В. А. ТАШЛЫКОВ (СССР)
Современный подход к пониманию невроза позволяет рассматривать во взаимосвязи объективную и субъективную картину этого заболевания, психологию пациента не только как объекта диагностики и терапии, но и как субъекта со сложным внутренним миром, индивидуальной реакцией на болезнь и условия социальной и лечебной среды.
Плодотворный путь для исследования роли объективных и субъективных, осознаваемых и неосознаваемых факторов в формировании клинической картины невроза и ее динамики открыли работы, посвященные изучению отражения соматических и психических болезней в переживаниях и поведении больных — внутренней картине болезни (ВКБ) [Лурия Р. А., 1935; Шевалев Е. А., 1936; Краснушкин Е. К., 1950; Рохлин Л. Л., 1957; Николаева В. В., 1970; Бас-син Ф. В., 1971; Карвасарский Б. Д., 1982; Смирнов В. М., Резникова Т. Н., 1983; Goldscheider A., 1929; Balint М., 1960; Brautigam W., 1960, и др.]. Описаны также различные аспекты отношения пациентов к своему заболеванию при неврозах [Мяси-щев В. Н., 1960; Иванов Н. В., 1970; Freud S., 1922; Jones Е., 1924; Shapiro D., 1975; Obuchowska J., 1976]. В ходе исследований был поставлен ряд актуальных и дискуссионных вопросов, которые определили направленность исследования ВКБ, в частности ее структуры, невротических конфликтов, «Я-концеп-ции», механизмов психологической защиты.
Помимо важнейшего значения, которое имеет исследование ВКБ для психологической диагностики неврозов, оно является одним из основных направлений поиска путей повышения эффективности лечения и определения терапевтического прогноза.
С целью изучения указанных проблем было исследовано 305 больных неврозами в процессе 2-месячного периода терапии в стационарных условиях (113 мужчин и 192 женщины). Для части из них в общем комплексном лечении применялась групповая психотерапия. Сравнение «групповых» (185 человек) и «негрупповых» (120 человек) пациентов выявило у первых некоторые отличительные характеристики ВКБ, связанные с терапией. Особенностью данной работы было получение информации в отношении факторов болезни, личности и лечения как от пациентов, так и психотерапевтов, а также ее сравнение. В исследовании применялись клинико-психологический (интервью и анкеты) и экспериментально-психологический методы (опросники и шкалы, в том числе разработанные в Клинике неврозов Института психиатрии и неврологии в Варшаве для определения мотивации к лечению и осознания причин невроза). Средний возраст испытуемых составлял 34,3+0,5 года. Среди обследованных больных с высшим образованием было 58%. По формам невроза неврастения наблюдалась у 76 больных (25%), истерия — у 182 (60%), фобический невроз — у 41 (13%) и обсессивный невроз — у 6 человек (2%). Ведущими психопатологическими синдромами были астенический — 32%, фобический — 30%, ипохондрический — 20%, депрессивный — 14% и обсессивный — 4%. Средняя длительность заболевания составила 6±0,3 года. Первый контакт с психоневрологом состоялся у исследованных больных в среднем через 3,5 года после начала заболевания. Широкий диапазон длительности болезни и преобладание хро-низации невроза позволили проследить динамические особенности развития ВКБ и изучить устойчиво сформированные ее феномены.
По возрасту более молодые пациенты были чаще среди «групповых» (32,1 ±0,5. года), чем «негрупповых» больных (37,8±0,8 года) (р<0,01). Таковы же соотношения относительно начала невроза — 26,4± ±0,5 года и 31,2±0,8 года (р<0,01). Среди «групповых» больных было больше инженерно-технических работников и студентов. У «групповых» больных чаще отмечался фобический синдром, у «негрупповых» — ипохондрический. Отмечена тенденция к большей длительности заболевания и к более частому определению органической или соматической «почвы» у «негрупповых» больных. Не отмечено различий между рас-
сматриваемыми выборками по формам невроза, характеру его течения. Тем не менее при оценке характеристик болезни складывалось впечатление, что на групповую психотерапию чаще направляются пациенты более перспективные в терапевтическом отношении.
