М. Ф. Андреева — А. М. Горькому о постановке «Блохи»: «… хороший, веселый спектакль без дураков и фокусов, но — пролетарская публика предпочитает “Гамлета” с Мишей Чеховым» (М. Ф. Андреева. М., 1968, с. 367).
27 февраля. Андрей Белый — Р. В. Иванову-Разумнику: «Я еще до постановки видел, с каким благоговением группа артистов с Чеховым готовилась к постановке, и невольно вошел в ритм дум о Гамлете, где-то соучаствовал; я знал, что люди шли на репетиции, как в храм, что каждая деталь вынашивалась из подлинного сердечного горения. […] Приглядываясь к такой сложной, носящей всякие “бездны” душе, как душа Михаила Александровича, я думал, что его жест дать со сцены моральный импульс к правде и свету есть показатель лишь трагедии творчества большого художника. […] Шекспир ли это? По-моему — да! Это Шекспир, взятый сквозь призму нашего огромного времени. […] А что нет “академического” Шекспира, “академического” Гамлета, Гамлета, дореволюционной интеллигенции, что дан Гамлет-герой, революционер духа, — разве это не хорошо? […] Ольга Дмитриевна Форш (тоже “потрясенная” Гамлетом) говорила мне, что на галерке с ней рядом сидели простые женщины (одна из них, кажется, была трамвайной кондукторшей) и плакали; одна из них уже “третий раз” на Гамлете» (Встречи с прошлым. Вып. 4, с 228 – 229).
Февраль. Играет Хлестакова — 4; Гамлета — 6, 12, 20, 27; Мальволио — 8; Фрэзера — 10.
Из «Ракурса к дневнику» Андрея Белого: «Очень поддерживает дружба с Чеховым, у которого бываю; с ним провожу прекрасные вечера; квартира Чехова да квартира К. Н.[63] — больше у меня нет опоры в Москве» (ЦГАЛИ, 53.1.100).
9 марта выступает в Киеве. Играет сцены из «Гамлета», сцену Мармеладова, в инсценированном рассказе А. П. Чехова «Свидание хотя и состоялось, но…» играет Гвоздикова, а также читает его же рассказ «Торжество победителя».
10 марта играет в Киеве Хлестакова.
{492} 11 марта «Известия» сообщают: «МХАТ Второй включил в репертуар будущего года трагедию А. Толстого “Смерть Иоанна Грозного”. В режиссерской работе трагедии примет участие М. А. Чехов».
15 марта присутствует на заседании правления театра. Обсуждается план текущего и начало предстоящего сезона. Решают сразу же после отпуска начать репетиции «Петербурга», премьеру его наметить на 15 октября, гастрольную поездку осенью не предпринимать, отпуск Чехову предоставить с 15 мая по 20 августа (Музей МХАТ, КС, 13883).
30 марта театральная общественность Ленинграда чествует Чехова в Доме Искусств («Красная газ.»).
12 апреля играет Хлестакова в Киеве.
24 апреля присутствует на заседании правления.
Апрель. Играет Гамлета — 3, 7, 15, 23, 30; Фрэзера — 9.
4, 11 и 17 мая присутствует на заседании правления.
29 мая третья годовщина со дня смерти Вахтангова. В статье С. А. Марголина «Вахтангов и Чехов» приведена выдержка из письма Чехова Вахтангову: «Твоя миссия и твое дело — идти к твоей цели, никогда не отвлекаясь ни на какие дела и тем более не отвлекаясь на самозащиту и самооправдание. Это сделают лучше тебя другие. Верь в свою миссию и думай только о ней. Ты необыкновенный человек и делай свое необыкновенное дело. А дела обыкновенные, касающиеся тебя, будем делать за тебя мы. Может быть, я, стремящийся к совершенствованию, буду делать первое дело, первую задачу: совершать — это жить за тебя обыкновенного» («Жизнь искусства», № 22).
Май. Играет Фрэзера — 5, 18; Гамлета — 9, 12, 16; Мальволио — 14.
Лето. Путешествует с женой по Италии, затем едет в Берлин.
28 июля отдыхающий в Карлебаде Немирович-Данченко сообщил в беседе с корреспондентом газеты «Сегодня»: «Второй Художественный театр поставит “Макбета”. Интерес этого спектакля будет заключаться в том, что в нем впервые в качестве режиссера выступит талантливый актер М. Чехов. Он сам выразил желание режиссировать “Макбета” и с большим воодушевлением принимается за эту работу».
Конец августа. Возвращается в Москву.
2 сентября утром застольная репетиция «Гамлета», вечером сценическая.
3 сентября первая после отпуска репетиция «Петербурга». «… Его настолько интересовала работа над всем спектаклем, над основными компонентами постановки, что он, казалось, забывал о своей роли. Его увлекала и заботила композиция будущего спектакля, атмосфера каждой картины, декоративное решение, трактовка многочисленных (даже маленьких) ролей, а своя роль оставалась как бы в тени. Этот интерес к работе над всем спектаклем начался с большого увлечения ритмической прозой. При том огромном значении, которое Чехов придавал ритму всего спектакля, ритмизированный текст привлекал его как первый шаг к внутренней музыкальности спектакля, как один из {493} важных элементов усовершенствования актерской техники, освобождения актера от натурализма. Заражая всех своим увлечением, Чехов торопился передать нам, участникам спектакля, начатки новых приемов игры на сцене» (Громов, с. 137 – 138).
5 сентября спектаклем «Гамлет» МХАТ 2‑й открывает сезон.
10 сентября в «Вечерней Москве» появляется статья Э. Бескина «Театральная погода»: «МХАТ 2‑й туманно обещает заказать современную пьесу. А пока готовится к новому медиумическому сеансу с вызыванием “теней” из старого “Петербурга” Андрея Белого. Эта склонность к “столоверчению”, к болезненному мистицизму и какой-то “инфернальности”, надрывности становится определенно “лицом” МХАТ 2‑го. Начиная с такого толкования “Гамлета” и кончая в прошлом сезоне галлюцинациями “Короля квадратной республики”. Теперь опять — “Петербург”. Для чего? Для кого?»
15 сентября. Из интервью «Рабочей газете» Чехова и Берсенева: «2‑й Художественный театр ставит своей основной задачей создание здорового, сильного театра, отвечающего на все запросы широких масс. Первой новой постановкой этого сезона будет пьеса “Петербург” Андрея Белого. В этом спектакле театр стремится достойным образом показать революцию как великую движущую силу. […] МХАТ 2‑й, стремясь приблизиться к рабочему зрителю, снизил цены на 20 %, Введены абонементы по пониженным ценам. […] Абонементы продаются рабочим организациям с рассрочкой».
18 сентября вместе с актерами МХАТ и МХАТ 2‑го провожает Немировича-Данченко, уезжающего за границу вместе со своей Музыкальной студией.
20 сентября на заседании правления театра занимается распределением ролей в спектаклях «Орестея» Эсхила и «В 1825 году» Венкстерн (Музей МХАТ, КС, 13889).
24 сентября присутствует на заседании правления. Рассматривается смета на сезон 1925/26 г. (ЦГАЛИ, 1990.1.17, л. 16).
27 сентября. Андрей Белый — Р. В. Иванову-Разумнику. «За год предварительной работы на сокращенном тексте-скелете всюду заплаты от “удачнейших” до “неудачнейших”; и этот процесс, очевидно, будет продолжаться до самой постановки: странное Чехово-Белого-Гиацинтово-Чебано-Берсенево-реперткомово и т. д. “детище” уже, конечно, не имеет отношения к основному тексту, а продукт в буквальном смысле слова коллективной работы; что из всего получится — не знаю; я давно уже, махнув рукой на основной текст, бросился вместе со всеми артистами, художниками, режиссерами, музыкантами и реперткомом давить, мять, перекраивать это странное, всеобщее детище, совершенно забыв, что оно мое. […] И еще скажу, что все время писал текст драмы, исходя из бесед с Чеховым; Чехов все же такой талантливый человек во всех отношениях, что, веря в него, я даже не боялся стирания в тексте себя самого; и верю, что целое в ритмах, в умелом направлении стиля игры вынесет Чехов» (Встречи с прошлым. Вып. 4, с. 230 – 231).
{494} Сентябрь. Играет Гамлета — 5, 9, 15, 19, 23, 29; Фрэзера — 27.
22, 25 и 27 октября прогоны «Петербурга».
Октябрь. Играет Гамлета — 2, 8, 17, 20, 27; Фрэзера — 13.
Октябрь 1925 — апрель 1926 Андрей Белый читает у Чехова цикл лекций «История становления самосознающей души» (Андрей Белый, с. 798).
4 и 5 ноября репетиции «Петербурга» и замечания по ним.
5 ноября «Вестник Рабиса» помещает сообщение о том, что Чехов избран депутатом Моссовета.
6, 8, 10 и 12 ноября генеральные репетиции «Петербурга» и замечания по ним.
С 10 ноября по 8 декабря в Москве проходит международный шахматный турнир, который иногда посещает Чехов.
14 ноября премьера «Петербурга». Режиссеры С. Г. Бирман, В. Н. Татаринов, А. И. Чебан; художники — М. В. Либаков и Б. А. Матрунин.
Андрей Белый — Чехову: «Сложилось не то, чего я ждал; но сложилось нечто весьма и весьма меня заинтересовавшее и взволновавшее; то, что “предстало” (“Представление”), оказалось полным значения и смысла; и я как зритель вынес высокохудожественное впечатление; и впечатление “человечное” в самом хорошем и меня утешающем смысле. […] Я вышел сегодня из театра совершенно потрясенный фигурой сенатора; встала передо мною какая-то огромная фигура, которую я узнал, чуть ли [не] по снам […]. В образе сенатора Вы достигаете для меня предельной высоты. Образ сенатора, мной увиденный когда-то в романе, содержится внутри Вашего образа как лишь часть его, лишь одно воплощение его. […] В нем проступают непроизвольно для меня новые, углубляющие его безмерно смыслы» (Встречи с прошлым. Вып. 4, с. 234, 235).
«Давно мы не видали такого мощного размаха актерской стихии, такой вакханалии актерского мастерства! И что самое удивительное, сколько здоровья, полнокровия в развернутой здесь Чеховым “смеховой” гамме — от мягкого юмора через шарж и гротеск к необузданной буффонаде» (В. И. Блюм. — «Известия», 15 ноября).
«Это трагедия формализма и старческого отчаяния. У него грустные глаза и автоматизм движений. Размеренность мысли и тоска по жизни. Сознание своего одиночества и незнание путей к освобождению от него. Автоматизм постепенно стряхивается, и открывается опустошенное и убитое лицо одинокого старика. Его гибель кажется объяснимой, потому что этому человеку некуда податься и его жизнь исчерпана. Сложнейшие черты образа Чехов обнажает с исключительным техническим блеском — появление его на балу, сцена с сардинницей подводят к сатирическому раскрытию человека. Так и в гриме: потухающие глаза, растерянные и напрасно ждущие поддержки, на бледном, почти умершем лице» (П. А. Марков. — «Правда», 21 ноября). «Пожалуй, самым удивительным здесь, как и во многих других образах Чехова, является сочетание театральности, доходящей {495} почти до утрированности, с необыкновенно убедительной правдивостью. Чехова отнюдь нельзя назвать актером-реалистом. Он всегда до крайности, до парадокса обостряет создаваемые им фигуры. Но в этом-то и тайна исключительного таланта, что, обостряя их, он не порывает с жизнью, и его невозможные чудаки не только кажутся совершенно живыми и заставляют забывать о самом актере почти во все моменты сценического действия, но еще к тому же характеризуют собой целые полосы жизни. […] Где-то под сухой механизированной корой этого человека, похожего на выдрессированного орангутанга, тлеют какие-то семейные чувства, зарождаются какие-то неуклюжие идеи; но все это еле‑еле просвечивает через маску человека в футляре, в футляре государственного мужа и влиятельного сановника. Так как Аблеухов есть как бы предельный тип большого петербургского чиновника, то действительно Чехов бросает жуткий свет на все несчастье страны, руководившейся подобными мумиями» (А. В. Луначарский. — «Красная газ.», 21 ноября).
«Игра Чехова — какое-то совершеннейшее мастерство. Конечно, не того Аблеухова, которого написал Белый, играл Чехов. С тем делать нечего, тот символ, полубытие. А у Чехова живой сверкающий гротеск» (В. М. Бескин. — «Жизнь искусства», № 47).
20 ноября «Петербург» смотрит Станиславский.
В. В. Лужский — Вл. И. Немировичу-Данченко: «… даже К. С, которому спектакль не нравится, признает, что у М. А. самый момент начала роли, когда Аблеухов сидит за телефонной трубкой, гениален» (цит. по Летописи К. С, т. 3, с. 500).
Ноябрь. Играет Фрэзера — 1, 29; Калеба — 13; Аблеухова — 14, 17, 20, 26; Гамлета — 24.
26 декабря принимает участие в вечере, посвященном А. П. Чехову, в Политехническом музее.
27 декабря участвует в концерте, который в Колонном зале Дома Союзов устроен месткомом президиума Моссовета Республики. Исполняет рассказы А. П. Чехова (ЦГАЛИ, 837.2.1392).
30 декабря председательствует на совместном заседании правления МХАТ 2‑го и режиссеров театра. Решаются вопросы репертуара. «Постановили: включить в репертуар театра следующие пьесы: “Евграф искатель приключений” Файко, “Похождения сэра Джона Фальстафа” по Шекспиру, “Смерть Иоанна Грозного” А. К. Толстого, “Дон Кихот” по Сервантесу и условно “93‑й год” Глобы» (ЦГАЛИ, 1990.1.17, л. 48).
Декабрь. Играет Аблеухова — 1, 5, 10, 19, 29.
1926
2 января на заседании правления решено заключить с Н. А. Павлович и П. А. Аренским договор на создание пьесы «Дон Кихот» (ЦГАЛИ, 1990.1.17, л. 49).
9 января присутствует на заседании правления; по предложению режиссеров Сушкевича и Бирман утверждается распределение {496} ролей в пьесе «Евграф — искатель приключений» (Музей МХАТ, КС, 13883, л. 49).
15 января на заседании правления решается вопрос о гастролях театра в Тифлисе, Баку, Ростове-на-Дону.
31 января на малой сцене МХАТ Утро памяти А. П. Чехова.
«В центре здесь третий акт из “Чайки”, прочитанный в великолепном ансамбле. М. Чехов с исключительной напряженностью дает роль молодого Треплева» («Веч. Москва», 2 февр.).
Январь. Играет Аблеухова — 9, 15, 19, 26, 30; Гамлета — 12.
6 февраля журнал «Искусство трудящимся» (№ 6) сообщает, что Чехов «избран почетным членом Общества имени А. П. Чехова и его эпохи».
9 февраля репетирует Мальволио.
15 февраля присутствует на заседании правления. На повестке дня — вопрос о спектакле в фонд помощи беспризорным. Постановили провести такой спектакль в марте (ЦГАЛИ, 1990.1.17, л. 67).
17 февраля утром репетиция сцен с Мальволио, вечером спектакль «Двенадцатая ночь».
25 февраля заключает договор с Пролеткино об исполнении роли Трусоцкого в фильме «Вечный муж» (ЦГАЛИ, 1990.1.52, л. 17).
27 февраля за подписью Чехова вывешено обращение к работникам МХАТ 2‑го: «Некоторое время тому назад в письменном обращении ко всем, несущим работу по спектаклям в нашем театре, я говорил о необходимости создания вокруг спектаклей той атмосферы, которая соответствовала бы важности и значительности нашей работы и делала бы ее именно такой — важной и значительной. Я был глубоко убежден, что мои слова были поняты и услышаны всеми. Но теперь мне вновь приходится повторять свои просьбы, технически сводящиеся к тому, чтобы за кулисами, в фойе, в артистических уборных и во всех помещениях, прилегающих близко к сцене, не было бы шума шагов, громких разговоров — словом, чтобы соблюдалась максимальная тишина. Нужно помнить, что только тогда, когда будет достигнута необходимая тишина, появится и должное внимание, и сосредоточенность, чувство значительности выполняемой работы, на которые каждый имеет неоспоримое право. Невнимание в этом смысле одних является глубоко вредным не только для них самих, но и для всего спектакля. Добиться необходимой для спектакля атмосферы невозможно никакими распоряжениями и приказами. Поэтому я только прошу каждого осознать в себе эту необходимость. И я надеюсь, что она будет осознана всеми нами» (цит. по кн.: Власов В. А. Встречи. М., 1979, с. 77).
Февраль. Играет Гамлета — 2, 23; Аблеухова — 5, 9, 19, 25; Мальволио — 17, 24.
4 марта правление сообщает, что сбор от спектакля «Гамлет» 11 марта пойдет в Республиканский фонд деткомиссии ВЦИК.
9 марта на заседании правления предлагает включить в репертуар «Волки и овцы» Островского; постановку поручить С. В. Гиацинтовой и Л. А. Волкову (Музей МХАТ, КС, 13883, л. 55).
{497} 15 и 22 марта присутствует на заседании правления. Среди обсуждаемых вопросов ввод дублера на роль Мальволио с будущего сезона. «Постановили: назначить И. Лагутина» (ЦГАЛИ, 1990.1.17, л. 74).
30 марта 50‑е представление «Гамлета». Публика поднесла участникам спектакля памятные жетоны.
Из дневника Н. Б. Кедриной: «Мне кажется, что он сам проникается величием духа Гамлета, и никогда он сам не бывает таким жизнерадостным, несмотря на физическую усталость, как после Гамлета» (Музей МХАТ, ф. М. Чехова). Опубликована статья Чехова о Дон Кихоте (см. наст. изд.).
Март. Играет Мальволио — 3, 13, 16, 21 (у.), 24; Аблеухова — 4, 9, 17, 25; Гамлета — 11, 30.
8 и 9 апреля репетиции «Эрика XIV».
13 апреля репетиция «Гамлета». На роль Офелии вводят М. А. Скрябину.
20 апреля журнал «Искусство трудящимся» (№ 6) публикует статью Н. А. Семашко «Актер-гражданин», посвященную сбору средств для борьбы с беспризорностью: «… одним из главных застрельщиков в борьбе с беспризорностью явились актеры, и первым актерским именем был М. А. Чехов. Без жеманства и ложного пафоса, с той же простотой и силой, с которой он играет, М. А. вместе со своими товарищами обратился с призывом ко всему советскому обществу “принять участие в борьбе с беспризорностью; эта громадная общественная обязанность, — писал он, — должна быть выполнена каждым гражданином”».
27 апреля МХАТ 2‑й выезжает на гастроли в Тифлис.
Апрель. Играет Аблеухова — 2, 17, 22; Мальволио — 6; Эрика — 10 (в первый раз по возобновлении); Гамлета — 14, 24.
5 мая «Рабочая правда» пишет о Чехове — Эрике, что он «высится над остальными как сверкающая вершина. Громадное чувство стиля и ритма».
В Тифлисе играет Эрика — 3, 12; Фрэзера — 5, 8, 9, 15; Мальволио — 9 (у.), 10, 13, 18.
19 мая МХАТ 2‑й выезжает в Баку.
20 мая гастроли в Баку открываются «Потопом».
«Так разоблачать человека, как это сделал Чехов в своем Фрэзере, так показать его трагическую изнанку, так вскрыть затаенные глубины его души под силу исключительно вдохновенному мастеру» («Бакинский рабочий», 23 мая). 27 мая принимает участие в заседании правления. В Баку играет Фрэзера — 20, 28 (спектакль для железнодорожников), 30; Эрика — 22, 27; Мальволио — 25, 29.
1 июня выезжают в Ростов-на-Дону.
3 июня гастроли открываются «Двенадцатой ночью».
7 июня на заседании правления решаются текущие дела гастрольной поездки и репертуар будущего сезона (Музей МХАТ, КС, 13883, л. 71).
В Ростове-на-Дону играет Мальволио — 3; Фрэзера — 5, 10; Эрика — 8.
{498} 13 июня на заседании правления отмечено, что во время гастролей Чехов сыграл 10 спектаклей сверх нормы (ЦГАЛИ, 1990.1.17, л. 104).
«Гастроли Второго Московского Художественного театра в Ростове закончились с большим художественным и материальным успехом. Почти все спектакли прошли при переполненном зале. Спектаклями в Ростове закончилась гастрольная поездка театра по СССР. Часть актеров выехала на отдых за границу, в частности Чехов выехал в Берлин» («Молот», 16 июня).
Лето проводит в Германии и Италии.
К. К. Чехова — С. В. Чеховой: «Сердечный привет Вам из Венеции. Мы опять поселились на Lido, купаемся, загораем и ездим иногда в город полюбоваться на все эти красоты. Миша в Венецию влюблен, кроме того, и тут с пансионом устроились хорошо, и он уже значительно поправился, и настроение хорошее. Мой прошлогодний врач из Йены у него ничего очень серьезного в легких не нашел, но на голос обратил особое внимание, прописал массаж, обтирания соленые, молоко с медом и лекарства. Миша все, против обыкновения, исполняет, чему я очень рада» (ЦГАЛИ, 2540.1.258).
Из Венеции едет в Рим, потом на Капри и в Берлин.
19 августа «Вечерняя Москва» сообщает, что МХАТ 2‑й работает «над трагедией “Смерть Иоанна Грозного” — ставит Татаринов при непосредственном участии Чехова, Берсенева, Чебана».
24 сентября возвращается в Москву.
29 сентября играет Эрика.
Октябрь. Играет Аблеухова — 6, 15, 21; Эрика — 19, 30; Гамлета — 26.
8 ноября в Большом театре участвует в концерте в пользу пострадавших от землетрясения в Армении. Играет Гвоздикова в инсценированном рассказе А. П. Чехова «Свидание хотя и состоялось, но…» (ЦГАЛИ, 2316.1.84, л. 184).
10 ноября «Вечерняя Москва» публикует интервью с Чеховым «О современном театре»: «Наша эпоха предъявляет театру огромные требования, она заставляет перестроить отношения и зрителя к театру и актера к своему делу. Театр развлечение, театр, куда можно пойти “от нечего делать”, такой театр должен быть вычеркнут из нашего культурного обихода. […] Театр, как друг, должен помочь зрителю строить жизнь. Театр заставляет зрителя увидеть и себя в беспощадном свете искусства. Если зритель, проработав таким образом полученное, понесет это в строительство самой жизни — задача театра исполнена. Он организовал сознание и пробудил в человеке волю к борьбе за жизнь. Но, чтобы добиться этого результата, театру необходимо осознать и самого себя, пересмотреть свои силы, строго учесть возможности. Перед ним возникают вопросы репертуара и театральной техники. […] Новый репертуар должен отвечать масштабам прямоты, простоты и подчинения деталей монументальному целому. За всяким действующим лицом для зрителя должны быть ясны и силы эпохи, которые {499} породили его как тип. Преодоление психологизма и связанного с ним натурализма требует и новой актерской техники. Современный театр вырабатывает сейчас новые соотношения слова и жеста, новые приемы игры».
16 ноября Л. А. Волков подает в правление и в местком МХАТ 2‑го заявление: «Прошу правление на ближайшем заседании поставить вопрос о включении в репертуар театра пьесы “Волки и овцы” с определенной очередью. В случае отрицательного решения прошу указать подробную мотивировку» (ЦГАЛИ, 1990.2.45). Заявление Волкова первый документ, свидетельствующий о разногласиях в коллективе по поводу позиции Чехова как руководителя театра.
20 ноября. Группа актеров МХАТ 2‑го — Чехову: «В эти тяжелые дни, когда мы стоим перед попыткой расколоть наш театр со стороны отдельных его членов, когда поколеблена самая возможность продуктивной работы, мы предлагаем Вам, дорогой Михаил Александрович, всецело и до конца при каких бы то ни было обстоятельствах располагать всеми силами нашей творческой воли, рассчитывать на всемерную нашу полную с Вами солидарность во всех Ваших действиях, направленных к сохранению единства, силы и художественной независимости нашего коллектива на пути создания его будущего. И. Берсенев, А. Чебан, Н. Рахманов, С. Бирман, А. Благонравов, В. Татаринов, В. Готовцев…» Всего 23 подписи (ЦГАЛИ, 1990.2.50, л. 91).
21 ноября издает приказ о назначении художественного совета.
23 ноября первая репетиция «Дела» Сухово-Кобылина. Чехов назначен на роль Муромского.
В стенгазете театра появляется заметка «Размышления о бренном», порочащая Чехова. Чехов получает еще одно письмо от актеров театра: «Ввиду появившихся в стенах театра пасквилей, распространяемых через газету, мы, взволнованные и возмущенные этим, чувствуем себя не в состоянии продолжать нашу работу и просим Вас, дорогой Михаил Александрович, отменить завтра, 24 ноября, все репетиции и собрать весь артистический персонал, так как это необходимо для разрешения вопроса о дальнейшей нашей работе и нашем пребывании в театре». Под письмом 50 подписей (ЦГАЛИ, 1990.2.50, л. 3, 5, 6).
24 ноября собрание коллектива МХАТ 2‑го. По его решению правление посылает письмо заместителю управляющего госактеатрами: «Правление театра ставит в известность о появившейся в стенной газете пасквильной заметке “Размышления о бренном” и требует убрать из театра члена редколлегии тов. Медведеву, […] а также отстранить Бибикова и Ключарева от работы в стенгазете и месткоме» (ЦГАЛИ, 1990.2.46, л. 8 – 9).
29 ноября вместе с рядом актеров участвует в собрании Третьей студии, посвященном памяти Вахтангова.
30 ноября присутствует на экстренном заседании дирекции театра, где стоит вопрос о возможности поездки театра в Японию {500} в 1927 г. «Постановили: от поездки воздержаться по соображениям творческого порядка» (ЦГАЛИ, 1990.1.1.8, л. 58). «Новый зритель» (№ 48) сообщает, что в спектакле «Смерть Иоанна Грозного» «играть Грозного будет не Чехов, как предполагалось раньше, а Чебан». В том же номере помещен ответ Чехова на вопрос корреспондента, что ему хотелось бы поставить: «Есть мною пьес, которые и хочется и надо ставить. “Дон Кихот”, “Орлеанская Дева”, “Фауст”, Шекспир. Совершенно не могу признать натурализм и быт. В противовес им выдвигаю пьесы, глубоко насыщенные теми чувствами, которые всегда будут звучать на сцене и заражать зрителя всегда нужными эмоциями. Нужной пьесы из современной жизни нет, да и не может быть, поскольку драматург сейчас фиксирует быт, а не внутренние, героические стороны нашей жизни».
Ноябрь. Играет Гамлета — 2, 18, 21; Эрика — 7, 27; Аблеухова — 10, 14, 24.
4 декабря принимает участие в вечере памяти Достоевского в Политехническом музее. Читает монолог Мармеладова из «Преступления и наказания» (ЦГАЛИ, 2316.1.84, л. 278). Из статьи Ю. В. Соболева: «“Беспокойство и тоска”, которой насыщена первая часть монолога Мармеладова, “напускное выламывание и нахальство” (определения самого Достоевского), с каким выворачивает Мармеладов душу свою наизнанку, и та “решительность вдохновения”, с которой он произносит слова о Страшном суде, где пожалеют “пьяненьких и слабеньких”, — все это, переданное с исключительной экспрессией, было почувствовано, найдено и пережито Чеховым в Диккенсе, Шекспире, Гоголе. Замечательная техника, которой владеет этот превосходный актер, легко позволила найти ему и для внешнего облика Мармеладова черты, врезывающиеся в память. Этого лица с желтоватым отливом и мешками под глазами, багрового носа, жалкой бороденки, клочковатой растительности на щеках, этой головы с встрепанными седыми волосами (голова Лира, игрой судьбы брошенная на Сенную) забыть невозможно» («Красная нива», № 17).
6 декабря на заседание Главреперткома по поводу конфликта в МХАТ 2‑м приглашаются Чехов, Берсенев, Сушкевич, Дикий, Волков, Ключарев.
Из проекта письма Чехова Луначарскому: «Нас взволновали и оскорбили выступления Дикого, Волкова и отчасти Ключарева. Дикий и Волков выступали с обвинением нас в том, что мы разлагаем театр и его репертуар, что мы не ищем, не читаем и не хотим иметь в репертуаре новых современных пьес, что у них, мол (у Дикого и у Волкова), громадное количество новых великолепных пьес и что мы виноваты в том, что не обратились своевременно к ним за этими пьесами, что театр погибает от тех нот художественной немощи, которую мы вносим на сцену, что М. А. Чехов отравляет и губит театр своей “мистикой”, которую он вносит во все, искажая даже пьесы ради “мистики”. “Гамлет”, “Петербург” и пр. все это “мистика” М. А. Чехова. {501} Заседание длилось 9 часа, в течение которых Дикий и Волков позорили и травили нас и наш театр. Все многолюдное собрание Главреперткома в высшей степени одобрительно выслушивало речи Дикого и Волкова, поставив нас в невыносимое положение обвиняемых» (ЦГАЛИ, 1990.2.46, л. 1).
10 декабря в «Красной газете» появляется сообщение о конфликте внутри МХАТ 2‑го: «Конфликт этот будет рассматриваться лично А. В. Луначарским в присутствии обеих сторон» (Музей МХАТ, КС, 14115, л. 16).
20 декабря. А. В. Луначарский — МХАТ 2‑му: «Ваш театр принадлежит к числу лучших в Москве и во всей Европе. Ваша труппа блещет замечательными талантами, и спектакли, которые вы даете, отличаются гонким и продуманным воплощением. […] Ваш театр, таков, каков он есть, привлекает многочисленную публику, охотно посещается и самой важной для нас профессионально организованной и в первую очередь рабочей публикой. Как и все другие театры, отличающиеся жизненностью и стремлением к художественному самоусовершенствованию, так и ваш театр переживал и будет еще переживать различные фазы развития. Он обещает еще больше, чем сколько выполнил до сих пор. Долг каждого работника вашего театра дорожить возможностью работать в коллективе такой исключительной силы и беречь театр на пути его развития. Поэтому имевшие место в вашем театре выступления отдельных лиц, выступления, дезорганизующие художественную, рабочую и моральную атмосферу театра, мною решительно осуждаются. […] Наркомпрос чувствует полное доверие к нынешней дирекции театра. Как всякая дирекция, она может подвергаться здоровой и деловой критике с разных сторон, но она является настолько талантливой и компетентной, что многие другие театры могут в этом отношении с завистью смотреть на ваш театр. Если же в театре имеется группа лиц, увлеченных и объединенных новым художественным устремлением, то я уверен, что дирекция найдет возможность, отнюдь не нарушая своего художественно-репертуарного плана, предоставить этой группе право, заинтересовав необходимый состав актеров, проявить свои новые художественные замыслы, чтобы проверить, могут ли они действительно быть плодотворными в общем развитии театра» (Музей МХАТ, КС, 13916).
26 декабря в статьях Берсенева и Волкова, помещенных в «Новом зрителе» (№ 51), дано объяснение конфликту в МХАТ 2‑м. Берсенев считает, что конфликт исчерпан «несмотря на то, что план перегружен, правление удовлетворило желание группы сотрудников ставить “Волки и овцы”». Волков ставит вопрос иначе: «Репертуар МХАТ 2‑го в настоящее время в основной своей части страдает нездоровым уклоном к разрешению неких “мировых”, “космических” и т. п. вопросов. Фактически же репертуар театра чужд современному зрителю и удовлетворяет разве только дореволюционного интеллигента… Задача нашей группы противопоставить этому оторванному от действительности {502} репертуару репертуар, близкий настроениям современного массового зрителя, осуществляемый в простых, понятных формах художественного реализма, а главное, в трактовке вполне определенной и направленной к “зарядке” зрителя бодростью» (ЦГАЛИ, 2316.1.65).
