Сбежал, а опрометью скатился по ней, - в следующее мгновение он уже стоял на
Земле.
Две-три секунды спустя лестница лежала в липовой аллее, и честь
Матильды была спасена. Жюльен, опомнившись, увидал, что он весь в крови и
Почти голый; он ободрал себе всю кожу, скользя по лестнице.
Чувство счастья, переполнявшее его, вернуло ему всю его решимость и
силу: если бы на него сейчас напало двадцать человек, он бы, не задумавшись,
Бросился на них один, и это даже доставило бы ему удовольствие. К счастью,
Его воинские доблести на сей раз не подверглись испытанию; он отнес лестницу
На ее прежнее место, тщательно скрепил державшую ее цепь; он позаботился
Даже уничтожить следы от лестницы на грядке с экзотическими цветами под
Окном Матильды.
Когда он в темноте приминал рукой рыхлую землю, чтобы убедиться, что
Никаких ямок от лестницы больше нет, он почувствовал, как что-то мягко упало
Ему на руки, - это была огромная прядь волос; Матильда все-таки отрезала их
И бросила ему.
Она стояла у окна.
- Это посылает тебе твоя служанка, - громко сказала она, - в знак
Вечной признательности. Я отрекаюсь от своего разума - будь моим
Повелителем.
Жюльен, не помня себя, чуть было не бросился опять за лестницей, чтобы
Снова подняться к ней. В конце концов благоразумие одержало верх.
Проникнуть в особняк со стороны сада было не такто просто. Ему удалось
Взломать одну из дверей подвала; когда он пробрался в дом, ему пришлось,
Соблюдая величайшую осторожность и стараясь производить как можно меньше
Шума, взломать дверь в собственную комнату. В своем смятении он оставил в
Той комнате, которую он только что так поспешно покинул, все, вплоть до
ключа от двери, он лежал в кармане его сюртука. "Только бы она догадалась
спрятать эти бренные останки", - подумал он.
Наконец усталость превозмогла его бурное счастье, и, когда уже стало
Всходить солнце, он заснул глубоким сном.
Звонок к завтраку еле разбудил его; он спустился в столовую. Вскоре
Появилась и Матильда. Какой блаженный миг, какая отрада для гордости
Жюльена, когда он увидел сияющие любовью глаза этой красавицы, перед которой
Все преклонялись; но благоразумие его вскоре забило тревогу.
Под предлогом, что она будто бы не успела как следует причесаться,
Матильда заколола свои волосы, так что Жюльен с первого взгляда мог
Убедиться, какую великую жертву она принесла отрезав для него ночью прядь
Своих волос. Если бы это прелестное лицо можно было чем-нибудь испортить, то
Матильда почти добилась своего: вся правая сторона ее прекрасных
Пепельнобелокурых волос была отрезана кое-как, на полпальца от головы.
За завтраком все поведение Матильды вполне соответствовало ее
Опрометчивой выходке Можно было подумать, что ей не терпелось объявить всему
Свету, какую безумную страсть питает она к Жюльену К счастью, в этот день
Г-н де Ла-Моль и маркиза были чрезвычайно поглощены предстоящей раздачей
Голубых лент и тем, что герцог де Шон был при этом обойден. К концу завтрака
Матильда, разговаривая с Жюльеном, вдруг назвала его "мой повелитель". Он
Вспыхнул до корней волос.
Объяснялось ли это простой случайностью, или об этом позаботилась г-жа
Де Ла-Моль, но в течение всего этого дня Матильда ни на минуту не оставалась
Одна. Вечером, выходя из гостиной в столовую, она все же улучила момент и
шепнула Жюльену:
- Все мои планы расстроены. Вы верите, что это не уловка с моей
стороны? Мама только что распорядилась, чтобы одна из ее служанок спала у
Меня в комнате.
Этот день промелькнул с молниеносной быстротой. Жюльен не помнил себя
От счастья. На другой день с семи часов утра он уже сидел в библиотеке, он
Надеялся, что м-ль де Ла-Моль зайдет туда; он написал ей длиннейшее письмо.
Однако он увидел ее только много часов спустя, уже за завтраком На этот
