Ћекции.ќрг


ѕоиск:




 атегории:

јстрономи€
Ѕиологи€
√еографи€
ƒругие €зыки
»нтернет
»нформатика
»стори€
 ультура
Ћитература
Ћогика
ћатематика
ћедицина
ћеханика
ќхрана труда
ѕедагогика
ѕолитика
ѕраво
ѕсихологи€
–елиги€
–иторика
—оциологи€
—порт
—троительство
“ехнологи€
“ранспорт
‘изика
‘илософи€
‘инансы
’ими€
Ёкологи€
Ёкономика
Ёлектроника

 

 

 

 


 ультура нравственных ценностей




ћы можем выделить р€д культур, в которых выбор основных ценностей не столь четко определ€етс€ задачами непосредственного физического выживани€ индивида и его рода. Ќа первый план выступают проблемы совместного выживани€ сообщества, не скрепленного прочными кровными св€з€ми, и наиболее значимыми станов€тс€ ценности организации сообщества а соответствии с его высшими моральными нормами - справедливости, любви, жертвенности, долга в отношени€х между людьми. ћожно предположить, что значимой адаптационной задачей здесь €вл€етс€ установление морального пор€дка в жизни, развити€ культуры нравственных отношени€.  ультивируемым типом переживани€ в этих традици€х соответственно становитс€ переживание причастности индивида к общечеловеческим нравственным ценност€м.

»стоки развити€ такой культуры дл€ нас в наибольшей степени св€заны с иудейско-христианской традицией. ќ. ћ. ‘рейденберг (1965) говорит о симбиозе космогонии и этики в античности, когда пон€ти€ добра и зла не выход€т из царства умирающей и воскресающей природы. ѕо ее мнению, переход концепции жизни и смерти физических сил природы в концепцию моральных качеств человека впервые происходит в »зраиле и св€зан с рождением особых форм эсхатологического сознани€.

Ётическое переживание возникает, по ее мнению, как переживание внешней и высшей моральной оценки, как ожидание награды или возмезди€ за нечестие на суде в конце света. ћы знаем также, что традиционно эсхатологическое сознание и главенство нравственных ценностей св€зываетс€ с развитием монотеистических культур. ƒейственность нравственных переживаний в организации жизни про€вл€етс€ в заключении «авета, избрании Ѕога как судьи и творца нравственного закона.

Ќеопределенность, хаос €вл€етс€ врагом и дл€ этого типа культуры, однако пор€док организуетс€ уже не только природными ритмами, но и нравственным законом, и, более того, даже правильность телесной жизни становитс€ здесь прежде всего нравственной ценностью. Ќеопределенность в жизни преодолеваетс€ уже не с помощью жреби€ или гадани€, а прин€тием предопределени€ (в иудейско-христианской традиции - первородного греха и милости Ѕога) как этического понимани€ случа€ и судьбы (Ўпенглер ќ., 1993). ». ѕригожин (1986) говорит о том, что в мире  ниги Ѕыти€ нам представлен мир —оздател€, в котором посто€нно действует Ѕожественное провидение, понуждающее человека к участию в таких де€ни€х, где ставкой служит спасение его души в будущей вечности.

ƒоминирование в основном наборе культурных ценностей нравственности полностью мен€ет услови€ развити€ культуры. ћы попытаемс€ сопоставить эти особые тенденции в развитии культурных форм жизни, организующие идеально нравственное общественное сознание с выделенным в нашей парадигме четвертым уровнем индивидуального сознани€, становление которого обеспечивает каждому человеку возможность усвоени€ общего опыта и подчинение эмоциональному контролю. ѕо нашему предположению, культурные формы нравственного сознани€ возникают именно как акцентуаци€ развити€ в культуре уровн€, адресованного индивидуальному сознанию, его механизмам эмоционального контрол€.

¬еро€тно, в наиболее выраженном, заостренном, виде така€ акцентуаци€ должна про€витьс€ в развитых формах средневекового сознани€, поэтому в основном там мы и будем искать возможные аналогии. Ќравственное переживание, безусловно, занимает в такой культуре доминирующую роль над переживанием телесным: телесное, природное, уничижаетс€ им. “ело человека, его жизнь мен€ют здесь свое значение, поскольку противопоставл€ютс€ духовным ценност€м. »деал средневековой культуры - жертва своими телесными потребност€ми, а идеальное тело - это, соответственно, униженное, страдающее, загубленное тело. ѕренебрежение телесными нуждами, терпение, рассматриваютс€ как особа€ доблесть.

¬ то же врем€ ». ’ейзинга (1988), например, говорит об об€зательной культивации в —редневековье внешних про€влений моральных переживаний, обильных слез умилени€, растроганности, публичной скорби. ¬нешн€€ выраженность моральных оценок здесь прилична, даже об€зательна, и на религиозных, и на светских церемони€х. Ќаши средневековые летописи также свидетельствуют об общественной значимости переживаний сострадани€: описани€ народных слез и трогательных чувств исторических личностей, как правило, венчают описание счастливых и трагических событий нашей истории.

—мена основного переживани€, соответственно, разрушает архаическую картину мира, измен€ютс€ воспри€тие пространства, времени, собственного тела, основной тип познани€ мира, организации поведени€, отношений с идеальными ценност€ми, высшими силами. «десь прервалась "...тыс€челетн€€ красота чувственно-материального космоса, и, только здесь мыслители перестали радоватьс€ вечному круговороту вещества в природе и стали страдать о всеобщем космическом грехопадении" (Ћосев ј. ‘., 1991в), здесь разрушилось единство переживани€ ѕор€дка -  расоты - »стины - ƒобра.

»збрав как высшую ценность эмоциональную св€зь, сопереживание другому, человек неминуемо приходит к особому отношению к индивидуальной прив€занности, а значит становитс€ особенно чувствителен к бренности, индивидуальной смертности, т. е. отлучаетс€ от переживани€ бессмерти€ в теле рода. ќтголоски переживани€ этой потери мы находим во многих предани€х, например, в собранных ƒ. ƒ. ‘рэзером (1980) мифах ќкеании. —мертность человека объ€сн€етс€ несчастной случайностью или коварством Ѕога, изначально создавшего человека бессмертным.

ќднако, как уже отмечалось выше, существует и группа мифов, согласно которым человек сам отказываетс€ от бессмерти€ ради сохранени€ индивидуальных отношений, т.к. родовых ему уже недостаточно. “ак старуха, как обычно, когда приходит пора, мен€ет свое старое тело на новое, здоровое, и возвращаетс€ домой молодой, но дома ее не узнает ребенок. ќн плачет и требует свою мать, и она идет за своим старым телом. — этого времени, согласно мифу, все люди станов€тс€ смертными.

»ерархи€ находитс€ вне мифологического сознани€, объекты мира в нем р€доположены (Ћотман ё. ћ., ”спенский Ѕ. ј., 1973). ¬ средневековом сознании мир и его части получают нравственную окраску, и это мен€ет не только качество, преломл€ема€ нравственным переживанием картина мира начинает двоитьс€, иерархически организовыватьс€ (√уревич ј. я., 1984). ». ’ейзинга (1988), анализиру€ особенности средневековой картины мира, говорит о ее зеркальности, а ј. я. √уревич - о двуплановости: все в ней оцениваетс€ с точки зрени€ высших человеческих ценностей и находит свое абсолютное, истинное, значение в вечности. ». ’ейзинга специально выдел€ет потребность средневекового сознани€ не просто в пор€дке, а в организации субординации, говорит о значении вертикальных св€зей в определении смысла происход€щего.

ƒл€ архаического, традиционного, сознани€ аффективный центр т€жести всегда лежит в прошлом, во "времени оно", когда был сотворен мир, и боги и герои дали человеку образцы поведени€. ƒл€ человека нравственного сознани€, которого мы отчетливо различаем в христианской традиции, этот центр находитс€ в будущем, в вечности, когда в день —трашного суда каждый должен будет дать ответ на вопрос: следовал ли он ориентирам вечных общечеловеческих ценностей? Ѕудущее, таким образом, активно определ€ет насто€щее и даже прошлое. “ак, переписка (подделка) документов, свидетельств, оформление завещани€ задним числом не считаетс€ в средневековой культуре преступлением, подлогом, если это преследует идеальные нравственные цели и, исправл€€ случайность, ошибку, служит богоугодному делу (√уревич ј. я., 1984).

¬ типично эсхатологических установках средневекового сознани€ врем€, жестко св€занное иерархическими, вертикальными, св€з€м" с вечностью, перестает возвращатьс€. ќстанавливаетс€ гармоническое вращение космического колеса мифологического сознани€, врем€ становитс€ линейной проекцией вечности, отрезком между точками сотворени€ и конца света (Ћосев ј. ‘., 1991а; √уревич ј.я. 1984; Ћихачев ƒ. —., 1987а; Ёлиаде ћ., 1987), и активным, формирующим смысл происход€щего, становитс€ будущее. Ѕог манифестируетс€ в вечном будущем, смысл человеческой истории про€вл€етс€ в Ѕожьей воле, в произвольном движении от зла к добру (“опоров ¬. Ќ., 1973, с. 101-106).

ѕространство дл€ средневекового сознани€ остаетс€ неоднородным. ќднако эта неоднородность отлична от неоднородности пространства мифологического сознани€, определ€вшейс€ потребност€ми и возможност€ми, мерами человеческого тела. «десь пространство пронизано символическими вертикал€ми нравственной оценки, и кажда€ его точка, отража€сь в зеркале высшего нравственного смысла, соответственно определ€етс€ и организуетс€ им (’ейзинга »." 1888; √уревич ј. я., 1984). “ак ё. ћ. Ћотман, анализиру€ пон€тие пространства в русских средневековых текстах (1965), выдел€ет нравственные оппозиции земли и неба, праведных и неправедных земель, идею избранничества по земле.

¬спомним, какое аффективное значение в средневековой культуре имеет само переживание пространственной вертикали - готической линии храмовой архитектуры на «ападе (ј. ‘ Ћосев о готическом пространстве, 1991а), столпа света, падающего сверху, - у нас (одним из примеров может быть развитие этих мотивов ѕ. ј. ‘лоренским, 1990). ѕ. ј. ‘лоренский говорит о преобладании вертикали в христианском искусстве, ћ. ћ. Ѕахтин также определ€ет пространство в средневековом сознании как вертикальную модель, организованную в виде ценностных ступеней.

ѕутешествие в этой культуре - это прежде всего паломничество. ƒвижение в географическом пространстве становитс€ перемещением по вертикальной шкале религиозно-нравственных ценностей (Ћотман ё. ћ., 1965). ѕространство дл€ нравственного сознани€ дискретно в том числе и потому, что важно не столько само движение, сколько изменение человеком или объектом позиции по отношению к высшим ценност€м. —редневековые живопись и литература, как шахматные ходы, "покадрово" фиксируют эту смену позиций. ƒвижение - это прежде всего путь к духовному совершенству, утверждение себ€ в вечности, подъем по вертикали, движение по "лестнице" (Ћотман ё. ћ., 1965; Ћихачев ƒ. —., 1987г). ѕространство, как и врем€, в этой культуре чрезвычайно активно - оно произвольно определ€ет смысл и форму поведени€ человека.

ћесто и врем€ четко определ€ют стилевые особенности, программы поведени€ человека (Ћотман ё. ћ., 19926, с. 248-268). ѕространство иконы, организованное по принципам обратной перспективы (‘лоренский ѕ. ј. 1993), живет своей собственной активной жизнью, где каждый предмет изображаетс€ с той точки зрени€, с какой он должен быть представлен человеку, чтобы нравственно воздействовать на него. ѕространство, роспись храма, удержива€ и направл€€ взор вошедшего, активно ведет его, вт€гива€ в разворачиваемое перед ним смысловое переживание.

„еловек в этой культуре - это, как уже говорилось, прежде всего телесно смертный человек с бессмертной душой, напр€женно переживающий дуализм земного и небесного существа. “елесное тленно, незначимо, поэтому идеальна€ живопись средневекового христианского искусства не материальна и не индивидуальна - это часто игра света и тени - витражи; расцвет арабского искусства - почти не материальный орнамент, готическа€ душа осуществл€ет прорыв через √раницы видимой чувственности (Ўпенглер ќ., 1993).

–азвиваетс€ переживание ценности душевной жизни, ее моральное пространство бесконечно раздвигаетс€, и церковь представл€етс€ пересекающим его кораблем. ¬ самом храме более значимой становитс€ сокровенна€ внутренность (античный храм был более важен извне как целостный мнемонический символ, он оставалс€ частью данного места, акцентом природного ландшафта). “еперь ценность храма определ€етс€ нравственным переживанием, ценность внутренней жизни определ€ет ее символическа€, иерархическа€ организаци€ - совесть.

Ќепреход€ща€ сущность человека, его реальность осуществл€етс€ во внутренней жизни, в ее св€зи с вечными ценност€ми. —редневекова€ личность в идеале - это, прежде всего, моральна€ личность. ≈сли в архаической культуре индивидуальные черты человека были незначимы и тер€лись в родовом типе личности, то здесь человек сознательно жертвует своей индивидуальной жизнью ради соответстви€ высшим моральным образцам, утвержденным в будущей вечности.

 аждый человек ответствен перед Ѕогом за свой моральный выбор между добром и злом, спасением и грехом, вечным и преход€щим телесным. ѕоэтому жест, действие человека в этой культуре станов€тс€ поступком - единицей знакового поведени€ и получает смысла отнесении к категори€м более высокого уровн€ (Ћотман ё. ћ., 19986). ¬ то же врем€ индивидуализм личностного выбора не абсолютизируютс€ в этой культуре. ћоральные силы добра и зла имеют источник вне человека и активно борютс€ за него. Ќедаром человек часто выступает и как сосуд, наполненный извне (√урвич ј. я., 1984).

“аким образом, и окружающий мир, и себ€ в нем человек воспринимает активно преломленным внешней нравственной оценкой. ¬ средневековой модели мира нет этически нейтральных сил и вещей: все они соотнесены с космическим конфликтом ƒобра и «ла и вовлечены во всемирную историю спасени€ (√уревич ј. я., 1984), все они оцениваютс€ в зеркале высшего смысла. ѕоэтому основной организующей силой €вл€етс€ знакова€ функци€, и это тоже €вл€етс€ закономерным развитием иудейско-христианской традиции: сотворение мира по  ниге Ѕыти€, как известно, начинаетс€ со —лова.

—лово в этой культуре уже не им€, определ€ющее конкретное сенсорное качество и энергийный лик €влени€, а конвенциональный знак, символ, определ€ющий место €влени€ в общей, высшей, системе смыслов. —имвол не субъективен, а объективен, общезначим, и путь к познанию мира лежит через постижение сокровенных смыслов символа (√уревич ј. я., 1984). ќ. Ўпенглер указывает на то, что именно с зарождением ранней христианской и арабской исламской культуры св€зано развитие мистической математики - алгебры, систем метафизического постижени€ мира.

»скусство —редневековь€ (Ћихачев ƒ. —., 1987а) ничего не имитирует, не иллюстрирует и вообще не пытаетс€ создавать иллюзию правдоподобности. (’от€ така€ возможность дл€ человека существует с давних пор - центральна€ перспектива была известна уже, по крайней мере, в V в. до н. э., по преданию, ее открыл јнаксагор, и уже тогда она использовалась в прикладных цел€х и, в частности, дл€ создани€ декораций к постановкам Ёсхила.) Ќо цель искусства здесь - не дублировать действительность, а способствовать постижению ее высшего смысла.

ќно призвано активно воздействовать на человека (в то врем€ как античное искусство - это не нав€зывающа€ себ€, поко€ща€с€ душа). Ќаправленный взгл€д, согласно представлени€м этологов, €вл€етс€ актом активного воздействи€. ѕоэтому важно отметить, что зрачок у статуи по€вл€етс€ только на закате эпохи античности, у римл€н, и как раз дл€ раннехристианской живописи характерны огромные глаза, одухотворенный, направленно обращенный к зрителю взор (Ўпенглер ќ., 1993). ’ристианское искусство создает символическую реальность, активно воздействующую на сто€щего перед ним человека, означает, указует, произвольно разворачивает и вкладывает в него свои нравственные смыслы (Ћосев ј. ‘., 1991 а).

—имволизм средних веков - универсальное средство интеллектуального постижени€ действительности, когда расцветают аллегории абстракции, системы классификаций (’ейзинга »., 1988). ј. я. √уревич пишет "ѕричинное объ€снение играло подчиненную роль и имело значение в рассуждении по совершенно конкретным вопросам, но мир в целом в глазах средневековых мыслителей не управл€етс€ законами причинности. ћежду различными €влени€ми существуют не горизонтальные св€зи (причинности, действи€ и противодействи€), а вертикальные отношени€ иерархии" (√уревич ј я., 1984, с. 302).

ѕоскольку ценностью нравственной культуры также €вл€етс€ пор€док, то средневековое знание о мире стремитс€ быть всеобъемлющим. Ёто эпоха энциклопедий, сумм, зерцал, всемирных историй, начинающихс€ от јдама. ”ниверсум средневекового знани€ отражает тенденцию глобального взгл€да на мир и веру в возможность обозримой целостности. —уществует система вечных ценностей, репликой которой €вл€етс€ наш мир, что гарантирует его познаваемость дл€ движимого верой разума. ѕоэтому подчинение наук теологии €вл€етс€ в данной культуре разумным и естественным (√уревич ј. я., 1984).

—труктура человеческой личности представл€етс€ иерархически организованной системой качеств, имеющей свое аллегорическое основание в иерархии вечных ценностей. јллегории ƒобра, ∆адности, √ордыни, ћудрости,  ротости выступают в роли существ побуждающих, организующих, учащих человека, сбивающих его с пути истинного. ’арактерно, что переход от «ла к ƒобру совершаетс€ в "∆ити€х св€тых" как внезапна€ смена качества, перемена позиции, а не как постепенное развитие, изменение соотношени€ сил внутри человека. ¬ этой культуре не существует и концепции возрастного развити€: взросление - результат внезапного перехода в другое качество (’ейзинга »., 1988).

¬ средневековой культуре символизируютс€ как внутриличностные параметры, так и социальна€ структура. —оциальный символизм так же об€зателен, как символизм мироздани€. "ћол€щиес€", "—ражающиес€" и "“руд€щиес€" исполн€ют моральный долг, следу€ идеальной социальной роли, в этом состоит доблесть человека —редневековь€. ѕоведение каждого определ€етс€ его позицией в социальной иерархии (√уревич ј. я., 1984).

ѕодвиг, служение - это стремление вз€ть на себ€ и выполнить немыслимые об€зательства, следовать недоступному моральному образцу, возможно, нелепому с точки зрени€ обывател€ (’ейзинга »., 1988)" человек долга стремитс€ к высшему правилу, невыполнимому в жижи: образец - это св€той, безумец, рыцарь (ƒогнан ё. ћ., 1992а), правило - недос€гаема€ цель героической личности.

ќдним из основных организаторов культуры и здесь €вл€етс€ праздник. ≈жегодный круговорот всех дней недели символически св€зан с тем или другим св€щенным событием. Ќасто€щее проходит под знаком вечности. Ќеобходимо отметить, что христианский праздник отличаетс€ от €зыческого, который всегда €вл€етс€ насто€щим, реальным, переживанием прошлого образца. ’ристианский праздник двоитс€, символически объедин€€ насто€щее и вечное (Ћихаче" ƒ. —., 1987г).

Ќадо отметить, что культура —редневековь€ радикально решает вопрос поддержани€ стабильности душевной жизни нравственного человека. ѕри€тие вечных ценностей дает ему возможность быть неограниченно выносливым, терпеливым, радостно жертвенным. —амо страдание становитс€ Ѕого€влением, свидетельством избранности, причастности к вечной жизни.

’арактер становлени€ всего этого типа культуры, как мы уже обсуждали, определ€етс€ в ее взаимодействии с идеальной сферой. ќбраща€сь непосредственно к развитию отношений с "¬ысшими силами", необходимо отметить, что именно в нравственной культуре возникают предпосылки формировани€ собственно религиозного переживани€. ƒ. ƒ. ‘рэзер (1980), ј. ‘. Ћосев (f991a), ћ. Ёлиаде (1987) и другие исследователи рассматривает переход к монотеизму как по€вление истинной религиозности. ≈сли магическа€ культура рассматривает богов как идеальное воплощение материальных стихий и учит человека использовать эти силы, то в данном случае мы видим союз, договор человека с Ѕогом, избравшим свой народ и давшим ему прежде всего моральные ценности. ѕоэтому, выбира€ между грехом-смертью и жертвой-жизнью, человек сознательно жертвует своими индивидуальными телесными нуждами.

— одной стороны, это вызывает переживание разрыва идеального и материального, невозможности полного совмещени€ этих двух планов, дуализма верха и виза, ƒобра и «ла (√уревич ј. я., 1984). — другой - установление морального союза человека с Ѕогом открывает возможность возникновени€ некоторой "эластичности" в природном пор€дке вещей, возможность его произвольного изменени€ - чуда (Ћосев ј. ‘. 1991а).

“аким образом, подытожив представленные особенности, заостренные тенденции в развитии культуры моральных ценностей, мы можем сказать, что акцентуаци€ переживани€ жертвенной любви и сли€ни€ с высшими моральными ценност€ми определ€ет особую трансформацию картины мира: возникновение дуализма, разделение высшего и низшего, по€вление иерархической организации, что в свою очередь вызывает изменение всех основных категорий культурного сознани€.

ѕространство воспринимаетс€ как неравномерное, дискретное, иерархически структурированное высшим смыслом, оно активно в отношени€х с человеком и организует его поведение. ¬рем€ в этом эсхатологическом мироощущении прекращает свое круговое движение и превращаетс€ в застывшую линейную реплику вечности, пронзенную ее вертикальными векторами. ≈го аффективный центр т€жести - в будущем, в вечности, и оно также активно в отношени€х с человеком. “ело и все телесное принадлежит "низу" мира, им произвольно жертвуют ради утверждени€ себ€ в вечности. „еловек выдел€етс€ из жизни рода как индивидуальность, становитс€ смертным, но обретает свободу выбора между индивидуальным миром телесной, конечной, жизни и миром вечных идеальных ценностей.

ќсновным способом познани€ мира становитс€ символическое мышление, установление иерархического подчинени€, классификаци€. Ћичность также видитс€ как иерархи€ качеств, поведение организуетс€ моральными требовани€ми эсхатологического сознани€, стабильность душевной жизни, победа над страданием обретаетс€ приобщением к высшим ценност€м. ¬ этом сознании рождаютс€ религиозные отношени€ с высшими силами. — одной стороны, человек отдел€ет себ€ от них, пережива€ дуализм телесного и духовного, с другой - заключает моральный союз с Ѕогом. Ѕог дает человеку «акон, исполнение которого позвол€ет человеку утвердить себ€ в вечности.

ѕредставл€етс€, что эти акцентуированные культурные формы могут быть пр€мо соотнесены с реконструированными нами формами четвертого уровн€ индивидуального сознани€, ответственного за регул€цию отношений человека с людьми, развитие произвольных форм организации жизни.

ќни соответствуют друг другу по типу основного переживани€, по его иерархическому строению, опосредованности индивидуального переживани€ оценкой другого человека, котора€ здесь имеет дл€ индивида высшую ценность. »менно этот тип переживани€ позвол€ет сформироватьс€ и иерархической структуре картины мира, в организации которой основна€ роль принадлежит знаковой функции, на его основе развиваетс€ способность и культура символического мышлени€.

» в том, и в другом случае мы видим особое значение знаковой функции, слова в организации произвольного поведени€ человека. » модель четвертого уровн€, и культура нравственного сознани€ направлены на организацию правильного поведени€ человека. Ётому способствует сама нравственно упор€доченна€ картина мира, в которой даже воспри€тие времени и пространства активно структурировано высшими моральными ценност€ми.

Ѕезусловно, эта акцентуаци€ в наибольшей степени выражена в идеальных формах культуры, которым стремитс€ соответствовать нормальный человек, но индивидуальное сознание должно быть шире, гибче, чем его отдельный уровень и идеальные внешние формы. “ак, исследователи выдел€ют архаические пласты и в культуре христианского —редневековь€. ѕрин€в новые формы религиозного сознани€, человек стараетс€ удержать и старые формы организации жизни. ». ’ейзинга (1988) отмечает, что культ €зыческих богов, олицетвор€ющих силы природы и упор€дочивающий ритмический круговорот бытовой жизни, сохран€етс€ в форме культа св€тых.

ћ. ћ. Ѕахтин (1965), рассматрива€ оппозиции серьезной и смеховой культур —редневековь€, показывает ценность карнавальной жизни - преодолени€ страха возвращением средневекового человека к ликующему ощущению бессмерти€, вечного возрождени€ в теле рода. ј я. √уревич (1984), анализиру€ тенденции развити€ западной средневековой культуры, обращает внимание на принципиальное разведение новой христианской морали, задающей ценности равенства, справедливости и права, опирающегос€ на прошлый опыт, на имеющийс€ прецедент.

Ёти оппозиции позвол€ют сохранить равновесие каждому отдельному нормальному человеку, но культура, стрем€сь максимально использовать преимущества, даваемые ей односторонней акцентуацией, в своем развитии неминуемо приходит к опасности нарушени€ баланса и потери жизнеспособности.

“ак, ». ’ейзинга (1988), анализиру€ стадию заката средневековой культуры, говорит о все большей потери гибкости, трудности в ассимил€ции нового, искусственных запретах реального освоени€ и изучени€ мира, о потере чувства единства с природой, ценностей истины и красоты - истина и красота не в творении, а в спасении, - о развитии утомительной детальной символизации в социальных ритуалах, бесплодной классификации в науке, ханжестве и морализаторстве в быту, бессмысленном унижении индивидуальной телесной жизни.

» почти на наших глазах, по крайней мере на нашей исторической пам€ти, культуры нравственного сознани€ уступают место культуре, избравшей другие, альтернативные, ценности. Ёта культура до сих пор определ€етс€ нами как культура Ќового времени, и, как мы видим, даже в своем названии подчеркивает по€вление новых ценностей.





ѕоделитьс€ с друзь€ми:


ƒата добавлени€: 2015-05-08; ћы поможем в написании ваших работ!; просмотров: 514 | Ќарушение авторских прав


ѕоиск на сайте:

Ћучшие изречени€:

Ћибо вы управл€ете вашим днем, либо день управл€ет вами. © ƒжим –он
==> читать все изречени€...

531 - | 442 -


© 2015-2023 lektsii.org -  онтакты - ѕоследнее добавление

√ен: 0.025 с.