Сила России не в ядерном оружии, не в космических технологиях и не в запасах сырья.
Сила России в языке.
Не случайно в бывших республиках Союза первыми же указами русский язык объявлялся вне закона.
Напрасно. Бессмысленно. Опасно для самих же запрещающих. Потому что язык, удобный для общения, распространяется и живёт по законам газообразования – он неуловим, неуязвим и вездесущ.
Однако это не значит, что на родине этого самого языка – в данном случае русского – он может и должен расти подобно сорной траве.
Да, современный русский язык сам находится под мощнейшим воздействием двух полярных влияний.
Во-первых, на него чудовищно накатил язык английский. Он накатил так круто и вдруг, что на наших улицах появилось засилие вывесок на этом наглом наречии. И мы никак не можем отбежать от него на безопасное расстояние и немного отдышаться.
Во-вторых, на русский язык набросилась орава несовершеннолетних мракобесов. Косноязычие клоунов с MTV, песенки попсы и их птичьи чириканья опасны не тем, что они деформируют язык. Пусть бы мяли и деформировали себе на здоровье – это право и обязанность каждого подрастающего поколения. Молодой человек говорит два-три слова на все случаи жизни только по причине своей яростной сексуальной силы. Но попса и её песенки не имеют ничего общего с этой гормонокипящей страстностью. Попса мурлычет, и язык в этом мурлыканье погружается в столетний сон, летаргический, последний. Под «попсой» в данном случае я понимаю прожигателей жизни, которых совершенно безосновательно называют будущим «средним» классом.
Да ничего подобного! Средний класс мускулист, быстроног и непоседлив. Он хочет перестать быть «средним». Он каждую минуту готов к путешествиям и подвигам. Не надо на него клеветать. Но у нас нет среднего класса – вот проблема! А природа, как известно, не терпит пустот. Литература у нас ещё не подошла. Театр занимается самоудовлетворением и практически мастурбирует сам на себя. Что же остаётся для сохранения языка в форме?
Конечно же, Государственная Дума и публичные политики. Здесь наш народ находит полнейшее удовлетворение. Прежде всего надо отметить великого реформатора языка Виктора Степановича Черномырдина. Черномырдин работает на уровне бессознательном. Он не придумывает свои шедевры (я абсолютно серьёзен! Черномырдин – несомненный гений словообразования!), он их выпевает. Когда Виктор Степанович сидит с баяном и как бы сурово обводит присутствующих своим экспремьерским (а теперь – посольским) оком, так и хочется завопить: давайте ещё придумаем должность для Виктора Степановича, чтобы она его удовлетворяла! И пусть он тогда радует народ так часто, как сможет.
Нельзя в этой связи не вспомнить и Жириновского. Вот уж кто работает ответственно. У него иная, но также серьёзная ориентация. Жириновский – мастер сильных и неожиданных метафор. Он воздействует на наше чувство коллективизма. Мы в потоке жириновского выбалтывания узнаём свои бредовые идеи и избавляемся от них.
Самый же сложный, целиком интеллектуальный способ воздействия на население при помощи слов обнаружил Чубайс. Только Чубайс мог уговорить целый народ отказаться от заработанных им богатств в пользу его, Чубайса, немногих приятелей (подельников).
Теперь, когда чары Чубайса рассеялись, терять нам уже нечего. Давайте наслаждаться музыкой родного языка.
