Ћекции.ќрг


ѕоиск:




 атегории:

јстрономи€
Ѕиологи€
√еографи€
ƒругие €зыки
»нтернет
»нформатика
»стори€
 ультура
Ћитература
Ћогика
ћатематика
ћедицина
ћеханика
ќхрана труда
ѕедагогика
ѕолитика
ѕраво
ѕсихологи€
–елиги€
–иторика
—оциологи€
—порт
—троительство
“ехнологи€
“ранспорт
‘изика
‘илософи€
‘инансы
’ими€
Ёкологи€
Ёкономика
Ёлектроника

 

 

 

 


ѕримечани€ 4 страница.  ак и почему, начина€ с позднего —редневековь€ и раннего ¬озрождени€, происходил этот мощный сдвиг в сторону индивидуального самоконтрол€




 ак и почему, начина€ с позднего —редневековь€ и раннего ¬озрождени€, происходил этот мощный сдвиг в сторону индивидуального самоконтрол€, к выработке независимого от других и автоматического, как бы встроенного контрол€ над самим собой (сегодн€ он нередко называетс€ Ђинтернализированнымї), Ч на эти вопросы отчасти отвечает данна€ книга. ѕроисходит переход от принуждени€, господствующего в отношени€х между людьми, к индивидуальному самопринуждению. ј это приводит к тому, что многие импульсы переживаютс€ менее спонтанно. ¬озникающие в совместной жизни механизмы самоконтрол€ начинают действовать как бы сами по себе. Ђ–ациональное мышлениеї или Ђморальна€ совестьї прочно укорен€ютс€ между влечени€ми и чувственными импульсами, с одной стороны, и мускулатурой, с другой стороны. ќни все сильнее преп€тствуют про€влению этих импульсов и не дают им пр€мо и непосредственно, без собственного дозволени€, перейти в действие, осуществл€емое с помощью мускулов.

¬ этом заключаетс€ сущность того изменени€ индивидуальных структур и индивидуальных черт, которое, начина€ с эпохи ¬озрождени€, находит выражение в рефлексивном опыте Ђсамого себ€ї, в представлении о единичном Ђяї, наход€щемс€ в закрытом футл€ре, отделенном невидимой стеной от всего Ђвнешнегої. ¬ качестве непосредственного опыта индивид имеет дело с уже отчасти автоматически функционирующими цивилизационными механизмами самоконтрол€. »менно они представл€ютс€ индивиду той стеной, что отдел€ет Ђсубъектї от Ђобъектаї, собственное Ђяї от других людей, от Ђобществаї.

ѕроисходивший на прот€жении эпохи ¬озрождени€ рост индивидуализации хорошо известен. «десь речь идет о более детальной картине подобного развити€ личностных структур, каковое еще не получило должного освещени€. ѕереход к переживанию природы как созерцаемого извне ландшафта, переход к воспри€тию природы как объекта познани€, отделенного невидимой стеной от субъекта познани€, переход к пониманию самого себ€ как совершенно самосто€тельного, независимого от прочих людей и вещей индивида Ч эти и р€д других процессов характеризуют происходившее в тот период развитие. ¬се они несут на себе черты одного и того же цивилизационного сдвига. ¬се они указывают на особенности перехода к более высокой ступени самосознани€, на которой в результате самопринуждени€ возрастает контроль над аффектами и увеличиваетс€ рефлексивна€ дистанцированность при уменьшении спонтанности и аффективности действий. Ёти процессы хот€ отчасти и ощущаютс€ людьми, но еще не станов€тс€ предметом дистанцированного мышлени€, а тем самым и предметом исследовани€.

“ак мы подходим к €дру тех индивидуальных структурных черт, что про€вл€ютс€ в опыте Ђсамого себ€ї человека, понимаемого как Ђhomo claususї. ≈сли мы вновь спросим, что, собственно, дает повод дл€ такого представлени€ о Ђвнутреннемї, обособленном человеке, наход€щемс€ как бы в капсуле, то окажетс€, что мы уже знаем путь, на котором нужно искать ответ на этот вопрос. ¬ качестве такой капсулы, такой невидимой стены воспринимаютс€ средства сдерживани€ аффектов, усилившиес€ механизмы самопринуждени€. ќни характерны дл€ данного цивилизационного сдвига, они упрочились и сделались всесторонними. ќни неуклонно преп€тствуют пр€мому переходу спонтанных импульсов в моторные действи€ Ч между ними вклиниваетс€ аппарат контрол€. »менно они воспринимаютс€ как капсула или невидима€ стена, отдел€юща€ индивида от Ђвнешнего мираї, субъект познани€ от объекта, Ђegoї от Ђalter egoї, индивида от общества. ¬ капсулу заключаютс€ сдержанные влечени€ и аффективые импульсы, не получающие непосредственного выхода к двигательному аппарату. ¬ Ђопыте самого себ€ї они выступают или как нечто сокровенное, или как собственное Ђяї, как €дро собственной индивидуальности. Ђ¬нутреннее человеческоеї Ч это удобна€ метафора, но она остаетс€ лишь метафорой, да еще сбивающей с толку.

ћожно вполне осмысленно сказать, что мозг находитс€ внутри черепа, а сердце внутри грудной клетки. “ут мы можем €сно определить, где содержащее и где содержимое, что пребывает внутри стен и что вовне, из чего эти стены состо€т. Ќо там, где подобные суждени€ произнос€тс€ по поводу личностных структур, они оказываютс€ совершенно неуместными. ѕриведем лишь один пример. ќтношение между влечением и контролем над ним не €вл€етс€ пространственным отношением. ћеханизмы контрол€ не представл€ют собой никакого сосуда, содержащего в себе влечени€. ≈сть люди, придающие большее значение этому аппарату контрол€, называ€ его разумом или совестью; есть те, кто ставит на первое место влечени€ и чувственные порывы. Ќо если не вдаватьс€ в спор о ценност€х, а ориентироватьс€ на сущее, то нам не найти такой структурной характеристики человека, о которой можно было бы обоснованно сказать, что она €вл€етс€ €дром, тогда как все прочие служат ее скорлупой. ћы различаем чувство и мышление, разграничиваем поведение, определ€емое влечением, и поведение, наход€щеес€ под контролем. Ќо весь комплекс разграничительных линий принадлежит к миру человеческих действий. ≈сли вместо обычных субстантивированных пон€тий, как, например Ђчувствої или Ђрассудокї, мы станем употребл€ть пон€ти€ де€тельностные, то нам станет более пон€тно, что картина Ђвнешнегої и Ђвнутреннегої или фасада и чего-то за ним скрывающегос€ хоть и передает один из аспектов физического существовани€ человека, но не применима к структуре личности живого человека в целом. Ќа этом уровне нет ничего, что напоминало бы отношение содержащего и содержимого, а именно оно оправдывает употребление такой метафоры, как пон€тие Ђвнутреннееї. Ѕезусловно, человек может ощущать какую-то стену, отдел€ющую Ђвнешнееї от Ђвнутреннегої. Ќо это ощущение не соотноситс€ ни с чем, что имело бы дл€ него характер действительно непроницаемой стены. ћожно вспомнить об одном высказывании √Єте, говорившего, что у природы нет ни €дра, ни скорлупы, а потому дл€ нее нет ни внешнего, ни внутреннего. Ёто относитс€ и к человеку.

“еори€ цивилизации, разработке которой посв€щена данна€ книга, помогает избавитьс€ от ложного образа человека, возникшего в Ќовое врем€ и ставшего чем-то само собой разумеющимс€. ћы дистанцируемс€ от этого образа и тем самым движемс€ к другому образу, ориентированному не столько на собственные чувства и оценки, сколько на человека как объект мышлени€ и исследовани€. — другой стороны, критика понимани€ человека, характерного дл€ Ќового времени, необходима дл€ понимани€ процесса цивилизации. »бо по ходу этого процесса изменилась сама структура человека Ч люди стали Ђцивилизованнееї. ѕока мы видим в отдельном человеке некое заданное природой и скрытое какой-то стеной содержимое, то остаетс€ непон€тным, как возможен процесс цивилизации, проход€щий через целый р€д поколений и мен€ющий личностные структуры людей, не измен€€ при этом их природу.

“акой установки на отделение содержащего от содержимого достаточно дл€ того, чтобы блокировать переориентацию индивидуального самосознани€ и воспреп€тствовать развитию образа человека, отражающего долговременный процесс развити€ общественных и личностных структур. ѕока пон€тие Ђиндивидї св€зываетс€ с Ђопытом самого себ€ї человека как Ђяї, замкнутого в неком футл€ре, Ђобществої тоже будет пониматьс€ как нагромождение монад без окон и дверей. “огда такие пон€ти€, как Ђсоциальна€ структураї, Ђсоциальный процессї или Ђразвитие обществаї, в лучшем случае станут казатьс€ социологам Ђидеально-типическимиї конструкци€ми, которыми исследователи пользуютс€ исключительно дл€ упор€дочени€ совершенно беспор€дочных и бесструктурных скоплений индивидов, действующих абсолютно независимо друг от друга.

 ак мы видим, в реальности дело обстоит совсем иначе. ѕредставление об абсолютно независимых, принимающих решени€, действующих, Ђэкзистирующихї одиночках €вл€етс€ искусственным продуктом. ќно возникло у людей на определенной стадии развити€ их Ђопыта самих себ€ї и характерно именно дл€ этой стадии. ќтчасти данное представление покоитс€ на смешении идеала и факта; отчасти Ч на овеществлении индивидуального аппарата контрол€, на отгораживании индивидуальных аффективных импульсов от двигательного аппарата, т.е. от непосредственного воздействи€ на телодвижени€ и действи€.

Ётот опыт обособленности, ощущени€ невидимых стен, отдел€ющих Ђвнутреннееї индивида от всех людей и вещей Ђвовнеї, приобрел дл€ множества людей Ќового времени ту непосредственную убедительность, какой в —редние века обладало представление о «емле как центре мира, вокруг которого движетс€ —олнце. ѕодобно тому как на смену геоцентрической картине мира пришла гелиоцентрическа€, эгоцентрический образ общественного универсума смен€етс€ картиной, соответствующей реальному положению дел.  онечно, эта нова€ картина меньше отвечает нашим чувствам. ќстанутс€ ли чувства неизменными Ч это открытый вопрос, и ответ на него зависит от того, порождаетс€ ли чувство обособленности и отчужденности неудачным развитием индивидуального самоконтрол€ или же структурными особенност€ми эволюции общества. ѕодобно тому как господствующа€ в общественном мнении гелиоцентрическа€ картина мира (эмоционально куда менее выразительна€, чем геоцентрическа€) не уничтожила нашего приватного опыта, воспринимающего —олнце как вращающеес€ вокруг «емли, так и становление в общественном мнении более близкого фактам образа человека не ведет к исчезновению приватного опыта, сфокусированного на самом себе, опыта невидимых стен, отдел€ющих Ђвнутреннееї от внешнего мира. Ќо в научной работе мы вполне можем отвлечьс€ от этого опыта и соответствующего ему образа человека. ќни утрачивают характер чего-то самоочевидного. ¬ своем исследовании мы стремимс€ достичь понимани€ человека, в большей мере соответствующего наблюдаемым фактам, что, в свою очередь, облегчает решение многих проблем. Ќапример, проблем цивилизационного процесса и процесса образовани€ государства, которые были практически неразрешимы на основе прежнего образа человека. Ћибо проблемы отношений между индивидом и обществом, ранее вс€кий раз решаемой без нужды запутанным и не слишком убедительным образом.

Ќа место образа человека как Ђзакрытой личностиї (характерно уже само это выражение) встает его образ как Ђоткрытой личностиї. ѕоследн€€ обладает большей или меньшей степенью автономности в отношени€х с другими людьми, но никогда не достигает абсолютной или тотальной автономности, поскольку на прот€жении всей своей жизни соотноситс€ с другими людьми, на них нацелена, от них зависима. Ћюди наход€тс€ в сети взаимозависимостей, которые прочно прив€зывают их друг к другу. Ёта сеть обозначаетс€ здесь как фигураци€ Ч определенна€ форма св€зи ориентированных друг на друга и взаимозависимых людей. ѕоскольку люди Ч сначала от природы, а затем и через обучение, воспитание, социализацию, социально пробуждаемые потребности Ч более или менее завис€т друг от друга, постольку они всегда выступают во множественном числе, или, если можно так выразитьс€, существуют как Ђплюральностиї. ќни всегда предстают в тех или иных фигураци€х. ¬от почему не слишком плодотворно понимание человека как одиночки.  уда более уместно исходить из картины множества взаимозависимых людей, образующих фигурации, группы или разного рода сообщества. “ем самым исчезает характерное дл€ прежнего образа человека разделение на индивида (словно есть индивиды без общества) и общество (словно существует общество без людей). ѕон€тие фигурации вводитс€ нами именно потому, что своей €сностью оно превосходит пон€тийный инструментарий нынешней социологии. ќно лучше и без вс€ких двусмысленностей выражает то, что Ђобществої не €вл€етс€ ни абстракцией, полученной от свойств каких-то внеобщественных индивидов, ни Ђсистемойї или Ђцелостностьюї, существующей где-то по ту сторону индивидов. –ечь здесь идет о сети взаимозависимостей, сплетенной самими индивидами.  онечно, мы можем говорить и о социальной системе, образуемой индивидами. Ќо в рамках современной социологии пон€тие Ђсистемаї употребл€етс€ таким образом, с такими смысловыми оттенками, что кажетс€ какой-то вынужденной уступкой. ѕомимо этого, пон€тие системы слишком тесно св€зано с представлени€ми о неизменности сущего.

ѕон€тие фигурации можно по€снить на примере коллективных танцев. Ёто Ч простейший пример тех фигураций, которые образуютс€ людьми. ≈сли вспомнить мазурку, полонез, танго или рок-н-ролл, то образ подвижных фигураций, создаваемых танцующими, быть может, облегчит нам понимание в качестве фигураций отдельных государств, городов и семей либо капиталистической, коммунистической и феодальной систем. ѕри таком употреблении пон€тий наконец исчезает противоречие, основанное на различии ценностей и идеалов и обычно про€вл€ющеес€, как только речь заходит об Ђиндивидеї и Ђобществеї.  онечно, мы можем говорить о танце вообще, но никто не станет представл€ть себе танец как чистую абстракцию, без танцующих индивидов. ќдна и та же фигураци€ танца может включать в себ€ различных индивидов, но без плюральности ориентированных друг на друга, взаимозависимых танцоров нет и танца. ѕодобно вс€кой другой общественной фигурации, фигураци€ танца относительно независима от специфических индивидов, образующих ее здесь и теперь; но она не €вл€етс€ независимой от индивидов вообще. Ѕессмысленно говорить, что танцы суть мысленные образовани€, которые абстрагируютс€ от наблюдений за единичными и по отдельности рассматриваемыми танцорами. “о же самое можно сказать и обо всех других фигураци€х.

ћалые фигурации танца мен€ютс€ Ч иногда медленно, иногда более быстро. “очно так же Ч медленнее или быстрее Ч мен€ютс€ большие фигурации, которые мы называем обществами. ѕредставленные ниже исследовани€ рассматривают подобные изменени€. “аков наш исходный пункт в изучении процесса формировани€ государства Ч фигурации, образуемой из множества относительно малых общественных объединений, свободно конкурирующих друг с другом. Ёто исследование показывает, как и почему измен€етс€ данна€ фигураци€. ќдновременно оно делает очевидным, что возможны объ€снени€, по своему характеру не €вл€ющиес€ каузальными, ибо изменение фигурации отчасти объ€сн€етс€ эндогенной динамикой самой фигурации, имманентной тенденцией, ведущей от свободной конкуренции к монополии. —оответственно, исследование демонстрирует, как на прот€жении столетий первоначальна€ фигураци€ смен€етс€ другой, а одна из социальных позиций (а именно, позици€ корол€) обретает такую власть, что ни одна друга€ оказываетс€ не в состо€нии с ней конкурировать в рамках сети взаимозависимостей. Ёто исследование в то же самое врем€ показывает, как и почему по ходу такой смены фигураций измен€ютс€ и личностные структуры.

ћногие вопросы, которые стоило бы рассмотреть в этом предисловии, мы вынуждены отложить в сторону, поскольку иначе оно разрослось бы до целого тома. Ќо при всей ограниченности приведенных выше рассуждений, все же очевидно, что данные исследовани€ предлагают серьезную переориентацию современной социологии, отход от господствующих ныне взгл€дов.  онечно, не так просто освободитьс€ от представлени€ о самом себе и о люд€х вообще как о Ђhomo claususї. Ќо без этого невозможно пон€ть, что подразумеваетс€ под процессом цивилизации, трактуемом как трансформаци€ индивидуальных структур. —толь же непросто так развить свою способность представлени€, чтобы мыслить фигураци€ми, к нормальным свойствам которых относитс€ их изменчивость, да еще нередко имеюща€ определенную направленность.

¬ этом предисловии € затронул часть основополагающих проблем: без их рассмотрени€ трудно было бы пон€ть мою книгу. ’от€ мысли высказаны не самые простые, но € попыталс€ изложить их максимально доступно. Ќадеюсь, содержащиес€ здесь предварительные замечани€ облегчат и углуб€т понимание книги и, быть может, сделают ее чтение более при€тным зан€тием.

Ќорберт Ёлиас Ћейчестер, июль 1968 г.

ѕримечани€

1 Parsons “. Essays in Sociological Theory. Glencoe, 1963. P. 359f.

2 Parsons T. ќр. cit. P. 359.

3 Parsons T. Social Structure and Personality. Glencoe, 1963. P. 82, 258f.

4 ¬згл€д, согласно которому социальное изменение (понимаемое как структурное изменение) должно восприниматьс€ как нарушение обычно стабильного социального равновеси€, часто встречаетс€ в работах ѕарсонса (см., например: Parsons “., Smelser N.J. Economy and Society. L., 1957. P. 247f.). To же самое можно сказать о –. ћертоне (см.: Merton R.K. Social Theory and Social Structure. Glencoe, 1959. P. 122), где идеальному, хот€ и пон€тому как реальное, социальному состо€нию, не знающему противоречий и напр€жени€, противопоставл€етс€ другое, при котором оцениваемые как Ђисключительные €влени€ї или Ђплохо функционирующиеї (Ђdisfunctionalї) социальные феномены вызывают изменени€ в обычно лишенной напр€жени€ и неизменной социальной системе.

ќбсуждаема€ здесь проблема, как мы видим, не тождественна той, что обычно дискутируетс€ в терминах Ђстатикиї и Ђдинамикиї. ¬ последнем случае речь чаще всего идет о том, какой метод предпочтительнее при исследовании общественных €влений Ч метод, при котором мы ограничиваемс€ определенным временным отрезком, или метод, предполагающий долговременные процессы. Ќапротив, здесь речь идет не о социологическом методе и даже не об отборе социологических проблем как таковых, но о представлени€х об обществе, лежащих в основе применени€ различных методов и типов отбора проблем, Ч т.е. о представлени€х о фигураци€х людей. —казанное здесь вовсе не исключает возможности социологического исследовани€ кратковременных общественных состо€ний. “акой тип отбора проблем €вл€етс€ целиком и полностью законным, даже неизбежным дл€ социологического исследовани€. ћы выступаем здесь против определенного типа теоретизировани€, которое часто (хот€ и без вс€кой необходимости) ув€зываетс€ с эмпирическими социологическими исследовани€ми состо€ний. ¬полне возможно проводить эмпирическое исследование таких состо€ний, использу€ в качестве теоретической предпосылки модель социальных изменений, процессов, того или иного типа развити€. Ќедостатком дискуссий по поводу Ђсоциальной статикиї и Ђсоциальной динамикиї €вл€етс€ то, что в них нет четкого различи€ между эмпирическим исследованием кратковременных социологических проблем и соответствующих им методов, с одной стороны, и теоретической моделью, из которой мы Ч €вно или не€вно Ч исходим при постановке проблем и представлении результатов исследовани€, с другой стороны. Ёто хорошо видно по тому, как ћертон в указанном выше сочинении употребл€ет пон€ти€ Ђстатикаї и Ђдинамикаї: заметно отсутствие четкой дифференциации пон€тий, когда он говорит о том, что в рамках социологической функциональной теории разрыв между статикой и динамикой можно преодолеть за счет того, что смещени€, напр€жени€ и противоречи€ понимаютс€ как Ђдисфункциональныеї дл€ ныне существующей социальной системы и одновременно как Ђинструментальныеї с точки зрени€ изменени€.

5 “енденци€ к сплоченности, характерна€ дл€ европейских наций, может получить немалую поддержку благодар€ уплотнению и удлинению цепей взаимозависимости Ч в первую очередь экономических и военных. ќднако то обсто€тельство, что традиционное национальное самопонимание европейских стран было поколеблено, создает предпосылки к тому, чтобы они вопреки нациоцентричной традиции Ч пусть медленно и не очень решительно Ч зан€ли свое место в реальном процессе развити€, идущего в направлении все большей функциональной взаимозависимости. “рудность заключаетс€ как раз в том, что социализаци€ детей и взрослых остаетс€ нациоцентричной. Ёмоционально население европейских стран ставит на первое место свою нацию, тогда как более широка€ наднациональна€ формаци€, котора€ находитс€ в становлении, воспринимаетс€ поначалу как нечто Ђрациональноеї, но само по себе лишенное аффективной значимости.

6 Ёто отличие заслуживает более детального сравнительного исследовани€, но в общих чертах его можно разъ€снить в нескольких словах. ќно св€зано с различной ценностной ориентацией, свойственной доиндустриальным властвующим элитам, котора€ взаимодействует с ценностной ориентацией новых промышленных слоев и их представителей, приход€щих к власти.

¬ таких странах, как √ермани€ (и в некоторых других европейских странах), можно наблюдать тип буржуазного консерватизма, во многом определ€емый системой ценностей доиндустриальных династических, аграрных и военных элит. Ёта система ценностей задает четко выраженную низкую оценку Ђторгашестваї (как это именовалось в √ермании), т.е. торговли и промышленности, при недвусмысленно высокой ценности государства, Ђобщественного целогої, противопоставл€емого одиночке, Ђиндивидуї. “ам, где подобные ценности сохран€ют свою роль в консервативных взгл€дах промышленных слоев, €вно прослеживаетс€ антилиберальна€ тенденци€. — точки зрени€ этой традиции, в негативном свете часто предстают первенство отдельной личности, индивидуальна€ инициатива и относительно низка€ оценка Ђобщественного целогої, свойственные миру бизнеса, апеллирующему к принципам свободной конкуренции.

¬ тех странах, где доиндустриальные аграрные элиты в своей практической жизни Ч и в своих ценностных ориентаци€х Ч не так глубоко и решительно устран€лись от коммерческих операций и от всех тех, кто жил за счет таких операций, где власть кн€зей и придворного общества была ограниченной (как в јнглии) либо вообще отсутствовала (как в јмерике), там консерватизм поднимающихс€ групп буржуазии имел иные черты. ќн вполне сочеталс€ Ч хот€ бы внешне Ч с идеалами свободной конкуренции и невмешательства государства, со свободой индивидов, т.е. со специфически либеральными ценност€ми. ќ некоторых трудност€х, возникающих в рамках этого либерально-консервативного национализма в св€зи с равно высокой оценкой индивида и нации (и кажущейс€ непроблематичности отношений между этими ценност€ми) при сохранении в качестве высшей ценности Ђобщественного целогої, нам еще придетс€ говорить ниже.

7 «амена одной идеологии, устремленной в будущее, на другую, ориентированную на насто€щее, нередко скрываетс€ с помощью разного рода мелких уловок. »х можно считать образцовыми примерами искусного созидани€ идеологий. Ёто представл€ет интерес дл€ всех социологов, зан€тых исследованием идеологий. ќриентаци€ различных нациоцентричных идеологий на то, что есть, на неизменно сущее, воспринимаемое в качестве высшего идеала, часто ведет к тому, что носители такой системы ценностей (в особенности представл€ющие консервативно-либеральные оттенки, но не только они) попросту объ€вл€ют свои воззрени€ констатацией фактов, свободной от вс€кой идеологии.

¬ таких теори€х в содержание пон€ти€ Ђидеологи€ї включаютс€ лишь те ее типы, которые нацелены на изменение сущего, в первую очередь Ч на внутригосударственные изменени€. ѕримером такой маскировки собственной идеологии может служить хорошо известна€ доктрина Ђреальной политикиї в √ермании. »сходным пунктом дл€ всех ее аргументов €вл€етс€ иде€ (признаваема€ за отражение реальности), согласно которой кажда€ наци€ в международной политике использует всю свою мощь ради обеспечени€ национальных интересов, причем без вс€ких оговорок и ограничений. Ёта мнима€ констатаци€ фактов служила оправданием вполне определенного национального идеала Ч идеала макиавеллизма в новом оде€нии. ƒл€ последнего национальна€ политика в сфере международных отношений осуществл€етс€ без вс€кой огл€дки на других и преследует только собственные национальные интересы. “акой Ђреально-политическийї идеал нельз€ признать реалистичным уже потому, что вс€ка€ наци€ зависит от других.

¬ последнее врем€ сходные идеи Ч выраженные, правда, в умеренной форме, соответствующей американской традиции, Ч можно найти в книге ƒаниела Ѕелла, имеющей характерное название Ђ онец идеологииї. Ѕелл также исходит из того, что организованные группы ведут борьбу за власть, преследу€ исключительно собственные выгоды. »з этого факта он затем выводит Ч аналогично представител€м немецкой Ђреальной политикиї,Ч что политик должен, игнориру€ вс€кую этику, стремитьс€ к реализации властных интересов в борьбе со всеми прочими группами. ѕри этом Ѕелл претендует на то, что его программа не €вл€етс€ политическим вероисповеданием и не носит характер заранее прин€той системы ценностей, а тем самым не €вл€етс€ идеологией. ќн пытаетс€ ограничить пон€тие идеологии теми политическими веровани€ми, которые направлены на изменение существующего. ќн забывает о том, что сущее может рассматриватьс€ не только как факт, но также как эмоционально насыщенна€ ценность, как идеал, как нечто должное. Ѕелл не проводит различи€ между научным исследованием сущего и его идеологической защитой, где сущее выступает как воплощение идеала, надел€емого высокой ценностью. ќчевидно то, что идеалом дл€ Ѕелла €вл€етс€ состо€ние неизменности, коему он приписывает фактический характер. ЂDemocracy is not only or even primarily a means through which different groups can attain their ends or seek a good society; it is the good society itself in operationї (Ђƒемократи€ €вл€етс€ не только и не столько средством достижени€ определенными группами своих целей или поиска лучшего общества; это Ч само лучшее общество в своей действительностиї. Ч ј.–.),Ч как пишет другой американский социолог, —еймур ћартин Ћипсет (Lipset S.M. Political Man. N.Y., 1960. P. 403.). ѕозже Ћипсет несколько изменил это высказывание. Ќо оно, как и многие другие тезисы ведущих американских социологов, дает представление о том, насколько мало даже самые умные из них могут сопротивл€тьс€ чрезвычайно сильному давлению со стороны прин€того в их собственном обществе конформизма, лишающего их способности критического воспри€ти€. ѕока нациоцентричные ценности и идеалы в такой степени господствуют над теоретическим мышлением ведущих американских социологов, пока они сами не задумываютс€ над тем, что социологи€ должна быть такой же независимой от национальной системы воззрений, как физика, доминирующее вли€ние этих теорий представл€ет немалую опасность дл€ развити€ социологии во всем мире.  ак мы видим, Ђконца идеологииї среди социологов не предвидитс€.

“о же самое можно было бы сказать относительно русской социологии, имей она столь же заметное вли€ние. Ќасколько мне известно, хот€ в ———– растет число эмпирических социологических исследований, теоретическа€ социологи€ там развити€ не получила. Ёто вполне пон€тно, поскольку данное место зан€то в –оссии даже не столько ћарксом и Ёнгельсом, сколько доведенным до уровн€ системы верований зданием марксизма. ѕодобно господствующим в јмерике теори€м общества, это русское строение также €вл€етс€ нациоцентричным. «десь также не предвидитс€ конца идеологии в социологической теории. Ќо это не €вл€етс€ основанием дл€ того, чтобы оставить попытки прекратить посто€нный самообман, при котором все новые и новые недолговечные общественные идеалы р€д€тс€ в одежды прит€зающих на вечность социологических теорий.

8 Parsons “. Societies, Evolutionary and Comparative Perspectives. Englewood Cliffs, 1966. P. 20: ЂThis process occurs inside that Ђblack boxї, the personality of the actorї (ЂЁтот процесс происходит внутри данного Ђчерного €щикаї, личности действующегої. Ч ј.–.).

9 Ryle G. The Concept of Mind. L., 1949.

ѕредисловие к первому изданию

¬ центре данного исследовани€ наход€тс€ те разновидности поведени€, которые считаютс€ типичными дл€ цивилизованного западного человека. ѕри их изучении возникают сравнительно простые вопросы. Ћюдей «апада далеко не всегда отличало поведение, называемое сегодн€ типичным и даже провозглашаемое отличительным признаком Ђцивилизованногої человека. ≈сли бы кто-нибудь из современных, по-западному цивилизованных людей смог непосредственно перенестись в прошлое своего собственного общества, скажем, в средневеково-феодальный период, то он обнаружил бы многое из того, что сегодн€ характерно дл€ других обществ и что прин€то расценивать как Ђнецивилизованноеї. ≈го ощущени€ вр€д ли сильно отличались бы от тех, что он испытывает при столкновении с формами поведени€ людей феодальных обществ, наход€щихс€ за пределами западного мира. ¬ зависимости от своего положени€ и склонностей он мог бы скоро ощутить либо прит€гательность дикой, ничем не сдерживаемой, полной приключений жизни высших слоев такого общества, либо отвратительность Ђварварскихї обычаев, грубости и нечистоплотности, с коими он там встретитс€. » что бы он ни имел в виду, говор€ о собственной Ђцивилизованностиї, во вс€ком случае он почувствует, что в этот, уже ушедший в прошлое, период истории «апада общество нельз€ признать Ђцивилизованнымї в том же смысле и в той же мере, что и западное общество наших дней.

ћногим современным люд€м это кажетс€ очевидным фактом, а потому разговор на данную тему может показатьс€ излишним. Ќо из данного факта проистекает вопрос, который, хот€ и имеет немалое значение дл€ понимани€ нас самих, далеко не так €сен и очевиден дл€ ныне живущих поколений людей.  ак, собственно говор€, происходило это изменение, как продвигалась Ђцивилизаци€ї на «ападе? ¬ чем она заключалась?  аковы ее мотивы, причины, движущие силы?

“аковы главные вопросы, решению которых должна способствовать данна€ работа.

„тобы подойти к их пониманию, нам показалось необходимым Ч в качестве введени€ к самой постановке вопроса Ч разобратьс€ в различных значени€х и оценках, возникающих при употреблении пон€ти€ Ђцивилизаци€ї в √ермании и во ‘ранции. Ётому посв€щена перва€ часть книги. –азобратьс€ в проблеме будет легче, если несколько см€гчить и лишить характера самоочевидности противопоставление Ђкультурыї и Ђцивилизацииї. Ёто пусть в малой мере, но сможет содействовать тому, чтобы у немцев возникло лучшее историческое понимание французов и англичан, а у тех Ч поведени€ немцев.  роме того, в конечном счете такой подход послужит про€снению неких типичных фигур цивилизационного процесса.

„тобы ближе подойти к главным вопросам, нам понадобитс€ €сна€ картина того, как начина€ со —редневековь€ постепенно мен€лись поведение и аффекты людей «апада. Ќа решение этой задачи нацелена втора€ часть. ¬ ней мы стремимс€ самым простым и очевидным образом прийти к пониманию психических процессов, свойственных цивилизационному развитию. ѕри нынешнем состо€нии исторического мышлени€ может показатьс€ слишком смелой или даже сомнительной мысль о психическом процессе, раст€нувшемс€ на многие поколени€ людей. Ќо там, где речь идет об изменени€х психического habitus'a, наблюдаемых на прот€жении западной истории и характеризуемых определенным пор€дком и однонаправленностью, мы не можем полагатьс€ на чисто теоретическое или спекул€тивное решение; только проверка с помощью исторического опытного материала способна показать истинность или ложность наших предположений. ѕоэтому в предисловии, до того, как мы познакомились с этим нагл€дным материалом, невозможно рассказать о строении работы и главных мысл€х, в ней представленных. ќни сами обретали устойчивую форму лишь постепенно, по ходу наблюдени€ исторических фактов, при непрестанном контроле над гипотезами, которые пересматривались при по€влении новых данных. “ак что и кажда€ отдельна€ часть этой работы, и ее строение, и метод станов€тс€ пон€тными лишь когда видишь всю книгу в целом. ѕока же, чтобы облегчить такое понимание, мы только укажем читателю на несколько проблем.





ѕоделитьс€ с друзь€ми:


ƒата добавлени€: 2015-05-06; ћы поможем в написании ваших работ!; просмотров: 771 | Ќарушение авторских прав


ѕоиск на сайте:

Ћучшие изречени€:

„еловек, которым вам суждено стать Ц это только тот человек, которым вы сами решите стать. © –альф ”олдо Ёмерсон
==> читать все изречени€...

2081 - | 1932 -


© 2015-2024 lektsii.org -  онтакты - ѕоследнее добавление

√ен: 0.03 с.