В эмоциональной сфере огонь проявляется двояко: в форме любви и в форме гнева. О связи огня с любовью во всех её проявлениях свидетельствуют многочисленные устойчивые выражения, закрепившиеся во всех языках. Лица влюблённых пылают жаром страсти. Тело и ум горят в пламени вожделения. Дружба и душевная приязнь согревают нас, как огонь очага. Любовь способна растопить лёд в самом суровом сердце, а сострадание сжигает все эгоистические заботы и опасения. Настоящая любовь — это истинный алхимический огонь, преображающий свинец эгоизма в золото духа. О щедрых и дружелюбных людях говорят, что у них горячее сердце. Улыбка рассеивает тьму, счастливый человек лучится радостью.
Однако элемент огня может выражаться и в форме неистового, пламенного гнева. Подчас мы проявляем вспыльчивый нрав, пылаем яростью или доходим до белого каления. Но и в этом случае огонь ассоциируется с неким ярко выраженным чувством, некой бурной страстью. Даже в форме ненависти он проявляется как обжигающая, кипящая злость, а не как холодное, равнодушное отвращение. Огонь воспламеняет всё, к чему прикоснётся. Всё живое тянется к теплу и свету, однако огонь способен с лёгкостью уничтожать всё то, чего мы так жаждем. Он столь же ненасытен, как и связанные с ним страсти — алчность и вожделение. Человек, в котором огненная стихия господствует над другими элементами, сгорает в огне всепожирающих страстей.
Без солнечного тепла погибло бы всё живое на Земле. И точно так же организм не может существовать без внутреннего тепла. Те, в ком элемент огня слишком слаб, проводят свою жизнь в полусне, подобно животным, дремлющим долгой зимой в своих подземных норах. Без огня застывает поток наших чувств и реакций. Весь наш энтузиазм, все надежды и чаяния угасают, и помыслы наши больше не устремляются к небесам языками пламени.
В виде неугасимых огней символически представляются три корня страдания — вожделение, гнев и заблуждение. В тантрическом искусстве и гневные божества, и божества страстные и соблазнительные изображаются танцующими в круге огней, символизирующих чистую энергию их сущности. Благодаря своей разрушительной силе огонь может служить также защитой от всякого зла, поэтому медитирующие мысленно возводят вокруг себя защитную стену пламени — ярко пылающего огня мудрости.
Мандала огня — красный треугольник — используется в ритуалах привлечения. Название этой ваджра-кармы буквально означает «подчинение своему влиянию», и иногда его переводят как «обуздание» или «покорение». Но Трунгпа Ринпоче предпочитал термин «привлечение», который представляется мне гораздо более точным. Ведь в данном случае речь идёт не о насильственном подчинении, а, скорее, о непреодолимой притягательности, вовлекающей всё вокруг в орбиту своего влияния. Ритуал огня можно использовать и для привлечения живых существ (в особенности для воздействия на их сознание), и для притягивания качеств, необходимых нам в духовном плане, и для обуздания пагубных сил, препятствующих нашему духовному развитию. С помощью этой ваджра-кармы мы можем обрести власть над всеми сферами своей жизни. Следует, однако, иметь в виду, что в некоторых традициях огонь как носитель неистовой разрушительной силы ассоциируется также с четвёртой кармой — разрушением.
Огонь — самый яркий, пылкий и чарующий из всех пяти элементов. Он животворен и прекрасен, но в то же время очень опасен: он необуздан по самой своей природе и всегда таит в себе угрозу.
Огонь зависит от земли и воздуха: ему необходимы топливо и кислород. Чтобы сила его сосредоточилась и стала приносить пользу, его следует заключить в земное вместилище — очаг или печь. Если огонь начнёт угасать, его можно будет раздуть, прибегнув к помощи воздуха и если разгорится слишком ярко, то усмирить его поможет вода. Потухший огонь растворяется в пустом пространстве — в своём последнем пристанище.
ВОЗДУХ [70]
Четвёртый великий элемент — это воздух, или ветер. Отличительная его особенность — движение. Ветер — это не что иное, как движение воздуха, и одна из его разновидностей — дыхание, поток воздуха, вдыхаемого и выдыхаемого живыми существами. Воздух движется постоянно. Правда, когда он относительно спокоен, мы едва замечаем его присутствие; но всё же мы способны и почувствовать на своей коже легчайшее дуновение ветерка, и ощутить сырую тяжесть атмосферы, давящую на нас при повышенной влажности. Воздух остаётся невидимым для нас, даже когда приходит в бурное движение, но тогда нам становится видно, как клонятся под его натиском травы и деревья, а поверхность воды покрывает зыбь. Мы можем услышать шум, свист и завывание ветра, физически ощутить, как натягивается бечевка воздушного змея, и увидеть, как птицы взмывают в небо на восходящих потоках тёплого воздуха. В ветреный день мы преодолеваем сопротивление воздуха, бьющего нам в лицо, или чувствуем, как ветер толкает нас в спину.
Тонкое качество воздуха порождает чувство осязания и все его объекты. Воздух не столь материален, как земля, вода и даже огонь так что на наши телесные чувства он воздействует слабее. У воздуха нет вкуса; нашему зрению и слуху доступны только эффекты, которые он производит в движении, но сам воздух невидим и неслышим; мы можем чувствовать запахи, которые доносит до нас ветер, но сам ветер запаха не имеет. И только движение воздуха мы ощущаем кожей. Таким образом, осязание — единственное из физических чувств, с помощью которого мы можем воспринимать воздух непосредственно.
Воздух — это дыхание жизни. Семя, брошенное в почву, и плод, зародившийся в материнской утробе, лишь до поры до времени обходятся дарами воды и огня — питаются влагой и пробуждаются к жизни под действием тепла. В конце концов им придётся выйти на открытый воздух и начать самостоятельную жизнь. Именно подвижность, основное качество воздуха, позволяет живому существу расти и развиваться с первого мгновения его жизни, так как рост-это и есть движение и распространение.
Чтобы оценить всю важность воздуха, понаблюдаем за своим дыханием. Когда дыхание сбивается, мы хватаемся за грудь и начинаем заглатывать воздух огромными глотками, как будто это какое-то живительное питье. Напротив, в минуты спокойствия мы дышим ровно и тихо, и если поднести к ноздрям ладонь, то можно ощутить равномерное чередование холодных и тёплых потоков воздуха и инстинктивно почувствовать, что воздух и в самом деле есть не что иное, как дыхание жизни. Давно известно, что дыхание тесно связано с эмоциями: мы знаем, что, прежде чем решиться на какой-то импульсивный поступок, следует сделать глубокий вдох, а когда нас охватывает страх или гнев, нужно дышать медленно и глубоко.
Дыхание — это прямая связь с внешним миром. В сфере чувственного восприятия посредником между внутренним миром и окружающей средой выступает ум, мгновенно интерпретирующий любую информацию, поступающую от органов чувств. Но с дыханием частицы окружающей среды проникают в наш организм непосредственно. Дыхание — связующая нить между человеком и вселенной.
Сознательный контроль над дыханием — основополагающий и самый важный приём медитативной практики. Кроме того, дыхание — это носитель или проводник различных форм взаимообмена с окружающей средой, совершающихся при медитации. С дыханием в нас проникают сущности всех пяти элементов, заключённые в воздухе (как и в любом другом элементе). Вдыхая спокойствие и безмятежность и выдыхая все свои тревоги и накопившееся напряжение, можно быстро восстановить силы. А в одной из важнейших практик махаяны медитирующий вдыхает страдания всех живых существ и выдыхает в мир благо, счастье и целительную энергию.
Дыхание — это не просто вдыхание и выдыхание воздуха. На санскрите дыхание обозначается словом «прана», которое означает также жизнь в целом. Прана — это жизненная сила, жизненная энергия и дух. Прана пребывает в неустанном движении; древний символ праны и ветра — неудержимо мчащийся конь. Подвижность воздуха — источник всякого движения в нашем сознании и физическом теле. С воздухом связаны не только дыхание, но и движение конечностей, кровообращение, передача информации от органов чувств и сигналов от мозга, а также перемещение сознательного внимания от одной части тела к другой. Огромную роль элемент воздуха играет в сфере ума: именно воздушные качества заставляют сознание непрерывно двигаться, изменяться и действовать.
В сфере психики воздух порождает чувство свободы и придаёт нам подвижность и энергичность. Возобладав над другими элементами, воздух делает человека непоседливым и невероятно активным — как физически, так и умственно. Воздух беспрепятственно проникает повсюду и без труда огибает любые преграды. Недаром существуют выражения «вольный, как ветер» и «лёгкий, как воздух». Но всякое движение относительно. Если воздух движется, то, значит, он отчего-то удаляется, к чему-то приближается или вращается вокруг чего-то. И такой точкой отсчёта для него является земля. Таким образом, воздух неразрывно связан с землей. Тонкие качества воздуха наделяют нас силой отрываться от земли, воздевать руки к небу и танцевать. Благодаря воздуху наши мысли воспаряют ввысь, а сердца преисполняются лёгкостью и счастьем. Без воздуха не было бы ни беззаботной радости, ни смеха.
Но при избытке воздуха и недостатке уравновешивающей его земли деятельность теряет всякий смысл, лишается твёрдого основания и вырождается в беспокойную неугомонность. Человек, страдающий от такого дисбаланса, рискует утратить связь с реальностью. Он поверхностен и лёгкомыслен; его мысли неглубоки, а чувства—переменчивы; он изменчив и непостоянен, как ветер.
Если избыток воздуха сопровождается недостатком огня, то все действия человека становятся холодными и механистическими, бездушными и бессмысленными. Но если воздуха слишком мало, то огонь не разгорается вовсе, вода застаивается, а земля становится инертной, словно опавшее тесто. Без движения и чувства свободы люди падают духом, замыкаются в себе и становятся бесчувственными.
Символ воздуха — полукруг (туго натянутый лук или полумесяц) зелёного или чёрного цвета. Зелёный цвет считается успокаивающим и умиротворяющим, так как ассоциируется с природой. Но на самом деле всё в природе пребывает в постоянном движении. Зелёный цвет — цвет роста, юности и свежести, цвет распускающихся почек и молодых побегов. Представив себе луговые травы, волнующиеся под ветром, или раскачивающиеся на ветру зелёные кроны деревьев, мы поймём, почему именно зелёный цвет лучше всего подходит для этого неугомонного и невидимого элемента.
Из форм просветлённой деятельности с мандалой воздуха обычно связывается сострадательное разрушение. Там, где бессильны оказались умиротворение, обогащение и привлечение, иногда возникает необходимость уничтожить зло. Эта ваджра-карма, подобно прочим, может быть обращена как во внешний мир, так и на негативные качества самого практикующего. Разрушение основано на понимании сущностной пустотности всех явлений: силы зла освобождаются, возвращаясь к своей истинной природе, и все преграды на пути к просветлению исчезают. Если нам удаётся осознать, что никаких препятствий в действительности не существует, то все преграды превращаются в источники вдохновения и возможности для роста.
ПРОСТРАНСТВО
Пространство — это первый и, в то же время, последний из пяти великих элементов. Это первоисточник остальных четырёх элементов и необходимая предпосылка для их возникновения, и это же — наивысшая точка их развития. Пространство — самый тонкий, наименее материальный элемент. Остальные четыре элемента существуют и гармонично взаимодействуют в его пределах. На санскрите пространство обозначается тем же словом, что и небо, — акаша, что в буквальном переводе означает «сияющий и чистый». Что такое небо? Это — граница нашего поля зрения, далее которой не проникает наш взгляд. Будь наше зрение острее, небо простиралось бы для нас бесконечно далеко в космическое пространство. Небо — это воображаемый предел, положенный нам пятью телесными чувствами и нашим ограниченным умом, не способным представить себе подлинно безграничную вселенную. Пространство — это вместилище всего сущего, всеобъемлющее, всепроникающее и безграничное. Это пустота, которая, в свою очередь, тождественна предельной полноте.
Тонкие качества пространства порождают звук и слух. Одно из определений акаши — «элемент, в котором распространяется вибрация». Эта вибрация есть первозданное биение жизни, первое проявление жизни в форме звучания «семенных» мантр-слогов, которые в тантрической теории считаются первопричиной всего сущего.
Внутри нас элемент пространства пребывает в форме ума или сознания. Подобно пространству, ум бесконечен и безграничен; он не заключён ни в какое вместилище; у него нет ни формы, ни размера, ни цвета, ни каких-либо иных характеристик. Пространство — это основа ума, его сущностное качество открытости. В индийской поэзии и философии ум часто уподобляется небу. Ум — зеркало неба, пространство — зеркало ума. Сущность его абсолютно чиста и пуста; плывущие по нему облака никак не могут его затронуть. Ум — это наше внутреннее пространство, в котором мы можем путешествовать, не ведая никаких ограничений, в том числе временных. Но сознание не исчерпывается сферой ума. По-своему разумна каждая клеточка нашего тела и каждая частица мироздания, что и позволяет им сохраняет свою конкретную форму и выполнять свои особые функции.
Пространство вмещает в себя все элементы, но само оно не ограничено никакими характеристиками. Это чистый, сияющий разум, полная открытость и всевидящее сознание. Когда пространство ума затмевается, мы испытываем смятение, впадаем в отупение и невежество, становимся замкнутыми, ограниченными существами.
Земля, вода, огонь и воздух не могут существовать без пространства, но и пространство нуждается в них как средствах, обеспечивающих его проявление. Пространство выражает свою сущность в танце элементов. Если пространство берёт верх над остальными элементами в сфере человеческой личности, то человек утрачивает связь с реальностью и теряется в царстве иллюзий. Но если элемент пространства становится слишком слаб, человек делается подавленным и ограниченным.
При гармоничном взаимодействии с другими элементами пространство сообщает нам чувство полной естественности. Нам удобно и уютно, и всё в нашей жизни занимает подобающее место. У нас не возникает желания от чего-то избавиться, что-то подавить или изгнать. Мы хотим, чтобы всё шло, как идёт. Ум спокойно пребывает в своём естественном состоянии, а это — не что иное, как состояние пробужденности или просветления.
Символический цвет пространства — синий, цвет чистого, сияющего неба. Само по себе пространство не имеет цвета, но когда мы вглядываемся в его бездонную глубину, оно представляется нам голубым или синим. Голубой и синий цвета символизируют тайну и духовность; они ассоциируются с небом, а следовательно, олицетворяют мир и покой, счастье, красоту и совершенство. Но неизмеримые глубины небес могут таить в себе угрозу и внушать ужас. Нам может показаться, что ещё чуть-чуть — и мы упадём за край мира и затеряемся навеки в этой безграничной пустоте. Встреча с элементом пространства лицом к лицу пробуждает в нас инстинктивный страх смерти, ужас потери чувства «я».
Символическая форма пространства — точка; иногда её изображают внутри маленькой окружности с вытянутой и заострённой, подобно языку пламени, верхней частью. Эта точка — символ нуля и, в то же время, бесконечного потенциала. Это — творческое семя вселенной.
ПЯТЬ ДЭВИ
Элементы, рассматриваемые сугубо в материальных формах, принадлежат миру сансары. В этом качестве они подобны тюрьме или гробнице. Они возникают и исчезают, изменяются и распадаются, и в конечном итоге всё состоящее из них — как наши тела, так и весь материальный мир — обречено на смерть. Но тюремщик в этой темнице — не кто иной, как наш собственный ограниченный ум, не способный проникнуть под наслоения иллюзорных обличий и постичь истинную сущность вещей.
Пять элементов рождаются из пробужденного сознания, а следовательно, представляют собой различные его разновидности. Иными словами, они — будды, и в этом заключается их тайная сущность. Сущность эта пустотна, но исполнена сияния, воплощённого в чистых качествах пяти элементов. В трактате «Освобождение посредством слушания» чистые сущности элементов выступают в виде лучей света, окрашенных в соответствующие им пять цветов. Сущность земли — жёлтый свет, сущность воды — белый свет, сущность огня — красный свет, сущность воздуха — зелёный свет, а сущность пространства — синий свет. Сущность элементов незрима, и цвета эти недоступны телесному зрению: в противном случае они перешли бы в царство материальных элементов. Это — цвета, предстающие перед мысленным взором, идеально чистые, ясные и сверкающие, подобные радуге, воссиявшей в нашем сердце.
Пустота — это осознание того, что ни один феномен в мире не обладает постоянным, прочным и независимым существованием. Из этого следует, что мир полон бесконечных потенциальных возможностей и в нём царят непрестанные преобразования. Только благодаря этому и возникла жизнь во всём её многообразии и вечной изменчивости. Поэтому пустота считается творческим женским началом. Пять великих элементов, рождающихся из пустоты, — это матери, дающие жизнь всему сущему. В этом качестве они представляются как пять будд женского пола. В тантрах их называют «дэви», «дакини», «матери» и «владычицы»; в этой книге я чаще всего именую их «дэви».[71]
Дэви земли носит имя Лочана или Будда-Лочана, что означает «Око будд». Имя это не имеет отношения к обычному чувству зрения и никак не связано с вышеописанными соответствиями между пятью элементами и пятью телесными чувствами, в системе которых земля ассоциируется с обонянием. Будда-Лочана символизирует чистое зрение будд, просветлённое восприятие мира таким, как он есть в реальности, видение мира оком будды. На этом уровне нерасчлененного сознания Будда-Лочана представляет собой одновременно и воспринимающий субъект, и воспринимаемый объект, и сам акт восприятия. Она олицетворяет разновидность пробужденности, именуемую невозмутимостью или равенством, — то есть единую, одинаковую для всех первичную природу всего сущего, основание бытия, проявляющееся во внешнем мире как качества земли. В наставлении к медитативной технике, разработанной самим Трунгпой Ринпоче, он так описывает это состояние священного видения: «Здесь ты не найдёшь обычной земли и камней, даже если будешь искать их. Всё на свете горы суть Будда-Лочана — всеобъемлющая мудрость невозмутимости и неизменного покоя».[72]
Дэви воды — Мамаки. В том же наставлении к медитации о ней сказано: «…струящаяся здесь вода есть будда Мамаки, озеро зеркаловидной мудрости, ясное и чистое, словно растопленные небеса». Имя «Мамаки» в буквальном переводе означает «Моё», но не в смысле обладания, а со значением любовной привязанности или принадлежности. Всё сущее принадлежит Мамаки, а Мамаки, в свою очередь, принадлежит всем и каждому. Это свойство проявляется в форме эмоциональности водного элемента: Мамаки воплощает собой чистоту и ясность сердца, очищенного от беспорядочных поверхностных эмоций и явившего присущую ему от природы глубокую чувствительность. Уловив отблеск того состояния сознания, которое олицетворяет собою Мамаки, мы обретаем способность сопереживать всем живым существам, сливаясь с их умами и сердцами, как сливаются друг с другом две капли воды. Мамаки — это любящая мать, которая заботится обо всех разумных существах без исключения как о родных детях. Она проникает всюду, она окружает нас со всех сторон и пронизывает всё наше существо. Она — вода жизни.
Сущность огня воплощена в дэви Пандаравасини — «Облачённой в белые одежды». Белый, цвет чистоты, обычно связывается с водой, но в данном случае он предстаёт в несколько ином качестве. Огонь не смывает грязь, а выжигает её дотла. Ослепительно белые одежды этой дэви озаряют всё вокруг сияющим светом; она олицетворяет собою жаркое пламя сострадания будд, а также очистительную и преображающую силу огня. Как воплощение огня, она исполнена энергией страсти, которая в своей просветлённой форме тождественна сострадающей любви. Чтобы войти в состояние сознания, воплощённое в этой дэви, мы должны преобразить свои обыденные желания, жадность и вожделение и высвободить их чистую сущность. Пандаравасини — это сама преображающая энергия, от природы заключённая в нашей сущности. Как элемент огня пронизывает собою весь физический мир, так и Пандаравасини присутствует во всех областях и проявлениях жизни. Для того, кто пробудился к восприятию её присутствия, любое обстоятельство жизни становится возможностью для преображения — проявлением сущности огня.
Имя дэви воздуха — Самайя-Тара. «Тара» означает «Спасительница», переносящая всё живое через океан сансары, а эпитет «Самайя» обозначает данный ею обет исполнить эту миссию. Тара — одно из самых популярных буддийских божеств. Она имеет множество обликов, но в каждом из них отражены основные качества воздушного элемента — быстрота, подвижность и активность. Её называют Быстроногой Тарой, ибо на обращённые к ней просьбы она незамедлительно отвечает в духе деятельного сострадания. Тара воплощает собой такое состояние сознания, в котором мудрость, сострадание и деятельность связаны между собой неразрывно. Она действует без раздумий и без промедления: увидев потребность в каком-либо действии, она мгновенно понимает, что именно следует сделать, и обретает силу, необходимую для свершения этого поступка. Самайя-Тара, сущность воздуха, — это дыхание нашей жизни, благодаря которому мы можем жить, двигаться и действовать в согласии с истиной.
Дэви пространства носит имя Акашадхатвишвари, что означает «Госпожа элемента (или обители) пространства»; можно называть её и просто «Владычицей пространства». Это женский принцип пространства и пустоты, творческий прообраз всего сущего. Постичь и выразить в словах её сущность невозможно: как и связанный с нею элемент, она не поддаётся описанию на человеческом языке. Эта дэви — воплощённая грандиозность, широта и открытость, всеохватность и вездесущность. Она восседает в центре мандалы и порождает на свет все элементы.
Пять дэви олицетворяют первичную сущность элементов — пустую и вместе с тем исполненную сияния. Все они суть разновидности чистой, просветлённой энергии, исходящей из состояния отсутствия «я» и нерасчлененной целостности. В Индии и Тибете, равно как и в других странах, воспринявших буддизм, последователи буддийского пути традиционно признают множество разнообразных духовных существ, принадлежащих к различным мирам и планам сансары. В западной традиции этот аспект буддийского учения не имеет общепринятого аналога, а потому многие читатели могут счесть его несущественным. Однако тем, кто верит в подобных божеств или может воспринять их как некие метафоры, очень важно осознавать и учитывать разницу между божествами сансары и божествами просветлённого состояния. Божества сансары — это силы, в той или иной мере обладающие способностью творить добро или зло, но подвластные закону причинно-следственных взаимосвязей. Даже такие великие божества, как богиня земли, бывшая свидетельницей просветления Будды, или бог огня Агни, ограничены сферой сансары, хотя и пребывают на очень высоком её плане. Это положение принято не только в буддизме, но и в индуизме. Иногда может сложиться впечатление, будто буддисты принижают индуистских богов и богинь, рассматривая их как относительные, ограниченные силы; но в действительности их именно так воспринимали испокон веков. Индийские божества — это лишь частицы безначального и бесконечного цикла существования, не имеющие ничего общего с абсолютным Богом монотеистических религий.
Мы состоим из пяти элементов и находимся от них в полной зависимости. Поэтому в момент смерти, когда составляющие нас элементы начинают распадаться, наш привычный мир рушится. Если мы принимаем пять сансарических элементов за истинную реальность, то нам может показаться, что они обратились против нас и уничтожают само наше бытие. Но если мы понимаем сущность пяти дэви, то нам ясно, что в действительности бояться нечего и ничто не может быть уничтожено. Вот что говорится в одном из стихотворных циклов, связанных с трактатом «Освобождение посредством слушания», — цикле под названием «Молитвенное чаяние об избавлении от опасного пути через бардо»[73] :
Да не восстанут против меня врагами элементы пространства,
Да узрю я обитель синего будды. Да не восстанут против меня врагами элементы воды,
Да узрю я обитель белого будды. Да не восстанут против меня врагами элементы земли,
Да узрю я обитель жёлтого будды. Да не восстанут против меня врагами элементы огня,
Да узрю я обитель красного будды. Да не восстанут против меня врагами элементы воздуха,
Да узрю я обитель зелёного будды. Да не восстанет против меня радуга элементов,
Да узрю я обители всех будд.
Это стихотворение — не просто молитва, а выражение устремления или решимости; это не столько просьба, сколько источник воодушевления и средство воздействия на состояние своего сознания. Оно помогает прорваться сквозь привычное восприятие материальных элементов во всех их проявлениях — как созидательных, так и разрушительных; помогает отказаться от отношения к ним как к реальным и вещественным и признать их сущностную пустоту. Если потоку сознания присуще сильное чувство самосохранения, то мы крепко держимся за иллюзорную действительность и боимся её растворения. Но поскольку мы состоим из пяти элементов, то можно не сомневаться, что в нас присутствуют от природы и все пять дэви, и потенциальная способность пробудиться и войти в олицетворённое ими состояние бытия и сознания.
Глава 6
ПЯТЬ ЭТАПОВ ФОРМИРОВАНИЯ «ЭГО»
Природу всего сущего можно рассматривать и с иной точки зрения — с позиции нашего собственного восприятия, нашего опыта существования в своём индивидуальном внутреннем мире. Все феномены внешнего мира присутствуют также и в мире внутреннем, так как весь опыт отношений с внешними явлениями существует только в нашем сознании — в форме интерпретации данных, полученных с помощью органов чувств. В буддизме эта сфера нашего опыта рассматривается в свете учения о дхармах — мельчайших базовых составных частицах. Слово «дхарма» в единственном числе (в переводах на западные языки нередко выделяемое прописной буквой) обычно обозначает учение Будды. Но в основе обоих этих значений слова лежит общий принцип, и они не так уж отличаются друг от друга, как может показаться на первый взгляд. При переводе санскритских текстов иногда трудно понять, какое именно из значений имеется в виду, причём случается, что подразумеваются фазу оба значения.
В буквальном смысле слово «дхарма» означает «держать» и «поддерживать». С древнейших времён оно несло в себе смысл закона, религии и долга, которые служат устоями общества и, в то же время, опираются на его структуру. На личностном уровне дхарма означает ту особую роль, для выполнения которой родилось данное живое существо, — внутреннюю истину, или закон, по которому живёт индивидуум. Кроме того, словом «дхарма» может обозначаться изначальная природа или качество любого объекта, закон, в точности определяющий, чем является эта вещь и какие свойства она проявляет. Дхарма царя — править, дхарма огня — гореть. В этом смысле дхарм — индивидуальных фундаментальных законов — существует бесчисленное множество. Но в буддизме среди них выделяется несколько первичных физических и психологических элементов, на которых основывается наш способ восприятия мира.
Связь между дхармой и дхармами заключается в самой концепции внутреннего закона и внутренней истины. Дхарма, преподанная Буддой, — это откровение истины обо всём существовании в целом, изначального закона жизни. Дхарма, тождественная универсальной истине, спонтанно проявляется во всём многообразии дхарм — частных и относительных истин ограниченного, временного существования. Эти частные истины возникают, исчезают и принимают самые разнообразные формы, но в основе своей они ничем не отличаются от единой универсальной истины.
Внешний мир в буддизме не мыслится отдельным и независимым от наблюдателя. Познавать мир мы можем только на опыте. Существование физической вселенной ни в коей мере не отрицается, однако она предстаёт неразрывно связанной с внутренним миром сознания. Поэтому всё многообразие внешнего мира может быть полностью сведено к системе пяти дхарм — сфер применения пяти телесных чувств. Все материальные объекты и явления классифицируются на основе того, можно ли их увидеть, услышать, понюхать, попробовать на вкус или пощупать. Если какой-то объект не доступен чувственному восприятию, то мы не можем о нём ничего знать; всем, что мы знаем, мы обязаны своим пяти чувствам.
Все прочие дхармы связаны с процессами восприятия и осознавания и с различными психическими состояниями. От этих состояний сознания зависит наше восприятие мира, так что сознание и тело, внутренний и внешний мир связаны между собой нераздельно. Система дхарм описывает бытие не с теоретических позиций, а в том виде, в каком его непосредственно и ежемгновенно воспринимают разумные существа.
В ранних школах буддизма фигурировали различные перечни дхарм, количество которых также варьировалось, но назначение этих классификаций всегда оставалось неизменным. Система дхарм не имеет самостоятельного значения: это лишь инструмент для анализа, помогающий наблюдать за тем, как под действием разнообразных факторов рождается, развивается и укрепляется «эго». В самой известной из классификаций вся совокупность дхарм разделена на пять категорий — пять скандх: форма, ощущение, восприятие, обусловленность и сознание.
