Ћекции.ќрг


ѕоиск:




 атегории:

јстрономи€
Ѕиологи€
√еографи€
ƒругие €зыки
»нтернет
»нформатика
»стори€
 ультура
Ћитература
Ћогика
ћатематика
ћедицина
ћеханика
ќхрана труда
ѕедагогика
ѕолитика
ѕраво
ѕсихологи€
–елиги€
–иторика
—оциологи€
—порт
—троительство
“ехнологи€
“ранспорт
‘изика
‘илософи€
‘инансы
’ими€
Ёкологи€
Ёкономика
Ёлектроника

 

 

 

 


√лава 5 основные ошибки и ћ≈–џ предосторожности




ќбычно лжецам прекрасно удаетс€ обмануть большую часть людей[109]. ƒаже дети, едва достигнув восьми или дев€ти лет (а некоторые родители полагают, что и шести!), могут вполне успешно обманывать старших. ј ошибки в вы€влении лжи предполагают не только то, что человек верит обманщику, но, что гораздо хуже, и то, что он не верит говор€щему правду. » такие ошибки могут нанести искреннему ребенку т€желую травму, несмотр€ на все последующие попытки исправить положение. Ќеверие правде приносит также немало бед и взрослому человеку. ћожно потер€ть друга, работу, а то и жизнь. Ѕывает, что человек, проведший в тюрьме многие годы, вдруг оказываетс€ невиновным Ц но, слава Ѕогу, подобные случаи все-таки происход€т достаточно редко. —ловом, поскольку не существует возможности полностью избежать ошибок в обнаружении обмана, необходимо принимать все меры предосторожности, чтобы снизить насколько возможно количество этих ошибок.

» перва€ из таких мер заключаетс€ в том, чтобы толковать поведенческие признаки как можно более точно. »нформаци€, приведенна€ мной в двух предыдущих главах Ц о том, как лицо, тело, голос и речь могут выдать обман, Ц еще никоим образом не гарантирует от вынесени€ неверных суждений, а лишь помогает вы€вить и исправить их. ¬ерификаторам больше не надо опиратьс€ лишь на свое чутье или интуицию; име€ полновесные знани€ об основе своих суждений, они будут пробовать, исправл€ть, отказыватьс€ и задумыватьс€ над конкретными признаками более уверенно и спокойно. ¬едь в случае существовани€ каких-то не€сностей значительно возрастает возможность ложного обвинени€.

¬тора€ мера состоит в стремлении как можно €снее понимать природу ошибок, случающихс€ в процессе обнаружени€ лжи. —уществуют два рода таких ошибок, пр€мо противоположных друг другу и по причинам, и по последстви€м. —оверша€ ошибку невери€ правде, верификатор ошибочно принимает говор€щего правду за лжеца, а при ошибке веры лжи он ошибочно полагает, что лжец говорит правду[110].

» верификатор у€звим дл€ обеих этих ошибок, увы, вне зависимости от того, работает он с детектором лжи или с поведенческими признаками обмана. ¬спомним еще раз отрывок, уже цитированный мной в главе 1 (√лава 1 Ћќ∆№. ”“≈„ ј »Ќ‘ќ–ћј÷»» » Ќ≈ ќ“ќ–џ≈ ƒ–”√»≈ ѕ–»«Ќј » ќЅћјЌј), из романа јпдайка Ђƒавай поженимс€ї, когда ƒжерри подслушивает телефонный разговор своей жены –уфи с ее любовником. «аметив, что ее голос звучит более женственно, чем в разговорах с ним, ƒжерри спрашивает, кто это. –уфь тут же сочин€ет ответ о том, что звонила женщина из воскресной школы, интересовавша€с€, будут ли они возить туда детей. ≈сли бы ƒжерри поверил этой истории, то €вно совершил бы ошибку веры лжи. Ќо предположим обратное: –уфь Ц верна€ жена и действительно разговаривала с женщиной из воскресной школы, а ƒжерри Ц ее ревнивый и недоверчивый муж. » если бы ƒжерри решил, что его жена лжет, в то врем€ как она говорила правду, он совершил бы ошибку невери€ правде.

¬ ходе ¬торой мировой войны √итлер совершил ошибку веры лжи, а —талин, наоборот, Ц ошибку невери€ правде. ѕо различным причинам (имитаци€ концентрации войск, слухи, ложна€ информаци€ о военных планах, переданна€ немецким разведчикам и т. д.) союзники убедили рейх в том, что их вторжение в ≈вропу, открытие так называемого второго фронта произойдет не на побережье Ќормандии, а в  але. ÷елых шесть недель после начала операции немцы упорствовали в своей ошибке и держали в  але большое количество войск, вместо того чтобы помочь своей терп€щей поражение армии в Ќормандии, ибо упорно продолжали верить, что тамошний десант есть всего лишь диверсионна€ прелюди€ к нападению в  але! Ёто была €вна€ ошибка веры лжи; немцы поверили в то, что узнали истинный план союзников, в то врем€ как он был только хорошо сфабрикованным обманом. Ћожь была прин€та за правду.

ѕротивоположной же ошибкой €вилс€ отказ —талина поверить в многочисленные предупреждени€ о том, что √ермани€ собираетс€ напасть на —оветский —оюз; причем даже несмотр€ на то, что сведени€ эти исходили непосредственно от его агентов в √ермании. Ёто было ошибкой невери€ правде Ц —талин не верил, что √итлер его обманет. –азличие этих двух ошибок крайне важно, ибо заставл€ет верификатора сосредоточитьс€ на двух этих столь похожих внешне опасност€х. »збежать полностью обеих ошибок невозможно; выбор состоит только в том, чтобы предпочесть наименее опасную из них в данный момент. ¬ерификатор должен оценить дл€ себ€, когда предпочтительней оказатьс€ обманутым, а когда Ц выдвинуть ложное обвинение. „то можно потер€ть и что получить, заподозрив невиновного или поверив лжецу, Ц все это зависит и от самой лжи, и от лжеца, и от верификатора. ќбычно более т€желыми бывают последстви€ только одной из этих ошибок, но иногда они обе одинаково ужасны.

Ќе существует никакого общего правила насчет того, какого рода ошибок избежать проще. »ногда шансы и в том и в другом случа€х приблизительно равны, иногда предпочтительней та или друга€ из них. » оп€ть-таки это зависит от характера лжи, лжеца и верификатора. “е вопросы, которые верификатор должен рассмотреть, дабы решить, чем рискнуть, описаны в конце следующей главы после обсуждени€ детектора лжи и сравнени€ результатов его применени€ с результатами использовани€ поведенческих признаков. “еперь же € опишу, насколько каждый из поведенческих признаков у€звим дл€ двух этих ошибок и какие меры предосторожности следует принимать, дабы избежать их совершени€.

¬о-первых, следует обратить особое внимание на индивидуальные различи€ (капкан Ѕрокау Ц игнорирование индивидуальных различий человеческого поведени€). Ќи один признак обмана, будь то лицо, тело, голос или слова, не €вл€етс€ доказательством обмана, как не €вл€етс€ им и изменение активности ¬Ќ—, фиксируемое детектором лжи. ќшибки веры лжи здесь происход€т оттого, что некоторые люди вообще не допускают просчетов, когда лгут. Ёто не только психопаты, но и прирожденные лжецы, а также люди, использующие систему —таниславского, и те, кто сам искренно верит в свою ложь. » верификатор всегда должен помнить, что отсутствие признаков обмана еще не есть доказательство правдивости.

Ќо и наличие таких признаков тоже может вводить в заблуждение, вынужда€ к совершению другой ошибки, ошибки невери€ правде (правдивого человека обвин€ют во лжи). ѕризнаками обмана может ловко пользоватьс€ мошенник, создава€ у своей жертвы ошибочное убеждение в том, что попалс€ на своей лжи. Ётот прием посто€нно используют игроки в покер (на их жаргоне он называетс€ Ђложным сигналомї). ЂЌапример, игрок может долго и осторожно кашл€ть, когда блефует. ≈го (противник, счита€ себ€ проницательным, сразу же ув€жет это покашливание с ситуацией блефа. » в решающий момент игры, когда ставки будут взвинчены до предела, обманщик снова может начать покашливать Ц на этот раз уже не блефу€ Ц и таким образом неожиданно вырвать победу у противникаї[111].

¬ этом примере игрок в покер использует ошибку невери€ правде, извлека€ выводу из того, что его считают обманщиком. ќднако гораздо чаще человек, неверно идентифицированный как лжец, страдает, а не радуетс€. » некоторых людей считает лжецами вовсе не за лукавство, а за их причудливую манеру поведени€ и своеобразие речи. “о, что дл€ прочих может быть €вным признаком обмана, дл€ них таковым не €вл€етс€. » с этим ничего не поделаешь; надо помнить, что некоторые люди:

- говор€т путано и многословно;

- говор€т с длинными или короткими паузами;

- совершают много речевых ошибок;

- используют в речи мало иллюстраций;

- часто выказывают признаки страха, страдани€ и гнева вне зависимости от того, испытывают они эти чувства на самом деле или нет;

- имеют склонность к асимметричным выражени€м лица.

ѕоведение людей бесконечно разнообразно, и эти различи€ порождают не только ошибки невери€ правде, но и ошибки веры лжи. Ќазвать говор€щего правду, но посто€нно путающегос€ и многословного человека лжецом Ц значит совершить ошибку невери€ правде; назвать лгущего ловкого болтуна правдивым Ц значит впасть в ошибку веры лжи. ƒаже если речь последнего при обмане может оказатьс€ несколько запутанной, он все равно способен избежать обнаружени€, ибо речь его будет все-таки значительно более гладкой, чем у большинства людей.

„тобы уменьшить веро€тность ошибок, св€занных с капканом Ѕрокау, нужно стремитьс€ выносить суждени€, основыва€сь только на изменени€х в поведении подозреваемого. ¬ерификатор об€зательно должен сравнить обычное поведение подозреваемого и его поведение после того, как подозрение в его адрес высказано открыто. Ћюди часто обманываютс€ при первом знакомстве именно потому, что не имеют возможности сравнить и таким образом заметить изменени€ в поведении другого. јбсолютные суждени€ (например: он совершает так много манипул€ций, значит, скрывает нечто непри€тное) и вообще, как правило, оказываютс€ неверными. —уждени€ же относительные (типа: он совершает больше манипул€ций, чем обычно, значит, ему почему-то неудобно) представл€ют из себ€ единственную возможность уменьшить количество ошибок невери€ правде, происход€щих из-за индивидуальных различий в человеческом поведении. Ётой практике следуют и опытные игроки в покер, помн€ о своеобразных Ђсигналахї (признаках обмана) своих, посто€нных партнеров[112].

≈сли же верификатору нужно вынести суждение по первой встрече, то она должна длитьс€ достаточно долго дл€ того, чтобы он имел возможность понаблюдать и за обычным поведением подозреваемого. ƒл€ этого можно, например, попробовать начала сосредоточитьс€ на спокойных темах. ѕравда, бывает, что така€ беседа невозможна, и дл€ подозреваемого, который возмущаетс€ или боитс€, все окружение уже €вл€етс€ стрессом. ¬ этом случае вс€кий верификатор должен отчетливо сознавать, что может попасть в капкан Ѕрокау.

ѕервые встречи особенно у€звимы дл€ создани€ неверных суждений еще и потому, что существуют различи€ в том, как люди на них реагируют. Ќекоторые стараютс€ вести себ€ соответственно обстановке, помн€ хорошо выученные правила приличи€, и потому демонстрируют совершенно нетипичное поведение. ” других перва€ встреча вызывает тревогу, и их поведение тоже нетипично, хот€ и по другим причинам. —ловом, если это возможно, верификатор должен основывать свои суждени€ на р€де встреч, чтобы как можно более тщательно проверить все аргументы, необходимые дл€ окончательного вывода. ѕорой даже кажетс€, что обнаружить ложь проще, когда люди не просто знакомы, но близки; увы, это не всегда так. Ћюбовники, члены семьи, друзь€ или близкие при€тели могут обладать предубеждени€ми или просто закрывать на что-то глаза, а это, безусловно, мешает точному толкованию поведенческих признаков обмана.

 апкан Ѕрокау не так опасен при толковании четырех следующих источников утечки информации: речевых и эмблематических оговорок, эмоциональных тирад и микровыражений. ƒл€ их оценки в сравнении нет необходимости, ибо они имеют смысл сами по себе. ¬спомните пример из ‘рейда, когда доктор –. описывал €кобы чей-то развод: Ђя знаю одну н€ньку, котора€ привлекалась в качестве соответчицы по делу о разводе. ∆ена подала на мужа в суд и назвала ее соответчицей, и он получил разводї.  онечно же, надо было знать законы о разводе того времени, чтобы по оговорке доктора –. пон€ть, что мужем в этой истории был он сам (единственным основанием дл€ развода был адюльтер, подавать на развод могла только обманута€ сторона, и только обманута€ сторона получала в случае развода посто€нное и вполне приличное содержание). Ќо даже и без знани€ этого оговорка Ђонї вместо Ђонаї пон€тна и значительна сама по себе: доктор хотел, чтобы развод получил муж, а не жена. ќговорки Ц это не паузы, которые можно привлекать в качестве признаков только тогда, когда измен€етс€ их количество; оговорки принимаютс€ во внимание всегда, вне зависимости от частоты повтор€емости.

“о же относитс€ к микровыражени€м, эмблематическим оговоркам и тирадам Ц через них происходит утечка информации. ¬спомните пример из моего эксперимента со студентами, когда девушка показала наседавшему на нее профессору палец (эмблематическа€ оговорка). Ёто не иллюстрации, которые можно оценить только сравнива€ частоту их употреблени€ в экстремальной и обычной ситуаци€х. «начение выставленного пальца в јмерике и так всем известно. » поскольку это эмблематическа€ оговорка (то есть только часть того эмблематического движени€, которое демонстрируетс€ обычно), то показанный палец можно было смело толковать как обнаружение тех чувств, которые студентка хотела скрыть. “ак же обстоит дело и с микровыражени€ми ћэри, пациентки психиатрической клиники, скрывавшей свои планы о самоубийстве; их можно было толковать без вс€ких предварительных наблюдений за ее поведением. “от факт, что грусть выражалась частично, а не в полном объеме, показывал, что ћэри пыталась скрыть ее. Ќо хот€ информаци€, получаема€ благодар€ оговоркам, тирадам и микровыражени€м и имеет смысл сама по себе, дл€ полноты картины нужен, конечно же, и речевой контекст.

Ёти четыре источника утечки информации не похожи на другие признаки обмана в одном отношении: здесь, чтобы избежать ошибок невери€ правде, у верификатора нет необходимости в сравнении. ¬ерификатору незачем и при первой встрече беспокоитьс€ о неверном истолковании оговорок, микровыражений или тирад только потому, что его собеседник может оказатьс€ человеком, который вообще демонстрирует их часто. ƒаже наоборот Ц верификатору, можно сказать, повезло, если подозреваемый оказалс€ тем человеком, который склонен к оговоркам, тирадам или микровыражени€м. ќднако, если в этом случае и нет необходимости в предварительном знакомстве дл€ избежани€ ошибок невери€ правде, меры предосторожности дл€ снижени€ веро€тности ошибок веры лжи остаютс€ прежними. “ем более что и отсутствие этих или любых иных признаков обмана не может быть однозначно истолковано как свидетельство того, что человек говорит правду. ¬едь далеко не каждый лжец допускает оговорки, микровыражени€ или тирады.

»так, мы рассмотрели пока только один источник ошибок в обнаружении лжи Ц результат невнимательного отношени€ к индивидуальным различи€м в поведении подозреваемого, то есть капкан Ѕрокау. ƒругим не менее серьезным источником беспокойства, ведущим к совершению ошибок невери€ правде, €вл€етс€ ошибка ќтелло. ќна случаетс€ тогда, когда верификатор не верит правдивому, испытывающему стресс человеку. Ћюба€ из эмоций, касающихс€ лжи (см. главу 2 (√лава 2 ѕќ„≈ћ” Ћќ∆№ »Ќќ√ƒј Ќ≈ ”ƒј≈“—я)) и привод€щих к утечке информации, может испытыватьс€ и по другим причинам в те моменты, когда честного человека подозревают во лжи. ѕравдивые люди часто бо€тс€, что им не повер€т, и страх, испытываемый ими из-за этого, очень легко спутать с бо€знью разоблачени€ лжеца. »ные люди так сильно чувствуют себ€ виноватыми совершенно по другим поводам, что это ощущение может всплыть в любой момент, особенно если их заподозрили в обмане или в совершении чего-либо незаконного. » признаки такой вины легко спутать с угрызени€ми совести, порой возникающими у лжеца.  роме того, правдивые люди могут испытывать по отношению к тем, кто их обвин€ет, сильное презрение или возбуждение, или даже наслаждение в предвкушении того, что все обвинени€ скоро окажутс€ ложными, Ц а эти эмоции легко прин€ть за восторг надувательства. “акже запросто могут испытывать как обманщики, так и честные люди, наход€щиес€ под подозрением, и все остальные чувства, несмотр€ на то, что источники всех этих чувств будут совершенно различными; любой лжец и любой говор€щий правду может испытывать удивление, гнев, разочарование, страдание или отвращение как по отношению к предъ€вленному обвинению, так и к самому верификатору.

я назвал это ошибкой ќтелло, ибо сцена из трагедии Ўекспира €вл€ет собой, пожалуй, самый блест€щий и самый известный ее пример. ћавр только что обвинил жену в измене с  ассио и потребовал полного признани€; в противном случае пригрозил смертью за чудовищное предательство. ƒездемона просит привести  ассио, чтобы тот мог засвидетельствовать ее невиновность, на что муж сообщает ей, что тот уже убит им. “огда она понимает всю безысходность своего положени€: доказать невиновность невозможно, ќтелло все равно убьет ее.

ƒездемона: Ѕеда!

ќн ложно оклеветан, € погибла.

ќтелло: –аспутница, как смеешь ты при мне

–ыдать о нем?

ƒездемона: —ошли мен€ в изгнанье,

Ќо жить оставь!

ќтелло: ќбманщица, умри!5

ќтелло считает, что страх и страдание ƒездемоны €вл€ютс€ реакцией на известие о смерти любовника, и это только подтверждает его уверенность. ќтелло не понимает того, что, будучи невиновной, жена тоже может выказывать эти же самые эмоции: страдание и отча€ние, из-за одного лишь его невери€, из-за невозможности оправдатьс€ и быть испуганной перед неминуемой смертью. ƒездемона может плакать о своей жизни, о своем горе, о том, что ќтелло больше не верит ей, а не о потер€нном любовнике.

ќшибка ќтелло €вл€етс€ отличным примером и того, как предвз€тые мнени€ могут создавать у верификатора предубежденные суждени€. ќтелло убежден в неверности жены еще до того, как приходит в спальню, и потому игнорирует любые иные объ€снени€ ее поведени€, не считает, что они могут доказывать и совершенно обратное. ќн ищет только подтверждени€ своих подозрений, даже и не пыта€сь на самом деле проверить, действительно ли ƒездемона виновна. ќтелло конечно же €вл€ет собой крайний пример, однако предвз€тые мнени€ очень часто привод€т к неправильным выводам, вынужда€ верификатора пренебрегать соображени€ми, возможност€ми или фактами, не соответствующими его уже сложившейс€ точке зрени€. ќтелло мучаетс€ из-за лжи любимой жены, но это отнюдь не заставл€ет его пойти в другом направлении и попытатьс€ оправдать ее. ќн толкует поведение ƒездемоны только в отношении подтверждени€ подозрений, как бы ни были они на самом деле болезненны.

“акие предвз€тые мнени€, искажающие суждени€ и ведущие к совершению ошибок невери€ правде, могут происходить по многим причинам. ”бежденность ќтелло в неверности жены была работой яго, его смертельного врага, стрем€щейс€ ради собственной выгоды к падению мавра и потому создающего и питающего самые черные его мысли. Ќо ведь яго мог бы и не преуспеть в своих намерени€м, если бы ќтелло не был столь ревнив. ј ревнивым люд€м иногда не требуетс€ даже яго Ц их ревность загораетс€ сама по себе и толкает на любые действи€, только бы подтвердить самые худшие опасени€ и уличить в обмане весь мир. »з недоверчивых людей получаютс€ ужасные верификаторы, поголовно подверженные ошибкам невери€ правде. Ћегковерные же люди, как правило, впадают в противоположную крайность и посто€нно совершают ошибки веры лжи, порой даже не подозрева€, что их обманывают.

Ќо когда ставки высоки, когда ложь подозреваемого может стоить очень дорого, тогда к неверным выводам часто приход€т даже и далеко не ревнивые люди.  огда верификатор рассержен или боитс€ унижени€, которое ждет его в случае, если оправдаютс€ самые худшие его подозрени€, он может игнорировать все, что могло бы разуверить его, и стремитс€ как раз к тому, что только увеличит его страдани€. ќн скорее согласитс€ прин€ть унижение сейчас, чем впоследствии, когда вдруг обнаружитс€, что он все-таки был не прав. Ћучше пострадать сейчас, чем продлить пытку неведени€. Ѕеспочвенно ревнующий муж гораздо сильнее боитс€ поверить лжи, чем не поверить правде. Ќо выбор здесь делаетс€ не рационально; верификатор сам становитс€ жертвой того, что € называю вспышкой ослеплени€. Ёмоции выход€т из-под контрол€ и требуют все новой и новой пищи; не слабе€ со временем, как это происходит в обычных случа€х, а, наоборот, усилива€сь. ¬ ход идет все, что питает эти ужасные чувства и увеличивает их разрушительную силу. Ќаход€щегос€ в таком эмоциональном аду человека трудно чем-либо переубедить Ц он сам уже не желает ничего другого и всеми своими действи€ми лишь усиливает свои переживани€, каковы бы они ни были, превраща€ страх в ужас, гнев в €рость, непри€знь в отвращение, а страдание Ц в горе. Ёта вспышка поглощает все, что попадаетс€ на ее пути: предметы, мысли, любимых и самое себ€, Ц и никто обычно толком не знает, из-за чего она возникла и когда закончитс€. »звестно только то, что существуют люди, подверженные таким вспышкам ослеплени€ в большей степени, чем другие. » такие люди, безусловно, €вл€ютс€ чудовищными судь€ми, во всем вид€щими только то, что приносит лишь все большие и большие страдани€.

Ќо в целом совершение ошибок невери€ правде (то есть вера в несуществующий обман) происходит не из-за вспышек ослеплени€, ревности или какого-нибудь яго. ¬ большинстве случаев люди склонны подозревать обман потому, что обман €вл€етс€ наиболее впечатл€ющим и удобным объ€снением загадочного и став€щего в тупик мира. ¬от что пишет человек, 28 лет проработавший в ÷–”: ЂЋюди вообще предпочитают все объ€сн€ть обманом, поскольку такое объ€снение вполне рационально.  огда другие объ€снени€ недоступны (причем часто лишь из-за того, что мы просто чего-то не знаем или сами уже нагородили кучу ошибок), обман представл€етс€ самым удобным и простым из них. ”добным потому, что офицеры разведки вообще очень у€звимы в вопросах правды и лжи и обнаружение обмана часто принимают за показатель тщательного логического анализа... ѕростым же потому, что на практике почти любой факт можно истолковать как свидетельство обмана. ¬едь все мы прекрасно знаем, что, если уж кто-то заподозрил обман, разуверить его в этом практически невозможної[113].

» эти наблюдени€ верны не только по отношению к работе полиции или разведки. —тоит только кому-либо посчитать, что его ребенок, отец, друг или партнер вышел из довери€, ошибки невери€ правде станов€тс€ практически неизбежными; обман подозреваетс€ везде и всюду, ибо человек пытаетс€ объ€снить необъ€снимое. ѕотому что, раз возникнув, предвз€тое мнение начинает методично отсекать всю информацию, котора€ могла бы опровергнуть его.

¬ерификатор должен стремитьс€ €сно отдавать себе отчет в возможности собственного предвз€того отношени€ к подозреваемому. » не важно, каким именно образом эти предвз€тые мнени€ по€вл€ютс€: благодар€ характеру человека, вспышке ослеплени€, усталости, потребности избавитьс€ от неуверенности, прошлому опыту, сведени€м и соображени€м других; если они осознаны и пон€ты, у верификатора еще есть шанс победить их и избавитьс€ от одностороннего толковани€ фактов. ¬ крайнем случае верификатор способен хот€ бы пон€ть, что €вл€етс€ жертвой своих же предубеждений, и не выносить поспешных суждений о подозреваемом.

¬ерификатор никогда не должен забывать о возможности того, что эмоци€ €вл€етс€ не признаком обмана, а лишь реакцией на подозрение в нем. ¬ерификатор должен обосновать, какие эмоции скорей всего будет испытывать подозреваемый не только тогда, когда лжет, но, что более важно, когда говорит правду. ѕри этом не следует забывать и того, что далеко не вс€кий лжец об€зательно будет испытывать во врем€ обмана какие-либо чувства, как и правдивый не всегда будет эмоционально возбужден из-за незаслуженного обвинени€. ¬ главе 2 (√лава 2 ѕќ„≈ћ” Ћќ∆№ »Ќќ√ƒј Ќ≈ ”ƒј≈“—я) мы рассмотрели, как установить, что именно испытывает подозреваемый: бо€знь разоблачени€, угрызени€ совести или восторг надувательства. “еперь давайте рассмотрим, как верификатор может определить эмоции, которые испытывает человек правдивый.

«десь сразу же следует сказать, что верификатор может оценить эти чувства только на основе знани€ личности самого подозреваемого. ¬ начале этой главы € говорил о том, насколько важно дл€ снижени€ числа ошибок, основанных на первом впечатлении, предварительное знакомство и знание того, как может мен€тьс€ поведение человека в зависимости от обсто€тельств. “еперь нам требуетс€ совершенно другой род знани€. ¬ерификатору нужно знать эмоциональные характеристики подозреваемого дл€ того, чтобы не считать признаками обмана про€влени€ подлинных эмоций подозреваемого. ƒалеко не все, когда их вдруг заподозр€т во лжи или противоправных действи€х, склонны испытывать страх, вину, гнев и так далее. Ёто во многом зависит от личности подозреваемого.

„еловек, уверенный в собственной непогрешимости, будучи обвиненным во лжи, может возмутитьс€, но не испытает при этом ни страха, ни вины. ѕугливый, неуверенный в себе и привыкший к неудачам, может испугатьс€, но не почувствует ни вины, ни возмущени€. ј о тех, кто ощущает себ€ и так посто€нно виновным во всем, мы уже говорили немного выше; такие люди редко испытывают страх, гнев, удивление, страдание или возбуждение. —ловом, верификатор не должен считать эмоции верным признаком обмана, даже если подозреваемый демонстрирует именно те эмоции, которые обычно выказывает лжец. –азные люди одни и те же вещи переживают по-разному.

¬о многом зависит это и от того, в каких отношени€х подозреваемый находитс€ с верификатором. ќтец из Ђћальчика ”инслоуї знал, что –онни считает его справедливым. ќн никогда незаслуженно не обвин€л его и не наказывал. » благодар€ таким отношени€м отцу не нужно было сомневатьс€ относительно признаков страха. ” мальчика не было причин бо€тьс€, что ему не повер€т; единственное, чего он мог бо€тьс€, это разоблачени€. ” людей, которых часто незаслуженно обвин€ют, которым посто€нно не вер€т, когда они говор€т правду, устанавливаютс€ с другими очень двусмысленные отношени€, в результате чего и признаки страха станов€тс€ двусмысленными. ∆ена, которую посто€нно обвин€ют в изменах и подвергают за это словесному или физическому оскорблению, будет бо€тьс€ вне зависимости от того, говорит она правду или нет. ≈е муж, помимо всего прочего, утратил возможность верного использовани€ признаков страха. ¬ерификатор также не должен считать эмоцию верным признаком обмана, если его отношени€ с подозреваемым могут заставить последнего выказывать ее, даже говор€ правду.

ѕри первой встрече, несмотр€ на отсутствие прошлого опыта, человека тоже можно заподозрить во лжи. Ќапример, один при€тель может подумать, что другой скрывает факт своей женитьбы, или ищущий работу может посчитать, что работодатель обманывает его, увер€€, что дл€ прин€ти€ решени€ ему нужно побеседовать еще с несколькими кандидатами; преступник может подозревать следовател€ в том, что тот намерен вынудить сознатьс€ его сообщника и тем самым повернуть доказательства против него самого. ѕокупатель может заподозрить агента по недвижимости в том, что тот пытаетс€ завысить цену, когда говорит, что хоз€ин даже не будет рассматривать предложение с такой низкой ценой. Ѕез предварительного общени€ с подозреваемым верификатор всегда будет лишен основы и потому полон сомнений, ибо ни информаци€ о личности подозреваемого, ни информаци€ о его манере поведени€ не помогут верификатору точно квалифицировать характер про€вл€емых в данный момент эмоций. ќбеспечить надежную основу дл€ оценки этих эмоций может только знание того, что подозреваемый ожидает от верификатора.

ќднако подобные ожидани€ четко сформулированы далеко не у каждого подозреваемого; и далеко не каждый, у кого они есть, их про€вит. ѕредположим, что подозревают человека, имеющего доступ к секретной информации. ѕодозревают, поскольку его видели вместе с теми, кого считают советскими агентами. ” него никогда не было никаких контактов с агентами ‘Ѕ– Ц и потому нет и никаких ожиданий в их отношении. ≈сли он верит, что ‘Ѕ– никогда не совершает ошибок и всегда поступает честно, то нет оснований сомневатьс€ в признаках страха и можно смело интерпретировать их как бо€знь разоблачени€. Ќо если он считает, что ‘Ѕ– Ц заведение весьма идиотское, созданное лишь дл€ фабриковани€ гнусных улик, тогда в признаках страха стоит все-таки очень и очень усомнитьс€. „еловек может просто-напросто очень бо€тьс€ того, что ему не повер€т. ¬ерификатор не должен считать эмоцию верным признаком обмана, если ожидани€ могут вынудить подозреваемого демонстрировать ее, даже говор€ правду.

ƒо сих пор € говорил только об ошибках, возникающих благодар€ чувствам людей, незаслуженно обвиненных во лжи. Ќо бывает и так, что их эмоциональные реакции, наоборот, про€сн€ют ситуацию, помога€ отличить их от лжецов. ѕутаница начинаетс€ тогда, когда и говор€щий правду, и обманщик могут эмоционально одинаково реагировать на подозрение; €сность же Ц когда их реакции наверн€ка должны быть различными, и правдивый, оказавшись под подозрением, будет испытывать одни чувства, лжец Ц совершенно другие.

Ќапример, Ђћальчик ”инслоуї. ≈го отец располагал обширной информацией (он знал характер своего сына и имел большой опыт общени€ с ним), что давало ему возможность очень точно оценить, как именно должен чувствовать себ€ его сын, говор€ правду, и как Ц обманыва€. ќн знал, что –онни не психопат и не прирожденный лжец, не страдает от чувства неизбывной вины и раздел€ет отцовские ценности. ј значит, в случае лжи должен страдать от сильных угрызений совести. Ќапомню, ложь заключалась бы в отрицании кражи. ќтец знал и то, что его сын в случае совершени€ преступлени€ испытывал бы колоссальное чувство вины вне зависимости от того, лгал бы он при этом или нет. »так, если –онни на самом деле совершил кражу и утаил это, его могли выдать два очень сильных чувства: вина за свою ложь и вина за преступление. ј если бы –онни, отрица€ кражу, говорил правду, то никакой вины не испытывал бы.

 роме того, отец знал, что сын ему полностью довер€ет; их прошлые отношени€ не давали –онни повода усомнитьс€ в искренности отца. “аким образом, –онни мог не бо€тьс€, что ему не повер€т. „тобы усилить бо€знь разоблачени€, отец, как насто€щий оператор детектора лжи, постаралс€ убедить сына в силе собственных возможностей: Ђ...если ты мне солжешь, € все равно узнаю это, потому что ложь между мной и тобой невозможна. я узнаю правду, –онни. ѕодумай об этом, прежде чем решишьс€ отвечатьї. » –онни, основыва€сь, веро€тно, на прошлом своем опыте, поверил в сказанное отцом, в результате чего мог очень бо€тьс€ оказатьс€ пойманным на лжи. », наконец, отец предложил ему в случае признани€ прощение:

Ђя не буду сердитьс€ на теб€, –онни, в том случае, если ты скажешь мне правдуї. Ётим утверждением отец подн€л ставку очень высоко; если бы –онни солгал, он стал бы объектом отцовского гнева и к тому же был бы сильно пристыжен, если бы действительно украл и запиралс€ в этом. ќтец мог бы сказать еще и о том, что прекрасно понимает, как легко поддатьс€ подобному соблазну, и объ€снить, что главное Ц не скрывать сделанное, а честно во всем признатьс€.

ѕредположив, какие эмоции должен испытывать –онни в случае лжи (страх и вину) и име€ большой предшествующий опыт общени€ с мальчиком, позвол€ющий увидеть вс€кое несоответствие обычному поведению сына, отцу все же следовало сделать еще один шаг, дабы уменьшить возможность ошибки в толковании поведени€ своего сына. Ќадо было добитьс€ полной уверенности в том, что, говор€ правду, –онни не будет испытывать ни одной из тех эмоций, которые поход€т на страх или вину. ¬едь мальчик мог рассердитьс€ на учител€ за ложное обвинение в краже, и тогда следовало бы усомнитьс€ в признаках страха, возникающих при упоминании о школе; к тому же мальчик мог чувствовать насто€щее горе из-за того, что попал в такую переделку, и эта горечь могла отразитьс€ на всем его поведении. » тогда отец мог, прин€в эти про€влени€ за чувства страха или вины, истолковать эти признаки как свидетельства лжи, хот€ гнев и горе могли одинаково про€вл€тьс€ и в том случае, если бы –онни говорил правду.

Ќо даже когда обсто€тельства очерчены столь четко (известно, какие эмоции должен выказывать подозреваемый в случае обмана и в случае правды), истолкование поведенческих признаков обмана может таить в себе немало опасностей. ¬ поведении, как правило, про€вл€етс€ не одна, а много эмоций, и если одна из них указывает на то, что подозреваемый лжет, а друга€ Ц что говорит правду, в них надо усомнитьс€. “абл. 1 и 2 (“аблица 1 Ђ—оответствие типов умалчиваемой информации поведенческим про€влени€м (классификаци€ по поведенческим про€влени€м)ї и “аблица 2 Ђ—оответствие типов умалчиваемой информации поведенческим про€влени€м (классификаци€ по типам информации)ї) приложени€ предлагают ключ, позвол€ющий определ€ть, какие именно эмоции сто€т за различными поведенческими признаками.

ѕредположим, отец заметил, что –онни покрываетс€ испариной и судорожно сглатывает слюну. Ёти признаки ничего ему не дали бы, поскольку они одинаково свидетельствуют как о положительных, так и об отрицательных эмоци€х. ¬ случае лжи они свидетельствовали бы о чувствах вины или страха, а в случае правды Ц гневе или горе. ≈сли бы мальчик демонстрировал много манипул€ций, в них тоже казалось бы мало проку, поскольку количество манипул€ций возрастает при любой эмоции. Ќо даже признаки исключительно отрицательных эмоций, например понижение голоса, тоже надо было поставить под сомнение. “он мог понизитьс€ из-за чувства вины, и это €вл€лось бы признаком обмана; но это же самое могло случитьс€ и из-за печали или страдани€ Ц а –онни мог очень страдать вне зависимости от того, лгал он или говорил правду. ѕризнаком обмана можно считать только то поведение, которое выказывает страх или вину, а не гнев, печаль или страдание. ѕоведение же, выдающее гнев или страдание, а не страх или вину, должно истолковыватьс€ как признак честности. »зучение табл.1 и 2 (“аблица 1 Ђ—оответствие типов умалчиваемой информации поведенческим про€влени€м (классификаци€ по поведенческим про€влени€м)ї и “аблица 2 Ђ—оответствие типов умалчиваемой информации поведенческим про€влени€м (классификаци€ по типам информации)ї) показывает, что вне зависимости от того, лгал –онни или нет, он мог выказывать следующие признаки обмана: речевые и эмблематические оговорки, микровыражени€ и движени€ верных лицевых мышц. “олько это дает информацию, на основе которой можно с достаточной точностью отличить страх или вину от гнева или страдани€. » если бы –онни заставили пройти испытание на детекторе, вр€д ли из этого что-нибудь получилось. ƒетектор только отмечает степень возбуждени€ и не раскрывает характера эмоций. –онни, как виновный, так и невиновный, все равно был бы эмоционально возбужден. »зучив работу детектора, € установил, что его точность едва ли превышает результат случайного угадывани€, хот€ ошибки невери€ правде присутствовали лишь в небольшом количестве исследований. Ќо все это мы обсудим в следующей главе.

ќценить, какие эмоции будет испытывать говор€щий правду и как они будут отличатьс€ от эмоций лгущего, весьма непросто, что € и попыталс€ показать на примере Ђћальчика ”инслоуї. Ёто требует наличи€ хорошей информации о подозреваемом, которой, как правило, на практике не хватает. Ќо даже при наличии исчерпывающей информации уличить лжеца удаетс€ далеко не всегда. ћожет оказатьс€, что и обманыва€, и говор€ правду подозреваемый испытывает одну и ту же эмоцию, как это было в примере с ƒездемоной. Ќо даже когда предполагаютс€ разные эмоции, оценке может помешать двусмысленность поведенческих признаков.   тому же никто никогда не будет выражать эмоции настолько отчетливо, что по ним сразу же можно будет отличить лгущего человека от правдивого. ¬о всех приведенных мной примерах €вно не хватало знани€, необходимого дл€ оценки эмоций подозреваемого; одна и та же эмоци€ испытывалась и в случае обмана, и при отсутствии такового; или же эмоции были разными, зато поведенческие признаки двусмысленными, и верификатор не мог их использовать[114].

» только полное понимание всех этих трудностей может помочь верификатору избегать ошибок невери€ правде и видеть свою у€звимость дл€ ошибок веры лжи. –азумеетс€, иногда даже простой анализ того, какие эмоции будет испытывать лжец, а какие человек, говор€щий правду, может помочь вычислить лжеца. ¬ примере с Ђћальчиком ”инслоуї такой анализ выделил признаки, однозначно €вл€ющиес€ признаками честности (или обмана), чем упростил задачу и помог идти в нужном направлении.

¬се эти возможные ошибки и меры предосторожности касались пока лишь тех ситуаций, когда обвинение уже предъ€влено подозреваемому. ¬ жизни же бывает и так, что говор€щие правду люди и не подозревают о том, насколько тщательно изучаетс€ каждое их слово, каждый жест и каждое выражение лица. ј бывает и наоборот: правдивым люд€м кажетс€, что их подозревают, тогда как на самом деле ничего подобного нет. Ћжецы тоже не всегда знают, подозревает жертва об их обмане или нет. ѕорой самое утонченное извинение, призванное предотвратить вс€кую возможность подозрени€, может вызвать совершенно обратный эффект. ∆ертвы, заподозрившие обман, сами могут начать лгать, скрыва€ это подозрение и усыпл€€ собеседника ложными реакци€ми. »ли бдительность обманщика усыпл€ют по другим причинам. Ќапример, в контрразведке, когда шпион уже раскрыт, разоблачение вс€чески скрываетс€ дл€ того, чтобы иметь возможность дезинформации противника. ј кто-то скрывает разоблачение лишь дл€ того, чтобы насладитьс€ переменой ролей и посмотреть, как обманщик продолжает плести свою паутину и не подозрева€ о том, что уже сам стал жертвой.

—итуаци€, когда человек не знает о том, что его подозревают, имеет дл€ верификатора как выгодные, так и невыгодные стороны. Ќе зна€ о подозрении, лжец может не скрывать своих трюков, не извин€тьс€, не репетировать линию поведени€, не предугадывать вопросов Ц словом, не принимать никаких мер предосторожности. ѕо прошествии времени, когда жертва будет, по его мнению, полностью запутана во лжи, он может даже расслабитьс€ настолько, что одна только самонаде€нность выдаст его с головой. ¬прочем, это несколько омрачаетс€ тем, что лжец, самонаде€нный до беспечности, скорее всего, не будет испытывать бо€зни разоблачени€, так что ошибки беспечности верификатор покупает ценой ошибок, сделанных из-за бо€зни разоблачени€. Ќо верификатор тер€ет в этом случае не только поведенческие признаки обмана, происход€щие из-за бо€зни, Ц пропадает дезорганизующий эффект страха, который мог бы спутать первоначальные планы обманщика. » возможно, самой т€желой потерей дл€ верификатора €вл€етс€ в этом случае та бур€ эмоций, котора€ порой возникает от бо€зни попастьс€, а без нее вр€д ли и вообще возможно спровоцировать лжеца на признание.

–осс ћаллэни, специалист в области подготовки следователей, отстаивает так называемую стратегию тро€нского кон€, котора€ заключаетс€ в том, что полицейский притвор€етс€ полностью довер€ющим подозреваемому, дава€ ему тем самым возможность разговоритьс€ и запутатьс€ в собственных же хитросплетени€х. ¬ таком случае, как утверждает ћаллэни, даже при снижении бо€зни разоблачени€, подозреваемый склонен совершать заметные ошибки: Ђѕолицейский способствует развитию обмана, раскручива€ уже полученные подробности и подталкива€ подозреваемого вперед. √овор€ откровенно, он тоже обманывает... Ќо повредить делу така€ ложь не может. ≈сли полицейский ошибс€ в своих подозрени€х с самого начала и подозреваемый вовсе не лжет, то така€ техника расследовани€ не приведет ни к какой несправедливости. Ѕо€тьс€ ее следует только лгущемуї[115].

Ёта стратеги€ €вл€етс€ пр€мой реминисценцией совета Ўопенгауэра: Ђѕодозрева€, что кто-нибудь лжет, притворимс€, будто мы верим ему; тогда он становитс€ наглым, лжет еще больше, и маска спадаетї[116].

¬ то врем€ как утверждение, что вера обманщика в отсутствие подозрений снижает бо€знь разоблачени€, вполне обосновано, трудно сказать, насколько эта же вера вли€ет на другие св€занные с ложью чувства. Ќекоторые лжецы могут испытывать усиление угрызений совести за свой обман, особенно когда имеют дело с доверчивой жертвой, другие же могут вовсе не испытывать их, объ€сн€€ это тем, что, пока жертва находитс€ в неведении, она и не мучаетс€, а значит, ей и не причин€ют никакого вреда. “акие обманщики могут верить в то, что их ложь мотивирована в первую очередь добротой, объ€сн€€ ее лишь жалостью к чувствительности жертвы. ¬осторг надувательства тоже может то усиливатьс€, то уменьшатьс€. Ќадувательство ничего не подозревающей жертвы может стать особенно сладостным, сопутству€ чувству презрени€; а надувательство жертвы, заподозрившей обман, гораздо острей из-за присутстви€ в нем вызова.

“аким образом, невозможно предсказать, когда лжец станет совершать больше промахов: когда его жертва спокойна или когда она что-то подозревает.  онечно, всегда есть шанс, что подозрени€ беспочвенны и подозреваемый честен. Ќо проще ли определить, говорит подозреваемый правду или лжет, если он не знает о существовании подозрени€? ≈сли он не знает этого, он и не боитс€ того, что ему не повер€т; нет у него и гнева или страдани€ из-за того, что его подозревают несправедливо, и даже дл€ снедаемого чувством вины не представитс€ возможности вести себ€ так, будто он сделал что-то плохое. Ќо все это хорошо лишь постольку-поскольку, ибо признаки любой из этих эмоций могут быть с легкостью истолкованы как признаки обмана, в то врем€ как на самом деле будут изобличать лишь вполне честного человека, незаслуженно заподозренного во лжи. ”вы, это приобретение покупаетс€ ценой уже упоминавшейс€ потери; ведь некоторые чувства относительно лжи, которые и создают признаки обмана (в частности, бо€знь разоблачени€), будут €вно слабей в том случае, если не знающий о подозрении действительно лжец. ≈сли человек не знает о существовании подозрени€ в его адрес, верификатор обычно совершает меньше ошибок невери€ правде, поскольку признаки эмоций в этом случае, скорей всего, €вл€ютс€ признаками обмана; однако здесь возрастает возможность ошибок веры лжи, потому что чувства обманывающего обычно недостаточно сильны, чтобы выдать обманщика.  огда же о подозрении известно, все происходит наоборот: больше ошибок невери€ правде и меньше Ц веры лжи.

ѕоложение верификатора в ситуации, когда подозреваемый не знает о т€готеющем над ним подозрении, осложн€етс€ и еще двум€ проблемами. ѕерва€: у верификатора может не быть выбора; далеко не кажда€ ситуаци€ позвол€ет жертве скрыть свои подозрени€. Ќо даже когда это возможно, далеко не каждый станет их скрывать и не каждый начнет обманывать, дабы поймать обманщика.  роме того, далеко не каждый верификатор обладает талантом лжи в такой мере, чтобы успешно поддерживать обман.

¬тора€ проблема гораздо т€желее. ѕыта€сь скрыть свои подозрени€, верификатор рискует не преуспеть в этом Ц да так, что и сам того не заметит. –ассчитывать же на правдивость своего оппонента в этом случае было бы безумием! Ќекоторые лжецы могут хладнокровно продолжать свое дело, заметив, что жертва что-то заподозрила, а пон€в, что жертва хочет скрыть свои подозрени€, даже начать лгать еще охотней. Ћжец может прикинутьс€ оскорбленным праведником из-за того, что жертва не только не высказывает пр€мо своих подозрений, но еще и таким недостойным образом лишает его последней возможности самому признатьс€ во всем. ѕравда, така€ игра весьма редко выгл€дит убедительно, но на какое-то врем€ может все же напугать жертву.

ќднако не все обманщики настолько наглые, некоторые просто не покажут вида, что о чем-то догадались, чтобы выиграть врем€ и замести следы или приготовить достойное отступление.   несчастью, скрыть подобную догадку способен не только лжец; правдивые люди тоже могут утаить обнаруженное ими подозрение в свой адрес. » делают они это по множеству разнообразных причин. ќдни Ц дл€ того чтобы избежать сцен, другие Ц чтобы выиграть врем€ и собрать доказательства в свою защиту, третьи Ц чтобы предприн€ть некие ходы, которые застав€т подозревающих решить дело в их пользу и т. д.

ќдно из самых сильных преимуществ знани€ о существующих в твой адрес подозрени€х Ц возможность избежать топкого болота неуверенности. ѕричем даже если жертва знает, что ей не удалось скрыть от верификатора свою догадку, все равно правдивый человек, равно как и лжец, могут попытатьс€ скрыть любые свои чувства относительно этого понимани€.

ѕоскольку подозрение стало известно, лжец может захотеть скрыть бо€знь разоблачени€, а говор€щий правду Ц страх перед тем, что ему не повер€т, гнев или страдание, возникшие вследствие этого подозрени€, не подумав о том, что эти чувства могут быть неверно истолкованы. ”вы, если бы только лжецы пытались скрывать свои чувства, насколько проще было бы обнаруживать обман! ’от€ и в этом случае нашлись бы ловкачи, которые научились бы, наоборот, выказывать нужные чувства...

ƒругое преимущество незнани€ жертвы о подозрении заключаетс€ в возможности применени€ в этом случае так называемого теста на знани€ виновного. ƒэвид Ћиккен, психолог-физиолог, критикующий использование детектора лжи, убежден, что этот тест может значительно улучшить точность результатов. “ест на знани€ виновного производитс€ следующим образом: следователь спрашивает подозреваемого не о том, совершил ли он какое-либо конкретное преступление, а о том, что может знать только действительно виновный. ѕредположим, кого-то подозревают в убийстве (у подозреваемого есть причина совершить преступление, его видели неподалеку от места преступлени€ и так далее). ¬ этом случае можно попытатьс€ восстановить картину, котора€ в подлинном виде известна только следователю и только действительно виновному. Ќапример, у подозреваемого могут спросить: Ђ¬ каком положении находилс€ убитый Ц лицом вниз, лицом вверх или на боку?ї ѕосле каждой части вопроса подозреваемый должен сказать Ђнетї или Ђ€ не знаюї. “от, кто действительно совершил убийство, знает, что убитый лежал, например, лицом вверх. ¬ своих лабораторных исследовани€х Ћиккен обнаружил, что у человека, обладающего знанием виновного, при упоминании истинного положени€ дел тут же происход€т изменени€ в ¬Ќ—, фиксируемые детектором; в то врем€ как невиновный на все вопросы реагирует одинаково. », несмотр€ на любые попытки виновного скрыть факт своего знани€, в случае применени€ этой техники детектор об€зательно обнаруживает обман[117].

ѕреимущество этого теста заключаетс€ в том, что при его применении все необычные реакции невиновного человека никак не относ€тс€ к тому, в чем именно его заподозрили. ƒаже если он опасаетс€, что ему не повер€т, или разгневан, или страдает из-за того, что попал в столь т€желую ситуацию, все равно возможность того, что невиновный сильней всего эмоционально отреагирует на Ђлицом вверхї, практически равна случайности. ј таких вопросов задаетс€ немало.  ороче говор€, тест на знани€ виновного устран€ет самую большую опасность, существующую при попытках обнаружени€ лжи, Ц ошибку невери€ правде, происход€щую из-за того, что чувства заподозренного во лжи, но говор€щего правду человека, путают с чувствами лжеца.

  несчастью, эта многообещающа€ техника обнаружени€ лжи еще не стала предметом обширных научных исследований, и ее точность до сих пор под вопросом, ибо несколько проведенных на эту тему исследований не подтвердили той абсолютной точности, которую предполагал Ћиккен в своей первоначальной работе. Ќедавнее заключение Ѕ“ќ[118], касающеес€ использовани€ детектора лжи, отмечает, что Ђтест на знани€ виновного показывает более низкий уровень процентного отношени€ вы€вленных виновных, чем другие, обычно примен€емые детекторные техникиї. Ѕыло вы€влено, что при его применении относительно высока дол€ ошибок веры лжи, зато низок уровень ошибок невери€ правде[119].

 роме того, тест на знани€ виновного имеет весьма ограниченное применение где-либо, кроме уголовных расследований. —лишком уж часто человек, предполагающий, что стал жертвой обмана, не обладает той информацией, котора€ есть у лжеца, а без этого проведение теста бессмысленно. ¬ романе јпдайка Ђƒавай поженимс€ї –уфь знает, что у нее роман, и знает с кем. ” ƒжерри, ее мужа, есть только подозрени€, и поскольку он не владеет информацией, доступной только виновному, то и не может применить тест на знани€ виновного. „тобы примен€ть его, верификатору необходимо точно знать, что произошло, и сомневатьс€ только в том, кто это сделал.

“акже если верификатор лишь предполагает, как все произошло, тест этот не может примен€тьс€ дл€ того, чтобы вы€снить действительную картину происшестви€. ќн требует абсолютной уверенности со стороны верификатора во всем, что касаетс€ происшестви€, кроме исполнител€. ≈сли же неизвестно ни то, что именно сделал виновный, ни то, что он при этом чувствовал, Ц если верификатору неизвестны все обсто€тельства дела, примен€ть тест на знани€ виновного нельз€.





ѕоделитьс€ с друзь€ми:


ƒата добавлени€: 2015-05-06; ћы поможем в написании ваших работ!; просмотров: 419 | Ќарушение авторских прав


ѕоиск на сайте:

Ћучшие изречени€:

¬ моем словаре нет слова Ђневозможної. © Ќаполеон Ѕонапарт
==> читать все изречени€...

1969 - | 1935 -


© 2015-2024 lektsii.org -  онтакты - ѕоследнее добавление

√ен: 0.047 с.