Лекции.Орг


Поиск:




Любой человек, который просит для себя больше власти, не заслуживает ее.




Терсеро Ксавьер Харконнен. «Обращение к салуанской милиции»

— Флот роботов вошел в соприкосновение с обороной нашего пространства, — передал Ксавьер Харконнен. — Идет интенсивная перестрелка.

— Примеро Мич! — крикнула кварто Стефф Янг от координатной сетки орбитальной карты. Ксавьер уловил исходивший от нее соленый металлический запах нервного пота. — Сэр, от основных сил флота роботов отделилось небольшое подразделение машинных судов. Конфигурация их неизвестна, но они направляются к входу в атмосферу.

Она указала на светящиеся изображения стремительно приближавшихся, летевших по инерции ракет.

Ксавьер взглянул на сканеры периметров, на которые поступала разведывательная информация с оборонительных спутников, расположенных высоко над уничтожающими гелевые контуры роботов полями Тио Хольцмана. Увеличив разрешение, Харконнен разглядел атакующую эскадрилью кораблей пирамидальной формы, которые с ревом вонзились в атмосферу точно в зоне испепеляющего поля.

— Их ждет неприятный сюрприз, — с мрачной усмешкой произнесла Янг. — Ни одна мыслящая машина не переживет такого полета.

— Самой большой проблемой будет выковыривать их остатки из разбитых кораблей, — саркастически заметил примеро Мич. — Продолжать наблюдение.

Но спускаемые аппараты пролетели сквозь уничтожающее поле и продолжали приближаться. Проникая через рубеж, они не предъявили никаких электронных опознавательных знаков.

— Как им удалось пройти? — Квинто Уилби почесал бровь и откинул со лба тускло-каштановые волосы.

— Ни один компьютер не смог бы этого сделать. — Спустя мгновение Ксавьер понял, что произошло. — Это слепые спускаемые суда, сэр!

Янг, тяжело дыша, оторвалась от своих экранов.

— Столкновение с землей произойдет не позже чем через одну минуту, примеро. За ними идет вторая волна. Я насчитала двадцать восемь ракет. — Она покачала головой. — Никаких признаков компьютеров ни на одном из них.

Мгновенно все обдумав, Ксавьер отдал команду:

— Рико, Паудер, свяжитесь с медицинскими командами и пожарными ротами. Живее и будьте готовы. Вперед, ребята, на учениях мы отрабатывали это сотни раз! Я приказываю поднять в воздух все спасательные суда и подвижный состав. Они должны быть готовы к движению, как только первый корабль ударится о землю.

— Разверните оборону в боевой порядок и открывайте огонь по противнику, как только он ударит. — Примеро Мич понизил голос и оглядел свинцовыми глазами своих боевых товарищей: — Терсеро Харконнен, возьмите передвижную станцию связи и выходите. Вы будете моими глазами на месте. Мне кажется, что эти снаряды до добра не доведут.

 

Улицы были заполнены охваченными паникой людьми. Над городом нависли низкие тучи. Оказавшись в растерянной толпе, Ксавьер услышал раскаленный металлический визг атмосферы, заскрежетавшей от трения о нее летящих, словно ядра, бронированных вражеских судов.

Астероидный дождь многочисленных спускаемых аппаратов хлынул на землю. Корабли один за другим врезались в грунт. Первые четыре с оглушительным грохотом врезались в здания, сровняв их с землей исполинской кинетической энергией падения. Зазвучали мощные взрывы. Но сложные противоядерные механизмы защитили находившийся в спускаемых снарядах смертельный груз.

В расстегнутой форме Ксавьер мчался по улице. Потные волосы прилипли ко лбу. Он остановился перед гигантским зданием Дома парламента. Хотя он был сейчас вторым по рангу командиром обороны Салусы, позиция его была совершенно не защищена, он должен был отдавать приказы на передовой. В академии Армады Салусы Секундус его учили не этому. Но примеро Мич рассчитывает на его способность оценивать ситуацию, на его рекомендации и на его умение действовать самостоятельно.

Он коснулся микрофона на шее.

— Я на месте, сэр.

Еще пять неуправляемых снарядов врезались в землю на окраине города, оставив на местах падения обожженные кратеры. Взрывы. Дым. Огненные шары в воздухе.

В точках падения с треском раскрылись упавшие на землю инерционные корабли и из них начали выползать огромные предметы, по одному из каждого судна. Реактивированные механические части стряхнули с себя обгорелые оболочки. Охваченный суеверным ужасом, Ксавьер уже понял, что увидит в следующее мгновение. Он догадался, каким образом машины противника умудрились миновать защитные поля. Это вовсе не компьютерный разум...

Кимеки...

Наводящие страх механические чудовища по одному вылезали из разбитых пирамид, ведомые хирургически извлеченными человеческими мозгами. Ожили мобильные системы, задвигались ноги, оружие с лязгом встало на место.

Тела кимеков выползали из обгоревших кратеров, похожие на крабов гладиаторы ростом в половину разрушенных ими домов. Подвижные ноги были толсты, как несущие колонны, ощетинившиеся зажигательными орудиями, артиллерийскими установками и распылителями ядовитых газов.

Ксавьер крикнул в микрофон связи:

— Это боевые формы кимеков, примеро Мич! Они правильно рассчитали, как преодолеть нашу орбитальную оборону!

Вся салуанская милиция — от Зимин до самых отдаленных континентов была поднята по тревоге. Низкоатмосферные боевые корабли — «Кинжалы» — были уже подняты на боевые орбиты, с орудиями, заряженными снарядами, способными пробивать броню космических судов.

Люди на улицах метались из стороны в сторону, охваченные безумной паникой и страхом. Некоторые, наоборот, застыли на месте, глядя перед собой в одну точку. Ксавьер доложил командиру обо всем, что увидел на улице.

— Кварто Янг, — добавил Ваннибал Мич, — прикажите, чтобы все служащие станций надели дыхательные аппараты. Проследите, чтобы маски раздали населению. Каждый, кто находится вне герметичного укрытия, должен получить дыхательную маску.

Противогазы не спасут никого от зажигательных орудий и сильнейшей взрывчатки кимеков, но люди хотя бы уцелеют в плотном облаке ядовитого газа. Надевая маску, Ксавьер с горечью подумал, что все предосторожности и все самые лучшие планы милиции окажутся совершенно не пригодными в этой ситуации.

Оставив отброшенную оболочку спускаемых судов, воины-кимеки направились вперед на своих исполинских, чудовищных ногах. Заговорили артиллерийские орудия, посыпались снаряды, падали и вспыхивали, как спички, уцелевшие от первой атаки дома. Языки пламени вырывались из форсунок, расположенных на передней стороне тела кимеков. Город запылал.

Спускаемые корабли продолжали сыпаться с неба, и из каждого после падения выползал очередной кимек. Всего их было двадцать восемь.

В это мгновение молодой терсеро увидел, как с ревом, способным разорвать барабанные перепонки, к небу поднялся столб огня и крутящегося дыма. Огонь был настолько ярок, что, казалось, вот-вот начнет дымиться сетчатка глаз. Спускаемая капсула врезалась в здание военного министерства в полукилометре за спиной Харконнена, превратив в пар командный пункт и главный штаб планетарной милиции. Ударная волна швырнула Ксавьера на колени и осыпала осколками разбитых во всем квартале окон.

— Примеро! — отчаянно закричал Ксавьер. — Примеро Мич! Командный пункт! Кто-нибудь!

Но видя, что осталось от здания штаба, терсеро понял, что не получит ответа ни от своего командира, ни от товарищей, оставшихся в здании.

Двигаясь по улицам, кимеки распыляли зеленовато-черный дым, который ядовитой пленкой покрывал мостовые и здания. Потом в крутое пике вошла первая эскадрилья «Кинжалов». С неба на землю посыпались тяжелые бомбы, поражая кимеков и здания.

Ксавьер задыхался в своей плазовой дыхательной маске, не в силах поверить в то, что только что видел собственными глазами. Он снова заговорил в микрофон, но не получил ответа. Внезапно в наушниках раздался голос дежурного тактической подстанции, который желал знать, что произошло и с кем он разговаривает.

— Это терсеро Ксавьер Харконнен, — отозвался молодой офицер. Внезапно его осенило. Сделав над собой неимоверное усилие, он придал голосу стальную твердость: — Я... я... в настоящее время я командую салуанской милицией.

Он бросился к месту пожара, где клубился маслянистый темный дым. Вокруг него мирные жители падали на колени, корчась в облаках смертоносного газа. Он посмотрел вверх, увидел, как «Кинжалы» сбрасывают бомбы, и пожалел, что не может управлять их действиями.

— Кимеков можно уничтожать, — сказал он пилотам «Кинжалов» и закашлялся. Маска начала давать сбои. В груди и горле появилось невыносимое жжение, словно он дышал распыленной кислотой, но, несмотря на это, Ксавьер продолжал выкрикивать команды.

Атака продолжалась, над зоной боевых действий кружил спасательный самолет, сбрасывая на очаги пожара мешки с противопожарным порошком и канистры с гасящей огонь пеной. Защищенный масками персонал медицинского отряда без колебаний вошел в зону заражения.

Не обращая внимания на незначительное сопротивление, кимеки маршировали вперед, двигаясь не как армия, а как исполинские люди или животные, механические сумасшедшие псы, сеющие вокруг себя смерть и ад. Механический воин откинул назад свое крабовидное тело, согнул исполинские ноги и двумя выстрелами сбил два спасательных самолета, а потом направился дальше, исполненный зловещей грации.

Фронтовые бомбардировщики сбросили свой груз прямо на первого из кимеков. Две ракеты ударили по бронированному телу, а третья — в стоявшее рядом здание. Оно рухнуло и погребло под своими конструкциями механическое тело чудовища.

Но после того как огонь погас, а дым рассеялся, уничтоженный, как казалось, кимек остался цел и невредим. Машина убийства отряхнулась от пыли и осколков и контратаковала самолет-»Кинжал».

Издалека Ксавьер внимательно присматривался к действиям кимеков, используя портативную тактическую сетку. Он должен выяснить, в чем заключался план мыслящих машин. Было ясно, что на уме у кимеков какая-то определенная цель.

Он не имел права колебаться или оплакивать гибель своих товарищей. Он не мог спросить, что сделал бы на его месте примеро Мич. Нет, он должен сохранить ясную голову и немедленно принять какое-то решение. Если бы только понять, какова цель противника...

На орбите неприятельский машинный флот роботов продолжал обстреливать космические военные корабли Салусы, но электронные мозги А1 не могли преодолеть поле Хольцмана. Они могли уничтожить и рассеять пограничные суда и блокировать столицу Лиги Благородных, но примеро Мич уже вызвал группы тяжелых ракет, и скоро вся огневая мощь Армады Лиги обрушится на незваных гостей.

На экране локатора терсеро видел, что флот роботов занял позицию и остается на ней, словно ожидая какого-то сигнала от передового отряда кимеков. Ксавьер напряженно думал. Что они делают?

Троица механических гладиаторов выпустила заряды по западному крылу здания парламента. Покрытая великолепной резьбой стена фасада рухнула на мостовую, как подтаявшая весной глыба снега. Посыпались крупные осколки камня и в воздух поднялись тучи пыли. Обнажилась внутренность опустевших кабинетов правительственных чиновников.

Кашляя от дыма, стараясь хоть что-то разглядеть сквозь вымазанное грязью стекло маски, Ксавьер посмотрел в глаза одетого в белое медика, который схватил его в охапку и сменил лицевую маску. Легкие Ксавьера вспыхнули с новой силой, словно в них залили авиационное топливо и поднесли спичку.

— Ты поправишься, — пообещал медик не вполне уверенным тоном и сделал Ксавьеру какой-то укол в шею.

— Хотелось бы. — Терсеро снова закашлялся, перед его глазами поплыли черные круги. — У меня нет времени играть роль раненого.

Ксавьер не думал о себе. Ему не давала покоя тревога за Серену. Всего час назад она готовилась к выступлению перед представителями Лиги. Он молился, чтобы Серена сейчас находилась в безопасном месте.

С трудом поднявшись на ноги, Ксавьер жестом отпустил медика; укол начал действовать. Харконнен настроил портативную тактическую сеть и потребовал дать на свой экран панораму с воздуха, чтобы изучить поле боя с борта воздушного «Кинжала». Он внимательно присмотрелся к черным следам, которые оставляли за собой грациозные титанические кимеки, хорошо видимые на экране. Куда они идут?

Он представил себе маршрут, по которому, наступая, двигались механические исполины — от кратеров и руин главного штаба милиции.

В следующую секунду до него дошло то, что он должен был понять с самого начала. Ксавьер тихо выругался.

Омниус понимал, что поля Хольцмана выведут из строя гелевые контуры схем искусственного мозга, именно поэтому главные силы машинного флота продолжали оставаться на орбите Салусы Секундус. Однако если кимеки смогут отключить или уничтожить генераторы поля Хольцмана, то планета станет беззащитной перед угрозой вторжения роботов.

Ксавьеру предстояло принять жизненно важное решение, но выбор был предрешен. Нравится это ему или нет, но теперь он главнокомандующий. Убив примеро Мича и уничтожив командный пункт милиции, кимеки сделали его, Ксавьера Харконнена, главой всех сил обороны Салусы. И он знал, что надо делать.

Он приказал милиции отойти назад и бросить все силы на то, чтобы прикрыть один-единственный жизненно важный объект, оставив на милость изрыгающих огонь и смерть кимеков все остальные районы Зимин. Если даже придется пожертвовать важной частью столицы, он должен остановить наступление машин и не допустить уничтожения генераторов.

Не допустить любой ценой.

 

***





Поделиться с друзьями:


Дата добавления: 2016-11-18; Мы поможем в написании ваших работ!; просмотров: 294 | Нарушение авторских прав


Поиск на сайте:

Лучшие изречения:

Сложнее всего начать действовать, все остальное зависит только от упорства. © Амелия Эрхарт
==> читать все изречения...

620 - | 521 -


© 2015-2024 lektsii.org - Контакты - Последнее добавление

Ген: 0.011 с.