Приди же, мерзкий ученик-убийца, / и ход злодеяния твоего разъясни мне, / отчего ты стал предателем Христа.
Общник я всем боящимся Тебя / и хранящим заповеди Твои.
Как бы некий человеколюбец лицемеришь ты, глупец, / и слепец, всегубительнейший, непримиримый, / мvро продавший за деньги.
Милости Твоей, Господи, полна земля: / повелениям Твоим научи меня.
За небесное Мvро какую ты цену получил? / За бесценное что равноценное принял? / Бешенство снискал ты, проклятый сатана.
Благостно поступил Ты с рабом Твоим, / Господи, по слову Твоему.
Если ты нищелюбец и о мvре жалеешь, / изливаемом в умилостивление о душе, / то как продаешь за золото Светозарного?
Доброте, и благонравию, и знанию научи меня, / ибо заповедям Твоим я поверил.
О, Боже и Слово! О, Радость Моя, / как перенесу трехдневное Твое погребение? / Ныне терзаюсь Я материнским сердцем!
Прежде чем смирился, я погрешил, / потому слово Твое сохранил.
«Кто даст Мне воду и источники слез», – / восклицала Богоневестная Дева, – / чтобы оплакать Сладкого Моего Иисуса?»
Благ Ты, Господи, и в благости Твоей / научи меня повелениям Твоим.
О, холмы, и долины, и множество людей! / Все восплачьте и сетуйте со Мною, / Матерью Бога вашего!
Умножилась против меня неправда гордых, / я же буду всем сердцем моим исследовать заповеди Твои.
«Когда увижу Тебя, Спаситель, Вечный Свет, / радость и наслаждение сердца Моего?» – / горестно взывала Дева.
Сгустилось, как молоко, сердце их, / я же в Твой закон углубился.
Хотя и принял рассечение Ты, Спаситель, как обрывистая скала, / но источил живой поток, / будучи источником жизни.
Благо мне, что ты смирил меня, чтобы мне изучить повеления Твои.
Как орошаемые двойною рекой, / из одного родника – ребр Твоих истекающей, / мы получаем плод – бессмертную жизнь.
Благ для меня закон уст Твоих / больше тысяч золота и серебра.
Добровольно явился Ты, Слово, мертвым во гробе, / но Ты живешь, и смертных, как предсказал, / пробудишь, Спаситель мой, Своим воскресением.
Слава, Троичен: Воспеваем Тебя, Слово, Бога всех, / со Отцом и Святым Твоим Духом / и славим Твое Божественное погребение.
И ныне, Богородичен: Превозносим Тебя, Богородица чистая, / и с верою чтим погребение трехдневное / Сына Твоего и Бога нашего.
И оба хора поют вместе поют первый припев: Ты – Жизнь, Христе, во гробе был положен / и Ангельские воинства поражались, / прославляя снисхождение Твое.
Затем ектения малая, молитва 3 и возглас: Ибо благословенно Твоё имя и прославлено Твоё Царство, Отца, и Сына, и Святого Духа ныне, и всегда, и во веки веков.
И после каждения начинает вторую статию.
Статия вторая
Достойно есть прославлять Тебя, жизни Подателя, / на Кресте руки простершего / и могущество врага сокрушившего.
Руки Твои сотворили меня и создали меня; / вразуми меня, и научусь заповедям Твоим.
Достойно есть прославлять Тебя, Творца всего, / ибо через Твои страдания мы обладаем бесстрастием, / избавленные от тления.
Боящиеся Тебя увидят меня и возвеселятся, / ибо на слова Твои я уповал.
Содрогнулась земля и солнце скрылось, Спаситель, / когда Ты, Христе, Немеркнущий Свет, / зашел во гробе по плоти.
Я познал, Господи, что правда – суды Твои, / и по истине Ты смирил меня.
Ты, Христе, уснул животворным сном во гробе / и от тяжкого сна греха / пробудил человеческий род.
Да будет же милость Твоя утешением мне, / по слову Твоему к рабу Твоему.
«Я единственная из женщин родила Тебя без мучений, Дитя, / ныне же при страдании Твоем / переношу нестерпимые муки», – говорила Пречистая.
Да придет ко мне сострадание Твоё, и буду жить, / ибо закон Твой – занятие моё.
Созерцая Тебя, Спаситель, в высоте неразлучно с Отцом пребывающим, / а внизу мертвецом, на земле распростертым, / ужасаются Серафимы.
Да постыдятся гордые, ибо неправедно сотворили беззаконие против меня, / я же буду рассуждать о заповедях Твоих.
Раздирается завеса храма при распятии Твоем, Слово, / светила же скрывают свой свет, / когда Ты, Солнце, был сокрыт под землею.
Да обратятся ко мне боящиеся Тебя / и знающие свидетельства Твои.
Одним мановением в начале круг земной утвердивший, / как человек зашел бездыханным под землю. / Содрогнись же от этого зрелища, небо!
Да будет сердце моё непорочно в повелениях Твоих, / чтобы мне не постыдиться.
Ты зашел под землю, человека Своею рукою Создавший, / чтобы восстановить от падения множества смертных / всесильною мощью.
Изнемогает о спасении Твоем душа моя, / и на слова Твои я уповал.
Придите, плач священный воспоем Христу умершему, / как в древности жены-мироносицы, / чтобы и «Радуйтесь!» нам услышать с ними.
Изнемогли очи мои о слове Твоем; я говорю: / «Когда Ты утешишь меня?»
Ты, Слово, – поистине неиссякаемое мvро, / потому и приносили Тебе мvро жены мироносицы, / – живому, как мертвецу.
