следней); украшения (головные ленты, ложные косы, воротники); детали оленьей упряжи (костяные пряжки и пояса из ровдуги и ткани); декоративный минимум на водных средствах передвижения. Во-вторых, некоторое сходство в орнаментальном убранстве предметов у восточных хантов и северных манси объяснимо сохранностью у данных групп тех архаичных черт, которые оказались утраченными у иных крупных этнических групп. К такого рода параллелям принадлежали костяные детали с флажкообразной профилировкой краев, рукавицы с орнаментацией в виде розетки на ровдужной поверхности, мужские и женокие сумочки, съемные воротники со свисающими концами. О том, какой культурной глубины достигает эта архаичность, может свидетельствовать воротник с прямоугольными лопастями — случай редчайших параллелей с венграми [см.: Лукина Н. В., 1985]. В-третьих, сильная по степени проявления параллель, связывающая южных хантов, восточных манси и северные группы этих этносов и изолирующая восточных хантов, касается главным образом орнаментальных композиций и техники на женской и мужской одежде (вышитые женские рубахи, вся распашная одежда у женщин и глухая меховая у мужчин). И в-четвертых, оригинальное сходство декоративному творчеству прежде всего северных групп обских угров придают мозаичные (аппликативные) изделия из сукна (ткани) со стилизованными изображениями всадника, объединяющиеся в сакральный комплекс, но проявляющиеся и на бытовом уровне(наволочки, игольники). При этом следует иметь в виду, что, во-первых, у южных хантов наблюдаются очень слабые отголоски этой общности. Во-вторых, под северными хантами в данном случае понимаются преимущественно жители'реки Казым. Историческое соседство казымских хантов с северными манси подтверждается фольклорными материалами, согласно которым предок группы женщина-богатырша родом из Няксимволя на Северной Сосьве (Мифы..., 1990).
Отдавая должное тезису о схожести декоративного искусства обских угров, все-таки не следует доводить его до такого уровня логической завершенности, когда нивелируются различия в искусстве народов, составляющих указанную общность.. О сходстве и оригинальности различных этнических групп речь уже шла. Теперь попытаемся сделать некоторые предварительные обобщения на уровне этносов в целом. Черта, которая, пожалуй, наиболее яргко оттеняет особенность художественной культуры обских угров — стержнеобразующая роль декоративных традиций. Могут меняться предметы, материалы, узоры и их компоновка, по при этом неизменно прослеживается общая линия развития, уходящая корнями в древность. Все явления новацпонного характера испытывают сильнейший пресс этой традиции. Вместе с тем сила художе-
ственной выразительности обско-угорских канонов имеет разную степень проявления у двух народов.'Хантыйская мастерица довела до совершенства декоративную отделку всех тех предметов, которых коснулась ее рука. В южных районах она создала сложнейшие узоры и украшения из вышивки и бисерных лент. Восточнохантый-ские рукодельницы устремили свое основное внимание на бересту и обрабатывали ее восемью способами, сохранив высокохудожественный стиль и по сей день. Северные ханты, кажется, не знают предела в совершенствовании декора меховых изделий. В районах, где оленьего меха было мало, выход найден в использовании аппликативных узоров из ткани. Относительно' же орнаментальной культуры манси создается впечатление, что она, имея ту же самую основу, в какой-то момент своего развития оставила в стороне этот накопленный багаж. Не достигли хантыйских вершин бисерные украшения манси, не возникли в собственной среде апплика-тпвные узоры, а были заимствованы у хантов [см.: Федорова Е. Г., 1992], практически на нет сошла орнаментация на бересте.
Для ответа на вопрос о причинах случившегося предстоит рассмотреть материалы и по орнаментальным мотивам. Здесь же отмечу одно немаловажное обстоятельство. В любой художественной культуре существует предмет, служащий воплощением ее достижений и одновременно наделенный сильным семантическим магнетизмом. У молдаван в роли такого символа выступают ковры, у русских — полотенца, и это общеизвестно. У хантов существовала вариабельность; у восточной группы показателем уровня женского мастерства считались берестяные орнаментированные коробки. Они входили важной составной в приданое невесты и сопровождали свою хозяйку и после ее смерти [см.: Иванов С. В., 1963, Шатилов М, Б., 1931]. У северных хантов это были женские меховые сумочки. (Устная информация А. М. Сязи). У северных манси присутствовал дуализм орнаментальных символов. Как и у северных хантов, тутчан здесь являлся частью погребального инвентаря для женщин [см.: Гемуев И. Н., 1990], а вот в приданое, которое готовила невеста, обязательно входила наволочка на подушку [см.: Vahter Т., 1953]. Если берестяной сосуд или сумка из меха вполне логичны в контексте сибирского быта, то суконная наволочка-подушка плохо вписывается в него. Таким образом, на фоне приостановки обско-угорских традиции у северных манси — а именно у этой группы отмечено наибольшее количество орнаментальных материалов и выявлено параллелей с хантамп — появился и иной художественно-семантический символ.
Глава 2
УЗОРЫ
Ввиду того, что основная масса материала представлена се-веромансийскими узорами, отпадает необходимость в этпогруппо-вой рубрикации. Образцы западно- и состочномансийских орнаментов будут оговариваться особо, вне зависимости от того, вписываются ли они в северомансийскую картину или выделяются на ее фоне. Еще одно предварительное замечание касается принципов самой группировки материала. Поскольку они детально отработаны и описаны на хантыйских орнаментах, то мансийские узоры рассматриваются исходя из этих классификации.
§ 1. Прямолинейные бордюры: непрерывные мотивы (1.1.1)
1.1.1.1. Первая группа. Образующий ее ряд из треугольников (рис. 7, 2) чаще всего встречается у северных и западных манси на крышках берестяных коробок. Здесь бордюр входил в состав круглой выскобленной розетки наряду с зигзагом и «сухариками». Весь узор именовался «солнцем», а отдельное название треугольного ряда паквпал —«разрез шишки». Берестяные колыбели также украшались описанным орнаментом, но в технике раскраски. Изделия из дерева и кости образовывали еще одну сферу приложения зубчатого узора. На вместилищах, ножнах, костяных пряжках ряды из треугольников нередко располагались в различных сочетаниях, приводивших к возникновению новых фигур, чаще ромбов. В виде меховой мозаики и аппликативных узоров из ткани зубчатый узор бытует на одежде и женских сумочках, 'выполняя роль как основного, так и окаймляющего бордюра. У манси зафиксирован один вариант усложнения узора (рис. 7, 3), и он прочно связан с орнаментами, окаймлявшими розетку на чуманах и ковшах. При этом усложненный образец не обезличен, а именовался «зубом щуки» или «челюстью щуки», т. е. так же, как и орнаменты из треугольников у хантов.
.Второй мотив группы — ромб на треугольном основании (рис. 7, £)—широко представлен на бересте. Он чаще выступает в роли окаймляющего бордюра и исполнен выскабливанием. Применительно к нему техника раскраски зафиксирована лишь на рубеже XIX—XX вв. Имея вид полосы меховой мозаики, орнамент украшает одежду и женские сумочки. В аппликативных и мозаичных орнаментах из ткани случаи фиксации ромба на треугольном основании единичны. Номинативной стабильностью мотив не отличается: на бересте он назван -«скорлупа половины шишки», на
меховых сумочках — «черепом», а на шубах — пункхопи — «головками».
Замена треугольного ряда на зигзаг разнообразит мотив, но существенно не меняет его. Иные варианты модификации узора более значительно сказываются па его конфигурации. Для вос-точномансийской вышивки характерны окаймляющие бордюры из удвоенных ромбов на еложнооформленном зигзаговом основании, причем исполнялись они в продернутой технике. Для меховой мозаики и выскабливания па бересте характерно расположение мотива в вертикальной плоскости симметрии (рис. 7, 7—8) и его последующее приумножение. В последнем случае возникает новое название — «пробор на голове», а сам мотив считается заимствованным от хантов или ненцев [см.: Федорова Е. Т., 1987]. Присутствует и такой прием видоизменения орнамента, как горизонтальное отражение со смещением (рис. 7, 12). Образованный таким образом мотив носит то же название, что и прототип — «череп».
Для аппликации из ткани более приемлемым оказывается иной вариант, связанный с разрядкой элемента, т. е. ромб надстраивается не над каждым треугольником, а через один. Особенностью таких мансийских «головок» по сравнению с хантыйскими является размещение в фоновом пространстве дополнительных элементов из уголков и стреловидных фигур. Это правило касается лишь образцов, выскобленных на бересте. В этой же технике на рубеже веков встречалась разрядка усеченного ромба (рис. 7, /5), и, в отличие от хантыйского варианта, у северных и западных манси мотив снабжался вверху вертикальными усиками. Все перечисленные варианты усложнения мотива из ромботз и треугольного ряда хорошо сопоставимы с хантыйскими модификациями. Можно указать лишь на один принципиально отличный мансийский образец: стороны треугольника здесь снабжены отростками, отчего фигура напоминает куклу, что и отразилось в названии мотива — «к дети».
1.1.1.2. Вторая группа непрерывных бордюров хорошо представлена в мансийских материалах. В ней нагляднее всего отражена зигзаговая структура орнамента.
1.1.1.2.1. Первая подгруппа содержит в себе наибольшее количество узоров всей группы. Вместе с тем разнообразия мотивов здесь не наблюдается, так как речь идет о тиражировании одного орнамента — «заячьих ушей» (рис. 7, 19). При этом на чуманах, ковшах и круглых коробках узор бытовал в качестве окаймляющего, а па коробках с черемуховыми перегородками и колыбелях — основного. Последнее применимо к аппликативным и мозаичным орнаментам па одежде. Усложненные варианты мотива возникают за счет зеркального отражения узора (рис. 7, 20)
и развития полосы с отростком, при этом узор напоминает хантыйские образцы (рис. 7, 23) с той лишь разницей, что отростки присоединяются к обеим сторонам полосы. Манси считают этот орнамент заимствованным от хантов [Федоропа Е. Г., 1987"). На рубеже веков встречалась дополнительная прорисовка фона в виде угол'ков с отростками.
1.1.1.2.2. Вторая подгруппа образована одним из самых
лаконичных мотивов. У манси он весьма популярен на различных
материалах ^и встречался в двух формах (рис. 7, 26—27]. Назва
ние первого — «ручка весла ненецкой женщины», а второго —
соеыр паль- —«уши зайца». Усложненных образцов мотива —три.
Два не имеют аналогов в хантыйском творчестве. Первый возник
за счет добавления к узору крестовидной фигуры, второй вытя
нулся ввысь за счет зигзаговой линии. Третий аналогичен восточно-
хантыйскому мотиву (рис. 7, 31} и называется ту/гнал хане а —
«орнамент рукоятки весла».
На рубеже XIX—XX вв. заметное место среди мансийских узоров занимали ряды из чередующихся в шахматном порядке квадратиков. Они выскабливались и раскрашивались на бересте, вырезались на черемуховых планках берестяной утвари, встречались на меховых женских сумочках в технике мозаики. Зафиксированы и контурные варианты узора, так называемые «сухарики», на бересте и в продернутой вышивке. В основе, этих простых орнаментов лежит тот же элемент, что и у втброй группы — квадрат, но вписан он не в зигзаговую. а в прямоугольную структуру, что н обусловливает такую конфигурационную несхожесть орнаментов. Проявление прямоугольной структуры в мансийских непрерывных бордюрах является их существенным отличием от хантыйских, где всецело превалирует зигзагово-треугольная.
1.1.1.2.3. Третья подгруппа непрерывных бордюров вто
рой группы почти не прослеживается в творчестве манси. Единич
ные образцы (рис. 7, 34, 36} именуются пернаи ханса — «орна
мент с крестом» и «след соболя». Разросшийся крестовидный эле
мент был вписан у манси и в прямоугольную структуру.
1.1.1.2.4. Четвертая подгруппа, основанная крючковид-
ным элементом с отростками, не отмечена у манен.
1.1.1.3. Третья группа бордюров, характеризующаяся асимметрией и наклонным расположением элементов (рис. 7, 46}, представлена у манси главным образом первой подгруппой-—1.1.1.3.1. Узоры из наклонных полос с отростками (рис. 7, 47) выскабливались для декоративного окаймления розеток и сложных бордюров на чуманах и круглых коробках, встречались на рукавицах в аппликации из ткани. Их конфигурация у манси сходна с мотивом рис. 7, 49, по без вертикального удвоения. Узор именуется вас олтыг — «выводок утки». В указанных
техниках зафиксирован и усложненный вариант мотива. При этом следует отметить, что исходный вариант фиксируется намного чаще, чем производный.
1.1.1.3.2. Вторая подгруппа имела у маиси одного представителя — узор из крючковидного элемента с отростками (рис. 7, 56], который выскабливался на бересте и вырезался на мехе.
1.1.1.4. Четвертую группу характеризуют сложные симметри
ческие преобразования элементов в мотиве (рис. 7, 58). Начиная
с этой группы, орнаментальные мотивы сложной конфигурации
выполняют преимущественно роль основных.
1.1.!.4,1. Базовый мотив первой подгруппы (рис. 7, ЬУ) хорошо знаком западно- и восточномансийским мастерицам, и они уверенно исполняли его в различной технической манере, Номинативная характеристика мотива имеет двойственную природу; «оленьи рога» и «ветка березы». В хантыйских, орнаментах на рассматриваемый мотив приходится большое число сверхсложных вариаций, что вообще не зафиксировано в творчестве манси. У последних отмечен лишь вариант упрощения мотива с сохранением названия хальтов пал— «обломанная ветка березы» (рис. 7, 63).
1.1.1.4.2. Вторая подгруппа численно уступает первой, но при этом в ней наблюдается большее разнообразие мотивов, Особой устойчивостью отличается один из вариантов (рис. 7, 71). а прочие выглядят его усложнением или упрощением за счет увеличения или уменьшения числа отростков на элементах. Всем разновидностям узоров присваивалось имя «березовая ветвь». Бордюры второй подгруппы характерны лишь для северных хантов, а у восточных не отмечены, и, таким образом, через них реализуется более тесная связь между орнаментами северных групп обских угров. Подтверждением этому служит мнение мансийских мастериц о заимствовании мотива у шурышкарских хантов [см.: Федорова Е. Г., 1987].
1.1.1.5. Пятая группа по своим композиционным и элемент
ным чертам тесно примыкает к четвертой (рис, 7, 74). Входящие
в нее орнаменты охватывают почти весь технический арсенал за
падных и северных манси. Весь состав группы разделяется при
мерно поровну между двумя мотивами. Первый именуется «лок
тем лисицы» или мань оксар конлавыл — «локоть маленькой ли
сицы» (рис. 7, 7,5) и является базовым..Второй соединяет в себе
черты четвертом и пятой групп и близок хантыйским образцам
(рис. 7, 77) с той лишь разницей, что имеет не два, а одно раз
ветвление в соединительном элементе. По мнению мансийских
мастериц, в данном узоре преобладают признаки четвертой груп
пы, что отражает название «рога оленя» или халь тов — «ветка
березы».
1.1.1.6. В шестой группе композиционно соединились зигзаго-
;.во-треугольная и прямоугольные структуры (рис. 7, 2S), Симмет
ричные орнаменты этой группы обнаруживаются на бересте, мехе
и ткани в различных техниках.
1.1.1*6.1. Первая подгруппа не отличается особой репрезентативностью и представлена главным образом мотивами «голова молодого соболя» и «крыло чайки» и сепыр лэгтавыл —. «хвостовое оперение глухаря» (рис. 7, 83). Случаи усложнения или упрощения формы узора' очень редки (рис. 7, 88, 89).
1.1.1.6.2. Вторая подгруппа у манси также малочислен
на и представлена мотивами «соболь с головой» и сори аньш —
«рог лося» (рис. 7, 92 — 93).
1.1.1.6.3. Третья подгруппа включает в себя немного
численные орнаменты из крючкообразных элементов — «задние
ноги лягушки» или акв лаглуп ура — «священный амбар на одной
ножке (рис. 7, 95).
1.1.1.7. Седьмая группа непрерывных бордюров за вычетом
плоскости симметрии в мотиве очень близка по композиции и эле-
ййентам шестой (рис. 7, 99), но, в отличие от последней, занимает в мансийском орнаменте видное место.
1.1.1.7.1. Первая подгруппа включает в себя как ис
ходный мотив, так и его усложненный вариант (рис. 7, 100 — 101).
.Оба образца своим развитием прочно связаны с соболем пунгтал нёхыс — «соболь без головы», «лежащий соболь», «спящий со-
ьболь», «соболь» и только по одному разу были зафиксированы иные названия — «локоть лисицы» и «крыло чайки».
1.1.1.7.2. Вторая подгруппа образована крючкообраз
ным элементом. Она хорошо знакома хантам, а у манси встреча
ется очень редко. Узор на рис. 7, 106 носит имя пунгхын нёхыс -
«соболь с головой».
1.1.1.7.3. Третья подгруппа является безусловным ли
дером не только в пределах седьмой группы. Ее мотивы принад
лежат к числу самых излюбленных у западно- и североманспй-
ских женщин. По номинативным параметрам узоры прочно ассоциируются с «соболем». Наиболее устойчивым и многочисленным у манен является вариант «соболя с головой» (рис. 7, 109). Как 'исключение следует рассматривать название сорт улысь — «че-Слюсть щуки». Часто фиксируемое декоративное допущение, ко-'торое мастерица вносит в традиционную форму — усечение «головки»— ромба иа отростке основного элемента. Иногда орна-Вентальный бордюр слагается из двух мозаичных полос «соболя»,,и в результате этого возникает сложный симметричный мотив из гфоновых частей. Более существенные изменения в узоре происходят при замене отростка на крестообразный элемент (рис. 7, 110), что чутко улавливается названием — «зубы соболя». Более ради-
кальные преобразования, связанные с заменой не только отростка, по и самого элемента, который лежит в основе мотива, отдаляют новационные конструкции от прототипа (рис. 7, 112, 114). Еще один вариант трансформации «соболя» связан с помещением элемента в композиционные рамки шестой группы (рис. 7, 113). Некая отчужденность и самостоятельность полученных форм осознается самими исполнительницами и звучит в названиях; хум суп — «туловище человека», «рог оленя», «хвост косача», «хвост боровой дичи».
Следует подчеркнуть, что «соболь» — один из немногих непрерывных бордюров, развитие которого у манси нисколько не уступает хантыйскому творчеству. Особое пристрастие к этому мотиву сближает манси с северными хантамн, так как у восточных не наблюдается такого разнообразия форм.
1.1.1.7.4. Четвертая подгруппа является исключени
ем в том плане, что здесь наблюдается превосходство орнамен
тальных традиций манси сравнительно с хантыйскими. У послед
них известен лишь один вариант мотива (рис. 7, 7^5). К тому же
у восточных хантов он фиксировался лишь на рубеже веков.
У манси указанный узор встречается чаще и называется «лезви
ем топора» или «лошадиными копытами» — лув тох, а кроме того,
у них бытуют усложненные варианты орнамента. Они возникают
за счет вертикального удвоения мотива или отражения его в вер
тикальной плоскости, что сводит практически на пет роль зигзз-
говой структуры в композиции орнамента. Такие узоры считаются
в пароде исконно мансийскими и встречаются под именем «лоша
диные копыта».
1.1.1.7.5. Пятая подгруппа также хорошо прослежива
ется в творчестве манси. Здесь встречались крючковидные мотивы
как с заостренным, так и прямоугольным зигзагом — «щучьи зу
бы» или «челюсть щуки» (рис. 7, 116, 120).
1.1.1.8. Восьмая группа отличается как элементом, так и структурой построения тяготеющей к горизонтальной симметрии (рис. 7, 122). Как и предыдущие, она реализуется на различных материалах и техниках, и ее мотивы хорошо знакомы мансийским мастерицам в западной и северной группах.
1.1.1.8.1. Первая подгруппа за небольшим исключением воспроизводит хантыйскую ситуацию- Налицо традиционно устойчивый мотив {рис. 7, 123} и его разновидности (рис. 7, 125. 127, 129), в образовании которых превалирует конфигурационное упрощение узора. Создание усложненных вариантов у манси не фиксируется. Номинация в рамках подгруппы не отличается постоянством: «рог лося», «голова соболя», «одна кедровка», «лягушка» п «полчеловека»-—все эти названия приложпмы к ведущему мотиву. Такой же разнобой в названиях обнаруживают п вл-
риапты. Лишь образец на рис. 7, 125 прочнее других ассоциирует-.ся с «лягушкой».
1.1.1.8.2. Вторая подгруппа тоже вобрала в себя значительное количество мансийских непрерывных бордюров. Широко распространен мотив рис. 7, 131, встречается и его разновидность, характерная для восточных хантов (рис. 7, 134). «Гусиное крыло»— лунт хоссуп, лусхалэкв ханса— «след лягушки» и «березовые ветви»—равновозможные определения для данного узора. Этот номинативный разброс наблюдается и относительно модифицированных вариантов. Поскольку исходный мотив подгруппы яв-ляется^предельно упрощенным вариантом основополагающего узора всей восьмой группы (рис. 7, 123), то образование новых орнаментальных форм достигается здесь либо вертикальным, удвоением мотива, либо наложением мотива на композиционные схемы других групп (рис. 7, 130, 132, 133), либо сочетанием этих двух приемов, что дает мотивы, сходные с восточнохантыйскими образцами (рис. 7, 135).
1,1.1.9. Девятая группа, знаменующая собой орнаментальный авангард, которая хорошо представлена у хантов, особенно северных, практически отсутствует у манси. Единственное исключение составляет аппликативный мотив на обшлагах платья, напоминающий хантыйский узор (рис. 7, 140).
Редко встречаются у манси и несложные бордюры, в букваль-- ном смысле составленные из простых и хорошо знакомых мастерицам элементов. Новизна заключается в их нетрадиционных комбинациях, как, например, па рис. 7, 145.
§ 2. Прямолинейные бордюры: прерывистые мотивы (1.1.2)
1.1.2.1. Первая группа означенных орнаментов подчинена виду симметрии a-.m-rti, входящие в нее узоры строятся на основе несложных фигур, которые обладают симметрией по вертикали и горизонтали.
1.1.2.1.1. В первой подгруппе тон задает ромб. У манен обнаруживаются почти все шесть его декоративных вариантов, выявленных па хантыйском материале.
Первый вариант представлен ромбическими рядами, выпол
ненными контурным, ширококонтурным и сплошным заполнением
мотивов (рис. 8, 1—2). Основными видами реализации указанных
бордюров у манси служило выскабливание по бересте п нанизы
вание из бисера. В первом случае орнамент обычно выполнял
роль окаймления у розетки па дне чумана, но иногда встречался
и в качестве основного, например на берестяной пластине, при
крепленной с внешней стороны к стенкам низкой коробки. Эта же
композиционная двойственность характерна и для бисерных лент:
19. Заказ 2006. «Очерки культурогенеза народов Западной Сибири». 289
узкие окаймляли края рукавов, нагрудного разреза у женских рубах, а широкие имели вид нагрудных украшений. Ряды из ромбов вывязывались и на шерстяных варежках. Образование мотива за счет попарно срощенных ромбов характеризует усложненные образцы орнаментов. У манси отмечены как вертикально (рис. 8, 6), так и горизонтально удвоенные ромбы. Последние изредка разграничивались декоративными вертикальными перегородками из горизонтальных полос, заключенных между параллельными линиями. Все удвоенные ромбы зафиксированы на бересте, а единственное исключение составляет резьба на деревянной табакерке. В «мансийской вышивке» ромбы имели двойной контур, а их внутреннюю часть занимали восьмиконечные звездчатые фигуры. Они же, но в усеченном виде заполняли треугольное пространство между ромбами.
Второй вариант бордюров представлен «продернутой вышивкой», бисерным нанизыванием и выскабливанием на бересте. Для первой техники свойственна многослойность ромбического контура, дополненная плотным заполнением узорного поля. Пространство между ромбами занимают решетчатые уголки, а внутреннее заполнение фигур имеет вид решетчатых и ступенчатых ромбов. Подобные мотивы близки южнохантыйским (рис. 8, 7), так же как и самые конфигурационно насыщенные образцы варианта (рис. 8. 8]. На круглых сосудах и коробках из бересты мансийские мастерицы чаще всего выскабливали узор из ромбов с внутренними отростками на сторонах и уголками в виде «заячьих ушей», снабжая его дополнительной прорисовкой из контурных крестообразных фигур и зигзага. Подобные орнаменты полностью эквивалентны северохантыйским, образцам (рис. 8, 13). Таким образом, мансийские узоры из ромбов и уголков обнаруживают параллели с южно- и северохантыйскими материалами, оставляя в стороне лаконичные бордюры восточных хантов. Сходство не обнаруживается даже при одинаковых технике и материале — нанизывании из бисера. У манси на бисерных лентах, как правило, встречались решетчатые ромбы в сочетании с решетчатыми уголками.
Третий вариант из входящих друг в друга параллельных ромбов и уголков слабо проявился в творчестве манси. Он зафиксиро-ван на лентах, нанизанных из бисера (рис. 8, 16), и на берестяной солонке в технике аппликации с подкладным фоном (рис. 8, 17).
Из всего разнообразия хантыйских мотивов, что образовали четвертый вариант, у" манси обнаруживается лишь одна разновидность— ромб с четырьмя продленными сторонами (рис. 8, 18). Узор встречался на вязаных варежках и па бисерных украшениях. Продление сторон лишь через одну, самую верхнюю, вершину
вырисовывается как мансийская характеристика, по крайней мере на основе имеющихся материалов.
Пятый вариант, где продленные стороны приобретают крючкообразные загибы, не обнаружен среди мансийских узоров.
Шестой вариант бордюров из ступенчатых ромбов встречался у манси в «продернутой вышивке» (рис. 8, 32)..
1.1.2.1.2. Во второй подгруппе бордюров ведущим
мотивом является крест.
Первый вариант узоров объединяется на основе косого креста.
^ В отличие от хантыйских орнаментов, где доминирует ширококонтурная манера исполнения мотива, мансийские бордюры исполнялись чаще простым контуром. Ряды из контурных косых крестов служили окаймлением берестяного декора, изредка встречались па дереве, нашивались из бисера, но больше всего случаев их фиксации относится к узким лентам, сплетенным из бисера.Ши-рококонтурпый крест встречался среди выскобленных узоров на бересте, в аппликации из ткани и в «продернутой вышивке». Для обеих стилистик исполнения характерны лаконичные мотивы без дополнительной декоративной проработки. Снабжение креста перекрестьями составляет почти единственный способ его разнообразия (рис. 8, 37). Иногда кресты отделяются друг от друга
Вертикальными перегородками. Исключение в данном ряду орнаментального аскетизма составили вышитые узоры, близкие, южнохантыйским образцам (рис. 8, 39).
Бордюры, составляющие второй вариант и принимающие вид прямого креста, имели меньшее распространение в мансийском орнаменте, так же как и в хантыйском. Прямые кресты без декоративных излишеств содержали украшения, нанизанные из бисера,
В жесткие воротники. На последних нашитые бисерные мотивы располагались в прямоугольных зонах-секциях, а также возникали
•за счет двух сомкнутых рядов «сухариков». В этом случае кресты оказывались срощенными друг с другом.
Третий вариант включал в себя узоры в виде крестов из ром-эов.(рис. 8, 46). Их своеобразие в сравнении с хантыйскими орнаментами составляет отсутствие каких бы то ни было дополнительных элементов на бисерных лентах и превращение уголков «заячьи уши» на бересте. Встречалось в мансийских узорах и Усечение крайних ромбов (рис. 8, 47).
1.1.2.1.3. Третья подгруппа из попарно сросшихся угол-
эв, характерная для бисерных украшений южных и восточных
бантов, на мансийском материале не выявляется.
Оставшееся незначительное количество двукратносимметрич-с мотивов манси хорошо проецируется на вышитые и нанизан-; из бисера узоры южных и восточных хантов. В мансийской
продернутой» вышивке присутствовали сложные орнаменты из
вытянутых 6- и 8-угольников, внутреннее поле которых зашивалось Г-образнымп элементами таким образом, что создавался фон либо S-образный, либо в виде креста из крючков. Простран-"ство между фигурами заполняли уголки сложной конфигурации (рис. 11, 3, 9). На воротниках к женским рубашкам, расшитых бисером, у манси, как и у южных хантов, нередко располагались лучистые фигуры (рис. 11, 5). Однако узоры птиц и деревьев, наиболее характерные для южнохантыйской "вышивки данной группы, в мансийских материалах не представлены.
Параллели с восточными хантами вырисовываются на фоне орнаментов из простых фигур; прямоугольников, квадратов, треугольников. Соединенные линией прямоугольники зафиксированы на узкой берестяной ленте. Ряды из квадратиков встречались среди окаймляющих бордюров «продернутой» выши-вки. Иногда фоновая часть их внутренней поверхности принимала вид креста п.: крючков за счет асимметричных отростков на сторонах. Подобные квадратики выстраивались в наклонный ряд, а ряды, плотно примыкая друг к другу и чередуясь по цвету, образовывали сплошную полосу. На бересте квадратики соединялись по периметру фонового квадрата. Попарно соединенные треугольники бытовали в резьбе по дереву и в выскабливании по бересте. Сращивание фигур происходило с учетом как вертикальной (рис. 15, 7), так и горизонтальной плоскости симметрии. В последнем случае узор именовался «конским копытом». Четырехкратное приумножение треугольников в мотиве (рис. 15, 8} также было характерно для двух указанных выше техник. Один раз отмечено диагональное пересечение двух нар контурных параллельных полос.
