Изучение общих и индивидуальных особенностей работоспособности и утомления

 

Рассмотрение названной темы мы уже начали в § 28 в связи с упоминанием о работе Ф. Ф. Эрисмана. В петербург­ском Психоневрологическом институте (основан В. М. Бех­теревым в 1907 г.) под руководством В. М. Бехтерева и А. Ф. Лазурского был выполнен ряд экспериментальных ис­следований, посвященных проблеме умственной работоспо­собности, утомления. Тематика их даже и по современным меркам была оригинальной и перспективной.

Так, И. Н. Спиртов экспериментально исследовал влия­ние музыки и цветных ощущений на мышечную работу [188; 190] и на кровяное давление [189; 191 (см. также 20)]. А. С. Азарьев изучал эффект чередования видов умственной работы [2]. М. А. Минцлова экспериментально установила феномен снижения оригинальности ассоциаций при умствен­ном утомлении [116]; Топалов изучал влияние «сосредоточе­ния» на мышечную работу [198]; А. Л. Щеглов показал де­фекты умственной работоспособности, свойственные массе несовершеннолетних преступников [223].

Результаты этих исследований обсуждались в Русском Обществе Нормальной и Патологической Психологии при Военно-Медицинской Академии в Петербурге, публиковались в журнале «Вестник психологии, криминальной антрополо­гии и гипнотизма»,основанном в 1904 г.

Для В. М. Бехтерева эти исследования, по-видимому, имели не только прагматическое значение; он рассматривал труд (его условия, содержание) как существенный социаль­ный фактор развития, жизнедеятельности человека, как ус­ловие общественного прогресса [19].

Развернутая программа исследований личности в труде была намечена В. М. Бехтеревым уже после Октябрьской революции в работе Центральной лаборатории труда при Институте по изучению мозга и психической деятельности [21; 227].

Следует отметить работы в области изучения умственного утомления, проводившиеся под руководством А. П. Нечаева сотрудниками психологической лаборатории и слушателями воспитательских курсов при Педагогическом Музее военно-учебных заведений в Петербурге [123; 124; 126 и др.].

Вопросы умственного утомления разрабатывались школь­ными врачами, педагогами, судя по публикациям в журнале «Русская школа»; с 90-х гг. XIX в. обсуждались на Всерос­сийских съездах по педагогической психологии и съездах по экспериментальной педагогике.

Таким образом, очевидно, что в России, как и в странах Западной Европы, США во второй половине XIX в., а точнее, в 80-90 гг. формируется общественное движение за науч­ное изучение труда в связи с задачами охраны здоровья тру­дящихся, задачами поиска способов оптимальной организа­ции труда, в том числе и умственного труда, деятельности учащихся. Общими проблемами, существенно объединявши­ми целый ряд практических задач, были проблемы утомле­ния и работоспособности человека.

К практически ориентированным исследовательским за­дачам указанного рода относятся, в частности, следующие: изучение работоспособности и утомления в целях профилак­тики профессиональных заболеваний и несчастных случаев, в целях рациональной организации труда на основе психо­физиологических данных, а также классификации профессий в связи с особенностями влияния факторов труда на состоя­ние организма трудящихся; разработка приемов диагности­ки, оценки особенностей работоспособности и утомляемости.

Вопрос организации труда и отдыха по времени обсуж­дался И. М. Сеченовым в его статье «К вопросу о влиянии раздражения чувствующих нервов на мышечную работу че­ловека» [177]. В ней представлены результаты лабораторно­го эксперимента, в котором И. М. Сеченов сам был испытуе­мым. Эксперимент моделировал физический труд с помощью ручного эргографа. Исследователь мог сопоставить динамику результатов работы (усилия и временные характеристики движений) с динамикой субъективных ощущений человека в процессе работы. Результаты исследования имели важное значение и для теории отечественной психофизиологии тру­да, и для практики организации труда.

И. М. Сеченов, как известно, назвал чередование работа­ющих органов принципом «активного отдыха» и дал впервые его физиологическое обоснование. Он показал роль переры­вов в работе и важное значение отношения человека к делу, значение интересов.

Вопрос об утомительности однообразных монотонных движений обсуждался в отечественной литературе и до И. М. Сеченова: он был предметом специального анализа в диссертационной работе врача-гигиениста Е. М. Дементьева (1850-1918), итоги которой опубликованы в его книге «Раз­витие мышечной силы человека в связи с общим его физи­ческим развитием», изданной в 1889 г. Здесь Е. М. Дементь­ев указывал на отрицательное влияние монотонии и гиподинамии (если использовать современные термины) на физи­ческое развитие и здоровье работников прядильного и ткац­кого производства, обслуживающих станки-автоматы [59, С. 185]. Сами термины «монотония», «гиподинамия» он не употреблял, однако можно говорить о постановке им этих проблем.

Исследование И. М. Сеченовым проблемы чередования видов работы, работающих органов, как способа повышения продуктивности труда, было продолжено А. С. Азарьевым [2].

А. С. Азарьев утверждал, что принцип «активного отды­ха» для умственного труда не всегда эффективен и в некото­рых случаях усиливает утомление и снижает работоспособ­ность человека.

Вопросы рационального обоснования режима труда и от­дыха школьников обсуждались также школьными врачами, педагогами и психиатрами. Первая отечественная работа в этом направлении, по нашим данным, принадлежит киевско­му профессору психиатрии И. А. Сикорскому, который еще в 1879 г. опубликовал результаты исследования утомления школьников и установил рост ошибок в диктовках к концу учебных занятий [184].

Распорядок дня в учебном заведении экспериментально изучался А. П. Нечаевым применительно к общеобразова­тельной школе '[124], к профессиональным и техническим училищам [126]; А. В. Владимирским - в отношении к вос­питанникам С.-Петербургского училища для глухонемых [36; 37]; Н. А. Бобровниковым - в отношении закрытых учебных заведений [23].

Проблема длительности работы и чередования ее с отды­хом тесно связана с вопросом определения количества рабо­ты.

Понятно, что более интенсивный труд должен больше утомлять и требовать более частых перерывов в работе, как отмечал И. М. Сеченов [177].

В условиях, когда максимальная длительность рабочего дня оказалась законодательно ограниченной (и за рубежом, и в России), на первый план выступила проблема определе­ния интенсивности труда, количества работы. Какой «урок» (норму выработки) следовало считать оптимальным? Каков максимально допустимый предел работы, который еще не приведет к переутомлению, травмам и авариям?

Для представителей отечественной профессиональной ги­гиены, например для Е. М. Дементьева, вопрос «... о коли­честве работы, степени ее напряженности на фабриках есть краеугольный камень всего вопроса об экономическом, са­нитарном и нравственном благосостоянии рабочих» [60. С. 97]. Понятие «количество труда» включало для Е. М. Де­ментьева не только «продолжительность труда во времени, но и всю совокупность условий этой работы, делающих труд в большей или меньшей степени неприятным» [60. С. 58- 59]. Именно количество труда (как и тяжесть, напряжен­ность, неприятность в целом) оказывалось интегральным фактором, отрицательно влияющим на здоровье рабочего. Отсюда вырисовывался физиолого-гигиенический критерий оптимальности количества труда. Е. М. Дементьев формули­рует его, вслед за Ф. Ф. Эрисманом, так: «Умеренное коли­чество труда, не истощающее силы организма, с надлежа­щим отдыхом для восстановления его потерь...» [60. С. 98]. Но Е. М. Дементьев отдавал себе отчет в том, что этот кри­терий слишком неопределенный, что это «...растяжимая фор­мула, которая допускает множество цифровых решений, смотря по тому, какие величины будут поставлены в урав­нение под все знаки, которыми означены гигиенические ус­ловия труда» [60. С. 98].

Таким образом, мы находим в профессиональной и школьной гигиене использование терминов «количество ра­боты», ее «напряженность», «приятность», «легкость» и, нао­борот, «неприятность», «трудность», но эти термины не несли еще в себе фиксированного научного содержания. Они были ближе к «житейским» терминам, понятиям, чем к научным, и в их использовании вырисовывалась постановка проблемы критериев оценки характера труда по выделенным призна­кам.

С развитием техники появились новые виды трудовой де­ятельности, успешность выполнения которых существенным образом зависела от состояния работоспособности человека. Следовало научно изучить своеобразие влияний особых ус­ловий деятельности на организм человека, его психофизиоло­гические функции, действия. Такие особые условия труда сложились в авиации. В сборнике документов и материалов «К истории отечественной авиационной психологии» (под ред. К. К. Платонова, М., 1981) можно найти сообщения о работах С. П. Мунта (1899, 1903) - врача, первого отечест­венного исследователя влияния полета на организм и психи­ку человека, разработавшего основы «гигиены воздухоплава­ния» [117]. В 1911 году при офицерской воздухоплаватель­ной школе были созданы физиологические лаборатории [84. С. 55]. Свойства работоспособности, утомляемости лет­чиков оценивались в рамках медицинского освидетельствова­ния поступивших в летные школы [84].

Поскольку Э. Крепелин в течение ряда лет преподавал психиатрию в Юрьевском университете и поскольку его ра­боты были широко известны в России рассматриваемого ис­торического периода, кратко остановимся на них [91; 92]; они интересны тем, что в них сделана попытка эксперимен­тального изучения «рабочей силы» применительно к умст­венному труду. В книге «Умственный труд» Э. Крепелин описал серию экспериментов, в которых он изучал рабочую силу испытуемых на модели счетных задач - «беспрерыв­ном сложении однозначных чисел». О «рабочей силе» автор судил по результатам продуктивности выполнения тестового задания, которым испытуемый был занят несколько часов. Поскольку предметом изучения Э. Крепелина являлся кон­кретный человек, особенности его работоспособности в отли­чие от других людей (что соответствует его профессиональ­ным установкам - установкам психиатра), то он не учиты­вал специфику утомления при различных видах труда.

Итак, выделенные экспериментальные факты, по мнению Крепелина, характеризуют «работоспособность» данного че­ловека. «Работоспособность» понималась как некоторая ха­рактеристика функциональных возможностей, которая про­является в разных видах занятий, но судить о ней самой нельзя непосредственно, возможна лишь косвенная оценка, полученная по материалам интерпретации выполнения ак­тов поведения (тестовых заданий).

Предметом анализа являлись факты, доступные внешне­му - объективному наблюдению. Экспериментальная мо­дель позволяла, варьируя внешние условия деятельности, бы­та, судить о состоянии скрытых от непосредственного на­блюдения психолога умственных функций, об умственной ра­ботоспособности человека. В этом своем качестве, на наш взгляд, работа Э. Крепелина, при всей механистичности его представлений о психике (как сумме функций) и деятельно­сти (как сумме операций), может быть отнесена к работам материалистического направления, характерного для меди­цины, для естествознания, направления, которое в России названо историками психологии «эмпирическим» [149] и к которому относятся исследования Г. И. Россолимо, И. А. Сикорского, А. П. Нечаева и др.

В педагогике и психологии индивидуальных различий, ориентированных на ее задачи (в школе А. Ф. Лазурского), диагностика типа работоспособности, утомляемости проводи­лась в связи с учетом свойств личности в обучении. Так, А. Ф. Лазурский в 1904 г. включил оценку «умственной утомляемости» в «Программу исследования личности»[99].

Сложная картина видения сущности явлений утомления и работоспособности наиболее ярко, на наш взгляд, отобра­жена была в докладе А. Л. Щеглова на заседании Русского Общества Нормальной и Патологической Психологии в Пе­тербурге в 1909 г., посвященном изложению программы но­вого направления прикладной психофизиологии, названного им «эргометрией» [224], о чем мы отчасти говорили в §§26, 27. Центральным вопросом эргометрии должен был стать вопрос о работоспособности человека. Предлагалось изучать человека как «работника», ставить проблему повышения его работоспособности (там же). Человек в труде рассматрива­ется как «живая машина», «двигатель» и в то же время, как отчасти отмечалось, А. Л. Щеглов указывает на своеобразие работоспособности человека, которая составляет предмет изучения не только гигиены, но и педагогики, включает во­просы «воспитания» и «самовоспитания» [224. С. 23].

Проблема повышения работоспособности, как централь­ная задача эргометрии, на деле разрабатывалась преимуще­ственно лишь в форме изучения и измерения утомления, как биологического явления.

Сложности и противоречия эргометрии А. Л. Щеглова были закономерно связаны с уровнем развития естественно­научного направления психологии и психофизиологии изуча­емого периода.

 

* * *

Итак, проблема утомления и работоспособности человека имела в дореволюционной России почти 40-летнюю историю (если ее начинать с публикации книги Ф. Ф. Эрисмана в 1877 г. [233]). В этот период сложились основные подходы, обнаружившиеся так или иначе впоследствии, в частности, в советской психотехнике 20-30-х гг.

Выделив четыре признака исследований (предмет иссле­дования; его методы; задачи, ради которых оно предприни­мается, и предполагаемый объект воздействия), попытаемся соотнести эти признаки.

Можно выделить восемь основных типов задач, в кон­тексте которых проводились в те годы разработки названной выше проблемы. Соответственно этим типам задач диффе­ренцируются и объекты практического воздействия:

I. Профилактика аварий и несчастных случаев (объект воздействия - человек как работник и его труд, межлюд­ские отношения).

II. Повышение продуктивности, точности движений при возможно меньшей их утомительности (объект воздействия- движения, деятельность, поведение человека).

III. Определение нормального количества производитель­ной и не приводящей к переутомлению работы (объект воз­действия - граничный объем трудовых функций, нагрузок).

IV. Оптимизация режима труда и отдыха, чередования занятий (объект воздействия - функциональные возможнос­ти человека).

V. Поиск способов управления состоянием и действиями человека в особых условиях - в бою, в полете (объект воз­действия - состояния тревоги, страха, заторможенности и пр.).

VI. Трудовое воспитание в общеобразовательной школе (объект воздействия - трудоспособность в ходе ее формиро­вания и дефекты).

VII. Изучение причин профессиональных заболеваний и их профилактика (объект воздействия - общее состояние здоровья человека).

VIII. Диагностика работоспособности нервно-психических больных и поиск способов их лечения (объект воздействия - психическое и соматическое состояние душевнобольных).

Сообразно указанным выше задачам и объектам воздей­ствия различаются собственно предметы исследования и со­пряженные с ними методы, представление о которых (и о характере сопряженности предметов и методов) дает табли­ца.

 

Таблица