Ћекции.ќрг


ѕоиск:




 атегории:

јстрономи€
Ѕиологи€
√еографи€
ƒругие €зыки
»нтернет
»нформатика
»стори€
 ультура
Ћитература
Ћогика
ћатематика
ћедицина
ћеханика
ќхрана труда
ѕедагогика
ѕолитика
ѕраво
ѕсихологи€
–елиги€
–иторика
—оциологи€
—порт
—троительство
“ехнологи€
“ранспорт
‘изика
‘илософи€
‘инансы
’ими€
Ёкологи€
Ёкономика
Ёлектроника

 

 

 

 


II. Ќекоторые замечани€ о приведенных примерах и о трансформации в целом




 уртуазные стихи почти не касаютс€ указанной темы. »меетс€ сравнительно немного социальных запретов и предписаний, относ€щихс€ к этой области жизни. ѕо крайней мере дл€ мир€н поведение в обществе в то врем€ не св€зано со значительными ограничени€ми подобного рода. Ќи сами отправлени€, ни слова или ассоциации по их поводу еще не сделались интимными, приватными, соотнесенными с чувствами стыда и непри€тного, как это произойдет позже.

—очинение Ёразма в данной области также представл€ет промежуточную точку на кривой цивилизационного процесса. — одной стороны, Ч если сравнить ее с предшествующими временами,Ч его труд свидетельствует о заметном повышении границы стыдливости, с другой,Ч в сравнении с последующими обыча€ми Ч он все еще сохран€ет свободу в обсуждении естественных отправлений, то Ђбесстыдствої, что большинству людей сегодн€шнего стандарта может показатьс€ непон€тным или даже зачастую Ђнепри€тнымї.

¬ то же врем€ совершенно очевидно, что функци€ этого сочинени€ заключалась именно в воспитании чувства стыдливости. —держивание влечений, к которому следует приучать ребенка, обосновываетс€ характерной ссылкой на присутствие повсюду ангелов. — течением столетий мен€ютс€ обосновани€ того страха, что необходимо воспитать в молодых люд€х, дабы принудить их к вытеснению своих влечений и тем самым добитьс€ соответстви€ их поведени€ социальному стандарту. ѕока что этот страх, св€занный с влечени€ми (или отказом от них), объ€сн€етс€ страхом перед существующими вне этого мира духами и тем самым олицетвор€етс€. „уть позже, по крайней мере в высшем слое, в самих придворно-аристократических кругах, принудительное сдерживание влечений предписываетс€ обществом: страх, стыд, чувствительность к нарушени€м предписаний часто отчетливо предстает в виде социального принуждени€ Ч как нечто постыдное и ужасное в глазах других. ¬ более широких сло€х ссылки на ангела-хранител€ еще очень долгое врем€ оставались инструментом Ђкондиционировани€ї детей. јнгелы отступают на задний план, когда увеличиваетс€ роль ссылок на вред дл€ здоровь€, на Ђгигиенические причиныї, когда последние в качестве средства отказа от влечений и моделировани€ аффектов обретают значимость в воспитании. »ными словами, когда они начинают играть роль ссылок на причины, обладающие весом в представлени€х взрослых о Ђцивилизацииї, хот€ обычно эти мысли никак не соотнос€тс€ с арсеналом средств Ђкондиционировани€ї детей. Ќо только при наличии такого сознани€ мы можем проверить, что здесь действительно рационально, а что лишь кажетс€ таковым, на деле будучи обусловленным чувствами непри€тного и постыдного у самих взрослых.

 ак уже говорилось выше, Ёразм в своем сочинении, с одной стороны, прокладывал путь к тому новому стандарту стыдливости и чувствительности, что постепенно начал формироватьс€ в высшем слое мир€н. — другой стороны, он обсуждает в нем как нечто само собой разумеющеес€ предметы, со временем ставшие непри€тными и запретными дл€ обсуждени€. Ёразм, о деликатности и утонченности которого свидетельствует само это сочинение, не смуща€сь, называет телесные функции, при нашем уровне контрол€ над аффектами никогда не упоминаемые ни в обществе, ни тем более в книгах о хороших манерах. Ќо между утонченностью и непринужденностью Ёразма нет никакого противоречи€. ќн находитс€ на другой ступени развити€ контрол€ над аффектами.

»ной социальный стандарт времен Ёразма становитс€ очевидным, когда он как нечто само собой разумеющеес€ упоминает, что мы встречаем кого-то, Ђqui urinam reddit aut alvum exonerat1)ї. «начительно больша€ простота нравов в те времена, когда потребности отправл€лись на глазах у других (а потому о них свободно говорили), напоминает нам поведение, доныне повсеместно распространенное на ¬остоке. ”тонченность требовала только того, чтобы мы не приветствовали человека, зан€того этими отправлени€ми.

»ной стандарт заметен и в высказывании Ёразма, что не следует стремитьс€ к тому, чтобы юноша Ђventris flatum retineat2її, ибо кажуща€с€ воспитанность может повлечь за собой болезнь. Ќечто подобное он говорит о чихании и подобных ему €влени€х.

—сылки на здоровье не часто встречаютс€ в этом сочинении. ј там, где они привод€тс€, их целью выступает защита естественных потребностей от принуждени€ и противосто€ние требовани€м их сдерживать, тогда как позже, в первую очередь в XIX в., такие ссылки почти всегда служат инструментами Ђкондиционировани€ї, сдерживани€ влечений и отказа от них. “олько в двадцатом столетии в этом отношении происход€т некоторые изменени€.

ѕримеров из книги Ћа —алл€ достаточно дл€ того, чтобы показать изменение в чувствительности к непри€тному.

» в этом случае оп€ть поучительно выгл€дит разница между издани€ми 1729 и 1774 гг.  онечно, уже первое издание содержит в себе совершенно иной, чем у Ёразма, стандарт чувствительности. “ребование избегать отправлени€ всех естественных потребностей на глазах у других недвусмысленно подчеркиваетс€, а наличие такого предписани€ указывает на то, что действительное поведение людей Ч ни взрослых, ни тем более детей Ч не отвечает данному стандарту. ’от€ Ћа —алль замечает, что о таких отправлени€х и соответствующих част€х тела и говорить-то не пристало, но сам рассуждает о них с удивительной дл€ сегодн€шнего уха обсто€тельностью, называ€ вещи своими именами. ѕримечательно, что в рассчитанной на высшие слои ЂCivilitéї ƒе  уртэна (1672) уже нет ни главы на эту тему, ни подобных

выражений.

¬ позднем издании книги Ћа —алл€ все подробности такого рода опущены. Ќад всеми ними сгущаетс€ Ђзавеса молчани€ї. ” современного человека даже упоминание о них (если только речь не идет об общении с самыми близкими людьми) вызывает непри€тные чувства, и в обществе мы старательно избегаем всего, что хот€ бы отдаленно, хот€ бы намеком напоминает о таких потребност€х.

¬ то же врем€ приведенные примеры показывают, сколь долго шел реальный процесс вытеснени€ этих отправлений из самой общественной жизни.

” нас имеетс€ достаточно материала по данной теме6 именно потому, что в прошлом эта Ђзавеса молчани€ї отсутствовала или не была столь прочной. ѕравда, в этих данных чаше всего вид€т просто курьезные подробности; отсутствует целостное их воспри€тие, а тем самым не возникает и общей картины процесса, обладающего определенной направленностью. ≈сли посмотреть на весь этот материал в целом, то мы получим ту же типичную траекторию развити€ цивилизации.

ѕоначалу эти отправлени€ и их лицезрение лишь в незначительной мере нагружены чувствами постыдного и непри€тного; поэтому они подлежат изол€ции и контролю лишь в малой степени. ќни относ€тс€ к чему-то само собой разумеющемус€, вроде причесывани€ или обувани€. “акому стандарту соответствует и Ђкондиционированиеї детей.

Ђ–асскажи мне, Ч говорит учитель ученику в школьном сборнике диалогов ћатурина  ордье (1568)7, Ч в строгой последовательности, что ты делал с того момента, как подн€лс€ с постели, и до завтрака. ј вы, юноши, послушайте, чтобы затем подражать вашему школьному товарищуї. Ч ЂExperrectus surrexi e lecto, Ч отвечает ученик, Ч indui tunicam cum thorace... deinde egressus cubiculo, descendi infra, urinam in area reddidi ad parietam, accepi frigidam aquam e situla, manus et faciem lavi...ї (Ђя проснулс€, подн€лс€ с кровати, надел рубашку, носки и обувь, опо€салс€, помочилс€ во дворе у стены, налил из бадьи свежей воды, помыл руки и лицо, вытер их полотенцем...ї и т.д.).

¬ более поздние времена отправление потребностей во дворе было бы опущено как Ђмаловажноеї и не упоминалось бы в книге, предназначенной дл€ чтени€ на уроках и написанной в воспитательных цел€х, чтобы дать образец хорошего поведени€. «десь такие отправлени€ не €вл€ютс€ ни Ђважнымиї, ни Ђмаловажнымиї Ч как и все прочие действи€, они нос€т характер само собой разумеющихс€.

≈сли сегодн€ ученику придетс€ рассказывать о подобных потребност€х, то он будет вынужден обратить задание учител€ в шутку, если Ђбуквальної станет ему следовать; он прибегнет к иносказани€м, веро€тно, прикроет смехом свое смущение, что вызовет ответный Ђпонимающийї смех у других, свидетельствующем о легком нарушении табу.

ѕоведение взрослых соответствует различным типам Ђкондиционировани€ї. Ќа прот€жении долгого времени улица, вообще чуть ли не любое место, могло служить тем же цел€м, что и стена во дворе. Ќе было ничего необычного в том, что и лестница, и угол в комнате, и ковер на замковой стене служили удовлетворению данной потребности. ѕримеры Ђ≈ї и ЂFї хорошо это демонстрируют. Ќо одновременно они показывают и то, как длительна€ совместна€ жизнь многих социально зависимых друг от друга людей при дворе порождала давление и усиливала регулирование влечений, что в результате вело к большей сдержанности. Ѕолее строгое регулирование влечений, а тем самым относительно упор€доченный отказ от них, контроль над аффектами Ч все это в той или иной форме по€вл€етс€ сначала как требовани€ людей, занимающих более высокое положение в социальной иерархии, к нижесто€щим (либо к наход€щимс€ на той же социальной ступени). “олько сравнительно поздно, когда буржуази€ достигает высшей социальной ступени, т.е. образует массовый слой, который, в отличие от предшествующих ему, включает в себ€ относительно большое число равных по социальному статусу лиц, семь€ смогла стать единственной, точнее говор€, первичной и господствующей инстанцией, ответственной за формирование отказа от влечений. Ћишь в этих услови€х социальна€ зависимость детей от родителей становитс€ самым ранним, наиболее важным и интенсивным источником социально необходимого регулировани€ и моделировани€ аффектов.

ƒл€ выcшего сло€ на рыцарско-придворной и в особенности на абсолютистско-придворной фазе развити€ эту функцию преимущественно исполн€ли сами дворы благодар€ происходившему здесь непосредственному социальному общению. ћногое из того, что стало дл€ нас чуть ли не Ђвторой природойї, на этой фазе представало еще в другой форме, еще не будучи автоматически функционирующим самопринуждением, привычкой, действующей и тогда, когда человек находитс€ в одиночестве. ƒл€ отказа от влечений и контрол€ над ними требовалось присутствие постороннего человека, т.е. основани€ дл€ него были социальными и в большей мере осознанными. —пособ сдерживани€ своих влечений зависел от социального положени€ тех, кто налагал запреты, и тех, на кого они налагались. —итуаци€ мен€етс€ вместе с социальным сближением слоев, ростом взаимозависимости, утратой прежней четкости в иерархической организации общества. –ост разделени€ труда и интенсификаци€ св€зей между людьми вели к увеличению зависимости тех, кто занимает социально высокое положение, от лиц социально более низкого ранга. ѕоследние настолько приближаютс€ к сильным мира сего, что те, так сказать, начинают испытывать стыд и перед нижесто€щими. “олько тогда оруди€ контрол€ над влечени€ми достигают уровн€ развити€, принимаемого за само собой разумеющийс€ людьми демократического, индустриального общества.

¬ыберем из множества примеров тот, что лучше всего высвечивает весь процесс развити€.

¬ своем Ђ√алатеої ƒелла  аза однажды упоминает р€д дурных привычек, которых следует избегать. ќн пишет, что в обществе не следует спать, нельз€ доставать и читать письма, стричь или чистить ногти. Ђ роме того, Ч продолжает ƒелла  аза (с. 92), Ч не следует сидеть, повернувшись к другим спиной или задом, высоко задирать колени, так что могут обнажитьс€ те части тела, которые во вс€кое врем€ должны оставатьс€ скрытыми от взора. »бо такое и нечто ему подобное допустимо только перед лицами, коих данное лицо не стыдитс€ (se non tra quelle persone, che lТhuom non riverisce). “ак может делать великий господин перед своей чел€дью или в присутствии друзей более низкого положени€; ибо тем самым он выказывает не столько свою учтивость, сколько особую к ним любовь и дружбуї.

≈сть лица, перед кем мы стыдимс€, и есть те, перед кем мы не испытываем стыда. «десь очевидна социальна€ функци€ чувства стыда, моделируема€ в соответствии с социальной организацией. Ёто не всегда столь €вно высказываетс€. Ќо о соответствующеем поведении у нас имеетс€ множество свидетельств. ¬о ‘ранции8 еще в XVII в. короли и герцоги принимали особо ими отличаемых подданных в ситуаци€х, о которых позже в √ермании говорили вошедшими в пословицу словами: даже кайзер должен иной раз быть без свидетелей. ѕринимать нижесто€щих, поднима€сь с постели, одева€сь, отход€ ко сну, Ч на прот€жении долгого времени это было само собой разумеющимс€ обычаем. ќ таком же чувстве стыда говорит, например, то, что подруга ¬ольтера, маркиза де Ўатле, приводила в смущение своего камердинера, представа€ перед ним нагой в ванне и при этом без тени смущени€ выговарива€ ему за то, что он не долил гор€чей воды9.

«десь те манеры поведени€, что в демократическом индустриальном обществе нагружены разного рода табу и сопровождаютс€ чувствами постыдного и непри€тного, еще нос€т избирательный характер. ћанеры предназначены дл€ общени€ с социально выше- или равносто€щими. —держанность и стеснение предписывались по той же схеме, что и в рассмотренных выше застольных манерах.  ак говоритс€ по этому поводу в Ђ√алатеої (с. 580), Ђхот€ € не считаю подобающим, когда одному из гостей предлагают что-либо блюда, рассчитанного на всех, но если предлагающий более высокого положени€, то тем самым он выказывает этому гостю особую честь. ¬едь если бы это происходило среди равных, то выходило бы, что предлагающий предпочитает его прочимї.

¬ этом иерархически устроенном обществе каждое действие по отношению к другим наделено смыслом, выражающим престиж. ѕоэтому сдерживание аффектов, называемое нами Ђвежливостьюї, имело в то врем€ иную форму, чем позже, когда внешние различи€ в ранге были нивелированы. “о, что предстает здесь как особый случай общени€ между равными, как исключение Ч никому не следует отдавать предпочтение, Ч позже станет общим правилом: в обществе каждый берет пищу с блюда сам и все начинают есть одновременно.

“о же самое можно сказать об обнажении. ѕоначалу досадным проступком считалось в какой бы то ни было форме обнажить свое тело перед высшим или равным; в общении с нижесто€щими это могло быть даже знаком особого к нему расположени€.

“ам, где все стали социально равными, обнажение постепенно начинает рассматриватьс€ как проступок всегда. —ознание постепенно утрачивает воспоминани€ о социальном происхождении чувств постыдного и непри€тного. “ак как общественный запрет на обнажение и на отправление естественных нужд на глазах у других людей касаетс€ теперь всех и в этой форме уже в детстве запечатлеваетс€ в сознании человека, то взрослым эта заповедь кажетс€ частью их внутреннего мира. ¬ результате данный запрет получает форму более или менее тотального и автоматического самопринуждени€.

ќднако такое исключение естественных отправлений из публичной жизни и соответствующее регулирование или моделирование влечений стали возможны лишь благодар€ тому, что вместе с растущей чувствительностью развивалс€ и технический аппарат, позволивший удовлетворительным образом разрешить проблему перемещени€ таких поведенческих форм Ђза кулисыї общества. ѕроисходило это так же, как при развитии техники еды. ѕроцесс трансформации душевного стро€, сдвиг границы постыдного и непри€тного, конечно, не вывод€тс€ из развити€ техники и не объ€сн€ютс€ научными открыти€ми. » наоборот, показать социогенезис и психогенезис технических изобретений и научных открытий было бы не так уж трудно.

Ќо после того как вместе с общим изменением отношений между людьми началась трансформаци€ человеческих потребностей, развитие технической аппаратуры, соответствующей измененному стандарту, вело к чрезвычайному упрочению изменившихс€ привычек. ќдновременно эта аппаратура служила посто€нному воспроизводству стандарта и его распространению.

— этой точки зрени€, известный интерес представл€ет то, что можно наблюдать сегодн€. ѕосле того как такое поведение в огромной мере упрочилось и сделалось само собой разумеющимс€ Ч прежде всего, на прот€жении XIX в., Ч происходит определенное ослабление запретов, касающихс€ естественных отправлений. —вобода и непринужденность, с которой о них говор€т Ч без смущени€, без нат€нутого смеха и улыбок, свидетельствующих о легком нарушении табу, Ч в послевоенное врем€ безусловно возросли. ќднако такие поведенческие формы (так же, как и нравы, процветающие на пл€же и танцплощадке) стали возможны в последнее врем€ только потому, что ранее были прочно установлены и приведены в соответствие с изменившейс€ чувствительностью и стандарт привычного, закрепленный техникой и институтами принуждени€, и уровень сдерживани€ своих влечений, и само поведение. ќслабление запретов происходит в рамках уже единожды достигнутого стандарта.

ќбразовавшийс€ на нашей фазе развити€ цивилизации стандарт характеризуетс€ огромной дистанцией, существующей между поведением детей и так называемых Ђвзрослыхї. ƒети должны в несколько лет достигать того уровн€ развити€ чувств постыдного и непри€тного, на формирование которого ушли целые столети€. »х влечени€ должны быстро подвергатьс€ строгому регулированию и специфическому моделированию, прошедшим долгий путь социального развити€ и придавшим нашим обществам характерную форму. –одители выступают при этом просто как инструмент (зачастую несовершенный) Ђкондиционировани€ї, первыми его исполнител€ми. Ќо через них, как и через тыс€чи других инструментов, за€вл€ет о себе общество в целом, вс€ совокупность взаимосв€занных людей, оказывающа€ давление на подрастающее поколение и в той или иной мере его формирующа€.

¬ —редние века общество тоже выступало как нека€ целостность, формировавша€ индивидов. ќднако механизмы моделировани€, органы Ђкондиционировани€ї (или исполнительные органы) были совсем другими, в особенности в высшем слое.   ним мы еще вернемс€. Ќо прежде всего следует отменить, что регулирование и сдерживание влечений у взрослых были существенно меньшими, чем на последующей фазе развити€ цивилизации, а потому меньшей была и разница в поведении взрослых и детей.

—клонности и тенденции, с которыми ведут борьбу средневековые книги о хороших манерах, часто мало чем отличаютс€ от тех, что мы сегодн€ наблюдаем у детей. Ќо сегодн€ подобные формы поведени€ столь рано подвергаютс€ обработке, что р€д довольно распространенных в средневековом обществе Ђдурных нравовї в нашей общественной жизни почти не встречаетс€.

» сегодн€ ребенку внушают, что он не должен сразу хватать поставленное на стол кушанье, что нельз€ чесатьс€, лезть руками в нос, в уши, глаза или куда-то еще. –ебенка учат, что он не должен разговаривать с набитым ртом, что с полным ртом не следует пить, что за столом нельз€ ЂЄрзатьї и т.д. Ќемалую часть таких предписаний мы находим в ЂHofzuchtї “аннгейзера, однако там они обращены отнюдь не только к дет€м, но безусловно относ€тс€ и к взрослым. Ёто станет еще пон€тнее, если мы обратим внимание на то, как взрослые в те времена отправл€ли свои естественные нужды. ѕримеры показывают, что часто они делали это так же, как сегодн€ Ч дети. Ќужда часто удовлетвор€лась тут же, чуть ли не не сход€ с места. ¬лечени€ регулировались немногим больше, чем у современных детей; другого и не ждали от взрослых. ƒистанци€ между взрослыми и детьми, если сравнить ее с нынешней, была незначительной.

—егодн€ человек окружен плотным кольцом предписаний и регул€тивов, а цензура и давление общественной жизни, формирующей его привычки, столь сильны, что дл€ ребенка остаетс€ лишь одна альтернатива: либо он подчин€ет свое поведение требуемым обществом образцам, либо он исключаетс€ из жизни общества людей с Ђхорошими нравамиї. –ебенок, не достигающий уровн€ требуемого обществом сдерживани€ своих аффектов, выступает как Ђбольнойї, Ђненормальныйї, Ђпреступныйї или просто как Ђневыносимыйї с точки зрени€ какой-то касты или какого-то сло€, а потому исключаетс€ из их жизни. ¬ конечном счете, если не перейдена кака€-то граница, Ђбольнойї (психически), Ђненормальныйї, Ђпреступныйї, Ђневыносимыйї Ч все эти слова имеют одно значение, а их конкретное содержание варьируетс€ в зависимости от исторического изменени€ моделей владени€ аффектами.

¬ известном смысле поучителен вывод в примере ЂDї: ЂMulto minus decebit alteri re foetidam, ut olfaciat porrigere, quod nonnunquam facere aliqui soient3)ї и т.д. ¬лечени€ и поведение такого сорта при нынешнем стандарте чувств постыдного и непри€тного с соответствующей ему схемой сдерживани€ аффектов кажутс€ Ђболезненнымиї, Ђпатологическимиї, Ђизвращеннымиї и потому исключаютс€ из общени€ между людьми. “ого, кто €вно склонен к подобному поведению, либо запрут дома, либо упр€чут в лечебницу Ч в зависимости от его социального положени€. ≈сли такие влечени€ удовлетвор€ютс€ только Ђза кулисамиї общественной жизни, то корректировка плохо удавшегос€ Ђкондиционировани€ї выпадет на долю психотерапевта. ¬ целом же данные влечени€ под воздействием Ђкондиционировани€ї совершенно исчезли из актуального сознани€ взрослых. ѕсихоанализ обнаруживает их в виде неизжитых и не изживаемых стремлений, которые обозначаютс€ как подсознательные или сновидческие. ¬ нашем обществе эти стремлени€ действительно имеют характер некоего Ђинфантильногої остатка, ибо социальный стандарт требует от взрослых полного их подавлени€ и перестройки направленности влечений. ѕоэтому у взрослых они кажутс€ Ђпережиткамиї детства.

ќсвобождение от такой направленности влечений требовал и стандарт, предстающий перед нами в Ђ√алатеої. Ќо давление на индивида с целью перестройки подобных склонностей, если сравнить его с нынешним, было минимальным. „увства отвращени€ и тошноты, вызываемые данным поведением, были много слабее Ч таков был тогдашний стандарт. Ёто поведение не считалось Ђболезненной аномалиейї или Ђизвращениемї, скорее, его объ€сн€ли недостатком такта, учтивости, хороших манер.

ƒелла  аза рассуждает об этом Ђнедостаткеї примерно так, как мы сегодн€ говорим о тех, кто в обществе начинает кусать ногти. ”же то, как он об Ђэтакомї говорит, показывает, насколько безвредным это казалось в то врем€.

» все же данный пример показывает, что в известном смысле мы имеем здесь поворотный пункт. ћожно представить себе, что подобные про€влени€ аффектов в предшествующие времена были весьма распространены. Ќо теперь на них стали обращать внимание. ќбщество начинает Ч использу€ в качестве средства страх Ч все сильнее подавл€ть доставл€ющую наслаждение составл€ющую определенных функций; точнее говор€, они вытесн€ютс€ Ђвнутрьї, делаютс€ частью Ђинтимногої мира индивида. ќдновременно негативно окрашенные аффекты Ч неудовольствие, отвращение, т€гостность Ч вырабатываютс€ как единственные характерные дл€ данного общества ощущени€ при Ђкондиционированииї. ј вместе с объ€влением вне закона многих влечений, вместе с Ђвытеснениемї их про€влений как из внешних сфер общественной жизни, так и с поверхности сознани€ с необходимостью растет и дистанци€, существующа€ в душевном строении и в поведении между взрослыми и детьми.





ѕоделитьс€ с друзь€ми:


ƒата добавлени€: 2015-05-06; ћы поможем в написании ваших работ!; просмотров: 971 | Ќарушение авторских прав


ѕоиск на сайте:

Ћучшие изречени€:

Ќасто€ща€ ответственность бывает только личной. © ‘азиль »скандер
==> читать все изречени€...

2127 - | 1855 -


© 2015-2024 lektsii.org -  онтакты - ѕоследнее добавление

√ен: 0.024 с.