Как только Урус в росте Феху достигает границ своего жизненного пространства, он должен остановиться. Ребенок перерастает матку, он упирается в ее границы. Если рост, спровоцированный Урус, будет продолжаться и дальше, то матка порвется. И Урус переворачивается, сила расширения устремляется внутрь «я», стремясь вырваться, но уже не через рост, а через действия. Плод провоцирует организм матки, и она начинает сжиматься. Наступают «схватки» – вторая перинатальная матрица.
Турисаз и Анзус
Именно эти руны соответствуют второй матрице. Турисаз соответствует «Инь», тому, что дано, тому, что уже существует, и это нужно только принять. А Анзус – «Ян», то, что должно быть, то, к чему «я» стремится. Ощущение принесения себя в жертву – близкая смерть – всегда сопровождает вторую перинатальную матрицу.
Турисаз – сила, которая останавливает и сдерживает Урус, накапливая потенциал силы расширения. Но сам по себе Турисаз инертен, он – остановка и концентрация, он – период куколки, напряжения перед стартом. Всегда нужна некая сила, которая поможет идти дальше.
В мифологеме Турисаз представляет собой первочеловека – великана Имира. Сжатая матка впервые позволила ощутить свое тело как «я». До этого на инь-месте находилась Феху, неосознаваемый собой материнский организм, «я» было сосредоточено в Урус. Но схватки заставляют осознать тело, его границы, его силу, его плотность. Осознать телесность. Однако «я» инстинктивно стремится к самоотождествлению себя с чем-то намного большим, с расширяющимся сознанием, а не ограниченным телом. «Я» стремится к Анзусу из Турисаз.
Анзус – это расширение психики, выход из замкнутого тела. По сути, Турисаз связывается с «я», которое принудительно соединено с материнским прошлым, а Анзус – с «я», которое хочет стать родителем, но самостоятельным, свободным. Согласно мифологии, Имир рождает из своего тела, по сути, выделяет, родителя асов. Асы по происхождению великаны – йотуны, Силы Земли, хаотической материи, но желают стать небесными божествами-асами. И они приносят Имира в жертву, расчленяя его и создавая из его тела всю Вселенную бытия.
Анзус – это обманщик, предатель, преследующий свои цели. Но обманщик ради чего-то высшего, великого. В большей мере Анзус соответствует ас Локи, который и брат Одина – ас, и йотун. Локи – трикстер, бог-обманщик, за внешней улыбкой которого скрывается сарказм, а за помощью кроется ловушка. Именно так во второй перинатальной матрице воспринимается Родитель.
Если в первой матрице «я» самоотждествлялось с ян, мужским активным проявлением, а Родитель – с инь, принимаемый в данной неизменности, то во второй матрице все наоборот. «Я» остается в инь, в Турисазе, и сделать ничего не может – плод сжат маткой, околоплодный мешок не разорван, матка не раскрыта, выхода нет и не предвидится. Есть статичное и жестокое состояние страдания. Но одновременно есть и память об Урус, о возможности роста, изменения, расширения.
Родитель-Мать раньше воспринималась как Феху, дойная корова, прирученная и подчиненная хозяину-плоду. Теперь же родитель – Анзус, тот, кто не понятен и коварен, тот, кто доставляет страдания (сжимает матку), и тот, от кого ждут помощи, одновременно опасаясь ее. Во время схваток именно ожидание Анзус заставляет плод поскорее умереть, стереть память о блаженном и бездеятельном пребывании в огромной утробе матери. И Турисаз переворачивается, превращаясь в наконечник копья Одина, разрывающий психику плода и порождающий психику ребенка – Анзус.
И в момент умирания, когда матка сжимается так, что совсем уж деться некуда, наступает озарение, возникает Анзус – расширенное состояние психики, приходит понимание верного действия. Плод – Турисаз как продолжение тела Родителя-Матери – йотуна, приносится в жертву себе Анзус. Ребенок устремляется вперед, рвется родовой мешок, раскрывается матка, наступает период третьей перинатальной матрицы.
Следует отметить, что как Урус первоначально содержалась в Феху, но стала заметна лишь в момент конфликта «старая форма и интенсивный рост», так и Турисаз изначально заключена в Урус. Но становится заметна лишь в момент расширения Урус на «чужое» жизненное пространство, не имеющее отражения во внутренней картине мира.
А Анзус также содержится в Турисаз (Турисаз – проблема и вопрос, Анзус – ответ и решение в самом вопросе), но становится заметен и явно действует лишь в момент полного перенапряжения Уруса в Турисазе. Турисаз активно сдерживает, а Урус активно давит, сопротивляется сдерживанию. И в высшей точке конфликта вместо физического роста и прорыва, по сути, неконтролируемого порыва Урус, возникает не физический, а созидательный прорыв – расширяется не тело, как раньше (Урус), а психика (Анзус).
Психика самоотождествляет себя с чем-то большим, огромным, желанным, совершенным – и жизнь тела как самоцель становится не важна. Так заключенные в одиночных камерах прорываются в астральные миры, затворники в тесных кельях и спящие в гробах сливаются с божественными планами, пребывающие в коме или кататонии живут на своих внутренних планах психики. Однако, как Урус не может шириться бесконечно, так и Анзус должна быть остановлена, иначе психика полностью разотождествится с телом и тело умрет в физическом смысле. А психика в лучшем случае вернется в Душу, а в худшем (что чаще всего и бывает) превратится в призрак, фантом, а то и поселится в психике Родителя, стараясь занять его тело.
Контроль осуществляет Руна Райдо. Она приходит тогда, когда Анзус – расширенное иррациональное состояние психики – приближается к границе понимаемого и, следовательно, бесконфликтно воспринимаемого и принимаемого. У этой границы Анзус переворачивается и вступает в силу Руна Райдо.
