Он мой друг, — сказал Ричард. — А дружбы с предводителем гиенолаков у меня нет.
— Но Рафаэль не в друзьях ни у Жан-Клода, ни у Аниты. Там только бизнес. А Ашер — их любовник, его подвластный зверь теперь — гиена, а потому гиены начинают в ваших планах играть большую роль, чем мы.
Крысы — наши союзники и друзья, — сказала я, — и не хочу обижать гиен, но крысы куда как лучше охранники, чем гиены.
Клодия кивнула:
За несколькими исключениями все гиены — любители, а Рафаэль любителей не принимает.
Вы, крысы, для нас очень важны, Клодия. Какого ж черта у Рафаэля возникла идея, что его променяют на Нарцисса?
Она пожала этими мускулистыми плечами — насколько эти мускулы позволяли пожать.
Он хочет более тесной связи с Жан-Клодом. Больше я ничего не знаю.
Я посмотрела на Жан-Клода и на Ричарда:
Но я же не обязана?
Нет, ma petite, никоим образом. Но он должен услышать разумную причину отказа, а с тем, что этого делать не следует, я согласен. Другие виды оборотней восприняли бы не очень хорошо, если бы чей-то предводитель стал твоим pomme de sang.
Другие виды оборотней и без того ревнуют Аниту к ее связям с леопардами и волками, — сказал Самсон.
Обойдя нас, он положил себе еды на тарелку и занял кресло у камина. Я даже как-то забыла, что он тут: Самсон, когда хочет, умеет сливаться с фоном. Это не магия, а всего лишь такт.
В смысле? — спросила я. — Это же наши подвластные звери. И с ними нам полагается иметь более тесные связи.
Верно, но ты, Анита, носитель штамма льва и еще как минимум одного штамма ликантропии. В сообществе некоторые считают, будто знают, почему врачи не могут определить этот четвертый штамм.
Он так аппетитно откусил кусок круассана, что мне вдруг есть захотелось. При всех этих событиях у меня желудок забурчал и напомнил мне, что есть и другие виды голода, не только ardeur.
И какая же у них теория?
Я подошла к столу и стала накладывать себе еду с белого фарфорового блюда. Да, мы каждое утро закупали готовую еду, но видит бог — ели на настоящих тарелках и настоящими приборами. Не серебряными, конечно — золочеными, чтобы не было проблем у тех, кто ими пользуется, потому что серебро может вызвать у ликантропа ожог. Не волдырь, а зуд и боль.
Химера напал на тебя в облике льва, что объясняет львиную ликантропию, но еще он был и универсалом. Кто-то выдвигал гипотезу, что ты можешь приобретать новые виды ликантропии до тех пор, пока не перекинешься в первый раз?
Такая теория обсуждалась, — сказала я.
В сообществе оборотней некоторые хотели бы, чтобы ты попыталась принять как можно больше зверей перед первой переменой, и тогда у них будет с Жан-Клодом более тесная связь.
Я посмотрела на Клодию:
Это правда? Такое предлагалось?
Разговоры ходили.
Так этого и хочет Рафаэль на самом деле? То есть он заранее знает, что мы с Ричардом не захотим допускать его в мою постель, и это — тактический ход? Он предлагает секс, я отказываюсь, и тогда он делает контрпредложение… какое? Попытаться передать мне крысиную ликантропию?
Я не очень знаю, что он собирается сказать, — ответила она.
Я посмотрела на Самсона:
Откуда ты это знаешь?
Я вырос, можно сказать, при королевском дворе, Анита. А там от информации жизнь и смерть зависит.
Я заметил у Самсона почти невероятное умение располагать к откровенности, — сказал Жан-Клод.
Ты подчиняешь собеседника русалочьими фокусами? — спросила я.
Он пожал плечами и откусил еще кусок булки.
Использование фокусов с разумом без разрешения носителя этого разума преследуется по закону, — заметила я.
Закон фактически устанавливает запрет на использование вампирских фокусов, телепатии или колдовства для извлечения информации без позволения носителя. Я ни один из этих трех методов не использую.
Я могла бы создать прецедент, доказав в суде, что использование силы русалки — тоже вид телепатии.
Но я же не читаю мыслей — мне информацию сообщают добровольно. Это уж совсем никак не телепатия. Кстати, здесь у нас не судебное дело, а вопрос о том, как проплыть сквозь камни, выложенные у тебя на пути.
