Осознав эпизод с совращением, Фрейд прекратил искать причину невротических страданий в жизни пациентов и перенес ее поиски в их психическую жизнь. Конечно, критики Фрейда, включая и некоторых психоаналитиков, обвинили его в бесчувственности и иногда даже в жестокости по отношению к проблемам, стоящим перед его пациентами (Н. S. Decker, 1981,1991; R. R. Holt, 1982; М. I. Klein and D. Tribich, 1982). Два случая из практики Фрейда иллюстрируют его новое отношение.
Первым был драматический эпизод, вычеркнутый из официальной публикации переписки Фрейда и В. Флисса (J. Masson, 1984a, 1984b). У Фрейда была пациентка по имени Эмма Экштейн, которая страдала от болей в животе и нарушений менструального цикла. Мы уже знаем, что Фрейд считал мастурбацию патогенной и соглашался с мнением Флисса о том, что мастурбация вызывает проблемы с менструациями. Более того, Флисс говорил, что хирургическое вмешательство на носу может прекратить мастурбацию и, соответственно, проблемы, вызванные ею. Фрейд привез Флисса в Вену, чтобы он прооперировал нос Эммы. Возможно, это была первая операция Флисса; в любом случае, выздоровления после операции не наступило. Эмма Экштейн страдала от болей, кровотечений и гнойных выделений. В конце концов, Фрейд вызвал венского врача, который удалил из носа Эммы примерно полметра марли, оставленной там Флиссом в силу его некомпетентности. В этот момент у Эммы началось кровотечение, она побледнела и чуть не умерла. Фрейд был настолько напуган зрелищем умирающей Эммы Экштейн, что убежал и пришел в себя только благодаря бренди, принесенному женой врача.
Я считаю весьма примечательным то, что Эмма Экштейн осталась на терапии у Фрейда. Она продолжала страдать от болей и иногда от спонтанных, очень сильных носовых кровотечений. Сначала Фрейд признавал, что ее страдания были ошибкой Флисса. Он писал Флиссу: «Итак, мы были к ней несправедливы; она не была ненормальной», но пострадала от промаха Флисса, и, в конечном итоге, самого Фрейда, подвергшего ее некомпетентным манипуляциям Флисса. Однако затем Фрейд вернулся к психологическому истолкованию кровотечений Эммы Экштейн. Примерно год спустя после того, как она чуть не умерла, 4 июня 1896 г., Фрейд писал, что у Эммы продолжаются кровотечения «по ее желанию». Причины ее страданий лежат в ее разуме, а не в поврежденном носе.
Еще более показательным случаем является «Фрагмент анализа случая истерии» (S. Freud, 1905b), описывающий предположительно безуспешное лечение Фрейдом 18-летней женщины, известной под именем Дора (Ида Бауэр). Сразу же после выхода в свет «Толкования сновидений» Иду привел на терапию ее отец, удачливый бизнесмен и бывший пациент Фрейда. Дора страдала от симптомов, которые Фрейд считал невротическими, — в основном, от одышки и кашля. По мере того как день за днем шли терапевтические сеансы (Фрейд встречался со своими пациентами шесть дней в неделю), он обнаружил, что Дора происходит из семьи, запутанные интриги которой украсили бы сегодняшние сериалы. Настоящей причиной, в силу которой отец Доры хотел подвергнуть ее лечению, было желание сделать ее менее несчастной по поводу его любовных отношений с фрау К. Она и ее муж были близкими друзьями Бауэров, семьи регулярно встречались и прово-
Глава 4. Психология бессознательного -|53
дили отпуск вместе; во время отпуска Дора догадалась об интриге отца из-за того, что тот поменял комнаты так, чтобы иметь удобный доступ к фрау К. По мнению Фрейда, мать Доры страдала от «психоза домохозяйки» — навязчивой чистоплотности — и задолго до описываемых событий прекратила все сексуальные сношения со своим мужем. Сильнее всего Дору оскорбляли ухаживания господина К., жена которого прекратила спать с ним и который дважды пытался приставать к Доре, причем первый раз, когда ей было всего 13 лет. Господин К. постарался уединиться с Дорой в своем кабинете, затем неожиданно схватил ее в объятия, прижал к себе и поцеловал. Дора в ужасе убежала, впоследствии стараясь всячески избегать К., но тем не менее была вынуждена лечь с ним в постель два года спустя.
Реакция Фрейда (S. Freud, 1905b) на эту ситуацию была весьма примечательной: «Это была ситуация, способная вызвать отчетливое чувство сексуального возбуждения у четырнадцатилетней девушки [Фрейд неверно подсчитал возраст (Н. S. Decker, 1991, р. 124)], к которой до этого никто не приближался... Поведение этого четырнадцатилетнего ребенка уже было полностью и совершенно истеричным. Я должен без всяких сомнений посчитать истеричным человека, у которого ситуация сексуального возбуждения вызвала, по большей части или исключительно, неприятные чувства». Вместо ощущений в области гениталий, которые наверняка бы возникли у здоровой девушки при подобных обстоятельствах, Дору переполняло «неприятное чувство» отвращения. Особое замешательство у Фрейда вызвало то, что, по его собственному признанию, он «лично знал господина К.» — тот приходил с Дорой и ее отцом в его приемную и «был еще достаточно молод и имел располагающую внешность» (цит. по: P. Gay, 1989, р. 184). На том этапе своей карьеры Фрейд был агрессивным терапевтом и не замедлил использовать против Доры все толкования, какие только смог. Играя сумочкой, она демонстрировала во время терапии свое желание мастурбировать; ее кашель показывал скрытые мысли о фрау К., осуществляющей фелляцию с ее отцом и, следовательно, тайное желание Доры делать то же самое. Неудивительно, что Дора оказалась пациенткой, покинувшей Фрейда. Фрейд приписал провал терапии непроанализированному переносу: Дора перенесла свои сексуальные желания с господина К., которого, по мнению Фрейда, тайно желала, на терапевта, а он этого не заметил. Фрейд ничего не говорил о возможности контрпереноса — с мужчины среднего возраста, не поддерживающего более сексуальных контактов со своей женой, — на Дору, привлекательную юную девушку (Н. S. Decker, 1981,1991).
В случае Доры мы видим, что Фрейд возлагал всю ответственность за истерию на своих пациентов. Дора должна была испытывать сексуальное возбуждение в ответ на внимание со стороны господина К., отвращение, испытанное ею, было симптомом истерии, а не причиной того, что ей не понравился привлекательный господин К. В 1895 г., когда Фрейд все еще верил в теорию совращения, он лечил другую молодую женщину, испытавшую сексуальные посягательства, и писал об «ужасе, охватывающем девственный разум, когда он впервые сталкивается с миром сексуальности» (цит. по: Н. S. Decker, 1991). Суммируя все вышесказанное, можно сказать, что случай Доры был типичным для Фрейда упущением из виду семейной динамики и прочих воздействий на проблемы пациента. Психология бессознательного приписывала бессознательному абсолютное главенство Над психическими болезнями и психическим здоровьем, делая пациентов ответственными за их собственное здоровье.
154 Часть II. Основание психологии
