Сочетание вербального тезиса и визуально передаваемого примера — случай далеко не уникальный для современных СМИ. Кроме того, визуальная часть совсем не всегда подается в форме сложного намека или других способов косвенной передачи смысла, затрудняющих вербализацию примера. Рассмотрим случай, в котором визуально представляемый пример может быть довольно точно передан речевыми формами.
На канале ОРТ в передаче «Человек и закон» (в 2004 г.) был показан сюжет, посвященный операции спецслужб по
пресечению деятельности нелегальных эмигрантов на территории г. Москвы. В сюжете сотрудники спецслужб проверяют одно из общежитий на Скотопрогонной улице и обнаруживают там нелегальные и полулегальные цеха по производству продукции различных типов. В какой-то момент камера показывает крупным планом флаконы с косметической продукцией и на одном из флаконов обнаруживается логотип «МИРРА» в этот момент голос за кадром сообщает: И совсем уж шокирующая находка, на отдельном этаже разместилась парфюмерная фабрика: шампуни, кремы для рук и лица, губные помады, под маркой одной российской известной фирмы. Тут же склад с ингредиентами. По оценке проверяющих, большая часть из них тоже левая, контрабандная. В общем, государство в государстве, за одним только исключением: все это предназначено для продажи на московских рынках и в крупных магазинах.
Фирма «МИРРА», не имея никакого отношения к деятельности нелегальных иммигрантов, подала иск, посчитав, что в сюжете о ней сообщается негативная информация, которая не соответствует действительности. Задача лингвистической экспертизы в данной ситуации заключалась в том, чтобы установить смысловое соотношение между видеоизображением и приведенным текстом «за кадром», а также определить содержание негативной информации, если таковая будет обнаружена, а также форму ее подачи.
Основная проблема в исследовании соотношения между текстом и изображением заключается в том, что если метаязыки для описания семантики текста существуют, то подходы к описанию семантики изображения не разработаны. Понятно, что основой описания семантики изображения должно быть какое-то членение видеоряда на элементарные (или достаточно простые) фрагменты. Общие принципы выделения таких элементарных фрагментов пока не ясны. В рассматриваемом случае общий сюжетный ряд спорного фрагмента передачи был разделен на ряд мини-сюжетов, которые, в свою очередь, разделялись на несколько более дробных видеорядов, связанных общей мини-темой:
• цех по производству одежды;
• мебельный цех;
• цех, где производятся сушилки для полотенец;
• мини-издательство;
• цех по производству пищевой продукции (лаваши, со
усы и пр.)
• цех по производству парфюмерной продукции.
Анализ передачи показал, что текстовый фрагмент иллюстрирует последний мини-сюжет передачи — цех по производству парфюмерной продукции. Видеоряд последнего мини-сюжета состоит из следующих частей:
1. общий план: изображение технических емкостей;
2. крупный план: табличка «Цех парфюмерно-косметической продукции»;
3. скользящая камера: коробки с продукцией, этикетки, на которых прочитывается логотип «МИРРА»;
4. крупный план: этикетка крема-лосьона;
5. скользящая камера: канистры с химическими материалами;
6. наезжающая камера: на одной из канистр крупным планом красный ромб «FLAMABLE LIQUID»;
7. скользящая камера: цех по производству трикотажа.
Заметим, что последний компонент видеоряда — цех по производству трикотажа, будучи частью следующего мини-сюжета, вербально иллюстрируется текстом мини-сюжета о производстве парфюмерной продукции, т.е. видеоряд и «текст за кадром» не совпадают по границам.
Анализируемый текстовый фрагмент и видеоряд мини-сюжета о производстве парфюмерной продукции связаны смысловым отношением комментирования, т.е. «закадровый» текст комментирует, раскрывает суть визуальных изображений. Например, когда камера показывает канистры с химическими материалами, звучит текст Тут же склад с ингредиентами. По оценке проверяющих большая часть из них тоже левая, контрабандная, поясняющий суть происходящего.
Кроме отношения комментирования, анализируемый текст передает также некоторые второстепенные смыслы: оценку (И совсем уж шокирующая находка), информирование (все это предназначено для продажи на московских рынках и в крупных магазинах).
Если рассматривать анализируемый фрагмент текста и связанный с ним видеоряд как единый мини-сюжет о производстве парфюмерной продукции, то он входит как составная часть в последовательность мини-сюжетов о нелегальном про-
изводстве одежды, мебели, пищевой продукции и т.д. Эти мини-сюжеты иллюстрируют одно из основных утверждений передачи «Человек и Закон» или ее тезис, если использовать терминологию теории аргументации: 'Нелегальные иммигранты занимаются в Москве незаконной деятельностью'. В рамках данной смысловой структуры передачи мини-сюжет о производстве парфюмерной продукции оказывается примером такой незаконной деятельности, т.е. между рассматриваемым мини-сюжетом и одним из тезисов передачи «Человек и Закон» 'Нелегальные иммигранты занимаются в Москве незаконной деятельностью' существует отношение экземплификации (приведения примера).
Следует отметить, что отмеченное несовпадение «закадрового текста» и визуального ряда мини-сюжета оказывается дополнительным фактом в пользу интерпретации мини-сюжета о производстве парфюмерной продукции как одного из примеров незаконной деятельности иммигрантов.
Обратимся теперь к содержанию экземплификации в связи с фирмой «МИРРА». В «закадровом тексте» мини-сюжета речь идет о том, что нелегальные иммигранты производили шампуни, кремы для рук и лица, губные помады, под маркой одной российской известной фирмы. Видеоряд мини-сюжета с определенностью указывает на ту фирму, которая имеется в виду диктором: скользящая камера показывает коробки с продукцией, этикетки, на которых легко прочитывается логотип «МИРРА». Соотнесение видеоряда и текста порождает обязательное следствие типа 'нелегальные иммигранты производили парфюмерную продукцию под маркой фирмы МИРРА'. Если это следствие отсутствует, то функция видеоряда с демонстрацией коробок с продукцией фирмы «МИРРА» и соответствующих этикеток оказывается непонятной, а «закадровый текст» и изображение теряют согласованность и связность. Между тем в семиотическом понимании и вербальный текст, и его визуальная составляющая образуют единую смысловую структуру, для которой свойства семантической согласованности и связанности являются обязательными248.
248 См. по этому поводу, напр.: Эко У. Отсутствующая структура. Введение в семиологию. М., 1998; см. также главу 5 настоящей книги.
Следствие 'нелегальные иммигранты производили парфюмерную продукцию под маркой фирмы МИРРА' несет негативную информацию о продукции компании «МИРРА», поскольку в передаче было показано, что качество производимых иммигрантами товаров крайне низко (допускаются нарушения технологии, использование недоброкачественного сырья и т.д.). Ср. также фразу из исследованного текстового фрагмента: Тут же склад с ингредиентами. По оценке проверяющих большая часть из них тоже левая, контрабандная.
Таким образом, следствие 'нелегальные иммигранты производили парфюмерную продукцию под маркой фирмы МИРРА' является обязательным и квалифицируется как скрытое (имплицитное) утверждение.
Приведенный пример с привязкой фирмы «МИРРА» к деятельности незаконных эмигрантов явно не случаен, поскольку в несколько модифицированном варианте он был повторен приблизительно в то же время в программе «Время Московское», посвященной аналогичной проблематике. В передаче раскрывалась деятельность спецслужб по проверке общежития иностранцев на Скотопрогонной улице. Видеоряд спорного фрагмента передачи состоял из следующих частей:
1. крупный план: табличка «Цех парфюмерно-косметической продукции»;
2. крупный план: флакон косметического средства с четко читаемыми надписями «МИРРА», «Зеленый шум»;
3. крупный план: этикетка крема-лосьона с надписями «Пенка для умывания очищает и увлажняет кожу», логотип «МИРРА»;
4. общий вид цеха;
5. коробки с товаров с логотипом «МИРРА».
Текстовый фрагмент отличается от того, который был в передаче «Человек и Закон», голос за кадром говорит: Кстати, фальшивая парфюмерия, косметика и бытовая химия распространялись не только на вьетнамских рынках. Подпольная продукция продавалась в мелких магазинах, с лотков в метро и, по некоторым данным, даже в популярных московских супермаркетах. Иными словами, текст прямо не соотносится с изображением. Слова и словосочетания фальшивая парфюмерия, косметика и бытовая химия, подпольная продукция употреблены в расширительном смысле, они относятся и к тем флаконам и
продукции фирмы «МИРРА», которые предъявляются в видеоряде, и к многим другим образцам подобной продукции. Таким образом, в данном случае следует говорить об обобщенно-референтном употреблении соответствующих существительных. Иными словами, анализируемый текстовый фрагмент является тезисом, а видеоряд дает пример к этому тезису — один из образцов фальшивой парфюмерии и подпольной продукции.
Итак, текстовый фрагмент Кстати, фальшивая парфюмерия, косметика и бытовая химия распространялись не только на вьетнамских рынках. Подпольная продукция продавалась в мелких магазинах, с лотков в метро и, по некоторым данным, даже в популярных московских супермаркетах из передачи «Время Московское» (ТВЦ) представляет собой один из тезисов передачи, а видеоряд дает пример к тезиса — один из образцов фальшивой парфюмерии и подпольной продукции. В видеоряде мини-сюжета данной передачи несколько раз показывается продукция фирмы «МИРРА», а именно во второй, третьей и пятой части видеоряда: крупный план: флакон косметического средства с четко читаемыми надписями «МИРРА», «Зеленый шум»; крупный план: этикетка крема-лосьона с надписями «Пенка для умывания очищает и увлажняет кожу», логотип «МИРРА»; коробки с товаров с логотипом «МИРРА».
Сопоставление текста (тезис) и видеоряда (как примера к тезису) порождает следствие вида 'продукция фирмы МИРРА — пример фальшивой парфюмерии, косметики и бытовой химии, распространяемой на вьетнамских рынках, мелких магазинах, с лотков и в популярных московских супермаркетах'. Данное следствие с очевидностью несет негативную информацию о продукции фирмы МИРРА; на это указывает, например, прилагательное фальшивый. Кроме того, данное следствие является обязательным, иначе смысловая связь между изображением (видеорядом) и текстом разрушается. Обязательное следствие 'продукция фирмы МИРРА — пример фальшивой парфюмерии, косметики и бытовой химии, распространяемой на вьетнамских рынках, мелких магазинах, с лотков и в популярных московских супермаркетах' квалифицируется как скрытое (имплицитное) утверждение.
Разобранный пример можно отнести к случаям антирекламы, которая стала важной частью маркетинговых стратегий продвижения товаров и услуг на российском рынке.
