Рис. 3.10.7.1. Стоянки мезолита Русской равнины:
1 – Звейниеки, 2 – Попово, 3 – Южный Олений остров, 4 – Кирсва, 5 – Васильевка I, 6 – Васильевка III, 7 – Волосовское. Стоянки неолита Русской равнины: 8 – Ивановское VII, 9 – Сахтыш IIа, льяловская культура, 10 – Сахтыш IIа, волосовская культура, 11 – Панфилово, 12 – Черная гора, 13 – Ладожская стоянка, 14 – Звейниеки, ранний неолит, 15 – Звейниеки, средний и поздний неолит, 16 – Ловцы, 17 – Володары, 18 – Караваиха, 19 – Берендеево болото, 20 – Дрониха, 21 – Вовниги I, 22 – Вовниги, 23 – Васильевка, 24 – Вольненский, 25 – Дериивка, 26 – Никольское.
Особое внимание нужно уделить таким районам, как: 5 – Васильевка I, 6 – Васильевка III, 7 – Волосовское, 21 – Вовниги I, 22 – Вовниги, 23 – Васильевка, 24 – Вольненский, 25 – Дериивка, 26 – Никольское.
Среди неолитического населения Русской равнины, прежде всего, обращает на себя внимание некоторое увеличение черепного указателя. Здесь уже нет выраженно долихокранных групп, как в эпоху мезолита. При этом сочетание некоторой уплощенности в верхнелицевом отделе и сильной профилированности в средней части лица отмечается у большинства неолитических восточноевропейских групп лесной и лесостепной полосы. Этими особенностями характеризуется население Прибалтики, Волго-Окского региона и Днепро-Донецкой территории. Географически этот ареал почти совпадает с ареалом распространения носителей подобного сочетания в мезолите.
В неолите в некоторых группах происходит незначительное ослабление выступания носа, хотя угол выступания носа остается в пределах европеоидных величин. Кроме того, увеличивается ширина лица и вследствие этого происходит относительное уменьшение его высоты. В остальном же преемственность между мезолитическим и неолитическим населением устанавливается достаточно чётко. То есть мезолитическое и неолитическое население центра Русской равнины было европеоидным.
В то же время, среди неолитических групп Восточной Европы не прослеживается второго антропологического типа, характерного для мезолита – очень узколицего, высоколицего и относительно широконосого. Может быть, это объясняется не исчезновением его, а недостаточной представительностью данных. Однако в северной и северо-западной части Восточной Европы проявляется очень широколицый, с уплощенной горизонтальной профилировкой лица, антропологический тип, характерный для населения, известного по Ладожской неолитической стоянке и могильнику Караваиха, тип – не прослеживающийся в мезолите. То есть в неолите из Восточной Европы исчезли кавказоиды, а в северо-западную её часть, видимо с востока, пришли предки монголоиды.
Анализируя материал, Т.И. Алексеева я обнаружила, что среди кластеров есть несколько, особенно чётко фиксирующих сходство с мезолитическими сериями. Прежде всего, это серии из могильников Ивановское, Никольское, Дериивка, Вовниги и Васильевка III, т.е. из могильников, относящихся к верхневолжской и днепро-донецкой культурам. Исконным антропологическим типом днепро-донецких племен, несомненно, является долихокранная европеоидная морфологическая форма, которая представлена наиболее ранними погребениями Ясиноватки (яма А). Таким образом, можем констатировать, что и верхневолжская культура, и днепро-донецкая культура была создана европеоидами (неоантропом).
Этот антропологический тип в краниологической серии из Васильевки II представлен весьма слабо. Здесь в основном преобладают метисные формы. Подобная же трансформация антропологического типа происходит и в верхневолжском регионе.
Расмотрев мнение Т.И. Алексеева могу сказать, что с эпохи раннего неолита начинается незначительная «монголизация» того населения, которое в мезолите занимало обширную территорию и характеризовалось выраженными европеоидными чертами со специфическим сочетанием уплощенности горизонтальной профилировки в верхнем отделе и резкой профилированности в среднем отделе лицевого скелета, а истоки этого типа, несмотря на его весьма широкое распространение, связаны с северо-западными областями Европы, во всяком случае, именно на этой территории наблюдается концентрация его своеобразных черт: мезолитические могильники Скандинавии, Прибалтики, Прионежья. По всей вероятности, население, оставившее эти могильники, в своем генезисе связывается с кругом мезолитических культур Балтийского региона». Таким образом, в Скандинавии, Прибалтике и Прионежье в неолите сложился метисный тип европеоидно-монголоидый (протофинны, протобалты).
В днепро-донецкой культуре особый интерес представляет палеоантропологический материал из ВасильевкиII, где более отчетливо, чем в любой другой серии черепов населения днепро-донецкой культуры, выявляется неоднородный антропологический состав. У мужских черепов из Васильевки II – достаточно специализированная форма, сродни восточному расовому стволу.
И.И. Гохман выявил два краниологических варианта – долихокранный и мезобрахикранный – и предположил возможность формирования мезобрахикранного варианта в результате метисации долихокранного европеоидного населения с брахикранным монголоидным компонентом (автохтонами этих мест – неандертальцами). Именно наследием древних черт, присущих некоторым верхнепалеолитическим популяциям, И.И. Гохман объяснил плосколицесть мезобрахикранного варианта из Васильевки II.
Между тем, преобладающим, собственно днепро-донецким компонентом является долихокранный европеоидный краниологический вариант, который и должен быть связан с верхнепалеолитическим населением Европы. Мезобрахикранный вариант в составе днепро-донецких племен выглядит как инородный, аналогии которому отсутствуют у верхнепалеолитического населения Европ. Исконным антропологическим типом днепро-донецких племён, несомненно, является долихокранная европеоидная морфологическая форма, которая представлена наиболее ранними погребениями Ясиноватки (яма А).
Таким образом, днепро-донецкую культуру сложили европеоиды, после чего к ним примешались монголоидные племена неандертальцев. Сказанное подтверждают и данные из могильника Ясиноватка, который (как и Васильевка II) является наиболее древним среди других могильников днепро-донецкой культуры. Причём, содержащиеся в нём погребения неодновременны и разделены периодом в 500 лет (период А и В).
Исследуя данные из Ясиноватки И.Д. Потехина у черепов из более древних погребений выделила два разных антропологических типа. Важным представляется то обстоятельство, что различие в антропологических типах связано с половой принадлежностью погребенных:
Мужские черепа – европеоидные – обладают очень крупным продольным диаметром (198,5 мм), выраженной долихокранией (70,5), широким (147,5 мм) и резко профилированным в горизонтальном сечении лицом.
Женские черепа – неандерталоидные – характеризуются небольшим продольным диаметром (176,5 мм), выраженной мезокранией и узким лбом.
Днепро-донецкая археологическая культура была распространена с конца 5-го до середины 3-го тыс. до н.э. в Поднепровье и на Северском Донце.
Во втором периоде различия между двумя антропологическими типами сохраняются, но выраженно мезокранный антропологический вариант второго, наряду с резко долихокранным, представлен не только женскими, но и мужскими черепами. Очевидно, процесс метисации, имевший место в среде днепро-донецких племён в результате их контакта с инородными популяциями, уже не может вызвать сомнений.
Т.И. Алексеева делает вывод, что «прослеживающуюся у племен днепро-донецкой культуры тенденцию к ослаблению горизонтального профиля лица нет никаких оснований связывать с наследием палеоевропеоидности. Брахикрания в сочетании с очень широким и плоским лицом, выявляемая в лесной зоне Восточной Европы и представленная в серии черепов из Васильевки II в виде мезобрахикранного компонента, имеет восточное происхождение. Подобная морфологическая форма в эпоху камня не характерна для популяций остальной части Европы».
Таким образом, среди племён днепро-донецкой культуры мы имеем первый акт вторжения монголоидных неандертальцев восточного происхождения на территории, исконно заселённые европеоидами.
Антропологически контакт европеоидов с пришлыми монголоидами связывается уже с начальным периодом существования днепро-донецкой культуры, который соотносится с концом 5-го – началом 4-го тыс. до н.э. Т.И. Алексеева предлагает появление брахикранного компонента у днепро-донецких племён связать с контактом этих племён с популяциями культуры ямочно-гребенчатой керамики. На то же указывает и археолог В.И. Неприна, утверждая, что «о культурном смыкании раннего этапа неолита ямочно-гребенчатой керамики с ранней днепро-донецкой культурой имеется значительное количество археологических фактов».
Подробно исследуя весь комплекс антропологического материала эпохи мезолита и неолита Русской равнины и Европы, антрополог Т.И. Алексеева приходит к важному выводу, что «выраженно долихокранный антропологический тип племён днепро-донецкой культуры следует считать изначальной европеоидной морфологической формой». При этом она относит эту долихокранную морфологическую форму к североевропеоидной формации, а также выделяет в эпохе мезолита-неолита Европы две североевропеоидные модификации:
1. Долихокранная морфологическая форма с шириной лица 136 – 142 мм – в мезолите распространена довольно широко: на Украине, в Прибалтике и в Средней Европе… В неолите её ареал сужается и как бы оттесняется на север. Европеоидные долихокранные формы этого периода со среднешироким лицом представлены у племён варварской культуры Прибалтики, Средний Стог на Украине.
2. Крайне массивная европеоидная долихокранная морфологическая форма с очень широким лицом (144 – 150 мм), как бы разъединена на два крыла. Она представлена мезолитическим населением в Крыму и ранненеолитическим населением днепро-донецкой культуры на Украине.
