Эээ…Максим, друг Вити…я убираю в сторону тазик и, как завороженный, смотрю на эту девушку. Интересно, это она так прекрасна? Или это просто меня кроет и для меня сейчас прекрасны все?
Мальчики – блин, снова эта улыбка! – Я, конечно, люблю людей и новые знакомства, но…не могли бы вы ненадолго выйти? Я хотела принять душ, собственно.
Ага, уже исчезаем. – Витя хватает меня под локоть и мы выходим из ванной.
Блииин! Кааакая она! – выдыхаю я в ухо Джину, когда мы закрываем дверь и выходим снова в коридор.
Ага. Сестра Пашки, двоюродная,приехала из Питера, училась там. – Джин морщит лоб. –Кажется, на экономиста. Или – типа того.
Хм, а чего она у нас-то забыла? Хочет, чтоб братик пристроил к себе?
Да,неее… говорит, что ей нравится Нижний просто. Хочет у нас жить.
Нет, Вить, всё-таки почему все красивые девушки слегка сумасшедшие?
Ой, не знаю, Макс, не знаю. – Витя наклоняется за пакетами и открывает дверь в дом.- Этих женщин не понять. А тот, кто кричит, что научился их понимать и знает про них всё – просто лжец или идиот.
А ты философ, друг мой. – мы проходим в огромную прихожую, где стоит большое количество пар обуви. Направо от меня находится большая кухня и,как я знаю, за ней есть две спальные комнаты.
Налево же – снова коридор, два зала, один за другим и ещё четыре комнаты, идущие одна за другой.
Один из залов, первый и самый большой, имеет выход на лоджию и судя по тому, что музыка сейчас играет очень тихо, а голоса едва слышны, народ сосредоточился на этой самой лоджии.
У ребят перекур, видимо? – спрашиваю я Витю.
Да, там Гена приехал, травы какой-то «заморской» привёз, угощает всех. У него целый пакет.
Травы? Брр, не могу я её…- я с отвращением качаю головой. – Всегда она меня «загонять» начинала.
Не знаааю. По мне – так норм штука- я вижу улыбку на Витином лице- но та штука, которую ты привёз сегодня мне нравится больше, братишка. Ты – необыкновеннейший человек!
Витя обнимает меня в порыве всеобъемлющей любви, вызванной, впрочем, химическим составом амфетамина.
Ну, всё, всё, брат, успокойся! Хватит липнуть на мне, сейчас кто-нибудь выйдет и нас ещё за гомиков примут. – я ухмыляюсь и отстраняю от себя расчуствовавшегося товарища.
Улыбаясь и, неосознанно двигая челюстями, мы проходим на кухню, берём по банке пива и идём в зал.
Признаюсь, этот зал (как, впрочем и весь дом) всегда поражал меня своими размерами. Не могу сказать, что я завидовал хозяину. Скорее, меня просто всегда удивляло, как можно жить в этих, во истину, царских палатах и не сойти с ума от простора, масштаба и обилия комнат.
В зале, первым делом, Витя хватает пульт от аудио-системы и добавляет громкость колонкам, хитро расположенным по всему залу.
Под неизвестный, но очень ритмичный ди-джейский сет, я машу рукой незнакомой парочке, дующей кальян на большой софе и прохожу мимо них на лоджию.
Паша, владелец дома, сидит на мягком пуфе, в окружении пяти человек, расположившихся на таких же пуфиках и больших подушках, разбросанных на полу. Ещё двое спят в углу, каждый в уютном высоком кресле.
Вытяжка мерно гудит над головой, засасывая клубы дыма от сигарет и не только.
Таким образом, господа, я считаю, что Высшее образование является частью чего-то Великого и Ненужного. – Паша довольно поднимает указательный палец вверх.
Меня передёргивает смех. Паша снова напрочь «убился» и сейчас он способен спорить на любые темы, лишь бы было с кем. Увы, есть категория людей, которых просто нельзя подпускать к деньгам в сравнительно молодом возрасте. И дело не в том, что Паша как-то оскотинился, к своим тридцати двум. Нет. Скорее, он просто перестал видеть смысл в жизни. Иначе я просто и не знаю, как объяснить наличие у него этого большого дома и этого глобального бессмыслия в глазах. Одним словом – травка, работа в строительной фирме, бесконечные споры во время вечеринок и…да, этот огромный дом, в котором он живёт совершенно один.
