Поэтому мы еще раз вернулись к нашим наблюдениям кормящегося грудью ребенка и рассмотрели последующую эволюцию паттернов его поведения. Как уже отмечалось, паттерн укоренения постепенно становится адаптированным к цели за счет устранения ненужных возвратно-поступательных движений головы. Усиление после третьего месяца жизни координации тактильного восприятия и мышечного действия, равно как и зрительного восприятия, способствует все более быстрому и уверенному захвату соска ртом, пока, наконец, он не обеспечивается одним движением головой. На этой стадии укоренение практически исчезло.
Одновременно с этим процессом и независимо от него у ребенка развивается новое поведение, которым он указывает, что насытился и желает прекратить еду. Он энергично вращает головой из стороны в сторону, прочь от преследующего его соска. Это полностью отличается от его пассивного поведения в первые полгода жизни, когда насытившийся ребенок, вяло расслабив губы, оставляет сосок и засыпает на груди. Дальнейшее введение соска не вызывает никакого ответа. Но несколько месяцев спустя, когда начинает функционировать мышечная координация и устанавливаются первые элементы центральной управляющей организации, насытившийся ребенок будет обозначать свой отказ от пищи активным уклонением от соска.
Такое избегающее поведение в своих моторных аспектах весьма напоминает движения при укоренении. Но хотя паттерн движения не изменился, его цель стала противоположной. Укоренение имело функцию нахождения соска; избегающее поведение обозначает отказ от соска. То же самое движение, когда оно вновь возникает на втором году жизни в качестве жеста «нет», наделено значением избегающего поведения (то есть отказа).
Я полагаю, мы можем постулировать, что жест избегания насытившихся трех-шестимесячных детей обеспечивает недостающее звено между движениями укоренения и конечным использованием этого же моторного паттерна в жесте «нет». Таким образом, выяс-
67
няется, что генетическая последовательность, которая приводит к покачиванию головой, означающему «нет», состоит из трех стадий: 1) укоренения, филогенетически сформированного моторного паттерна сканирования, возникающего на уровне недифференцированное™; 2) избегающего поведения при насыщении, сознательного отказа, появляющегося в начальной фазе установления элементарных реципрокных объектных отношений; 3) покачивания головой, означающего «нет», семантического жеста на уровне объектных отношений, на котором благодаря приобретению символа отрицания начинается семантическая коммуникация с помощью вербальных символов.
Каждая из первых двух фаз содействует появлению третьей. Если укоренение обеспечивает моторную матрицу, то избегающее поведение при насыщении обеспечивает аффективную и интеллектуальную категории отказа, которыми в конечном счете наделяется это движение.
Отказ посредством избегающего вращения головой появляется на стадии, на которой только что возникла наиболее ранняя организация Эго. Эта форма произвольного поведения отказа в ситуации кормления сохраняется в процессе поступательного развертывания Эго в последующие месяцы. Она переносится на стадию кормления с ложки, оставляя бесчисленные сознательные следы памяти об эффективности такого движения. Этот процесс приращения обеспечивает вероятную преемственность обозначения отказа покачиванием головой. Другим аспектом первых двух фаз является то, что если при укоренении латеральное вращение головой инициирует кормление новорожденного, то тремя месяцами позже это движение подвергается функциональному изменению и в качестве поведения избегания и отказа используется для прекращения кормления.
Со времени обсуждения Фрейдом (1910) лингвистического исследования Абеля мы считаем само собой разумеющимся, что первичные слова обладают двумя значениями, одно из которых является точной противоположностью второго. Можно ожидать, что то же самое будет относиться к первичным жестам, которые в случае «нет» фактически являются предтечами слов. В случае первичных слов антитетический смысл присутствует одновременно. В укоренении и в последующих формах его развития антитетический смысл изначально не присутствует.
При рождении укоренение выполняет функцию приближения к удовлетворению потребности. Как таковое оно выражает поиск, желание, принятие. У ребенка в возрасте трех-шести месяцев поведение избегания соска выражает противоположное, а именно отказ. Как мы вскоре увидим, качество отказа, присущее такому движению, становится постоянным. Это же движение будет и дальше выражать отказ при кормлении с ложки и, наконец, после пятнадцати месяцев жизни станет использоваться в качестве жеста «нет».
68
Первичные слова
В таком случае можно порассуждать о том, существуют ли другие первичные слова, у которых антитетические значения сначала были разделены, затем объединились в самом антитетическом слове, а затем в процессе использования снова разделились. У нас нет никакого материала, чтобы подкрепить это предположение.
Можно было бы возразить, что слово, которое развивается из жеста «нет», является обобщением, словом, имеющим однозначный смысл, а не антитетический. На это мы должны ответить, что, как можно увидеть из примера, приведенного в главе VII (стр. 55), на втором году жизни существует период, в котором ребенок будет громко говорить «нет», покачивая головой, когда ему что-либо предлагают, и в то же время тянуться к предлагаемому предмету. Остается исследовать, не является ли такой феномен следствием расщепления между двумя частями Эго ребенка. Одна часть, та, что находится в оппозиции к взрослому, использует «нет» в идентификации с агрессором. Другая часть, занятая его собственными желаниями, тянется к желанному предмету.
Разумеется, этот феномен проще было бы объяснять как пример инфантильной амбивалентности. Однако нам кажется, что проблема инфантильной амбивалентности требует дальнейшего объяснения. Амбивалентность особенно ярко проявляется на протяжении всего первого года жизни. Следовательно, проблемы, которые она вызывает, в конечном счете связаны с феноменом недифферениированнос-ти. Детальное обсуждение всех ее аспектов увело бы нас слишком далеко в сторону; поэтому мы ограничимся утверждением, что, по нашему мнению, дифференциация «да» и «нет» является одним из ее аспектов. Вышеописанное расхождение между миром ребенка и его действием означает, на наш взгляд, что в данный момент Эго ребенка еще не стало полностью интегрированным1.
