Но две души живут во мне,
И обе не в ладах друг с другом.
Гете, «Фауст», часть I
«Фауст жалуется на то, что в его груди две души; в моей же их таится множество, и они не ладят между собой. Так все происходит, как в какой-нибудь республике...»
Бисмарк
До сего момента в этой книге принципы ССТС применялись для понимания индивидов и семей. Культура и общество, в котором существует семья и развивается человек, оказывают на них огромное влияние. В этой главе обсуждаются различные аспекты массовой культуры американского среднего класса в противопоставлении к обобщенным характеристикам разных этносов и производимых ими семей. Хотя зачастую может возникнуть впечатление, что мы слишком отдалились от интрапсихического уровня, представленного в главе 2, это не так. Чтобы во всей полноте понять все те крайности, которые во внутренней системе, следует понимать культурный и социальный контекст, в котором эти крайности развиваются и поддерживаются.
Затем я представлю три типа семей: «сверх-американизированные», «переходные» и «основанные на традициях». В каждом из этих вариантов есть место возможному дисбалансу, противостоянию между членами семьи и проблемам с властью в семье, но причины тому различны и зависят от разницы культур как той, из которой они выросли, так и той, в которой находятся.
ЧАСТИ И САМОСТЬ ОБЩЕСТВА
Можем ли мы представлять себе общество так же, как мы представляем себе человека или семью? Чтобы приложить принципы ССТС к обществу, нужно рассматривать его как огромный организм, состоящий из организованных в группы (части) взаимодействующих людей. Рассматривая американское общество в целом, можно увидеть его составленным из множества разных групп, количество же их зависит от степени приближения и призмы, через которую смотрим. Через политическую призму можно увидеть либералов, консерваторов, феминисток, религиозных фундаменталистов и т.д. Через социально-экономическую призму можно разглядеть бедняков, рабочий класс, средний класс, верхушку общества и многочисленные подгруппы, в них входящие.
В этой главе я, однако, в основном буду рассматривать общество через этническую призму. Через нее общество в США выглядит как находящееся под влиянием «американских» культурных ценностей, транслируемых с помощью СМИ, и которые полностью разделяет меньшинство населения. Внутри этого общества также присутствует множество различных культур, с системами ценностей, отличающихся от ценностей массовой или общепринятой культуры. У каждой этнической группы есть собственные, отличные от прочих, отношения с преобладающей культурой и другими этническими группами. Одни группы противостоят массовой культуре и становятся изгнанниками, другие ценятся и наделяются высоким статусом. Некоторые группы противостоят друг другу. Если представить себе американское общество в виде человека, у него будет несколько преобладающих субличностей (вероятнее всего ориентированных на достижение, оценивающих, деятельных субличностей); другие субличности будут отправлены в изгнание коалицией Менеджеров, поскольку производят впечатление ленивых или опасных; некоторые же будут восприняты и пристроены к делу, потому что показались надежными и компетентными.
Что является аналогом Самости для общества? В идеале это правительство, которое в случае успешного руководства проявляет те же качества, которые я описал как отличающие эффективного главу семьи в главе 6. К сожалению, правительство США демонстрирует четыре самых типичных проблемы руководителей, перечисленные в той же главе. Слишком часто наши политические лидеры оказываются пристрастными, противоборствующими, доверие к ним подорвано и они уходят от ответственности. Среди этих четырех наибольшей проблемой оказывается предвзятость; несправедливость, встроенная в систему, посредством которой только люди из господствующей группы могут себе позволить карьеру политического лидера и могут сделать это лишь при поддержке других представителей господствующей группы. Предвзятое, пристрастное руководство либо поддерживает, либо усиливает дисбаланс и противостояние между группами, составляющими американское общество. Тревога, вызванная возникшей поляризацией, делает лидера еще более пристрастным и настроенным против групп-Изгнанников.
КУЛЬТУРЫ И ИХ БРЕМЯ
Продолжая аналогию с человеком, все части общества (составляющие его культурные группы) несут на себе то или иное бремя последствия травмы в истории этой культуры. Например, ранние американские переселенцы (выходцы из Британии и другие европейцы), чьи ценности со временем стали тем, что я называю господствующей менеджерской коалицией, были преследуемы и подвергаемы гонениям у себя на родине, а затем столкнулись с тем, что было для них враждебным и опасным окружением Нового Света.
Также они являются носителями наследственного бремени расизма. Европейский расизм как таковой существовал и до появления переселенцев, и его воплощением можно считать «доктрину открытия». Это политика, которой придерживались исследователи Нового Света, чтобы оправдать грубое покорение и порабощение туземцев. По сути, это было объявлением войны всем нехристианским народам мира; оно восходило к указу, изданному Папой Римским Николаем V в 1452 году, почти за 40 лет до великого «открытия» Колумба. В этом указе все не-христиане были представлены как враги католической церкви, в связи с чем признавались существами более низкого, чем люди, порядка. Это вдохновило европейцев-христиан подавить язычников, присвоить их имущество и поработить навечно (Newcomb, 1992).
Это бремя страха, гнева и расизма восходит к, в общем-то, варварскому и хищническому отношению европейцев к коренному населению Америки, далее принявшему форму бесчеловечного и существовавшего три столетия института рабства. Тяготы, с которыми столкнулись европейские переселенцы, добавили к их бремени расизма страх и боль. В них стали преобладать и доминировать агрессивные субличности, субличности-индивидуалисты, честолюбивые, самоуверенные субличности, оставлявшие мало места для сочувствия совершенно отличным от них людям или своим соперникам. Столетия спустя массовая культура США остается обремененной этим агрессивным, индивидуалистским, честолюбивым и самоуверенным образом мыслей, который подпитывает (и подпитывается) общество крайними современными версиями поддерживаемого ими капитализма и материализма.
Другие этнические группы несут собственные Грузы. В истории происхождения той или иной этнической группы могли быть периоды вражеских вторжений и завоеваний, эпидемии, голод, природные катастрофы и другие события, оставившие свое бремя на культуре. Сама эмиграция, а также то, что послужило ее причиной, также оказывается для группы источником бремени. Далеко не все эмигранты по доброй воле оставили свои дома и страну; до сих пор у них может оставаться сильный страх нищеты или политических гонений. Мучительный процесс разрыва родственных и профессиональных связей на родине, встреча с новой и подчас недоброжелательной культурой только добавляют тяжести. В этом отношении бремя афро-американцов особенно жестоко, поскольку их предки были насильно вырваны из своих племен, доведены до звероподобного состояния и превращены в рабов. Для этой группы поверх бремени страха наложились бремена гнева и бессилия. Усугубляя тяготы афро-американцев, сейчас дела обстоят так, что культура, наделившая их этим бременем, является преобладающей в той стране, где они в настоящее время живут.
Как и в случае отдельных людей и семей, бремя, связанное с культурой, может создать дисбаланс, противостояние и сложности с властью внутри этнической группы. Кроме того, оно может привести к противостоянию между группами и среди групп.
Этнические группы несут не только то или иное бремя, но и ценности и обычаи, которые, возможно, были полезными или адаптивными в том контексте, из которого группа происходит, но отличаются от ценностей и обычаев массовой американской культуры и могут оказаться в разной степени совместимыми с нею. То есть, как чувствительный, сочувствующий ребенок плохо вписывается в семью, где принято вести себя жёстко и конкурировать, культурные характеристики отдельных этнических групп не вписываются в общество, в котором среди преобладающей группы ценятся способность к сильной конкуренции и мобильность. Ниже более подробно буду обсуждать некоторые крайности, существующие в среднеамериканской культуре, и то, какие семьи и люди в ней формируются, а затем некоторые типичные характеристики групп, развивающихся в разных контекстах.
