти из него имена и адреса других некромантов, астрологов и прочих шарлатанов и всех перевешать, чтоб расчеты не путали... — Программист поднял голову и удивленно моргнул, наткнувшись взглядом на забившегося в самый дальний угол мужика со связанными руками и ногами. — А это еще кто?

— Это, — с нежностью проговорила Мелисса, — Шмыт Кардан, один из боссов Ночного Братства и, сдается мне, заказчик убийства патриарха. Его надо допросить.

Ксенобайт с усталостью и сочувствием взглянул на Шмыта:

— Ничего не поделаешь, парень. Ты следующий. Я пока пойду, повешу кого-нибудь... Очень это меня умиротворяет последнее время... А ты подумай, чего сказать хочешь...

Ксенобайт вышел из допросной. Закрывая дверь, он услышал сбивчивый шепот Шмыта:

— Я все скажу! Все! Только не губите, не отдавайте этому...

***

Спустя четверть часа Мелисса появилась в кабинете. На ее лице читалось разочарование, обида и злость. Ксенобайт сидел, закинув ноги на рабочий стол, и меланхолично читал чей-то донос.

— Ну что? — равнодушно спросил он. — И у тебя пусто?

— Компромат! — чуть не плача, возвестила Мелисса. — Это был всего лишь компромат! Патриарх, оказывается, собирался вносить революционное изменение в устав церкви: отменить целибат!

— Мужика можно понять! — пожал плечами Ксенобайт.

— Общественность бы не поняла. Патриарха от этой затеи отговорили: другие священники его бы просто растоптали. Но бумаги со своими наработками по этому вопросу он сохранил. Говорил, потомки оценят революционность его взглядов. А месяц назад против него выдвигали обвинения весьма деликатного рода. Подозревалось, что пристает патриарх к пациенткам богоугодного заведения...

В глазах Ксенобайта мелькнул вялый интерес.

— А что, действительно приставал?

— У Внучки спроси. Но факт остается фактом: больше половины пациентов дурдома — женщины. В любом случае, тогда скандал замяли, но если всплывут эти бумаги... Тогда уморить патриарха было бы делом техники.

— Так что, — подвел итог Банзай, садясь за свой стол, — Ночному Братству не было никакого резона убивать патриарха. Наоборот, теперь они искренне скорбят о потере такого шикарного источника доходов!

— Тупик, — пробормотал Ксенобайт, закрывая лицо ладонями. — Грандиозный тупик... Товарищи, а знаете, что объединяет все те версии, которые принесли нам столь грандиозный облом?

Все с вялым интересом глянули на программиста.

— Они лежат на поверхности. Все они взяты отсюда, — Ксенобайт ткнул пальцем в архив. — Грубо говоря, все знали, что патриарха ненавидят некроманты. Все знали, что у Ночного Братства на него зуб. Все знали, что вокруг него ходят мутанты... И при этом годы и годы все было стабильно. Что изменилось?

— У кого-то переполнилась чаша терпения, — буркнул Махмуд.

— Что ее переполнило?

— Приближающийся Съезд Работников Церкви? — пожала плечами Мелисса. — Политическая махинация? Надо выяснить, кому выгоден такой скандал.

— Еще?

— Убийца вынашивал план давно, но недавно ему подвернулся удобный случай, — предположил Мак-Мэд.

— Аналогично: что изменилось-то?

— Этого влюбленного еретика тоже казнили незадолго до убийства... Кстати, как его звали-то хоть?

— Во всех документах он фигурирует под кличкой «Медик». Наверное — сам себя так назвал, слово для местных диковинное, вот и приклеилось, как имя...

— Товарищи, — вдруг негромко проговорил Банзай. — А вам не кажется, что мы еще кое-что забыли?

— Ну? — мрачно спросил Ксенобайт.

— Это ведь игра. Игра, которая, несмотря на все препоны, предназначена для того, чтобы быть пройденной. Игра, которая, несмотря на всю свою проработку, конечна. Спорим, что мы уже видели убийцу?

— В городе полторы тысячи жителей, — угрюмо буркнула Внучка. — Стараниями Ксенобайта население сократилось, но не настолько же? А вдруг мы уже... Того? Угробили убийцу? Так сказать — случайно?

— Нет, — покачала головой Мелисса. — Я читала об этом на форумах. Какие-то умники пытались просто подчистую вырезать все население. Смерть преступника всегда вызывает одну реакцию: «миссия провалена».

— Угу, — кивнул Банзай. — Наша задача — полностью отчитаться перед начальством. На карте не столько справедливость, сколько безопасность этого самого съезда. Нам надо точно сказать, кто убийца, на каком основании именно он и почему он больше так не будет.

— И все-таки, — пробурчал Ксенобайт, — ключевых персонажей от статистов отличить можно. Пойду побеседую с маэстро Казимиром.

— Нафига? — кисло поинтересовался Банзай.

— Все просто. Он — точно ключевой персонаж, а с ним мы так больше и не общались. Может, какую новую линию подкинет?





Дата добавления: 2015-10-01; просмотров: 160 | Нарушение авторских прав


Рекомендуемый контект:


Похожая информация:

Поиск на сайте:


© 2015-2019 lektsii.org - Контакты - Последнее добавление

Ген: 0.007 с.