Возраст и развитие способности к психологической интерпретации невербального поведения

В отечественной и зарубежной психологии фак­тически отсутствуют исследования, в которых был бы проведен сравнительный анализ развития способности к психологической интерпретации невербального пове­дения с точки зрения сензитивных периодов становле­ния личности как субъекта общения, исследования, охватывающие длительный период жизни человека, периоды его максимальной активности в сфере обще­ния. Возрастная социальная психология практически не касается этой проблемы, несмотря на то, что вопрос о развитии социального интеллекта, социальной компе­тентности, социальных способностей все больше и больше волнует психологов, практикующих в различ­ных областях. Особенности функционирования соци­альных способностей личности на разных этапах ее жизнедеятельности — это проблема, решение которой помогло бы объяснить многие трудности, которые воз­никают у человека на различных этапах его жизнедея­тельности.

Рассматривая эту проблему, мы обратились к анали­зу процессов структурирования способности к психо­логической интерпретации невербального поведения, учитывая те возрастные периоды, которые отмечены в психологической литературе как периоды кризисов, личностных изменений, коррекции жизнедеятельности. В исследовании приняли участие 95 человек в возрасте от 14 до 20 лет — 45 мужчин и 50 женщин и 100 чело­век в возрасте от 25 до 40 лет — 70 мужчин и 30 жен­щин. С целью диагностики способности к психологи­ческой интерпретации невербального поведения была использована разработанная нами методика (см. прило­жение 2).

Результаты проведенного исследования (см. табл. 26) свидетельствуют, что тенденция повышения уровня развития изучаемой способности носит устойчивый характер. Если в подростковом возрасте (14—15 лет) всего 22% испытуемых обнаружили высокий и выше среднего уровень развития способности, то к 16—17 го­дам их количество увеличивается более чем в 2,5 раза — 61%, а в старшем юношеском возрасте статистичес­ки значимо (при р < 0,01) увеличивается количество тех, у которых уровень развития способности выше сред­него в сравнении с первой группой, в старшем — с высоким уровнем развития способности к психологи­ческой интерпретации невербального поведения по сравнению с первой и второй группами (см. табл. 26).

Таблица 26

Возрастные изменения уровня развития способности к психологической интерпретации невербального поведения (%)

Наиболее заметные изменения наблюдаются в воз­расте 16—17 лет, о чем свидетельствует резкое умень­шение испытуемых, имеющих ниже среднего уровень развития способности. В возрасте 25—30 лет намечает­ся несколько иная тенденция в развитии способности. Она заключается в том, что точность восприятия пада­ет. Подавляющее количество испытуемых этого возра­ста имеют средний уровень развития способности к психологической интерпретации невербального поведе­ния. В последующих возрастах процент испытуемых, обладающих уровнем развития способности выше сред­него статистически значимо увеличивается.

В предыдущих исследованиях мы отмечали сужение «поля» психологических значений, уменьшение его дифференцированности, увеличение индивидуальных вариаций в интерпретации одних и тех же изображе­ний невербального поведения у взрослых людей. Этим можно, на наш взгляд, объяснить «спад» в развитии способности к психологической интерпретации невер­бального поведения. Содержание понятия становится у части испытуемых более индивидуализированным, оно не укладывается в статистические рамки адекватности, поэтому они получают более низкие баллы, которые соответствуют среднему уровню развития способнос­ти к психологической интерпретации невербального поведения. У другой части испытуемых сохраняется «типичный» взгляд на невербальное поведение. Они получают более высокие оценки за решение предло­женных задач. Происходит как бы поляризация в раз­витии способности: тенденция к индивидуализации содержания понятия и сохранение типичного в невер­бальном поведении. С этой точки зрения нарастание уровня развития способности у испытуемых подрост-кового и юношеского возрастов происходит за счет овладения типичным психологическим содержанием невербального поведения, а у взрослых людей за счет сочетания типичного и индивидуального в его интер­претации

В соответствии с нашим представлением о структу­ре данной способности обратимся к рассмотрению уровня развития ее составляющих, используя для это­го показатели успешности решения каждой социально-перцептивной задачи. В табл. 27 представлено соотно­шение испытуемых, имеющих высокую и выше среднего успешность решения задач различного вида. Из результатов следует, что во всех возрастах адекват­ность интерпретации позы ниже, чем мимики. Эту особенность можно объяснить исходя из следующих I фактов. Мимика и позы отличаются по своим диаг­ностическим и коммуникативным возможностям. Изве­стный приоритет мимики в усвоении невербального ре­пертуара сказывается на более раннем овладении ее ■ типичными психологическими значениями. В дальней­шем такого рода семантизация не всегда бывает адек­ватна контексту общения. Субъект познания начинает искать индивидуальные значения мимики, поз, что и приводит к снижению уровня развития способности к точному восприятию поз и мимики.

Таблица27

Возрастные изменения успешности решения социально-перцептивных задач (%)

Далее эти элементы, составляющие невербальное поведение человека, отличаются друг от друга по степе­ни целостности. Позы оформляют, завершают картину невербального поведения. Для определения их сущнос­ти необходимо субъекту познания проанализировать различные движения, входящие в ее структуру. Этим объясняется более низкий уровень развития способно­сти к психологической интерпретации и семантизации целостного невербального поведения (позы) по сравне­нию с уровнем развития способности к психологичес­кой интерпретации его элементов (мимики).

Третья задача направлена на диагностику способно­сти адекватно определять отношения и взаимоотноше­ния на основе невербального поведения диады и груп­пы. Она решается подростками менее успешно, чем предыдущие 2 (различия значимы р < 0,01). Такой же уровень успешности решения этой задачи демонстри­руют испытуемые в возрасте от 36—40 лет. Для них яв­ляется характерным видеть за невербальным поведени­ем диады, группы статусно-ролевые особенности изображенных людей. Взрослые испытуемые значи­тельно меньше уделяют внимания качественным харак­теристикам отношений, состояний общающихся людей. Они ограничиваются в интерпретации невербального поведения установлением соподчиненности между ними. Проделав такой анализ, взрослые участники эк­сперимента переходят к определению состояний, ка­честв личности, но в рамках функционально-ролевых характеристик ими же установленных.

Данная техника анализа группового невербального поведения приводит, в конечном итоге, к снижению точности его понимания. Юноши — участники экспе­римента стремятся, как правило, к психологическому анализу невербального поведения и на его основе вы­деляют типы взаимоотношений изображенных людей, их функционально-ролевые характеристики. Отсут­ствие у них ярко выраженной тенденции типизировать

людей на основе их социально-психологического стату­са способствует более адекватному анализу невербаль­ного поведения диады и группы, что соответствует вы­сокому или выше среднего уровню развития данной способности. Более успешно по сравнению с предыду­щими задачами подростки и юноши решают четвертую. Результаты ее решения позволяют заключить, что у них достаточно развита способность к установлению пси­хологических связей между отдельными элементами и целостными формами невербального поведения. Ус­пешность их психологической интерпретации выше в этих возрастах в случае, если вербальные способы на­ходятся ближе к практике непосредственного общения (сравнение, классификация, моторное подражание и т. п.). Та же особенность наблюдается и у взрослых уча­стников эксперимента.

Характерным для подростков является более успеш­ное решение пятой задачи по сравнению с шестой (раз­личия значимы при р<0,01). У подростков более разви­та способность использовать мимику как средство создания эмоционально-отрицательных отношений, чем с ее помощью регулировать отношения в эмоциональ­но-положительную сторону. Эти результаты дают осно­вание считать, что успешная идентификация мимики другого человека еще не обеспечивает овладения ею как средством регуляции. Таким образом, способность к адекватному восприятию и оценке невербального по­ведения в подростковом возрасте развита выше, чем способность к адекватному использованию его как средства регуляции отношений в общении.

Что же происходит с развитием этой способности в последующих возрастах? Прежде всего существенной особенностью, отличающей 16—17-летних школьников от подростков, является значимое повышение успешно­сти решения всех типов задач. В младшем юношеском возрасте увеличиваются как показатели адекватности идентификации состояний, качеств личности и отношений, так и показатели, свидетельствующие о владении невербальным поведением как средством регуляции. Особого внимания заслуживают результаты выполне­ния третьего задания. Они показывают, что в младшем юношеском возрасте происходит скачок в развитии способности к психологической интерпретации группо­вого невербального поведения.

Для юношей 19—20 лет является характерным более успешное по сравнению с предыдущими возрастными группами решение задач, в которых требуется с помо­щью невербального поведения регулировать отношения между общающимися. В группах взрослых участников эксперимента наблюдается резкое снижение успешно­сти решения задач на регуляцию отношений с помо­щью невербального поведения. Качественный анализ данных показывает, что испытуемые этих возрастов не столько соотносят выбранное мимическое выражение с ситуацией общения, сколько с тем, как бы они отре­агировали на невербальном уровне в той же самой си­туации. Исходя из такой тактики с целью создания эмоционально-отрицательных отношений, они выбира­ют радостные, внимательные лица, считая, что такая мимика спровоцирует конфликт еще в большей степе­ни, чем откровенное презрение или гнев. В ситуации налаживания конфликтных отношений (6-я задача) взрослые испытуемые действуют по той же схеме. Вы­бирают мимические выражения нейтральные по свое­му значению. Все вместе приводит к тому, что они по­лучают более низкие оценки за решение 5-й и 6-й задачи, чем подростки и юноши.

Соотношение между уровнями развития способно­стей, образующих структуру, указывает на то, что в подростковом возрасте четко выделяются два блока способностей, отличающихся по уровню развития (при р < 0,01) В первый блок входят: способности опреде­лять действия, состояния, качества личности на основе мимики, способность к установлению психологических связей между различными элементами невербального поведения и способность к адекватному использованию мимики как средства создания эмоционально-отрица­тельных отношений, выступающих моментом регуля­ции общения. Второй блок образуют: способность к психологической интерпретации невербального поведе­ния диады и группы; способность определять качества и отношения человека на основе позы и способность к адекватному использованию мимики как средства ре­гуляции.

Отличаются эти блоки по формам невербального поведения (индивидуальное или групповое, или целос­тное), по его содержанию, по эмоциональному знаку регуляции отношений, с помощью невербального пове­дения. Из этого, на наш взгляд, следует, что развитие способности к идентификации невербального поведе­ния и к использованию его как средства регуляции осу­ществляется одновременно. Вместе с тем диапазон со­вместного проявления способностей к идентификации и регуляции психологических характеристик с помо­щью невербального поведения весьма ограничен. С одной стороны, он опосредован формами невербально­го поведения, спецификой его содержания, модальнос­тью взаимоотношений, с другой — определен конкрет­ной практикой общения подростков. Последнее подтверждается тем, что в ситуациях статусно-ролево­го взаимодействия, в которых открытое вербальное поведение ограничено нормами общения, используют­ся невербальные каналы в качестве регуляторов отно­шений. Конкретная практика общения подростка со взрослыми перенасыщена запретами, что способству­ет, на наш взгляд, более быстрому овладению невер­бальным поведением как средством создания эмоцио­нально-отрицательных отношений. Такая практика общения закрепляется и приводит к тому, что в более зрелых возрастах наблюдается та же особенность: успешная регуляция отношений в эмоционально-отри­цательную сторону с помощью невербального поведе­ния.

Структура способностей в юношеском возрасте бо­лее сбалансирована, различия между выделенными бло­ками сглаживаются. На высоком уровне функциониру­ют как способность к идентификации индивидуального и группового невербального поведения, так и способ­ность регулировать отношения с помощью средств не­вербального поведения. Структура по уровню функци­онирования представляет единое целое.

В возрастных группах от 25 до 40 лет наблюдается та же особенность в функционировании способностей к психологической интерпретации невербального пове­дения Они сбалансированы. Вместе с тем уровень их развития понижается за счет тех факторов, которые были названы выше.

Таким образом, на всех этапах становления личнос­ти как субъекта общения наблюдаются различные тен­денции в развитии способности к психологической интерпретации невербального поведения. Сужение круга общения, преобладание деловых, статусно-роле­вых отношений у взрослых людей, накопление ими опыта индивидуального видения невербального поведе­ния в рамках этих видов взаимодействия приводит к ограничениям в развитии способности к психологичес­кой интерпретации невербального поведения. Дальней­шее развитие способности, повышение уровня ее фун­кционирования возможно, если создать условия, при которых бы изменялись представления взрослых людей о типах взаимодействия и способах их выражения на невербальном уровне. В качестве ситуации, которая мог­ла бы оказать влияние на развитие способности к пси­хологической интерпретации невербального поведения, может выступать социально-психологический тренинг.