Какое тонкое понимание монашества! Какое глубокое восприятие! Только так можно стать монахом. Положим, пришедший послушник передает игумену свое имущество, но при этом просит оставить у себя некоторую сумму, потому что дал обет купить золотой крест Тиносской иконе Божией Матери и хочет поклониться могиле приснопамятного старца Филофея Зервакоса.
Ответ игумена должен быть таким: «Дорогой мой, иди исполни все свои обеты, потому что сейчас ты связан, или найди какого-нибудь духовника, который освободит тебя от них, и только после этого приходи в монастырь». Когда ты посвящаешь себя Христу, то уже не можешь мыслить и действовать по-мирски. Если ты, будучи мирянином, хотел принести дар Божией Матери или подавал милостыню нищим, это хорошо и похвально. Но теперь, когда ты пришел в монастырь, ты уже не можешь об этом думать. Это для тебя скверна, грех, внушение демона. В монастыре не должно быть мирского представления о милостыне. Здесь милостыня духовная, здесь ты раздаешь свою любовь, приносишь в жертву свою волю, свое сердце, свое время, свои права, свое мнение. Вот что значит милостыня в монастыре. Так что сначала пойди исполни все свои обязательства, а потом приходи в монастырь.
«Если принес что-либо братьям». Послушник, приезжая в монастырь погостить, мог сблизиться с какими- то братьями. Теперь он решает остаться в монастыре и привозит им подарки. Например, он увидел, что у братьев в иконописной мастерской нет хороших кистей, и пообещал привезти им английские кисти. Он привозит их с собой и дарит им. В этом случае игумен должен сказать ему, чтобы он отправлялся домой и приезжал снова через год, потому что пока еще он живет мирским духом. Послушник должен быть совершенно свободен внутренне, должен понять, что подарки, по слову Священного Писания, ослепляют глаза и потому дарить их монахам непозволительно. Конечно, в первую очередь, согрешил принявший подарок: он не отказался от него, не запретил послушнику словами «отойди от меня», чтобы тот осознал свой грех и духовно повзрослел. Тем не менее послушника пока не следует принимать в монастырь.
Кроме того, подарки приводят к появлению особых, личных отношений между братьями. Но лучше тебе стать бесноватым, чем завести в монастыре близкую дружбу с каким-либо братом. Или дари подарки всем, или никому. Ты не имеешь права лишать брата его духовного девства, а особая дружба растлевает его. В монастыре мы живем не как индивидуумы, но как единое тело, тело Христово. Монастырь — это священное собрание Святой Церкви. Нельзя пренебрегать основами, на которых зиждется монастырь. И если монахи дали тебе для этого повод, приняв твой подарок, то это вдвойне плохо. Они погубят тебя, если дозволят тебе и дальше жить так.
Итак, мы принимаем пожертвование, только когда оно кристально чисто. Мы можем принять приношение послушника, если он не имеет никаких притязаний на него и совершенно о нем не заботится.
Если через три дня он захочет уйти из-за каких-то разногласий... (25)
Приходит человек в монастырь, чтобы стать монахом. На следующий день он говорит игумену: «Я думал, что братья святые, но один из них сказал мне неправду, другой ответил мне грубо, третий на моих глазах сорвал с дерева яблоко, — выходит, он чревоугодник. И это монастырь?» Одним словом, послушник не может принять житейской прозы. Такого лучше отправить из монастыря, если только речь не идет о каком-то совсем бесхитростном создании, которое недавно увидело свет и думает, что кругом одни ангелы и нигде не может быть ошибок. Но если бы все было так прекрасно и мы все были такими хорошими, то со стороны Бога было бы жестокостью оставлять нас в этой жизни. Он забрал бы нас в рай, чтобы мы жили вместе с архангелами, ангелами и святыми небесной Церкви. То, что Он все еще держит нас в этой жизни, означает, что мы несовершенны, грешны, подвержены страстям и немощам, не достигли назначенной нам меры.
Если послушник это понимает, но все равно хочет уйти, мы не только позволим, но и посоветуем ему поступить так. Он не сможет жить в монастыре, потому что не способен понять, что самый большой гордец и грешник — это он сам. И если он называет себя грешником, то этим еще более доказывает, что он эгоист.
Если он уйдет, отдадим ли мы ему принесенное им в монастырь? Мы-το отдадим. Но каково мнение святого Макария и как на это смотрит Церковь?
