Измерение изменений и оценка течения терапии

 

Проведенная психологическая диагностика показала наличие значимых из­менений. Так, уменьшились возбудимость, напряженность и жалобы на состо­яние тела. К концу терапии они находились в рамках нормы. Пациент сообща­ет о том, что он может лучше себя осознавать и реализовывать. Ему легче пере­носить ситуации конкуренции, и он не чувствует сильного давления значимос­ти успеха. Ему проще допустить близость с другим человеком. Однако связь между близостью и расцветом экземы все же остается, хотя в целом эта симптоматика стала менее выраженной и более согласованной (конгруэнтной). От­ношения в течение года остаются стабильными и надежными, явные конфлик­ты в отношении темы близость/дистанция не проявляются. Учеба успешно за­вершена.

Поведение терапевта было грамотным и адекватным, были эффективно использованы дополнительные переменные (самоотнесенность, конфронтация и ясность отношений). Пациент интенсивно осуществлял самоисследование, старался признать и принять свои чувства и актуальные переживания. Неконг­руэнтность была распознана пациентом и устранена к окончанию терапии. Новый опыт отношений интегрировался в самость.

 

– 442 –

 

ГИПНОЗ И АУТОТРЕНИНГ

 

ТЕОРИЯ ГИПНОЗА И АУТОТРЕНИНГА

.

В психотерапевтическом лечении аутотренинг и - вновь во все большей степени - гипноз имеют большое значение и находят широкое применение. Аутотренинг, впервые разработанный в 1920 году Й. X. Шульцем на основе гетерогипноза и описанный им в вышедшей в 1932 году специальной моногра­фии (J. H. Schultz, 1979), тесно связан с гипнозом; по выражению Лангена (Langen, 1983), «аутотренинг - это путь, ведущий к аутогипнозу». Поскольку эти методы состоят друг с другом в близком родстве, в дальнейшем они будут рассматриваться совместно.

 

Историческое развитие

 

Проследить историю гипноза непросто, поскольку с течением времени тер­мины для обозначения транса и гипнотических состояний менялись. Однако внушение и вводящие в транс техники использовались уже на ранних стадиях развития человечества, и в качестве гипнотических состояний можно рассмат­ривать, например, сон в храме Асклепия или характерные для многих культур формы экстаза, в который впадали целители и больные. Методы гипноза нахо­дили свое применение почти во всех культурах, достигших высокого уровня, к примеру, у египтян, индийцев, греков (U. Stockmeier, 1984). Поэтому гипноз можно назвать прародителем всех позднейших направлений психотерапии. В новое время история гипноза, зафиксированная в документах, начинается с венс­кого врача Антона Месмера, выдвинувшего в 1779 году свою теорию животно­го магнетизма. Месмер дотрагивался до тела пациента стальными стержнями, которые он предварительно обмакивал в ванну с химикалиями. Это прикосно­вение в большинстве случаев вызывало так называемый кризис - состояние транса, сопровождавшееся телесными судорогами. Месмер полагал, что по этим стержням, а позднее даже, что непосредственно через него самого и через его собственное прикосновение передается некий флюид, органическая сила тя­жести или magnetismus animalic.* Комиссия, в работе которой принимал учас­тие среди прочих и Бенджамин Франклин (в то время американский посол во Франции), пришла к выводам, отрицающим теорию животного магнетизма, и в качестве альтернативного объяснения этих явлений выдвинула имажинатив-

 

 

* Животный магнетизм (лат.).

 

– 443 –

 

ные процессы («только воображение»); в дальнейшем в качестве объясняющей модели эта комиссия рассматривала веру пациента. Ученик Месмера маркиз де Пюисегюр полагал, что следует констатировать сходство этого состояния с лунатизмом, и назвал его «сомнамбулизмом» (Ellenberger, 1973).

Португальский священник де Фариа (начало XIX века), напротив, говорил о некоем прозрачном сне и решающую роль отводил воображению и менталь­ной концентрации гипнотизируемого.

В середине XIX века английский окулист Брэд ввел в обращение слово «гипноз». Брэд предлагал нескольким людям безотрывно смотреть на один какой-нибудь предмет (метод фиксации), а затем вводил их в состояние, кото­рое он называл гипнозом. Сначала Брэд рассматривал гипноз как физиологи­ческий процесс (обусловленный деятельностью церебральных центров); по­зднее он развил психологическую теорию, выдвинув на передний план суже­ние ментальной концентрации и внимания. В конце концов, Брэд изменил свою точку зрения, придя к выводу, что воле гипнотизируемого существенно­го ущерба не наносится. В своих работах он подчеркивал значение внушения для продуцирования гипнотического состояния; иными словами, он был пер­вым, кто описал как ауто-, так и гетерогипноз. Исследования Брэда дали тол­чок развитию различными авторами разного рода методов активного ауто­гипноза: прогрессивной релаксации по Джекобсону (1929) (Jacobson, 1965), аутотренинга Шульца (Schultz, 1932) и метода расслабления при родах Дика Рида (G. D. Read, 1968).

Теория флюидов Месмера все более вытеснялась теорией внушения шко­лы Нанси, главными представителями которой были И. Бернгейм и сельский врач А. Льебо (1910). В 1889 году у Бернгейма в Нанси проходил практику Фрейд. Бернгейм предполагал, что к внушению предрасположены все люди без исключения.

С того самого момента, как понятие внушения было введено в медицин­ский понятийный аппарат, оно понималось по-разному и постоянно приобре­тало новые смыслы. Если первоначально внушением считалось лишь воздей­ствие, оказываемое на человека, пребывающего в гипнотическом состоянии, то сегодня под ним понимается и воздействие на бодрствующего человека. По-прежнему наиболее четким определением внушения остается дефиниция, дан­ная Штоквисом и Пфланцем (Stokvis und Pflanz, 1961, с. 6): «Внушение - это аффективное воздействие на телесно-душевную целостность, осуществляемое на основе реализации фундаментальной возможности межчеловеческого взаи­модействия - аффективного резонанса, эхотимии». Если Бернгейм понимал рас­положенность к гипнозу как психологический феномен и признак душевного здоровья, то невролог Шарко интерпретировал ее как истерическое, а, следова­тельно, психопатологическое состояние (Ellenberger, 1973). Зигмунд Фрейд в 1885/86 годах был учеником Шарко, а затем работал в Вене вместе с Брейером.

 

– 444 –

 

И тот и другой использовали гипноз преимущественно для лечения пациентов, страдающих истерией (Breuer und Freud, 1895). Поскольку становилось все более ясным, что гипноз и использование прямого внушения оказываются ненадеж­ными, Фрейд отошел от гипноза и начал постепенно разрабатывать психоана­литическую технику - при сохранении кушетки и метода свободных ассоциа­ций. С развитием глубинной психологии гипноз утратил свое значение, в то время как аутотренинг находил все более широкое распространение; сегодня он особенно интенсивно используется в рамках общеврачебной психотерапии (Faber, 1984). В Соединенных Штатах гипнотерапия вновь обрела признание прежде всего благодаря Милтону Эриксону (Erickson, 1967). Эриксон разрабо­тал множество терапевтических гипнотических стратегий, которые можно рас­сматривать как «непрямое внушение», и тем самым стал основателем целого направления, где гипнозу придается важное значение (обзорные работы по ис-

тории проблемы см. Ellenberger, 1973; Stockmeier, 1984).